Аквилон (Прутков)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Аквилон («С сердцем грустным, с сердцем полным…»)
автор Козьма Прутков (1803-1863)
См. Стихотворения. Опубл.: 1854[1]. Источник: Сочинения Козьмы Пруткова. М.: Детская литература, 1983.[2]</ref> • Пародия на «Море» Бенедиктова. Автор: Владимир Михайлович Жемчужников


АКВИЛОН[3]

С сердцем грустным, с сердцем полным,
Дувр оставивши, в Кале
Я по ярым, гордым волнам
Полетел на корабле.

То был плаватель могучий,
Крутобедрый гений вод,
Трёхмачтовый град плавучий,
Стосаженный скороход.
Он, как конь донской породы,
Шею вытянул вперёд,
Грудью сильной режет воды,
Грудью смелой в волны прёт.
И, как сын степей безгранных,
Мчится он поверх пучин
На крылах своих пространных,
Будто влажный сарацин.[5]
Гордо волны попирает
Моря страшный властелин,
И чуть-чуть не досягает
Неба чудный исполин.
Но вот-вот уж с громом тучи
Мчит Борей с полнощных стран.
Укроти свой бег летучий,
Вод солёных ветеран!..

Нет! гигант грозе не внемлет;
Не страшится он врага.
Гордо голову подъемлет,
Вздулись верви и бока,
И бегун морей высокий
Волнорежущую грудь
Пялит в волны и широкий
Прорезает в море путь,

Восшумел Борей сердитый,
Раскипелся, восстонал;
И, весь пеною облитый,
Набежал девятый вал.
Великан наш накренился,
Бортом воду зачерпнул;
Парус в море погрузился;
Богатырь наш потонул…


И страшный когда-то ристатель морей
Победную выю смиренно склоняет;
И с дикою злобой свирепый Борей
На жертву тщеславья взирает.

И мрачный, как мрачные севера ночи,
Он молвит, насупивши брови на очи:
«Всё водное — водам, а смертное — смерти;
Всё влажное — влагам, а твёрдое — тверди!»


И, послушные веленьям,
Ветры с шумом понеслись,
Парус с́орвали в мгновенье;
Доски с треском сорвались.
И все смертные уныли,
Сидя в страхе на досках,
И неволею поплыли,
Колыхаясь на волнах.

Я один, на мачте сидя,
Руки мощные скрестив,
Ничего кругом не видя,
Зол, спокоен, молчалив.
И хотел бы я во гневе,
Морю грозному в укор,

Стих, в моем созревший чреве,
Изрыгнуть, водам в позор!
Но они с немой отвагой,
Мачту к берегу гоня,
Лишь презрительною влагой
Дерзко плескают в меня.


И вдруг, о спасенье своем помышляя,
Заметив, что боле не слышен уж гром,
Без мысли, но с чувством на влагу взирая,
Я гордо стал править веслом.




  1. «Современник», 1854, № 10
  2. Сочинения Козьмы Пруткова / Составитель, предисловия, примечания и словарь Д. А. Жукова. — М.: Детская литература, 1983. — С. 55—57.
  3. Аквилон — название северного ветра у древних римлян.
  4. В рукописи В. Жемчужникова зачеркнута сноска к подзаголовку: «Г. Бенедиктов тоже служил в министерстве финансов».
  5. Будто влажный сарацин. — Как справедливо отметил П. Н. Берков (см. «Полное собрание сочинений Козьмы Пруткова». М.—Л., «Academia», 1933, с. 542), эта строка пародирует стих Бенедиктова «Пустыни влажной бедуин…», и для того чтобы усилить бессмыслицу указанной строки Пруткова, «определение «влажный» отнесено не к «пустыне», а к «сарацину».