Балканский вопрос и социал-демократия (Троцкий)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Балканский вопрос и социал-демократия
автор Лев Давидович Троцкий (1879–1940)
Опубл.: 14 августа 1910. Источник: Троцкий, Л. Д. Сочинения. — М.; Л., 1926. — Т. 6. Перед историческим рубежом. Балканы и балканская война. — С. 36—41.


В конце июня в столице Болгарии, Софии, происходил второй «всеславянский» съезд[1]. Его смысл можно кратко выразить так: политические банкроты разных славянских стран собрались воедино, чтобы прокричать о своем банкротстве на весь мир.

На петербургских совещаниях и затем на Пражском съезде 1908 года новое «всеславянство» выступило на сцену при звуках труб и барабанном бое: оно обещало примирить поляков с русскими, русин — с поляками, сербов — с болгарами, уничтожить трения и вражду между буржуазными классами всех славянских наций и возвести здание нового славянства на фундаменте свободы, равенства и братства. С того времени прошло два года, — и Софийскому съезду пришлось подводить печальные итоги. За это время все противоречия внутри славянства успели достигнуть небывалой остроты. В «славянской» России контрреволюция поставила в порядок дня травлю поляков и украинцев: новое западное земство и законопроект об отторжении Холмщины[2] являются последним словом польской политики конституционного царизма. В Галиции гнет польской шляхты и буржуазии над русинской народностью почти накануне Софийского съезда привел к кровавому побоищу в стенах Львовского университета[3]. Отношения между Болгарией и Сербией если и не ухудшились за это время, то, во всяком случае, не стали лучше. И ввиду этих фактов софийские речи о всеславянской солидарности даже не звучали лицемерием, — до такой степени явственно выступали в них взаимная враждебность и откровенная наглость. Кадеты, которые еще недавно были запевалами во всеславянском хоре, растерянные и недоумевающие отошли в сторону, уступая место более прямым и непосредственным слугам царизма. Милюков и Маклаков остались дома. Гучков, граф Бобринский да Череп-Спиридович[4] представляли Россию. Глава младочехов Крамарж[5] суетился, расчищая на Балканах дорогу для продуктов чешской индустрии. О больных вопросах — польском, украинском, юго-славянском, балканском — молчали по взаимному уговору; это было выгоднее всем участникам всеславянской комедии.

Но за стенами съезда, на улицах и площадях Софии все вопросы международной политики, и прежде всего балканский, были поставлены ясно, открыто и честно. Это сделала болгарская социал-демократия.

На массовом собрании, руководимом Благоевым и Кирковым, была принята 20 июня, перед самым созывом славянского съезда, резолюция, срывающая маску с барышников панславизма. Не довольствуясь этим, болгарская социал-демократия[6] пригласила на свой годичный конгресс в начале июля представителей славянских социал-демократических партий, чтобы наглядно показать балканским народным массам, что имеются две Болгарии, две Сербии, две России… одна — реакционно-династическая, другая — революционно-пролетарская. Таким образом — очередной съезд болгарской рабочей партии превратился на этот раз в превосходную демонстрацию международной солидарности пролетариата, которая сказалась не только в горячих овациях и взаимных приветствиях, но и прежде всего в том, что делегаты всех представленных в Софии партий — болгарской, сербской, русской, чешской и русинской — исходили из одних и тех же посылок и приходили к одним и тем же выводам в решении балканского (восточного) вопроса.

В так называемом восточном вопросе нужно различать две стороны: во-первых, это вопрос о взаимных отношениях наций и государств на Балканском полуострове; во-вторых, это вопрос о сталкивающихся интересах и происках европейских капиталистических держав на Балканах.

Эти два вопроса совсем не тождественны. Наоборот: действительное разрешение чисто балканского вопроса целиком направляется против интересов европейских династий и европейской биржи.

Балканский полуостров, размерами равный приблизительно Германии, но с населением почти в три раза меньшим (22 миллиона душ), разрезан на шесть самостоятельных государств: Грецию, Турцию, Румынию, Болгарию, Сербию, Черногорию, не считая австро-венгерских провинций: Далмации, Боснии и Герцеговины. В этих шести государствах, со своими собственными династиями, армиями, монетными системами и таможнями, живут разбитые на отдельные осколки многочисленные нации и племена: греки, турки, румыны, болгары, сербы, албанцы, евреи, армяне, цыгане… Границы между карликовыми государствами Балканского полуострова проведены не в соответствии с условиями природы или потребностями наций, а в результате войн, дипломатических интриг, династических интересов. Большие державы — и в первую голову Россия и Австрия — имели всегда непосредственный интерес в том, чтобы противопоставлять балканские народы и государства друг другу и, взаимно ослабляя их, подчинять затем своему экономическому и политическому влиянию. Карликовые династии в этих «отрубных участках» Балканского полуострова служили и служат рычагами европейских дипломатических интриг. И вся эта механика, основанная на насилии и коварстве, огромной тяжестью ложится на балканские народы, угнетая их экономическое и культурное развитие. Так, сербы насильственно разобщены между пятью государствами: они образуют одно маленькое «королевство» и одно игрушечное «княжество», Сербию и Черногорию, которые отделены друг от друга Новобазарским Санджаком, населенным сербами, но принадлежащим Турции; немало сербов живет в македонских округах той же Турции; наконец, большая часть сербов входит в состав Австро-Венгрии. Подобную же картину представляют и все другие балканские народности. Этот богато одаренный от природы полуостров бессмысленно разрезан на мелкие куски; люди и товары при своем движении наталкиваются на колючие изгороди государственных границ, и эта национально-государственная чересполосица не дает сложиться единому балканскому рынку, как основе могущественного развития балканской индустрии и культуры. К этому присоединяется изнурительный милитаризм, призванный охранять раздробленность полуострова и порождающий гибельные для экономического развития опасности войн на Балканах — между Грецией и Турцией, между Турцией и Болгарией, между Румынией и Грецией, между Болгарией и Сербией…

Единственный выход из национально-государственного хаоса и кровавой бестолочи балканской жизни — объединение всех народов полуострова в одно хозяйственно-государственное целое на основе национальной автономии составных частей. Только в рамках единого балканского государства сербы Македонии, Санджака, собственно Сербии и Черногории смогут объединиться в одну национально-культурную общину, пользуясь в то же время всеми преимуществами общебалканского рынка. Только объединенные балканские народы смогут оказывать действительный отпор бесстыдным притязаниям царизма и европейского империализма.

Государственное объединение балканского полуострова может пойти двояким образом: либо сверху, посредством расширения одного более сильного балканского государства за счет слабейших, — это путь истребительных войн, угнетения слабых наций, путь упрочения монархизма и милитаризма; либо снизу, посредством объединения самих народов, — это путь революций, путь низвержения балканских династий под знаменем федеративной балканской республики.

Политика всех этих двухвершковых балканских монархов, их министерств и правящих партий имеет своей показной целью объединение большей части балканского полуострова под одной короной. «Великая Болгария», «Великая Сербия», «Великая Греция» являются лозунгами этой политики. Но, в сущности, никто не берет таких лозунгов всерьез. Это — полуофициальная ложь для снискания популярности в народе. Балканские династии, искусственно понасаженные европейской дипломатией, лишенные каких бы то ни было исторических корней, слишком ничтожны, слишком неустойчивы на своих тронах, чтоб отважиться на «широкую» политику по образцу Бисмарка[7], железом и кровью объединившего Германию. Первая серьезная встряска может бесследно вымести вон Карагеоргиевичей, Кобургов[8] и прочих коронованных балканских лилипутов. Балканская буржуазия, как и во всех странах, поздно вступивших на путь капиталистического развития, — политически бесплодна, труслива, бездарна и до мозга костей разъедена шовинизмом. Брать на себя объединение Балкан ей совершенно не под силу. Крестьянские массы слишком разрозненны, темны и политически индифферентны, чтобы можно было от них ожидать политической инициативы. Таким образом, задача создания на Балканах нормальных условий национального и государственного существования всей своей исторической тяжестью ложится на балканский пролетариат. Этот класс еще малочислен, ибо весь балканский капитализм едва вышел из пеленок. Но каждый шаг на пути экономического развития, каждая новая верста железнодорожных рельс, каждая новая фабричная труба на Балканах увеличивают и сплачивают ряды революционного класса. Чуждый каких бы то ни было церковных и монархических суеверий, буржуазно-демократических и националистических предрассудков, молодой, полный сил и энтузиазма балканский пролетариат уже на первых шагах своего исторического пути пользуется богатым опытом своих старших европейских собратьев. Социал-демократические партии Болгарии и Сербии, наиболее зрелые представительницы рабочего движения на Балканах, неутомимо ведут борьбу на два фронта: против собственных династически-шовинистических клик и против империалистических планов царизма и биржевой Европы. Федеративная республика на Балканах, как положительная программа этой борьбы, стала знаменем всего сознательного балканского пролетариата без различия расы, национальности и государственных границ.

Заседавшая в Белграде прошлой зимой Балканская конференция[9], в составе представителей сербской, болгарской и румынской социал-демократических партий, социал-демократических групп Македонии, Турции и Черногории[10], а также сербского социал-демократического пролетариата южных провинций Австро-Венгрии, выработала общие принципы балканской политики пролетариата, направленной на уничтожение балканского партикуляризма и милитаризма, национальной борьбы и чужеземного насилия. Вторая балканская конференция, которой предстоит собраться ближайшей зимой, имеет своей задачей создать тесную организационную связь и наметить формы совместных политических выступлений всех социал-демократических партий на Балканах.

Так на наших глазах из балканского хаоса и мрака выступает объединенная секция социалистического интернационала.

Для рабочих России этот факт имеет неизмеримую важность. Отныне ни одно покушение царизма на вмешательство в судьбы многострадального полуострова не пройдет без решительного отпора со стороны балканской социал-демократии. Славянобратской лжи буржуазных партий, обвиняющих нас в предательстве интересов балканских славян, мы отныне можем противопоставить неотразимый факт: пролетариат Балкан не с ними, а с нами. Вместе с нами он борется против царизма, который теперь посредством русско-японского соглашения развязал свои воровские руки для разбоя в Персии и происков на Балканах. Вместе с нами он объявляет беспощадную войну панславизму — как откровенно азиатской, так и либерально-кадетской марки.

Исторический залог независимости Балкан и свободы России — в революционном сотрудничестве рабочих Петербурга и Варшавы с рабочими Белграда и Софии.

«Правда» (Вена) № 15, 1 (14) августа 1910 г.

  1. Второй «всеславянский» съезд в Софии — происходил 7 — 10 июля 1910 г. Его программа была выработана и утверждена на петербургском совещании «Междуславянского Исполнительного Комитета», избранного Пражским съездом (см. прим. 31). Состав Софийского съезда, благодаря присутствию на нем представителей всех «славянских обществ», оказался исключительно черносотенным. Русская делегация возглавлялась председателем Думы А. И. Гучковым и имела в своей среде таких «столпов», как Череп-Спиридович, О. Кораблев и др. «Прогрессивные» русские деятели, равно как и поляки, участвовать в съезде отказались. «Всеславянский» съезд вызвал в Болгарии резкую оппозицию. В Софии был организован особый «комитет протеста», в состав которого вошли Х. Г. Раковский и известные болгарские писатели Петко Тодоров и Пенчо Славейков. Выступили против съезда влиятельнейший в Болгарии учительский союз, студенчество, «широкие» и «тесные» социалисты и др. Был проведен ряд митингов, единодушно высказавшихся против съезда и, в частности, против русской делегации. В день открытия съезда в органе «тесняков», «Работническом Вестнике», появилась статья под заглавием «Русский деспотизм под маской неославизма». Съезд не разрешил ни одного конкретного вопроса (о банке, выставке и пр.), ограничившись несколькими трескучими резолюциями о «славянском единении». По общему признанию русской буржуазной печати того времени, он ознаменовал собою полный крах «славянофильских стремлений».
  2. Законопроект об отторжении Холмщины — был внесен в Государственную Думу еще в 1909 г. В основном законопроект сводился к следующему: из входивших в состав Польши Седлецкой и Люблинской губерний выделяется восточная часть, которая образует самостоятельную Холмскую губернию, подчиняющуюся киевскому генерал-губернатору. «Историческое право» России на Холмский край столыпинский законопроект выводил еще со времен Владимира Святого. Целью законопроекта объявлялась защита русского населения Холмского края от «латинизации и ополячивания». Для достижения этой цели инородческое население края подвергалось всевозможным ограничениям: изгонялись национальные языки из судопроизводства и школы, евреям и полякам воспрещалась покупка земель и т. д. Обсуждение законопроекта началось в III Думе 25 ноября 1911 г., а закончилось только 26 апреля 1912 г. Большинством голосов 156 против 108 законопроект был принят с некоторыми изменениями: так, вместо подчинения Холмщины киевскому генерал-губернатору устанавливалось ее непосредственное подчинение министру внутренних дел. Принятие шовинистического закона о выделении Холмщины вызвало нескрываемую радость со стороны «истинно-русских людей» и взрыв негодования со стороны польских трудовых масс. Новое западное земство. — В начале 1911 г. председатель совета министров П. А. Столыпин внес законопроект о введении земского положения в 6 западных губерниях. Отличительной чертой нового законопроекта являлось сильное ограничение прав крестьянской массы, а также и «инородцев», главным образом, поляков. Новый законопроект встретил отрицательное отношение со стороны Государственного Совета, признавшего его недостаточно реакционным. После отказа Государственного Совета утвердить законопроект, Столыпин распустил на три дня Государственный Совет и Государственную Думу и провел законопроект на основании 87-й статьи. Действия Столыпина встретили глухое недовольство со стороны большинства членов Государственного Совета и Государственной Думы.
  3. Побоище в стенах Львовского университета. — Постоянные недоразумения между украинцами, требовавшими открытия во Львове отдельного украинского университета, и поляками, которые, опираясь на поддержку австро-венгерского правительства и имея подавляющее большинство мест в Галицийском сейме, решительно этому противодействовали, привели в 1910 г. к настоящему побоищу между студентами в стенах Львовского университета. В стычке один украинец был убит и несколько украинцев и поляков ранено.
  4. Гучков, А. И. — один из лидеров крупной русской буржуазии. Начав свою деятельность в Москве, Гучков выдвигается как организатор партии октябристов. В лице его крупная буржуазия оказывает полную поддержку столыпинскому режиму. В годы империалистической войны Гучков организует военно-промышленные комитеты, ставившие себе целью поддержать боевую способность армии. В созданное после Февраля буржуазное правительство Гучков входит как военный министр, являясь в последнем, наряду с Милюковым, наиболее ненавистной фигурой для революционных масс. Стремление сохранить режим палки вызывает против него такой взрыв ненависти, что он вынужден вскоре (30 апреля) выйти в отставку. Ныне Гучков обретается за границей. Маклаков, В. А. — видный кадет. В годы царизма был известен как либеральный адвокат. Играл видную роль в Государственной Думе в качестве одного из руководителей кадетской фракции. В этой последней он более всего отражал интересы московских купцов и домовладельцев. В эпоху керенщины был назначен послом в Париж. После установления Советской власти Маклаков продолжал оставаться в русском посольстве в Париже и играл крупную роль в контрреволюционных махинациях, направленных против Советской России. В 1924 г., в связи с установлением во Франции режима «левого блока» и признанием СССР, Маклаков был вынужден освободить здание русского посольства. Бобринский — богатый помещик, реакционер. Член III Думы. Череп-Спиридович — один из правых политических деятелей царской России, славянофил, участник второго всеславянского съезда в Софии.
  5. Крамарж, Карл (род. в 1860 г.) — чешский политический деятель, лидер буржуазной партии «младочехов». С 1891 г. был избран депутатом в австрийский рейхсрат. В 1916 г. Крамарж был обвинен в государственной измене и приговорен к смертной казни, замененной 15-летним тюремным заключением, но в 1917 г. помилован. Со времени образования самостоятельной Чехо-Словацкой Республики (1918 г.) Крамарж был назначен первым премьер-министром. Впоследствии Крамарж был избран в чехо-словацкую палату депутатов, где он стал во главе группы национал-демократов. Крамарж был одним из усердных вдохновителей враждебных выступлений против СССР.
  6. Точнее: одна из двух болгарских социал-демократических партий, «тесняки». См. об этом предыдущую статью. — Ред.
  7. Бисмарк, Отто (1815—1898) — крупнейший политический деятель гогенцоллернской Германии во второй половине XIX века. В лице Бисмарка прусское юнкерство выступило в роли политического объединителя Германии. Так как это объединение диктовалось ходом экономического развития Германии, то Бисмарк оказался одновременно и политическим вождем немецкой буржуазии. Бисмарк играл виднейшую роль в ряде знаменитых военно-дипломатических конфликтов 60-х и начала 70-х г.г. Стремясь наиболее мирным путем и при наименьших потрясениях перевести Германию в русло буржуазной монархии, Бисмарк еще в начале 70-х годов вводит всеобщее избирательное право. В то же время он беспощадно преследует всякое проявление политической оппозиции. Достаточно напомнить его «исключительный закон против социалистов» и пресловутый «культур-кампф» («культурную борьбу») против католического влияния в Германии. Бисмарк был фактическим главою германской империи до 1890 г., когда он получил отставку от Вильгельма II.
  8. Карагеоргиевичи — сербская династия, ведет свое начало от князя Кара-Георгия (Черного Георгия). Кара-Георгий был избран в ночь с 13 на 14 февраля 1804 г. вождем сербских повстанцев, выступивших против турок в районе Белграда. Вскоре восстание охватило почти всю Сербию и принудило султана признать Сербию (по Ичкову миру 1806 г.) автономной областью. В декабре 1808 года Народная Скупщина провозгласила Кара-Георгия верховным наследственным вождем сербов. Но уже через пять лет, когда в связи с обще-европейским кризисом (и, в особенности, в связи с отвлечением России от сербских дел войной с Наполеоном) Сербия была предоставлена самой себе, Кара-Георгий не смог справиться с возникшими трудностями и бежал (2 октября 1813 г.) в Австрию, где был арестован. Руководящая роль в Сербии перешла к Милошу Обреновичу, избранному вскоре в князья. Кара-Георгий пытался, во время очередного восстания в Сербии против турок, проникнуть на сербскую территорию, но был схвачен турками, очевидно, не без помощи его соперника — Милоша, и убит (в июле 1817 года). Второй из Карагеоргиевичей, сын Кара-Георгия — Александр, был избран сербским князем в 1843 году, после того как князь Михаил Обренович (преемник отрекшегося Милоша) должен был бежать в результате поддержанного Австрией восстания сербов, руководимого Вучичем. Александр Карагеоргиевич княжил по 1858 год, когда он, под давлением России, был низложен Скупщиной. Сербским князем был провозглашен старый Милош Обренович. В третий раз Карагеоргиевичи возвратились на сербский престол в 1903 году, после убийства Александра Обреновича и Драги (см. прим. 60). В июне 1903 года королем Сербии был избран сын Александра Карагеоргиевича — Петр. Династия Карагеоргиевичей царствует и по настоящее время в Юго-Славии. Кобурги — болгарская династия, ведет свое начало от князя Фердинанда Кобургского, избранного князем Болгарии в 1887 г. (см. прим. 3). В настоящее время (1926 г.) на болгарском престоле — сын Фердинанда, Борис.
  9. См. предыдущую статью. — Ред.
  10. Греческие социал-демократы прислали приветственную телеграмму. Л. Т.


PD-icon.svg Это произведение находится в общественном достоянии в России.
Произведение было опубликовано (или обнародовано) до 7 ноября 1917 года (по новому стилю) на территории Российской империи (Российской республики), за исключением территорий Великого княжества Финляндского и Царства Польского, и не было опубликовано на территории Советской России или других государств в течение 30 дней после даты первого опубликования.

Несмотря на историческую преемственность, юридически Российская Федерация (РСФСР, Советская Россия) не является полным правопреемником Российской империи. См. письмо МВД России от 6.04.2006 № 3/5862, письмо Аппарата Совета Федерации от 10.01.2007.

Это произведение находится также в общественном достоянии в США, поскольку оно было опубликовано до 1 января 1924 года.

Flag of Russia.svg