Бывало (Шумахер)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Бывало
автор Пётр Васильевич Шумахер (1817—1891)
Из сборника «Стихи и песни». Дата создания: 1877 год, опубл.: 1902 год. Источник: Библиотека Мошкова



БЫВАЛО


(Д.Д. Минаеву) [1]

Бывало, к стряпке Парасковье
На кухню явишься врасплох
Да и жуёшь там на здоровье
Сырую репу и горох.
Теперь я — старческий ребёнок;
И, после дозы ревеню, [2]
Бульон да жареный цыплёнок —
Моё вседневное меню.

Бывало, в дружеской попойке
Пропустишь водки целый штоф
И, дёрнув за город на тройке,
Глотаешь пойла всех сортов...
Теперь мне, ради аппетиту,
Дозволил доктор за едой
Стакан хорошего лафиту,[3]
И то — разбавленный водой.

Бывало, в бешеную пору,
Увидел юбку — и беда!
Влюблялся в женщин без разбору,
Был их поклонником всегда...
Теперь я к этому магниту
Давным-давно уже не льну;
И разве бонну Маргариту
Шутя за щёчку ущипну.

Бывало, шайка молодежи
Привалит с заднего крыльца, —
Какие искренние рожи,
Какие честные сердца!..
Теперь — вход заперт либералам;
Я охладел к своим друзьям,
Всё больше тянет к генералам,
К банкирам, графам и князьям.

Бывало, вид чужой печали
Меня томил и день и ночь;
Все фибры сердца мне кричали
Скорей несчастному помочь...
Теперь избыток чувств опасен
В мои преклонные года:
Я увлекаться не согласен
И не волнуюсь никогда.

Бывало, нежный плод искусства
Иль благотворный луч наук —
Будили ум, ласкали чувства
И услаждали мой досуг...
Теперь финансовой наукой
Я подкрепляю свой закат:
Даю я в ссуду, за порукой,
Беру я вещи под заклад.[4]

Бывало, ради балагурства,
С весёлой музою в ладах,
Холопство, лесть и самодурство
Клеймил я в шуточных стихах...
Теперь — усмотрят в них ехидство,[5]
Теперь себя я берегу...
Стихи на тезоименитство [6]
Я написать ещё могу.

Бывало, мне в доспехе бранном
Была Россия дорога
И я, при громе барабанном,
Мечтал ударить на врага...
Теперь я думаю иное
И основательней сужу:
Чем лечь костьми в свирепом бое —
Я лучше дома посижу.


Москва, 1877

Примечания

  1. Стихотворение посвящено поэту-сатирику Дмитрию Минаеву, в своё время (так же как и Шумахер) сотруднику газеты «Искра», «Современник» и других демократических журналов. По характеру творчества и личности Минаев был близок Шумахеру. В конце апреля 1866 года (после выстрела Дмитрия Каракозова) Дмитрий Минаев был арестован за сотрудничество в журналах, «известных своим вредным социалистическим направлением», (в частности „Современник“ и „Русское слово“) и четыре месяца просидел в Петропавловской крепости. Общепризнанный мастер каламбура и едкой шутки, после выхода из тюрьмы Минаев публиковался под разными псевдонимами (их можно насчитать почти до тридцати), особенно известными стали его имена: «Д.Свияжский», «Обличительный поэт», «Тёмный человек» и «Майор Бурбонов». По типу характера и творческого метода Дмитрия Минаева до некоторой степени можно уподобить его современнику, французскому писателю-юмористу Альфонсу Алле.
  2. «После дозы ревеню» — намёк на старческую слабость и болезни. Ревень — классическое средство, улучшающее пищеварение, секрецию желудочного сока, а также — слабительное.
  3. «Стакан хорошего лафиту...» — ещё один намёк на старческую слабость. Лафит (или Мезон Лафит) — знаменитое территориальное красное вино класса «бордо», производится во французской коммуне Пуйяк.
  4. «Даю я в ссуду..., под заклад»: это явная ложь, Шумахер здесь говорит от лица разочарованного, постаревшего и утратившего идеалы поэта, но явно привирает ради большей выпуклости и отвратности нарисованного образа.
  5. «Теперь — усмотрят в них ехидство»: намёк на уголовное дело, открытое против Шумахера в Петербурге (в начале 1872 года) при попытке издать первый сборник стихов «Для всякого употребления». Книга уже была напечатана, затем попала в цензурный комитет, на тираж был наложен арест, и его уничтожили по решению суда. Против Шумахера было возбуждено уголовное дело по статьям: 1001 (цинизм) и 1045 (политические нападки против существующего строя). Не желая участвовать в судебном и политическом фарсе с заранее известным приговором, поэт спешно покинул Россию и выехал за границу. При жизни Шумахера сборник «Для всякого употребления» так и не был опубликован.
  6. «Стихи на тезоименитство»: ещё одно показное ехидство со стороны Шумахера. Он никогда не писал в жанре придворных поздравительных од в честь именин царя и остальных членов императорской фамилии. В 1870-х годах этот лизоблюдский жанр считался анахронизмом (для стихотворцев казённого и реакционного направления) и подобная фраза не могла быть воспринята иначе, чем издёвка.