Взяточники (Маяковский)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Взяточники
автор Владимир Владимирович Маяковский (1893—1930)
Источник: ФЭБ со ссылкой на книгу Маяковский В. В. Полное собрание сочинений в 13 томах. — М.: Государственное издательство художественной литературы, 1957. — Т. 7. Стихотворения второй половины 1925 года — 1926 года и очерки об Америке. — С. 134—138..
 Википроекты: Wikidata-logo.svg Данные


Взяточники


Дверь. На двери — 
  «Нельзя без доклада». 
Под Марксом, 
  в кресло вкресленный, 
с высоким окладом, 
  высок и гладок, 
сидит 
  облеченный ответственный. 
На нем 
  контрабандный подарок — жилет, 
в кармане — 
  ручка на страже, 
в другом 
  уголочком торчит билет 
с длиннющим 
  подчищенным стажем. 
Весь день — 
  сплошная работа уму. 
На лбу — 
  непролазная дума: 
кому 
  ему 
  устроить куму, 
кому приспособить кума? 
Он всюду 
  пристроил 
  мелкую сошку, 
везде 
  у него 
  по лазутчику. 
Он знает, 
  кому подставить ножку 
и где 
  иметь заручку. 
Каждый на месте: 
невеста — 
в тресте, 
кум — 
в Гум, 
брат — 
в наркомат. 
Все шире периферия родных, 
и 
  в ведомостичках узких 
не вместишь 
  всех сортов наградных — 
спецставки, 
  тантьемы, 
  нагрузки! 
Он специалист, 
  но особого рода: 
он 
  в слове 
  мистику стер. 
Он понял буквально 
  «братство народов» 
как счастье братьев, 
  теть 
  и сестер. 
Он думает: 
  как сократить ему штаты? 
У Кэт 
  не глаза, а угли… 
А может быть, 
  место 
  оставить для Наты? 
У Наты формы округлей. 
А там 
  в приемной — 
  сдержанный гул, 
и воздух от дыма спирается. 
Ответственный жмет плечьми: 
  — Не могу! 
Нормально… 
  Дела разбираются! 
Зайдите еще 
  через день-другой… — 
Но дней не дождаться жданных. 
Напрасно 
  проситель 
согнулся дугой. 
— Нельзя… 
  Не имеется данных!— 
Пока поймет! 
  Обшаркав паркет, 
порывшись в своих чемоданах, 
проситель 
  кладет на суконце пакет 
с листами 
  новейших данных. 
Простился. 
  Ладонью пакет заслоня 
— взрумянились щеки-пончики,— 
со сладострастием, 
  пальцы слюня, 
мерзавец 
  считает червончики. 
А давший 
  по учрежденью орет, 
от правильной гневности красен: 
— Подать резолюцию!— 
  И в разворот 
— во весь!— 
  на бумаге: 
  «Согласен»! 
Ответственный 
  мчит 
  в какой-то подъезд. 
Машину оставил 
  по праву. 
Ответственный 
  ужин с любовницей ест, 
ответственный 
  хлещет «Абрау». 
Любовницу щиплет, 
  весел и хитр. 
— Вот это 
  подарочки Сонечке: 
Вот это, Сонечка, 
  вам на духи. 
Вот это 
  вам на кальсончики… — 
Такому 
  в краже рабочих тыщ 
для ширмы октябрьское зарево. 
Он к нам пришел, 
  чтоб советскую нищь 
на кабаки разбазаривать. 
Я 
  белому 
  руку, пожалуй, дам, 
пожму, не побрезгав ею. 
Я лишь усмехнусь: 
  — А здорово вам 
наши 
  намылили шею!— 
Укравшему хлеб 
  не потребуешь кар. 
Возможно 
  простить и убийце. 
Быть может, больной, 
  сумасшедший угар 
в душе 
  у него 
  клубится. 
Но если 
  скравший 
  этот вот рубль 
ладонью 
  ладонь мою тронет, 
я, руку помыв, 
  кирпичом ототру 
поганую кожу с ладони. 
Мы белым 
  едва обломали рога; 
хромает 
  пока что 
  одна нога,— 
для нас, 
  полусытых и латочных, 
страшней 
  и гаже 
  любого врага 
взяточник. 
Железный лозунг 
  партией дан. 
Он нам 
  недешево дался! 
Долой присосавшихся 
  к нашим 
  рядам 
и тех, 
  кто к грошам 
  присосался! 
Нам строиться надо 
  в гигантский рост, 
но эти 
  обсели кассы. 
Каленым железом 
  выжжет нарост 
партия 
  и рабочие массы. 

<1926>