Детская болезнь «левизны» в коммунизме (Ленин)/Глава IX

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Детская болезнь «левизны» в коммунизме — Глава IX. «Левый» коммунизм в Англии
автор В. И. Ленин
Дата создания: апрель—май 1920, опубл.: июнь 1920. Источник: Ленин, В. И. Полное собрание сочинений. — 5-е изд. — М.: Политиздат, 1974. — Т. 41.


В Англии нет еще коммунистической партии, но есть свежее, широкое, могучее, быстро растущее, дающее право питать самые радужные надежды коммунистическое движение среди рабочих; есть несколько политических партий и организаций («Британская социалистическая партия», «Социалистическая рабочая партия», «Южно-Уэлльское социалистическое общество», «Рабочая социалистическая федерация»), желающих создать коммунистическую партию ц ведущих уже между собой переговоры об этом. В газете «дредноут Рабочих» (том VI, X" 48, от 21. П. 1920), еженедельном органе последней из названных организаций, редактируемом тов. Сильвией Панкхерст, помещена ее статья: «К коммунистической партии». Статья излагает ход переговоров между четырьмя названными организациями об образовании единой коммунистической партии, на основе присоединения к III Интернационалу, признания советской системы, вместо парламентаризма, и диктатуры пролетариата. Оказывается, одним из главных препятствий к немедленному созданию единой коммунистической партии являются разногласия по вопросу об участии в парламенте и о присоединении новой коммунистической партии к старой, профессионалистской, составленной*) из трэдюнионов, оппортунистической и социал-шовинисткой «Рабочей партии». «Рабочая социалистическая федерация» — равно как и «Социалистическая рабочая партия» [Кажется, эта партия против присоединения к Раб. партии", но но вся против участия в парламенте.] — высказываются против участия в парламентских выборах и в парламенте, против присоединения к «Рабочей партии», расходясь в этом отношении со всеми или с большинством членов Брит. соц. партии, которая, в их глазах, является «правым крылом коммунистических партий» в Англии (стр. 5, назв. статья Сильвии Панкхерст). Итак, основное деление получается то же, как и в Германии, — несмотря на громадные различия по форме проявления разногласий (в Германии эта форма гораздо более близка к «русской», чем в Англии) и по целом} ряду других обстоятельств. Посмотрим же па доводы «левых».

По вопросу об участии в парламенте т. Сильвия Панкхерст ссылается на помещенную в том же номере статью т-ща В. Галлакера (W. Gallichcr), который пишет от имени «Шотландского Рабочего Совета» в Глазго.

"Этот совет-пишет он-определенно анти-парламентаристский, и за ним стоит левое крыло различных политических организации. Мы представляем революционное движение в Шотландии, стремящееся к созданию революционной организации внутри профсоюзов (within the industries) и коммунистической партии, основанной на социальных комитетах, во всей стране. Долгое время мы церемонились (деликатничали? мирились? we have been spin ing) c официальными парламентариями. Мы не считали необходимым объявить открытую войну им. а они боятся открыть атаку на нас. "Но такое положение вещей не может продолжаться долго. Мы побеждаем по всей линии.

«Массовые члены (the rank & file) Независимой рабочей партии в Шотландии все больше и больше получают отвращение (is becoming disgusted) при мысли о парламенте, и почти все местные группы стоят за Советы» (употреблено русское слово в английской транскрипции) "или рабочие Советы. Разумеется, это имеет весьма серьезное значение для тех господ, которые смотрят на политику, как на средство заработка (как на профессию), и они пускают в ход все и всякие средства, чтобы убедить свопу членов вернуться назад к парламентскому корыту (into the Parliamentai у fold). Революционные товарищи не должны (курсив везде автора) поддерживать этой банды (this gang) "«. Наша борьба здесь будет очень трудной. Одной из худших ее черт будет измена тех, для кого личные интересы (или личное честолюбие, personal ambition) являются побудителем более сильным, чем их интерес к революции. Всякая поддержка парламентаризм а есть просто помощь тому, чтобы власть попала в руки наших британских Шейдеманов и Носке. Хендерсон, Кляйнс (Clynes) и К0 безнадежно реакционны. Официальная Независ. раб. партия все больше подпадает под власть буржуазных либералов (middle class liberals), которые нашли себе „духовный приют“ в лагере господ Макдональда, Сноудсна и К°. Официальная Незав. рабоч. партия жестоко враждебна III Интернационалу, а масса (the rank & file) за него. Поддерживать каким бы то ни было способом парламентариев оппортунистов значит просто играть на руку вышеназванным господам. Брит. соц. партия здесь не имеет никакого значения… Здесь нужна здоровая революционная производственная (индустриальная, industrial) организация и коммунистическая партия, действующая согласно ясным, точно определенным, научным основаниям. Если паши товарищи могут помочь нам в создании той и другой, мы охотно примем их помощь; если не могут, — пусть, бога ради, вовсе не вмешиваются, если они не хотят предать Революцию посредством оказания поддержки реакционерам, которые так усердно добиваются парламентского „почетного“ (?-знак вопроса автора) звания, И которые горят желанием доказать, что они могут управлять так же успешно, как и сами „надсмотрщики“ („boss“) классовые политики» (class politicians) ".

Это письмо в редакцию выражает, на мой взгляд, великолепно настроения и точку зрения молодых коммунистов или массовиков-рабочих, которые только-только начали приходить к коммунизму. Настроение это в высочайшей степени отрадное и ценное; его надо уметь ценить и поддерживать, ибо без него победа революции пролетариата В Англии — да и во всякой другой стране — была бы безнадежна. Людей, которые умеют выражать такое настроение масс, умеют вызывать у масс (очень часто дремлющее, не осознанное, не пробужденное) подобное настроение, надо беречь и заботливо оказывать им всяческую помощь. Но в то же время надо прямо, открыто говорить им, что одного настроения не достаточно для рисоводства массами в великой революционной борьбе, и что такие-то и такие-то ошибки, которые готовы сделать или делают преданнейшие делу революции люди, суть ошибки, способные принести вред делу революции. Письмо в редакцию т-ща Галлакера показывает с несомненностью зародыши всех тех ошибок, которые делают немецкие «левые» коммунисты и которые были делаемы русскими «левыми» большевиками в 1908 и 1918 годах.

Автор письма полон благороднейшей пролетарской (понятной и близкой, однако, не только для пролетариев, но и для всех трудящихся, для всех «маленьких людей», если употребить немецкое выражение)-ненависти к буржуазным «классовым политикам». Эта ненависть представителя угнетенных и эксплуатируемых масс есть по-истине «начало всякой премудрости», основа всякого социалистического и коммунистического движения и его успехов. Но автор, видимо, не учитывает того, что политика есть наука и искусство, которое с неба не сваливается, даром не дается, п что пролетариат, если он хочет победить буржуазию, должен выработать себе своих, пролетарских, «классовых политиков», и таких, чтобы они были не хуже политиков буржуазных.

Автор письма превосходно понял, что не парламент, а только рабочие Советы могут быть орудием достижения целей пролетариата, и, конечно, те, кто не понял этого до сих пор, суть злейшие реакционеры, будь то самый ученый человек, самый опытный политик, самый искренний социалист, самый начитанный марксист, самый честный гражданин п семьянин. Но автор письма не ставит даже вопроса, по помышляет о необходимости поставить вопрос о том, можно ли привести Советы к победе над парламентом, не вводя «советских» политиков внутрь парламента? не разлагая парламентаризма изнутри? не подготовляя изнутри парламента успеха Советов в предстоящей им задаче разогнать парламент? А между тем автор письма высказывает совершенно правильную мысль, что коммунистическая партия в Англии должна действовать на научных основаниях. Наука требует, во-первых, у чета опыта других стран, особенно, если другие, тоже капиталистические, страны переживают или недавно переживали весьма сходный опыт; во-вторых, учета всех сил, групп, партий, классов, масс, действующих внутри данной страны, отнюдь не определения политики на основании только желаний и взглядов, степени сознательности п готовности к борьбе одной только группы или партии.

Что Хендерсоны, Кляйнсы, Макдональды, Сноудены безнадежно реакционны, это верно. Так же верно то, что они хотят взять власть в своп руки (предпочитая, впрочем, коалицию с буржуазией), что они хотят «управлять» по тем же стародавним буржуазным правилам, что они неминуемо будут вести себя, когда буди' у власти, подобно Шейдеманам и Воске. Все это так. Но отсюда вытекает вовсе не то, что поддержка их есть измена революции, а то, что в интересах революции революционеры рабочего класса должны оказать этим господам известную парламентскую поддержку. Для пояснения этой мысли возьму два современных английских политических документа: 1) речь премьера Ллойд-Джорджа 18. III. 1920 по изложению в «The Manchester Guardian» от 19. HI. 1920) и 2) рассуждения «левой» коммунистки, тов. Сильвии Панкхерст в вышеуказанной ее статье.

Ллойд-Джордж в своей речи полемизировал с Асквитом (который был специально приглашен на собрание, но отказался придти) и темп либералами, которые хотят не коалиции с консерваторами, а сближения с рабочей партией. (Из письма в редакцию тов. Галлакера мы видели тоже указание на факт перехода либералов в Нез. рабоч. партию.) Ллойд-Джордж доказывал, что необходима коалиция либералов с консерваторами и тесная, ибо иначе может победить Рабочая партия, которую Ллойд-Джордж «предпочитает называть» социалистической и которая стремится к «коллективной собственности» средств производства. «Во Франции это называлось коммунизмом» — популярно пояснял вождь английской буржуазии своим слушателям, членам парламентской либеральной партии, которые, вероятно, до сих пор этого не знали, — «в Германии это называлось социализмом, в России это называется большевизмом». Для либерален это Принципиально неприемлемо, разъяснял Ллойд-Джордж, ибо либералы принципиально за частую собственность. «Цивилизация в опасности», заявлял оратор, ц потому либералы и консерваторы должны объединиться…

«…Если вы пойдете в земледельческие округа, — говорил Ллойд Джордж, — я согласен, что вы увидите там старые партийные деления, сохранившиеся но прежнему. Там опасность далека. Там опасности нет. Но, когда дело дойдет до сельских округов, опасность будет там также велика, как она велика теперь в некоторых промышленных округах. Четыре пятых нашей страны заняты промышленностью и торговлей; едва ли одна пятая-земледелием. Это-одно из обстоятельств, которое я постоянно имею в виду, когда. я размышляю об опасностях, которые несет нам будущее. Во Франции население земледельческое, и вы имеете солидную базу определенных взглядов, которая не двигается очень-то быстро и которую не очень-то легко возбудить революционным движением. В нашей стране дело обстоит иначе. Нашу страну легче опрокинуть (is more top-heavy), чем какую-бы то ни бы то другую страну в свете, и если она начнет шататься (трещать, to rock), то крах будет здесь по указанным причинам более сильным, чем в других странах». Читатель видит отсюда, что г. Ллойд-Джордж не только человек очень умный, но и многому научившийся от марксистов. Не грех и нам поучиться у Ллойд-Джорджа.

Интересно еще отметить следующий эпизод из дискуссии, которая состоялась после речи Ллойд-Джорджа:

«Г. Воллэс (Wallace): Я бы хотел спросить, как смотрит премьер-министр на результаты его политики в промышленных округах по отношению к промышленным рабочим, из которых очень многие являются либералами в настоящее время и от которых мы получаем так много поддержки. Не будет ли возможный результат тот, что вызовет громадное увеличение силы Рабочей партии со стороны рабочих, которые в настоящее время являются нашими искренними помощниками? Премьер-министр: Я держусь совершенно иного взгляда. Тот Факт, что либералы между собою борются, несомненно, толкает очень значительное число либералов, с отчаяния, к Рабочей партии, где вы имеете уже значительное число либералов, очень способных людей, занятых теперь дискредитированием правительства. Результат, несомненно, тот, что значительно укрепляется общественное настроение в пользу Рабочей партии. Общественное мнение поворачивает не к либералам, стоящим вне Рабочей партии, а к Рабочей партии, это показывают частичные перевыборы» (by-eleclions)

Мимоходом сказать, это рассуждение показывает особенно, как умнейшие люди буржуазии запутались ц не могут не делать непоправимых глупостей. На этом буржуазия п погибнет. А наши люди могут даже делать глупости (правда, при условии, что это Глупости не очень большие, и что они будут своевременно исправлены) и тем не менее окажутся в конце концов победителями. Другой политический документ-следующие рассуждения «левой» коммунистки, тов. Сильвии Панкхерст:

"…Тов. Инкпин (секретарь Брит. соц. партии) называет Раб. партию «главной организацией (body) движения рабочего класса». Другой товарищ из Британской социалистической партии на конференции III Интернационала выразил взгляд Британск. соц. партии еще рельефнее. Он сказал: «Мы смотрим на Рабочую партию, как на организованный рабочий класс».

"Мы не разделяем этого взгляда на Рабоч. партию. Рабоч. партия очень велика численно, хотя члены ее в очень значительной доле бездеятельнм (quiescent)*) и апатичны; это-рабочие и работницы, вступившие в тред-юнион, потому что их товарищи по мастерской трэд-юнионисты и потому что они хотят получать пособия.

«Но мы признаем, что многочисленность Рабоч. партии вызвана также тем Фактом, что она есть создание той школы мысли, за пределы которой большинство британского рабочего класса еще не пошло, хотя великие изменения подготовляются в умах народа, который скоро изменит это положение»…

"…Британская Рабоч. партия, подобно социал-патриотическим организациям других стран, неизбежно, в ходе естественного развития общества, придет к власти. Дело коммунистов-строить силы, которые низвергнут социал-патриотов, и мы не должны в нашей стране ни затягивать (delay)*) этой деятельности, ни колебаться (falter)*).

«Мы не должны разбрасывать нашу энергию, увеличивая силу Рабоч. партии; ее подъем к власти неизбежен. Мы должны сосредоточить свои силы на создании коммунистического движения, которое победит ее. Рабоч. партия скоро составит правительство; революционная оппозиция должна быть готова, чтобы напасть на него»…

Итак, либеральная буржуазия отказывается от исторически освященной вековым опытом — и необычайно выгодной для эксплуататоров-системы «двух партий» (эксплуататоров), считая необходимым объединение их сил для борьбы с Рабоч. партией. Часть либералов, как крысы с тонущего корабля, перебегают к Рабоч. партии. Левые коммунисты считают переход власти к Рабоч. партии неизбежным и признают, что сейчас за ней большинство рабочих. Они делают отсюда тот странный вывод, который т. Сильвия Панкхерст формулирует так:

«Коммунистическая партия не должна заключать компромиссов… Она должна сохранить (держать keep) свою доктрину чистой, свою независимость от реформизма незапятнанной; ее миссия-идти вперед, не останавливаясь и не сворачивая с пути, идти прямой дорогой к коммунистической революции». Напротив, из того, что большинство рабочих в Англии еще идет за английскими Керенскими или Шейдеманами, что оно еще не проделало опыта с правительством из этих людей, каковой опыт понадобился и России и Германии для массового перехода рабочих к коммунизму, из этого вытекает с несомненностью, что английские коммунисты должны участвовать в парламентаризме, должны изнутри парламента помочь рабочей массе увидать на деле результаты Хендерсоновского и Сноудеповского правительства, должны помочь Хепдерсонам и Споудснам победить объединенных Ллойд-Джорджа и Черчилля. Поступить иначе, значит затруднить дело революции, ибо без перемены взглядов большинства рабочего класса революция невозможна, а эта перемена создается политическим опытом масс, никогда не одной только пропагандой. «Без компромиссов вперед, не сворачивая с пути», если это говорит заведомо бессильное меньшинство рабочих, которое знает (или во всяком случае должно знать), что большинство через короткий промежуток времени, при условии победы Хендерсона и Сноудепа над Ллойд-Джорджем и Черчиллем, разочаруется в своих вождях и перейдет к поддержке коммунизма (или во всяком случае к нейтралитету и большей частью благожелательному нейтралитету по отношению к коммунистам), — такой лозунг явно ошибочен. Это все равно, как если бы 10.000 солдат бросились в бой против 50.000 неприятеля, когда следует «остановиться», «свернуть с дороги», даже заключить «компромисс», лишь бы дождаться имеющих подойти 100.000 подкрепления, которые сразу выступить не в состоянии. Это-интеллигентское ребячество, а не серьезная тактика революционного класса.

Основной закон революции, подтвержденный всеми революциями В в частности всеми тремя русскими революциями в XX иске, состоит вот в чем: для революции недостаточно, чтобы эксплуатируемые и угнетенные массы сознали невозможность жить по старому и потребовали изменения; для революции необходимо, чтобы эксплуататоры не могли жить и управлять по старому. Лишь тогда, когда «тазы» не хотят старого и когда «верхи» не могут по старому, лишь тогда революция может победить. Иначе эта истина выражается словами: революция невозможна без общенационального (и эксплуатируемых и эксплуататоров затрагивающего) кризиса. Значит, для революции надо, во-1-х, добиться, чтобы большинство рабочих (или во всяком случае большинство сознательных, мыслящих, политически активных рабочих) вполне поняло необходимость переворота и готово было идти на смерть ради него; во-2-х, чтобы правящие классы переживали правительственный кризис, который втягивает в политику даже самые отсталые массы (признак всякой настоящей революции: быстрое удесятеренье или даже увеличение во сто раз количества способных на политическую борьбу представителей трудящейся и угнетенной массы, доселе апатичной), обессиливает правительство и делает возможным для революционеров быстрое свержение его.

В Англии, как видно, между прочим, именно из речи Ллойд-Джорджа, явно нарастают оба условия успешной пролетарской революции. И ошибки со стороны левых коммунистов опасны теперь сугубо именно потому, что у некоторых революционеров наблюдается недостаточно вдумчивое, недостаточно внимательное, недостаточно сознательное, недостаточно расчетливое отношение к каждому из этих условий. Если мы-не революционная группа, а партия революционного класса, если мы хотим увлечь за собой массы (а без этого мы рискуем остаться просто говорунами), мы должны, во-1-х, помочь Хендерсону или Сноудену побить Ллойд-Джорджа и Черчилля (вернее даже: заставить первых побить вторых, ибо первые боятся своей победы!); во-2-х, помочь большинству рабочего класса на своем опыте убедиться в нашей правоте, т.-е. в полной негодности Хендерсонов "и Сноуденов, в их мелкобуржуазной и предательской натуре, в неизбежности их банкротства; в-3-х, приблизить момент, когда не почве разочарования Хендерсонамп большинства рабочих можно будет с серьезными шансами на успех сразу скинуть правительство Хендерсонов, которое будет еще более растерянно метаться, если даже умнейший и солиднейший, не мелкобуржуазный, а крупнобуржуазный, Ллойд-Джордж проявляет полную растерянность и обессиливает себя (и всю буржуазию) все больше и больше, вчера своими «трениями» с Черчиллем, сегодня своими «трениями» с Асквитом.

Буду говорить конкретнее. Английские коммунисты должны, на мой взгляд, соединить все свои четыре (все очень слабые, некоторые-совсем и совсем слабые) партии и группы в одну Коммунистическую партию на почве принципов III Интернационала и обязательного участия в парламенте. Коммунистическая партия предлагает Хендерсонам и Сноуденам «компромисс», избирательное соглашение: идем вместе против союза Ллойд-Джорджа и Черчилля*), делим парламентские места по числу голосов, поданных рабочими за Рабоч. партию или за коммунистов (не на выборах, а по особому голосованию), сохраняем полнейшую свободу агитации, пропаганды, политической деятельности. Без этого последнего условия, конечно, на блок идти нельзя, ибо это будет изменой: полнейшую свободу разоблачения Хендерсонов и Сноуденов английские коммунисты так же абсолютно должны отстаивать и отстоять, как отстаивали ее (пятнадцать лет, 1903—1917) ц отстояли русские большевики по отношению к русским Хендерсонам и Сноуденам, т.-е. меньшевикам.

Если Хендерсоны и Сноудены примут блок на этих условиях, мы выиграли, ибо нам вовсе не важно число мест в парламенте, мы за этим не гонимся, мы по этому пункту будем уступчивы

(а Хендерсоны и особенно их новые друзья — или их новые господа? — либералы, перешедшие в Нез. рабоч. партию, за этим дольше всего гонятся). Мы выиграли, ибо понесем свою агитацию в массы в такой момент, когда их «раззадорил» сам Ллойд-Джордж, и поможем не только Рабочей партии скорее составить свое правительство, но и массам скорее понять всю нашу коммунистическую пропаганда, которую мы будем вести против Хендерсонов без всяких урезок, без всяких умолчаний.

Если Хендерсопы и Сноудены отвергнут блок с нами на этих условиях, мы еще больше выиграли. Ибо мы сразу показали массам (заметьте, что даже внутри чисто меньшевистской, вполне оппортунистической Нез. раб. партии масса за Советы), что Хендерсоны предпочитают свою близость капиталистам объединению всех рабочих. Мы сразу выиграли перед массой, которая особенно после блестящих и высокоправильных, высокополезных (для коммунизма) разъяснении Ллойд-Джорджа будет сочувствовать объединению всех рабочих против союза Ллойд-Джорджа с Черчиллем. Мы сразу выиграли, ибо демонстрировали перед массами, что Хендерсоны и Сноудены боятся победить Ллойд-Джорджа, боятся взять власть одни, стремятся тайно получить поддержку Ллойд-Джорджа, который открыто протягивает руку Черчиллю против Рабоч, партии. Надо заметить, что у нас в России после революции 27. II. 1917 (ст. ст.) пропаганда большевиков против меньшевиков и эс-эров (т.-е. русских Хендерсонов и Сноуденов) выигрывала именно в силу такого же обстоятельства. Мы говорили меньшевикам и эс-эрам: берите всю власть без буржуазии, ибо у вас большинство в Советах (на 1-ом Всероссийском Съезде Советов большевики имели в июне 1917 г. всего 13 % голосов). Но русские Хендерсоны и Сноудены боялись взять власть без буржуазии, и когда буржуазия оттягивала выборы в Учр. собрание, прекрасно зная, что оно даст большинство эс-эрам и меньшевикам[1] (те и другие шли в теснейшем политическом блоке, представляли на деле одну мелкобуржуазную демократию), то эс-эры и меньшевики были не в силах энергично и до конца бороться против этих оттяжек.

При отказе Хендерсонов и Сноуденов от блока с коммунистами, коммунисты выиграли бы сразу в деле завоевания симпатий масс и дискредитирования Хендерсонов и Сноуденов, а если бы мы от этого потеряли несколько парламентских мест, так это нам совсем не важно. Мы выставили бы своих кандидатов только в самом ничтожном числе абсолютно надежных округов, т.-е. где выставление наших кандидатов но провело бы либерала против лабуриста (члена Рабочей партии). Мы вели бы избирательную агитацию, распространяя листки в пользу коммунизма и предлагая во всех округах, где нет нашего кандидата, голосовать за лабуриста пропив буржуа. Ошибаются тт. Сильвия Панкхерст и Галлакер, если видят в этом измену коммунизму или отказ от борьбы с социал-предателями. Напротив, от этого дело коммунистической революции, несомненно, выиграло бы.

Английским коммунистам очень часто трудно бывает теперь даже подойти к массе, даже заставить себя выслушать. Если я выступаю, как коммунист, и заявляю, что приглашаю голосовать за Хендерсона против Ллойд-Джорджа, меня наверное будут слушать. И я смогу популярно объяснить, не только почему Советы лучше парламента и диктатура пролетариата лучше диктатуры Черчилля (прикрываемой вывеской буржуазной «демократии»), но также и то, что я хотел бы поддержать Хендерсона своим голосованием точно так же, как веревка поддерживает повешенного; — что приближение Хендерсонов к их собственному правительству так же докажет мою правоту, так же привлечет массы на мою сторону, так же ускорит политическую смерть Хендерсонов и Сноуденов, как это было с их единомышленниками в России и в Германии.

И если мне возразят: это слишком «хитрая» или сложная тактика, ее не поймут массы, она разбросает, раздробит наши силы, помешает сосредоточить их на советской революции и т. п., то я отвечу «левым» возражателям:-не сваливайте своего доктринерства на массы! Наверное, в России массы не более, а менее культурны, чем в Англии. И однако массы поняли большевиков; и большевикам не помешало, а помогло то обстоятельство, что они накануне советской революции, в сентябре 1917 года, составляли списки своих кандидатов в буржуазный парламент (Учр. собрание), а на другой день после советской революции, в ноябре 1917 года, выбирали в то самое Учр. собрание, которое 5. I. 1918 было ими разогнано.

Я не могу здесь останавливаться на втором разногласии между английскими коммунистами, состоящем в том, присоединяться ли к Рабочей партии или нет. У меня слишком мало материалов по этому вопросу, который является особенно сложным ввиду чрезвычайной оригинальности британской «Рабочей партии», слишком не похожей на обычные на континенте Европы политические партии по самому своему строению. Несомненно только, во-первых, что и по этому вопросу неизбежно впадет в ошибку тот, кто вздумает выводить тактику революционного пролетариата из принципов, вроде: «комм. партия должна сохранять свою доктрину в чистоте и свою независимость от реформизма незапятнанной; ее призвание — идти впереди, не останавливаясь и не сворачивая с дороги, идти прямым путем к комм. революции». Ибо подобные принципы лишь повторяют ошибку французских коммунаров-бланкистов, провозглашавших в 1874 году «отрицание» всяких компромиссов и всяких промежуточных станций. Во-вторых, несомненно, что задача состоит и здесь, как всегда, в том, чтобы уметь приложить общие и основные принципы коммунизма к тому своеобразию отношений между классами и партиями, к тому своеобразию в объективном развитии к коммунизму, которое свойственно каждой отдельной стране и которое надо уметь изучить, найти, угадать.

Но об этом приходится говорить в связи не с одним только английским коммунизмом, а с общими выводами, касающимися развития коммунизма во всех капиталистических странах. К этой теме мы и переходим.


  1. Выборы в Учр. собр. в России, в ноябре 1917 г., по сведениям Охватывающим свыше 36 миллионов избирателей, дали 25 % голосов большевикам, 13 % разным партиям помещиков и буржуазии 62 % мелкобуржуазной демократии, т.-е. эс-эрам и меньшевикам вместе с небольшими родственными им группами.