ЕЭБЕ/Давность владения в еврейском праве

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Давность владения в еврейском праве
Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Грива — Данте. Источник: т. 6: Гадассий — Данте, стлб. 906—910 ( скан )
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


Давность владения в еврейском праве (usucapio, חזקה הנתים והקרקעות) — приобретение права собственности путем фактического владения имуществом в течение известного времени. Давность является одним из древнейших институтов гражданского права. Мы встречаем его на заре истории человеческой культуры в вавилонском кодексе Хаммурапи и в древнейших браманских законодательствах — Гаутамы и Вишну. Он был также, по свидетельству Талмуда (Баба Батра, 55а; ср. Aruch, s. v. אריש; 40-летняя давность) известен древнеиранскому праву. Особенное развитие он получил в римском праве, где впоследствии глоссаторы создали из него общий институт давности приобретательной и погасительной, в главных своих чертах господствующий и ныне в современных западноевропейских законодательствах. Этот институт, приписывающий времени силу «фактически существующее превращать в действительно-юридическое», в сущности противоречит идее права, однако появляется почти везде на известной ступени развития древнего общества. Мы его встречаем почти у всех народов в тот момент, когда последние перестают быть союзом семей и становятся нацией, образующей государство, в момент возникновения частной собственности. С одной стороны, развитие гражданского оборота выдвигает необходимость в установлении твердости и надежности имущественных отношений; с другой же — Д. является как бы «poena negligentiae», т. е. наказанием субъекта права за нерадение о последнем.

Таковым мы видим его в Вавилонии, в эпоху Хаммурапи, когда земледелие было уже развито, когда уже существовала частная земельная собственность, даже иммунитеты, а помещики или сами через своих рабов и рабочих обрабатывали свою землю, или отдавали ее внаймы. Законодательство Хаммурапи, поставившее себе целью покровительствовать интенсивному хозяйству и созданию экономических ценностей, карая за леность и небрежность, устанавливает: «Если Рид-Сабэ (царские служилые люди, получавшие лен в виде награды за военную службу) или Баиру (охотник) оставит в небрежении и бросит на произвол судьбы поле, сад и дом, и кто-либо другой возьмет в свое владение его поле, сад и дом и три года будет пользоваться ими, тогда, если он возвратится и потребует свое поле, сад и дом, не должно ему отдавать их. Тот, кто взял их во владение и пользовался, пусть продолжает пользоваться» (§ 30). Таковым же этот институт является также в законах XII таблиц и других законодательных памятниках. Исключение составляют лишь древнее право евреев и арабов. Несмотря на глубокое проникновение вавилонского права путем рецепции и культурных влияний в Сирии и Палестине, засвидетельствованное телль-эль-амарнскими таблицами, институт владения по давности, как все другие институты, имеющие место только в торговом государстве, был неизвестен библейскому законодательству. Собственность, происшедшая из дележа завоеванной земли, была в древнем израильском государстве вообще неотчуждаема, а продажа была не чем иным, как закладом, который мог быть более или менее продолжительным, смотря по тому, сколько лет оставалось до юбилейного года, с наступлением которого собственность, в большинстве случаев, возвращалась прежнему владельцу (см. соотв. статью). По возвращении из плена, когда Палестина вообще, а Иерусалим в частности делается крупным торгово-промышленным центром, вместе с полным установлением частной собственности является необходимость в упрочении юридического быта законодательными нормами о Д. владения недвижимостью.[1] — Позднейшие редакции этих норм находятся в Тосефте, Мишне и Талмудах, в 3-й главе трактата Баба Батра, озаглавленной חזקת הנתים (давность владения домами и землями; рус. пер. с юридическим комментарием Моргулиса в приложении к его сочинению «О давности etc. по талмудскому праву», СПб., 1893). В отличие от римского права, которое признает, что факт продолжительного владения вещью может служить заменой права, талмудическое право в Баба Батра, 29а выдвигает следующее основное начало Д.: никто не должен хранить своих актов на право собственности более 3-х лет (совершенно не обосновано утверждение Моргулиса в названном сочинении, что это начало талмудического права в институте Д. стоит особняком от всех других законодательств: оно находится также в кодексе Вишну; ср. The Institutes of Vishnu translated by Julius Jolly в оксфордской коллекции «The Sacred Books of the East», VII, 1880). Право собственности признается за лицом, владеющим 3 года спорным имуществом, если оно при этом ссылается на justus titulus (законное основание владения), которого оно, однако, не обязано доказать, пока оспаривающая сторона не докажет противного (חזקה שיש עמה טענה). Это доверие к ссылке на justus titulus компенсируется обязательным по закону протестом (מחאה) со стороны лица, считающего себя собственником, против нарушителя. Протест против фактического владельца должен быть заявлен в течение 3-х лет со времени завладения, в присутствии 2-х свидетелей, для достижения гласности факта протеста, чтобы он дошел до фактического владельца и тем самым обязывал его хранить свои акты в течение давностного срока (Баба Бат., 38б и 39б; ср. комментарий Рашбама, ib., 39б, и Маймонид, Hilchoth Toen we-Nitan, 11, §§ 7—8). 3-годичный срок считается совершенно достаточным не только в пределах Палестины и в трех ее провинциях — Иудее, Заиорданье и Галилее, но и по отношению к другим странам вне Палестины. Вообще же Д. не применяется к случаям, препятствующим заявлению протеста, вследствие ли прекращения сообщения из-за войны и т. д. или личных препятствий, обусловленных опасностью для жизни на все время существования этой опасности, например если владелец скрывается от преследователей, угрожающих ему смертью, נורח מחמת מרדין (ib., 38б). — Для вменения фактическому владельцу в обязанность хранить акт о праве собственности достаточен один протест в течение давностного срока. Если давностный срок прошел, то необходимо возобновление протеста, причем новый протест должен безусловно вытекать из того же основания, что и первый. В противном случае своим новым протестом он опровергает действительность первого протеста, а потому Д. eo ipso восстановляется (ib., 39б; ср. Ашери, ibidem). — Для действительности юридической силы Д. требуются следующие условия: 1) Непрерывное владение в течение трех лет, причем время владения предшественника присчитывается ко времени владения правопреемника. Исключение относительно срока непрерывности владения составляют те поля, которые пользуются дождевой водой (שדה הנעל). Так как в них сбор плодов производился более чем раз в год, то достаточен факт троекратного сбора (Талмуд, ib., 28а и 36а; ср. Хошен га-Мишп., 141 и Рамо, ib., § 1). Также не требуется непрерывности пользования в тех местностях, где существовал обычай оставлять поле под паром (Талмуд, ib., 29a). Если установлено, что прежний владелец (податель протеста) сознательно помогал фактическому владельцу, то право собственности второго лица устанавливается немедленно (Талмуд, ib., 35б, Маймонид, ibid., 11, § 9; Хошен га-Мишпат, § 142). — 2) Полное владение. Для полноты владения недостаточно одного вспахивания поля без уборки его произведений, так как это действие, само по себе не составляющее пользование имуществом, является выгодным для собственника, почему оно, конечно, не вызовет протеста со стороны последнего (Баба Батра, 36а). Что касается жилых помещений, то владение ими характеризуется пребыванием в них не только днем, но и ночью. Исключение допускается лишь в отношении торговых помещений (Баба Батра, 29). — 3) Объем владения. Пользование в течение Д. срока плодами деревьев устанавливает Д. и на недра земли. Если поле разделено на несколько участков, необходимо извлечение доходов из всех участков данного поля (ib., 36). — 4) Субъекты владения по Д. По общему правилу по Д. а) не могут приобретать лица, действующие путем насилия и против которых в силу их властного положения невозможно прибегнуть к протесту, например эксилархи и т. д. (ib., 36а); b) ремесленники не могут приобретать, пока они не оставят своего ремесла, вещей, принятых ими по заказу; с) исполовники — имений хозяина; d) опекуны — имений опекаемых; е) супруги — имений, пользование которыми им по закону предоставлено, а родители и дети — имуществ, принадлежащих одной из сторон; f) общие совладельцы (Талмуд, ib., 42а и сл.). — 5) Объекты владения по Д. Не могут подлежать влиянию Д. имущества лиц, лишенных возможности проявить сознательно свою волю, как то: умалишенные, несовершеннолетние, пленники, безвестно отсутствующие; также имения, которые по свойству почвы не могут вовсе приносить произведений (ср. Хошен га-Мишпат, 143, § 4 и 149). — О Д. сервитутов — см. Сервитуты. Об исковой Д. в субботний год — см. Гиллель. — Что касается арабов, то как доисламский период арабского права, так и мусульманское право не знает Д. Земля может быть истребована назад во всякое время. Только малекиты (по имени основателя школы Малека, умершего в 795 г.) допускают 10-летнюю Д. в делах между иностранцами и 40-летнюю между туземцами, причем в основание этой Д. они ставят предположение о праве собственности, имеющем силу до тех пор, пока не будет доказано противное. Но хафеиты и шииты, верные древней традиции, отрицают всякую Д. — Ср.: Van den Berg, Beginselen van net mohamedaansche Recht, 1878; Nauphal, Cours de droit musulman, СПб., 1886; Маймонид, Hilchoth Toen we-Nitan, 11—15; Хошен га-Мишпат, §§ 140—152; Dareste de la Chavanne, Études d’histoire du droit, 1889; M. Г. Моргулис, «О давности владения недвижимостью по талмуд. праву»; Муромцев, «Гражданское право древнего Рима», 1888; Müller, Gesetze Hammurabis, 1903.

И. Б.3.

Примечания[править]

  1. Автор, очевидно, исходит из предположения, что по возвращении евреев из Вавилонии юбилейный институт перестал существовать и недвижимости стали полной, способной к отчуждению частной собственностью. Но это не так. Вопрос этот издавна был предметом спора во французских талмудических школах тосафистов. Раши действительно полагает, что в эпоху 2-го храма юбилейного института не существовало; зато Рабену Там на основании весьма веских данных доказал, что институт этот существовал до падения Иерусалима (Гитт., 36а; ср. Раши и Тосеф., s. v. Bisman; Кид., 38б; ср. Тосеф., s. v. Haschmatoth; Аракин 31б и Тосеф., s. v. Hitkin). Самое убедительное доказательство р. Тама то, что одним из элементов юбилейного института было правило, по которому продавший дом в крепостном городе имел право выкупить его только в продолжение одного года, если же он до окончания года не выкупил его, то дом поступил в вечное владение покупателя (Лев., 25, 29—31); Гиллель же установил, что до года продавец имеет право выкупа в отсутствие покупателя внесением денег в судебное место (Мишна Аракин, 31б; см. Гиллель). Стало быть, во время Гиллеля этот институт существовал. К доказательствам р. Тама можно прибавить еще следующее: одна, по-видимому, совершенно достоверная традиция считает между особенностями, которыми отличался Иерусалим от других городов, и то, что, хотя город и был окружен стеной, проданные в нем дома могли быть всегда выкупаемы (Баба Кама, 82). Кроме того, Иосиф Флавий, подробно излагая юбилейный закон («Древн.», III, 12, § 3), говорит о нем не как о чем-то архаическом, а как о законе, который практиковался еще в его время. — Л. К.