ЕЭБЕ/Ординация

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Ординация
Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Обычай — Ошмяны. Источник: т. 12: Обычай — Проказа, стлб. 125—129 ( скан )
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


Ординация (הבימם) — торжественное возведение посредством установленного обряда в сан законоучителя, судьи. Благодаря тому высокому уважению, которым Тора пользовалась в жизни евреев, уже в раннюю эпоху установился принцип легализации преподавания ее и решения вопросов практики. Возникал вопрос, кто правомочен преподавать Тору и разрешать спорные вопросы. Вполне естественно, что был выдвинут в первую голову принцип традиции, т. е. преемственности ее, непрерывной цепью, начиная от Моисея, как первого законодателя, до современных представителей закона. Духовный сан священника был наследственным, переходя от отца к сыну или другим членам семьи, но это не могло иметь места в деле преподавания закона, где играло роль умственное превосходство. Но преемственность желательно было сохранить и здесь, и она выражена в О., т. е. в известных внешних проявлениях и в церемониях, в наложении рук на голову кандидата. Рукоположение стало, таким образом, в известной мере возведением в академический или судебный сан; в нем ретроспективно видели традиционный обряд, который был совершен и над Иошуей (Числ., 27, 18—21; Втор., 34, 9). Им как бы символически передавались связанные с этим саном мудрость и достоинство (Числ., 27, 20). С течением времени присоединились еще некоторые обряды. Посвящаемый облекался в особый плащ (תרפעמ), и весь обряд совершался при торжественной обстановке. Церемония сопровождалась речами и песнями в честь новопосвященного (Кет., 17а), который получал право именоваться «рабби» (יבר). О. предоставляла право занимать пост преподавателя закона, разрешать религиозные сомнения и исполнять обязанности судьи. Посвященный мог явиться единоличным судьей в гражданских процессах, а в уголовных в качестве члена коллегии 23 (1-ая инстанция или малый синедрион) и даже одним из членов коллегии 71 (высшая инстанция или великий синедрион). Всех этих прав не имели лица, не получившие рукоположения. При рукоположении принимали во внимание, кроме ученой подготовки, также нравственный облик и безупречное происхождение кандидата, т. е. происхождение из такого семейства, с которым священник мог беспрепятственно вступить в родственную связь (ср. Мишна, Сангед., 4, 2 и 4; Санг., 36б). Посвященный разрешал спорные вопросы ритуальной чистоты, принимал участие в установлении праздников и т. д. В глубокой древности, когда рукоположение совершалось довольно примитивным способом, правом рукоположения своих учеников пользовались все рукоположенные (Иер. Санг., 19а). К тому времени следует относить и буквальное применение рукоположения. По-видимому, лишь после восстания при Адриане это стало исключительным правом патриарха (ib.). В эпоху преследований Адриана рукоположение было связано с опасностью для жизни как для обеих сторон, так и для города, где оно происходило. В это время и погиб р. Иегуда бен-Баба, поплатившись жизнью за рукоположение пяти своих учеников (Санг., 14а). Когда О. была снова восстановлена, она продолжалась уже правильно и стала правом одного лишь патриарха, который, вероятно, уже не «возлагал» своих рук на голову кандидата, а «провозглашал торжественно» его достойным О., почему и стали пользоваться другим термином для обозначения О. — יונמ. Чаще других патриархов этим правом пользовался р. Иуда I (во второй половине второго и в начале третьего века). Права последующих патриархов были ограничены согласием Синедриона или судебной коллегии (ןיד תיב תעדמ). По мнению Греца (Gesch., IV, 48), этот новый modus стали принимать при Иуде II, когда патриархат утратил прежний авторитет. На первых порах кандидаты в «рабби» были исключительно палестинские жители, и только на рубеже II и III веков стали получать рукоположение, правда, не особенно щедро, и жители диаспоры, главным образом вавилоняне. Порой рукополагали условно и таких вавилонских ученых, которые имели в виду вернуться на родину. Всем этим имелось в виду сохранить престиж и авторитет палестинского патриарха (Санг., 5а). Точный реестр всех удостоенных звания «рабби» хранился у патриарха (Кетуб., 112а; Иер. Рош. га-Шана, 58б; Иер., Санг., 18с). С падением патриархата в V в. по Р. Х. (приблизительно в 425 г.) О. потеряла полноту своего престижа. В середине IV в. был введен установленный календарь, и таким образом одна из важнейших прерогатив рукоположенных была уничтожена. Да и другие функции их были нарушены главным образом благодаря автономной власти вавилонского эксиларха (Resch-Galuta), получившего от персидского правительства право назначать судей, решавших гражданские дела, имевших также право налагать денежные взыскания; даже телесные наказания налагались в силу полномочий, полученных от эксиларха (Гораиот., 11б). Относительно разрешения религиозных вопросов действовал принцип, что ученики получали на то соответствующее дозволение учителей (Санг., 5а). — Вавилония была довольна прекращением этой О., так как она всегда тяготилась известными стеснениями при рукоположении. С другой стороны, Вавилония следила за тем, чтобы право на исполнение соответствующих функций исходило от эксиларха, разрешение которого таким образом стало равносильным палестинской О. и давало право быть судьей и решать религиозные вопросы. С течением времени главы вавилонских школ стали стремиться к тому, чтобы оставить это право за собой (ср. известное послание Шериры). Гаон р. Амрам из Суры утверждает самым решительным образом, что высшие школы и суды, которые имеют авторизованных судей, имеют все права бывшего Синедриона и иерусалимских судов (Teschubot ha-Geonim, Лыкское изд., № 56). И все время, пока высшая школа и эксиларх существовали в Вавилонии, у евреев Востока все еще оставалось нечто вроде официальной авторизации, заменявшей рукоположение, а порой и сама администрация вручала эксиларху власть над евреями в пределах своего государства. [В респонсах гаонов Сар-Шалом, Цадока, Гая бен-Шерира упоминается письменное удостоверение об О., которую рукоположенный получал на право быть судьей. Такое удостоверение называлось в Вавилонии תושר תרגיא, אתוניידד אקתפּ или אתושרד אקתפ и полная формула его находится в респонсе Гая Гаона у Гаркави, Stud. und Mittheil., IV, 80, № 180; ср. примеч. там же стр. 355—356. В талмудическую эпоху формула писалась кратко по-еврейски: NN. сын NN. הרוי ריתי תורובב ריתו ןידי, ןידי הרוי, הרוי (Сангед. 5а). В гаонейскую же эпоху формула была обстоятельнее и гласила по-арамейски от имени ןיד תיב לודגה следующим образом: ׳לפ רב ׳לפל היגינמ אנחנא האזחתיאלו יניד ןדימל אתושר היל אנביהיו ׳לפ ארתאב אנאיד ןאמ לבו אימש תילחדו אריתחו ארוםיאדו אתאוצמד ילימ לב לע יאמ היב דבעמל אתושד היל תיא הישפנ לע אניד ליבקמ אד אימש ןמ בייחד ןידביה יב יזחד; см. у Гаркави, там же. — Ред.] Но, начиная с X века, число евреев в Европе стало увеличиваться. В Италии и других странах, лежащих у Средиземного моря, существовали довольно значительные еврейские общины, которые не всегда могли обращаться к вавилонским авторитетам, а с распадением халифата авторитет вавилонских школ вообще сильно пошатнулся во мнении европейских стран. И когда в XI веке эти школы прекратили окончательно свое существование, а европейские общины приобрели первенствующее значение, отсутствие О. сказалось. В силу обычая установилось, что знаменитые законоучители стояли во главе школ и давали наиболее даровитым ученикам право решать гражданские дела между евреями и разрешать религиозные споры. Но это явление было лишь обычным правом, и оно легализовано не было. Да и эти школы носили частный характер, и случалось, что одновременно существовало их несколько, которые и выпускали многочисленные кадры кандидатов на раввинские посты. Область компетенции часто вызывала между ними споры. Бывали случаи, когда один местный раввин не признавал авторитета другого или даже того, от кого он получил свое право. Подобные разногласия были очень часты в жизни общин в средние века. Одним из таких сильно нашумевших в свое время споров был спор знаменитого р. Якова Тама в Труа (Troyes) с р. Мешулламом из Кельна. Все более и более чувствовалась нужда в О. в какой бы то ни было форме. И действительно, в различные времена и в различных странах были сделаны попытки возродить этот древний институт. Что касается Палестины, то, начиная с XI в., там почти не было еврейского населения: набеги монголов и крестовые походы уничтожили все существовавшие там еврейские общины. [Впрочем, из недавних открытий стало известно, что в Палестине и Египте существовали в XI—XII вв. официальные иешиботы и гаоны. — Ред.]. Еще меньше влияния имели редкие тамошние законоучители, и естественно, что не могло быть и речи об их авторитете для диаспоры. Заметный прирост еврейского населения стал наблюдаться в начале XVI в., когда массовые изгнания евреев из Испании и Португалии направили эмиграционную волну на Восток. Среди переселенцев было много очень видных авторитетов, которые и основались в различных городах Св. Земли, преимущественно в Сафеде. В пределах Оттоманской империи возникло много цветущих общин при очень благоприятных политических и экономических условиях. Оттоманское правительство было склонно усилить авторитет раввината, пользовавшегося и без того его сильным покровительством. Сделать это было легко путем официальной организации общин. Один из виднейших ученых того времени, р. Яков Бераб, задался целью восстановить рукоположение в Палестине. С формальной стороны против всего плана было одно постановление Талмуда, в силу которого право рукоположения предоставлялось исключительно рукоположенным же. Но таковых уже не было в действительности в течение многих веков. С другой стороны, Маймонид высказался в одном месте в том смысле, что если бы мудрецы Св. Земли «пришли к соглашению избрать из своей среды достойнейшего и рукоположить его, то подобное действие можно было бы считать законным восстановлением О.». Естественно, что этот избранник тем самым получал право давать, в свою очередь, рукоположение. Р. Яков и задумал воспользоваться этим толкованием Маймонида и привести его в действие в Сафеде, где тогда существовала многолюдная еврейская община и было много видных раввинов. В 1538 г. р. Яков Бераб привел в исполнение задуманный план, одобренный впоследствии многими общинами. В свою очередь, Бераб рукоположил нескольких ученых, в том числе знаменитого р. Иосифа Каро, автора Шулхан-Аруха, сильно ратовавшего за О., и р. Моисея де Трани. Но поступок Бераба нашел и ярых противников. Это было время крайне свободного развития иудаизма, не признававшего никакого другого авторитета, кроме учености, и не считавшегося ни с какими условными формами. Еврейский мир в общем был настроен против центральной духовной организации и иерархии. Считая необходимым поддержать авторитет раввинов в общине путем хорошей организации ее, все были против О., зависевшей в известных случаях от произвола и усмотрения отдельных личностей. Во главе противников р. Якова Бераба стоял иерусалимский главный раввин р. Леви ибн-Хабиб. Борьба, принявшая скоро личный характер, разгоралась все сильнее и сильнее. Протесты Хабиба помешали другим общинам признать факт восстановления О., а смерть р. Якова (1546) положила конец всей затее. Р. Иосиф Каро продолжал еще борьбу за О., но без успеха. Таким образом вопрос об авторитетности раввинского персонала решается практически общинами. На Востоке все осталось по-старому; на Западе жизнь выработала свой modus. Кандидат в раввины получает свидетельство от нескольких известных раввинов (הארוה תרתה). Урегулировать выдачу свидетельств пытались областные синоды, а в Литве и Польше так называемый «Ваад» четырех стран и главных общин, но эти попытки успеха не имели, некоторые злоупотребления не могли быть устранены. Нечто вроде рукоположения существует ныне в Западной Европе, благодаря теологическим семинариям. В этих учреждениях, из которых первым по времени является Kollegium Rabbinicum в Падуе (1829), затем Jüdisch-Theologischer Seminar в Бреславле (1854); наконец, в Берлине, Будапеште, Вене, Париже, Флоренции, Лондоне, Цинциннати и Нью-Йорке кандидаты, выдержавшие испытания, получают диплом. Этот диплом выдается на тех же основаниях, что и докторский в университетах. Он дает право занимать пост раввина и исполнять все связанные с этим званием функции. В некоторых странах, как, например, в Австрии, диплом является обязательным для раввина; в Германии же это предоставлено на благоусмотрение общины.

Ср.: Hamburger, Real-Encycl., s. v.; Bacher, Monatsschrift, XXXVIII, 122—127; Loew, Ges. Schriften, V, p. 78—92; Epstein, REJ., XLVI, 197—211; David Messer Leon, Kebod Chachamim (Берлин, 1899); J. E., IX, 428—430, s. v. Ordination, и см. соотв. статью.

С. Бернфельд.3.9.