Зангези (Хлебников)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Зангези
автор Велимир Хлебников (1885—1922)
См. «Сверхповести». Из сборника «Творения». Дата создания: 1920—1922, опубл.: 1922. Источник: Творения. М. 1986[1] • Поэма.[2]
Википроекты: Wikidata-logo.svg Данные

231. ЗАНГЕЗИ[править]

ВВЕДЕНИЕ[править]

Повесть строится из слов как строительной единицы здания. Единицей служит малый камень равновеликих слов. Сверхповесть, или заповесть, складывается из самостоятельных отрывков, каждый с своим особым богом, особой верой и особым уставом. На московский вопрос: «Како веруеши?» — каждый отвечает независимо от соседа. Им предоставлена свобода вероисповеданий. Строевая единица, камень сверхповести, — повесть первого порядка. Она похожа на изваяние из разноцветных глыб разной породы, тело — белого камня, плащ и одежда — голубого, глаза — черного. Она вытесана из разноцветных глыб слова разного строения. Таким образом находится новый вид работы в области речевого дела. Рассказ есть зодчество из слов. Зодчество из «рассказов» есть сверхповесть. Глыбой художнику служит не слово, а рассказ первого порядка.

КОЛОДА ПЛОСКОСТЕЙ СЛОВА[править]

Горы. Над поляной подымается шероховатый прямой утес, похожий на железную иглу, поставленную под увеличительным стеклом. Как посох рядом со стеной, он стоит рядом с отвесными кручами заросших хвойным лесом каменных пород. С основной породой его соединяет мост — площадка упавшего ему на голову соломенной шляпой горного обвала. Эта площадка — любимое место Зангези. Здесь он бывает каждое утро и читает песни. Отсюда он читает свои проповеди к людям или лесу. Высокая ель, плещущая буйно синими волнами хвои, стоя рядом, закрывает часть утеса, казалось, дружит с ним и охраняет его покой.

Порою из-под корней выступают черной площадью каменные листы основной породы. Узлами вьются корни — там, где высунулись углы каменных книг подземного читателя. Доносится шум соснового бора. Подушки серебряного оленьего моха — в росе. Это дорога плачущей ночи.

Чёрные живые камни стоят среди стволов, точно тёмные тела великанов, вышедших на войну.

Плоскость I[править]

ПТИЦЫ[править]

Пеночка (с самой вершины ели, надувая серебряное горлышко). Пить пэт твичан! Пить пэт твичан! Пить пэт твичан![3]

Овсяночка (спокойная на вершине орешника). Кри-ти-ти-ти-ти-и -цы-цы-цы-сссыы.

Дубровник. Вьер-вьöр виру сьек-сьек-сьек! Вэр-вэр виру сек-сек-сек!

Вьюрок. Тьöрти едигреди (заглянув к людям, он прячетсяв высокой ели). Тьöрти едигреди!

Овсянка (качаясь на ветке). Цы-цы-цы-сссыы.

Пеночка зеленая (одиноко скитаясь по зеленому морю, по верхним вечно качаемым ветром волнам вершин бора). Прынь! Пцире<б>-пциреб! Пциреб! Цэсэсэ.

Овсянка. Цы-сы-сы-ссы (качается на тростнике).

Сойка. Пиу! Пиу! Пьяк, пьяк, пьяк!

Ласточка. Цивить! Цизить!

Славка черноголовая. Беботэу-вевять!

Кукушка. Ку-ку! Ку-ку! (качается на вершине).


Молчание.

Такие утренние речи птиц солнцу.

Проходит мальчик-птицелов с клеткой.

Плоскость II[править]

БОГИ[править]

Туман мало-помалу рассеивается. Обнажаются кручи, похожие на суровые лбы людей, которых жизнь была сурова и жестока, становится ясно: здесь гнездуют боги. У призрачных тел веют крылья лебедей, травы гнутся от невидимой поступи, шумят.

Истина: боги близки! — все громче и громче. Это сонм богов всех народов, их съезд, горный табор.

Тиэн гладит утюгом свои длинные, до земли, волосы, ставшие его одеждой: исправляет складки.

Шангти смывает с лица копоть городов Запада. «Мало-мало лучше».

Как зайцы, над ушами висят два снежных пушистых клока. Длинные усы китайца.

Белая Юнона, одетая лозой зелёного хмеля, прилежным напилком скоблит свое белоснежное плечо, очищая белый камень от накипи.

Ункулункулу прислушивается к шуму жука, проточившего ходы через бревно деревянного тела бога.



Эрот

Мара-рома,
Биба-буль!
Укс, кукс, эль!
Редэдиди дидиди!
Пири-пэпи, па-па-пи!
Чоги гуна, гени-ган!
Аль, Эль, Иль!
Али, Эли, Или!
Эк, ак, ук!
Гамчь, гэмчь, ио!
Рпи! Рпи!

Ответ (боги)

На-на-на!
Эчи, учи, очи!
Кези, нези, дзигага!
Низаризи озири.
Мэамура зиморо!
Пипс!
Мазачичи-чиморо!
Плянь!

Велес[4]

Брувуру ру-ру-ру!
Пице цапе сэ сэ сэ!
Бруву руру ру-ру-ру!
Сици лици ци-ци-ци!
Пенчь, панчь, пеньчь!

Эрот

Эмчь, Амчь, Умчь!
Думчи, дамчи, домчи.
Макарако киочерк!
Цицилици цицици!
Кукарики кикику.
Ричи чичи ци-ци-ци.
Ольга, Эльга, Альга!
Пиц, пач, почь! Эхамчи!

Юнона

Пирарара — пируруру!
Леолола буароо!
Вичеоло сэсэсэ!
Вичи! Вичи! иби-би!
Зизазиза изазо!
Эпсь, Апс, Эпс!
Мури-гури рикоко!
Мио, мао, мум!
Эп!
Ункулункулу

Рапр, грапр, апр! Жай!
Каф! Бзуй! Каф!
Жраб, габ, бакв — кук!
Ртупт! Тупт!

Носятся в воздухе боги.

Опять темнеет мгла, синея над камнями.

Плоскость III[править]

ЛЮДИ[править]

(ИЗ КОЛОДЫ ПЕСТРЫХ СЛОВЕСНЫХ ПЛОСКОСТЕЙ)

Люди. О, господа мать!

1-й прохожий. Так он здесь? Этот лесной дурак?

2-й прохожий. Да!

1-й прохожий. Что он делает?

2-й прохожий. Читает, говорит, дышит, видит, слышит, ходит, по утрам молится.

1-й прохожий. Кому?

2-й прохожий. Не поймешь! Цветам? Букашкам? Лесным жабам?

1-й прохожий. Дурак! Проповедь лесного дурака! А коров не пасет?

2-й прохожий. Пока нет. Видишь, на дороге трава не растет, чистая дорожка! Ходят. Протоптана дорога сюда, к этому утесу!

1-й прохожий. Чудак! Послушаем!

2-й прохожий. Он миловиден. Женствен. Но долго не продержится.

1-й прохожий. Слабо ему!

2-й прохожий. Да.

(Проходят.)

3-й прохожий. Он наверху, а внизу эти люди как плевательница для плевков его учения?

1-й прохожий. Может быть, как утопленники? Плавают, наглотались...

2-й прохожий. Как хочешь. Он спасительный круг, брошенный с неба?

1-й прохожий. Да! Итак учение лесного дурака начинается. Учитель! Мы слушаем.

2-й прохожий. А это что? Обрывок рукописи Зангези. Прильнул к корню сосны, забился в мышиную нору. Красивый почерк.

1-й прохожий. Читай же вслух!

Плоскость IV[править]

2-й прохожий. «Доски судьбы![5] Как письмена чёрных ночей, вырублю вас, доски судьбы!

Три числа! Точно я в молодости, точно я в старости, точно я в средних годах, вместе идемте по пыльной дороге!

105+ 104+ 115= 742 года 34 дня. Читайте, глаза, закон гибели царств.

Вот уравнение: Х = k + n (105+ 104+ 115) — (102 — (2n — 1) 11) дней.

k — точка от<с>чета во времени, римлян порыв на восток, битва при Акциуме[6]. Египет сдался Риму. Это было 2/IХ 31 года до Р. Хр.

При n = 1, значение Икса в уравнении гибели народов будет следующее: Х = 21/VII 711, или день гибели гордой Испании[7], завоевание ее арабами. Пала гордая Испания!

При n = 2, Х = 29/V 1453. И пробил час взятия Царьграда дикими турками. Город царей тонул в крови, и, дикие в прелести, выли турок волынки. Труп Рима второго Осман попирал. В храме Софии голубоокой — зеленый плащ пророка. На пузатых конях, с белой простыней на голове едут победители.

Пенье трёх крыльев судьбы: милых одним, грозных другим! Единица ушла из пяти в десятку, из крыла в колесо, и движенья числа в трех снимках (105, 104, 115) запечатлены уравнением.

Между гибелью Персии[8] 1/Х 331 года до Р. Хр. под копьем Александра Великого и гибелью Рима от мощных ударов Алариха[9] 24/VIII 410 года прошло 741 год, или 105+ 104+ 115 — 23 · 32 дней.

Доски судьбы! Читайте, читайте, прохожие! Как на тенеписи[10], числаборцы пройдут перед вами, снятые в разных сечениях времени, в разных плоскостях времени. И все их тела разных возрастов, сложенные вместе, дают глыбу времени между падениями царств, наводивших ужас»,

<1>-й прохожий. Темно и непонятно. Но все-таки виден коготь льва! Чувствуется. Обрывок бумаги, где запечатлены народов судьбы для высшего видения!

Плоскость слов V[править]

<В толпе.> Чангара[11] Зангези пришел! Говорливый! Говори, мы слушаем. Мы — пол, шагай по нашим душам. Смелый ходун! Мы — верующие, мы ждём. Наши очи, наши души — пол твоим шагам, неведомый.

Иволга. Фио эу.

Плоскость VI[править]

Зангези

Мне, бабочке, залетевшей
В комнату человеческой жизни,
Оставить почерк моей пыли
По суровым окнам, подписью узника,
На строгих стеклах рока.
Так скучны и серы
Обои из человеческой жизни!
Окон прозрачное «нет»!
Я уж стер свое синее зарево, точек узоры,
Мою голубую бурю крыла — первую свежесть.
Пыльца снята, крылья увяли и стали прозрачны и жестки.
Бьюсь я устало в окно человека.
Вечные числа стучатся оттуда
Призывом на родину, число зовут к числам вернуться.

2-й прохожий. Бабочкой захотелось быть, вот чего хитрец захотел!

3-й прохожий. Миляга! Какая он бабочка... баба он!

Верующие. Спой нам самовитые песни! Расскажи нам о Эль! Прочти на заумной речи. Расскажи про наше страшное время словами Азбуки! Чтобы мы не увидели войну людей, шашек Азбуки. а услышали стук длинных копий Азбуки. Сечу противников: Эр и Эль, Ка и <Гэ>!

Ужасны их грозно пернатые шлемы, ужасны их копья! Страшен очерк их лиц: смуглого дико и нежно пространства. Тогда шкуру стран съедает моль гражданской войны, столицы засыхают как сухари — влага людей испарилась.

Мы знаем: Эль — остановка широкой площадью поперечно падающей точки, Эр — точка, прорезавшая, просекшая поперечную площадь. Эр — реет, рвет, рассекает преграды, делает русла и рвы.

Пространство звучит через Азбуку.

Говори!


Плоскость VII[править]


Зангези

Вы говорите, что умерли Рюрики и Романовы,
Пали Каледины, Крымовы, Корниловы и Колчаки...
Нет! С рабами боролась оборона панова,
Был 20 раз взят и разрушен Киев,
Стерт в порошок.
Богатый плакал, смеялся кто беден,
Когда пулю в себя бросил Каледин
И Учредительного собрания треснул шаг.
И потемнели пустые дворцы.
Нет, это вырвалось «рцы»,
Как дыханье умерших,
Воплем клокочущим дико прочь из остывающих уст.
Это Ка наступало!
На облаке власти — Эля зубцы.
Эль, где твоя вековая опала!
Эль — вековой отшельник подполья!
Гражданин мира мышей, бурною бросились бурей
К тебе сутки, недели, месяцы, годы — на богомолье.
Дни наступали Эля — погоды!
Эль — это солнышко ласки и лени, любви!
В улье людей ты дважды звучишь!
Тебе поклонились народы
После великой войны.
Эр, Ра, Ро! Тра-ра-ра!
Грохот охоты, хохот войны.
Ты — турусы на колесах
В кованых гвоздях Скандинавии.
Парусом шумел по Руси,
Железным ободом телеги
На юг уносил
Крепкого снега на сердце ночлеги,
В мышьи тела вонзенные когти мороза.
Кляча — ветер России нес тебя.
И села просили: приехали гости бы!
Турусы на колесах.
Разрушая услады, ты не помнил преграды,
А вдали стоял посох Гэ, сломанный надвое.
Эр в руках Эля!
Если орел, сурово расправив крылья косые, тоскует о Леле,
Вылетит Эр, как горох из стручка, из слова Россия.
Если народ обернулся в ланей,
Если на нем рана на ране,
Если он ходит, точно олени,
Мокрою черною мордою тычет в ворота судьбы, —
Это он просит, чтоб лели лелеяли,
Лели и чистые Эли, тело усталое
Ладом овеяли.
И его голова —
Словарь только слов Эля.
Хорем рыскавший в чужбине хочет холи!
Эр, во весь опор
Несись, не падая о пол!
Объемы пути вычитай из преград.
Ты нищих лопоть
Обращаешь в народный ропот,
Лапти из лыка
Заменишь ропотом рыка!
Эр, ты — пар, ты гонишь поезда
Цепочкой цуга крови чечевиц
По жилам северной Сибири
Или дворцы ведешь волнами.
Расцвет дорог живет тобою, как подсолнух.
Но Эль настало — Эр упало.
Народ плывет на лодке лени,
И порох боевой он заменяет плахой,
А бурю — булкой.
И плашаницами — пращу... и голодом старинный город,
И гордых голыми.
А Эр луга заменит руганью,
Латы — ратью,
Оружие подымет вновь из лужи,
Не лазить будет, а разить!
На место больного — поставит борца!
Застроит храмом хлам и в городах изгонит голод,
И вором волю стащит.
Ты дважды зазвучал в пророке
И глаждан обратило в граждан,
Пронзая темь времен,
Как Ка звучало в Колчаке.
Ка стегало плетью
Оков, закона, колов и покоя, и камней:
Пророков ими побивают, —
В нем казни на кол.
Когда ты, Эр, выл
В уши севера болотца,
Широкие уши болота:
«Бороться, брат, бороться!» —
Охота у хаты за страшной грозою гнаться с белой борзою,
Чтоб вновь шла пехота, до последнего хохота
Двух черепов последних людей у блюда войны, —
В это время тяжкою поступью
Самоубийцы шло по степи Ка,
Шагая к Элям неверными, как будто пьяного, шагами
И крася облака судьбы собой,
Давая берег новый руслу человеческих смертей.
Последним ходом в проигрыше — дуло у виска —
Идёт, бледнея, Ка.
Эр, Ра, Ро!
Рог! Рог!
Бог Руси, бог руха,
Перун — твой бог, в огромном росте
Не знает он преград, рвет, роет, режет, рубит.
Вздор, что Каледин убит и Колчак, что выстрел звучал,
Это Ка замолчало, Ка отступило, рухнуло наземь.
Это Эль строит морю мора мол, а смерти — смелые мели.

1-й прохожий. Он — учёный малый.

2-й прохожий. Но песнь его без дара. Сырьё, настоящее сырьё его проповедь. Сырая колода. Посушить мыслителя...

Плоскость VIII[править]

Зангези

Эр, Ка, Эль и Гэ
Воины азбуки —
Были действующими лицами этих лет,
Богатырями дней.
Воля людей окружала их силу,
Как падает с весел вода мокрая.
Лодку, лыжи, лет и лед, лапу
Ищет, кто падает, куда? — в снег, воду и в пропасть, в провал.
Утопленник сел в лодку и стал грести.
Лодка широка, не провалится.
И лени захотелось всем.
И тщетно Ка несло оковы, во время драки Гэ и Эр,
Гэ пало, срубленное Эр,
И Эр в ногах у Эля!

Пусть мглу времён развеют вещие звуки мирового языка. Он — точно свет. Слушайте

Песни звездного языка:


«Где рой зелёных Ха для двух
И Эль одежд во время бега,
Го облаков над играми людей,
Вэ толп кругом незримого огня
И Ла труда, и Пэ игры и пенья,
Че юноши — рубашка голубая,
Зо голубой рубашки — зарево и сверк;
Вэ кудрей мимо лиц,
Вэ веток вдоль ствола сосен,
Вэ звезд ночного мира над осью,
Че девушек — червонн<ые> рубах<и>,
Го девушек — венки лесных цветов.
И Со лучей веселья,
Вэ люда по кольцу,
Эс радостей весенних,
Мо горя, скорби и печали.
И Пи веселых голосов,
И Пэ раскатов смеха,
Вэ веток от дыханья ветра,
Недолги Ка покоя.
Девы! Парни! больше Пэ! Больше Пи!
Всем будет Ка — могила!
Эс смеха, Да веревкою волос,
А рощи — Ха весенних дел,
Дубровы — Ха богов желанья,
А брови — Ха весенних взоров
И косы — Ха полночных лиц.
И Мо волос на кудри длинные,
И Ла труда во время бега,
И Вэ веселья, Пэ речей,
Па рукавов сорочки белой,
Вэ чёрных змей косы,
Зи глаз, Ро золотое кудрей у парней.
Пи смеха! Пи подков и бега искры!
Мо грусти и тоски,
Мо прежнего унынья.
Го камня в высоте,
Вэ волн речных, Вэ ветра и деревьев,
Созвездье — Го ночного мира,
Та тени вечеровой — дева,
И За-за радостей — глаза.
Вэ пламени незримого — толпа.
И пенья Пэ,
И пенья Ро сквозь тишину,
И криков Пи».

Таков звёздный язык. Толпа. Это неплохо, Мыслитель! Это будет получше!

Зангези. Это звездные песни, где алгебра слов смешана с аршинами и часами. Первый набросок! Этот язык объединит некогда, может быть, скоро!

1-й прохожий. Он божественно врет. Он врет, как соловей ночью. Смотрите, сверху летят летучки. Прочтем одну:

«Вэ значит вращение одной точки около другой (круговое движение).

Эль — остановка падения, или вообще движения, плоскостью, поперечной падающей точке (лодка, летать).

Эр — точка, просекающая насквозь поперечную площадь.

Пэ — беглое удаление одной точки прочь от другой, и отсюда для многих точек, точечного множества, рост объема (пламя, пар).

Эм — распыление объема на бесконечно малые части.

Эс — выход точек из одной неподвижной точки (сияние).

Ка — встреча и отсюда остановка многих движущихся точек в одной неподвижной. Отсюда конечное значение Ка — покой; закованность.

Ха — преграда плоскости между одной точкой и другой, движущейся к ней (хижина, хата).

Че — полый объем, пустота которого заполнена чужим телом. Отсюда кривая, огибающая преграду.

Зэ — отражение луча от зеркала. — Угол падения равен углу отражения (зрение).

Гэ — движение точки под прямым углом к основному движению, прочь от него. Отсюда вышина».

1-й слушатель. С своими летучками он делается свирепым, этот Зангези! Что скажешь по этому поводу?

2-й слушатель. Он меня проткнул, как рыбешку, острогой своей мысли.

Зангези. Слышите ли вы меня? Слышите ли вы мои речи, снимающие с вас оковы слов? Речи — здания из глыб пространства.

Частицы речи. Части движения. Слова — нет, есть движения в пространстве и его части — точек, площадей.

Вы вырвались из цепей ваших предков. Молот моего голоса расковал их — бесноватыми вы бились в цепях.

Плоскости, прямые площади, удары точек, божественный круг, угол падения, пучок лучей прочь из точки и в нее — вот тайные глыбы языка. Поскоблите язык — и вы увидите пространство и его шкуру.

Плоскость мысли IХ[править]

Тише! Тише. Он говорит!

Зангези. Благовест в ум! Большой набат в разум, в колокол ума! Все оттенки мозга пройдут перед вами на смотру всех родов разума. Вот! Пойте все вместе за мной!


I

Гоум.
Оум.
Уум.
Паум.
Соум меня
И тех, кого не знаю.
Моум.
Боум.
Лаум.
Чеум.
— Бом!
Бим!
Бам!

II

Проум.
Праум.
Приум.
Ниум.
Вэум.
Роум.
Заум.
Выум.
Воум.
Боум.
Быум.
— Бом!

III

Помогайте, звонари, я устал.

Доум.
Даум.
Миум.
Раум.
Хоум.
Хаум.
Бейте в благовест ума!
Вот колокол и веревка.
Суум.
Изум.
Неум.
Наум.
Двуум.
Треум.
Деум.
— Бом!

IV

Зоум.
Коум.
Соум.
Поум.
Глаум.
Раум.
Ноум.
Нуум.
Выум.
— Бом!
Бом! Бом, бом!

Это большой набат в колокол ума.

Божественные звуки, слетающиеся сверху на призыв человека.

Выум — это изобр<етающий ум>. Конечно, нелюба старого ведет к выуму.

Ноум — враждебный ум, ведущий к другим выводам, ум, говорящий первому «но».

Гоум — высокий, как эти безделушки неба, звезды, невидные днем. У падших государей он берет выпавший посох Го.

Лаум — широкий, розлитый по наиболее широкой площади, не знающий берегов себе, как половодье реки.

Коум — спокойный, сковывающий, дающий устои, книги, правила и законы.

<Г>лаум с вершины сходит и толпы ко всем. Он расскажет полям, что видно с горы.

Чеум — подымающиий чашу к неведомому будущему. Его зори — чезори. Его луч — челуч. Его пламя — чепламя. Его воли — чеволя. Его горе — чегоре. Его неги — ченеги.

Могум — гибельный, крушащий, разрушающий. Он предсказан в пределах веры.

Вэум — ум ученичества и верного подданства, набожного духа.

Оум — отвлеченный, озираю<щий> все кругом себя, с высоты одной мысли.

Изум — выпрыг из пределов бытового ума.

Даум — утверждающий.

Ноум — спорящий.

Суум — половинный ум.

Соум — разум-сотрудник.

Нуум — приказывающий.

Хоум — тайный, спрятанный разум.

Быум — желающий разум, сделанный не тем, что есть, а тем, чего хочется.

Лиум — отрицающий.

Проум — предвидение.

Праум — разум далекой старины, ум-предок.

Боум — следуюший голосу опыта.

Воум — гвоздь мысли, вогнанный в доску глупости.

Выум — слетевший обруч глупости.

Раум — не знающий границ, преград, лучистый, сияющий ум. Речи его — рар<еч>и.

Зоум — отраженный ум.

Прекрасен благовест ума.

Прекрасны его чистые звуки.

Но вот Эм шагает в область сильного слова «Могу».

Слушайте, слушайте моговест мощи!

Плоскость Х[править]

Иди, могатырь!
Шагай, могатырь! Можарь, можар!
Могун, я могею!
Моглец, я могу! Могей, я могею!
Могей, мое я. Мело! Умело! Могей, могач!
Моганствуйте, очи! Мело! Умело!
Шествуйте, моги!
Шагай, могач! Руки! Руки!
Могунный, можественный лик, полный могебнов!
Могровые очи, могатые мысли, могебные брови!
Лицо могды. Рука могды! Могна!
Руки, руки!
Могарные, можеские, могунные,
Могесные, мощные, могивые!
Могесничай, лик!
Многомогейные, могистые моги,
Это вы рассыпались, волосы, могиканами,
Могеичи — моговичи, можественным могом,могенятами,
Среди моженят — могушищ, могеичей можных,
Вьется один могушонок,
Можбой можеству могес могатеев могатых.
В толпе моженят и моговичей.

Вода в клюве! Крылья шумят ворона.
Тороплюсь, не опоздать бы!

Лицо, могатырь! Могай, моган!
Могей, могун!
Могачь, могай!
Иду можарищем, можарю можарство можелью!
Могачь, могай! Могей, могуй!
Иди, могатырь!
Мог моготы! Можар можавы!
Могесник, мощник!
Можарь, мой ум! Могай, рука! Могуй, рука!
Моган, могун и могатырь!
Иди!
Могай, моган! Могей, могун!
Глаза могвы, уста могды!
Могатство могачей!

Это Эм ворвалось в владения Бэ, чтоб не бояться его, выполняя долг победы. Это войска пехотные Эм размололи глыбу объема невозможного, камень-дикарь невозможного на муку, на муравьиные ноши, из дерева сделали мох и мураву, из орла муху, из слона мышь и стадо мурашей — и целое стало мукой бесконечно малых частей. Это пришло Эм, молот великого, молью шубы столетий, всё истребив.

Так мы будим спящих богов речи.

Дерзко трясем за бороду — проснитесь, старцы!

Я могогур и благовест Эм! Можар! Можаров! К Эм, этой северной звезде человечества, этому стожару всех стогов веры, — наши пути. К ней плывет струг столетий. К ней плывет бус человечества, гордо надув паруса государств.

Так мы пришли из владений ума в замок «Могу».

Тысяча голосов (глухо). Могу!

(ещё раз). Могу!

(ещё раз). Могу!

Мы можем!

Горы, дальние горы. Могу!

Зангези. Слышите, горы расписались в вашей клятве. Слышите этот гордый росчерк гор «Могу» на выданном вами денежном знаке? Повторенное зоем ущелья — тысячами голосов? Слышите, боги летят, вспугнутые нашим вскриком?

Многие. Боги летят, боги летят!

Примечания[править]

  1. Хлебников, Велимир. Творения / Общ. ред. и вступ. ст. М. Я. Полякова; Сост., подгот. текста и коммент. В. П. Григорьева и А. Е. Парниса. — М.: Советский писатель, 1986. — 736 с. Тираж 200 000 экз. В интернете: РВБ (1986)
  2. 231. «Зангези». М., 1922 (в конце — ремарка: «Продолжение следует»). Печ. по III, 315 с исправл. по автографам ЦГАЛИ (ед. хр. 26 и 27). Как писал Хл., «Зангези» собран-решён 16 января 1922 г.» (III, 386), но сохранились наметки иных вар. «решения» (см., напр., примеч. 166), а также постановочные замечания, не реализованные поэтом в тексте, спешно скомпонованном для публ. (К осуществленной в мае 1923 г. в Петроградском Музее худож. культуры постановке «Зангези» под руководством В. Е. Татлина см. его эскизы: Татлин 1984). Имени Зангези сопутствовали вар. Зенгези, Мангези, Чангези, Чангили («Гроссбух»). Это «говорящее» имя-символ, принципиальное для героя (образ которого сливается с образом автора), контаминирует назв. рек — Ганга и Замбези как символы Евразии и Африки. Она походит — т. е. «сверхповесть».
  3. В голосах птиц и богов курсивом выделены ударные гласные. Ср. стих. «Мудрость в силке» (II, 180).
  4. Велес (Волос) — в славяно-рус. мифологии «скотий бог». Имена других богов см. в примеч. 211.
  5. Доски судьбы — так Хл. назвал свои «скрижали» — различные числовые соотношения между явлениями природы, событиями в истории общества и фактами отд. человеческих судеб; вар. назв.: «Бревна судьбы», «Гвозди судьбы». Кроме изданных ДС, с их тремя «листами» (48 с.), в набросках сохранились еще пять «листов». Они охватывают, напр., такие темы (загл. Хл.): Одиночество, Глашатай, Жезл жизни, Дела на Земле (№ 1 и № 2), Пушкин и чистые законы времени, Уравнение жизни Гоголя, Цепи рождений, Слово, Чудеса первых трех (чисел), Малые небеса азбуки, Весовые созвучия, Скрябин и 1917 г., Постоянные мира, Химия и звуки, Взор на 1923 г., Труп свободной воли, Бессмертие, Magna veritas mundi [Великая истина мира; лат.], О неравенстве скоростей мирового времени, Уравнение роста русской свободы, Открытое письмо Богу, (—1)n — мировая скрепа и др.
  6. Акциум (Акций) — мыс в Ионическом море; около Акция флот Октавиана разбил флот Антония и Клеопатры.
  7. Гибель гордой Испании — победа арабов над вестготами в битве при г. Херес-де-ла-Фронтера.
  8. Гибель Персии — битва при Гавгамелах, закончившаяся разгромом армии Дария III Кодомана.
  9. Аларих I (ок. 370 — 410) — король вестготов.
  10. Тенепись — неологизм в знач. кино и/или телевидения.
  11. Чангара — по-видимому, неологизм, созданный на основе имени Шанкара — религиозного философа средневековой Индии (нач. IX в. н. э.), стремившегося к синтезу верований.

<poem>


Каледин А. М. (1861 — 1918) — застрелился в янв. 1918 г. Учредительное собрание было закрыто утром 6 (19) янв. 1918 г. «Рцы» — старинное назв. буквы Эр. Эр в руках Эля! — далее слова, противопоставляемые буквами/звуками Эр и Эль, подобраны таким образом, что в контексте возникает и смысловое противопоставление слов. Лопоть (обл.) — верхняя одежда, преимущественно старая, изношенная. Крови чечевиц — т. е. красных кровяных клеток, эритроцитов. Глаждане — см. стих. 157. В уши севера болотца — т. е. Петрограда. Летучки — здесь: листовки, прокламации. Выум... Зоум — в этих обозначениях «родов разума» использованы не только единицы «звездного языка», но и обычные предлоги, союзы, приставки и частицы: Вы-, Но-, О-, Из-, Да, Ну, Бы, Ни и т. п. Некоторые из неологизмов «плоскости Х» построены на замене корня бог (иногда — мнимого, как в слове «богатырь») корнем мог. Вода в клюве! — аллюзия на сказочный мотив «живой воды» (ср. далее неологизм могатырь). Стожар всех стогов веры — ср. диалектные знач. слова «стожар» — кол, вокруг к-poro ставится стог сена, или воткнутый в землю кол, к к-рому привязывают лошадь; созвездия Большой и Малой Медведицы с Полярной звездой в центре. Бус (обл.) — большой корабль. Зой (обл.) — эхо. Нет-единица — см. примеч. 187. В «плоскости XIII» представлены неологизмы позднего Хл. (см. Вроон 1983). Дахари — ср. пословицу: «Будешь дахарь — будешь и взяхарь». Небыть — в автографе: «Гробизны певцом // Я не был». Такович — см. примеч. 239. Опыты в области «песен звукописи» из «плоскости XV» построены на восходящей к Платону, а непосредственно к Бодлеру (сонет «Соответствия»), Рембо (сонет «Гласные») и Малларме «теории соответствий» между цветом и звуком, положения которой и развивал Хл. (см. V, 269, 275 — 276). Поджечь его! — в основе этой реплики и следующей сценки «Падучая» лежат реальные происшествия с Хл., когда он в конце 1921 г. ехал из Пятигорска в Москву в вагоне с эпилептиками. «Плоскость XVII» обнаруживает переклички с поэмой 214. Арака (арак) — крепкая водка. А-ца-ца## — см. примеч. 124. Мертвый Донец — один из рукавов в дельте Дона. Здесь в 1919 г. Красная Армия вела бои за Ростов-на-Дону с Деникиным. Хл. играет на других знач. слова донец — донской казак и лошадь донской породы. Спички судьбы — см. стих. 125. Сорок восьмого года — т. е. 1848-го, года революций во Франции, Австрии, Венгрии, Германии и Италии. Восстали поляки — Польское восстание 1863 — 1864 гг. Берг Ф. Ф. (1793 — 1874) — генерал-фельдмаршал, в 1863 г. назначен наместником Царства Польского; на него было несколько покушений. Гарфильд (Гарфилд Д. А:) — президент США с 17 марта 1881 г. Умер 19 сент. 1881 г. в результате покушения 2 июля 1881 г. Искер — под этим именем в начале XX в. была известна столица Сибирского ханства Кашлык, взятая отрядами Ермака. Стессель А. М. (1848 — 1915) — комендант Порт-Артура. В дек. 1904 г. сдал крепость японским войскам. Соловьев Вл. С. (1853 — 1900) — рус. религиозный философ, поэт, публицист и критик; развивал идеи о грозящем растленному «третьему Риму» возмездии с Востока. Судилище всемирное — международный Берлинский конгресс 1878 г., к-рый пересмотрел условия Сан-Стефанского мирного договора, завершившего рус.-турецкую войну, и объявил Болгарию автономным княжеством. Битва при Тырнове — в 1393 г. войска султана Баязета (Баязида) взяли г. Тырново — столицу основной части Второго Болгарского царства. Киев татарами взят — Киев был захвачен монголо-татарами в дек. 1240 г. Тимур с Баязетом — в 1402 г. в сражении с Тимуром у Ангоры (Анкары) Баязид I был разбит и взят в плен. Старец времен — ср. речь Старика в «плоскости ХХ». Царьград, секиры жди! — Константинополь был взят турками 29 мая 1453 г. Со дня алой Пресни — ср. стих. 148. Мин Г. А. — командир лейб-гвардии Семеновского полка; как отмечал Хл. (ДС, 24), «29 декабря 1905 г. Мин подавлял восстание в Москве» Нижегородец Минин — здесь: памятник Минину (и Пожарскому) на Красной площади в Москве. Пушкин... Эн отрубил — так, перифрастически, Хл. упоминает пушки. Коноплянникова З. В. (1879 — 1906) — член партии эсеров, застрелившая 13 (26) авг. 1906 г. Г. А. Мина. Мир приехал — Брестский мирный договор заключен 3 марта 1918 г. Мирбах В. (1871 — 1918) — с апр. 1918 г. посол Германии. Убит левым эсером Я. Г. Блюмкиным 6 июля 1918 г. В «плоскости XIX» Хл. объединил ряд относительно самостоятельных стих. Иверни (спец.) — клейма на ушах степных лошадей в виде разреза, вырезки или дырки. Игрень (спец.) — лошадь игреневой масти, рыжая со светлыми гривой и хвостом. Кучери — ср. укр. и обл. кучери — «кудри». Ходы! Ходы! — команда коню идти иноходью. В следующий далее монолог Зангези вошли и тексты из «Азы из Узы» (см. примеч. 230). Лист чисел — т. е. циферблат. Глыбы ума... Усталый и весенний — ср. стих. «Мой череп — путестан, где сложены слова...» (НП, 187). Если кто сетку из чисел — вар. см. в поэме 199 Я, человечество — ср. стих. 132. Горе и Смех — эта часть «Зангези» датир. 20 июня 1920 г. Публ. в изд. Хл. 1936 как самостоятельная поэма. «Верую» (разг.) — православная молитва, т. наз. символ веры; здесь в знач. «кредо». Поручи — здесь в знач. «порука», «подтверждение». Гу-гу — Хл. преобразует выражение «ни гугу». Кшесинская М. Ф. — см. примеч. 211. Сижу Потоцкой // Перед молчанием Гирея — аллюзия на пушкинскую поэму «Бахчисарайский фонтан». Крапивник — птица, отличающаяся резким, трескучим голосом. Месяц Ай — см. примеч. 161. Полом — здесь: поворот событий. Весёлое место — в автографе «Кафэ».