Избиение женихов (Гумилёв)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Избиение женихов
автор Николай Степанович Гумилёв (1886-1921)
Жемчуга (1910): Жемчуг серый, № 27 (Возвращение Одиссея, II)
Жемчуга (1918), № 46 (Возвращение Одиссея, II)
См. Стихотворения 1909. Из цикла «Возвращение Одиссея», сб. «Жемчуга (1918)». Опубл.: «Весы», 1909, № 6, с. 16—18. — «Жемчуга» 1910 («Жемчуг серый»), № 27. Источник: Н. Гумилев. Собрание сочинений в четырёх томах / Под редакцией проф. Г. П. Струве и Б. А. Филиппова — Вашингтон: Изд. книжного магазина Victor Kamkin, Inc., 1962. — Т. 1. — С. 138—140.
 Википроекты: Wikidata-logo.svg Данные


II. Избиение женихов

Только над городом месяц двурогий
Остро прорезал вечернюю мглу,
Встал Одиссей на высоком пороге,
В грудь Антиноя он бросил стрелу.

Чаша упала из рук Антиноя,
Очи окутал кровавый туман,
Лёгкая дрожь… и не стало героя,
Лучшего юноши греческих стран.

Схвачены ужасом, встали другие,
Робко хватаясь за щит и за меч.
Тщетно! Уверены стрелы стальные,
Злобно-насмешлива царская речь:

«Что же, князья знаменитой Итаки,
Что не спешите вы встретить царя,
Жертвенной кровью священные знаки
Запечатлеть у его алтаря?

Вы истребляли под грохот тимпанов
Всё, что мне было богами дано,
Тучных быков, круторогих баранов,
С кипрских холмов золотое вино.

Льстивые речи шептать Пенелопе,
Ночью ласкать похотливых рабынь —
Слаще, чем биться под музыку копий,
Плавать над ужасом водных пустынь!

Что обо мне говорить вы могли бы?
— Он никогда не вернётся домой,
Труп его съели безглазые рыбы
В самой бездонной пучине морской. —

Как? Вы хотите платить за обиды?
Ваши дворцы предлагаете мне?
Я бы не принял и всей Атлантиды,
Всех городов, погребённых на дне!

Звонко поют окрылённые стрелы,
Мерно блестит угрожающий меч,
Все вы, князья, и трусливый и смелый,
Белою грудой готовитесь лечь.

Вот Евримах, низкорослый и тучный,
Бледен… бледнее он мраморных стен,
В ужасе бьётся, как овод докучный,
Юною девой захваченный в плен.

Вот Антином… разъярённые взгляды…
Сам он громаден и грузен, как слон,
Был бы он первым героем Эллады,
Если бы с нами отплыл в Илион.

Падают, падают тигры и лани
И никогда не поднимутся вновь.
Что это? Брошены красные ткани,
Или, дымясь, растекается кровь?

Ну, собирайся со мною в дорогу,
Юноша светлый, мой сын Телемах!
Надо служить беспощадному богу,
Богу Тревоги на черных путях.

Снова полюбим влекущую даль мы
И золотой от луны горизонт,
Снова увидим священные пальмы
И опенённый, клокочущий Понт.

Пусть незапятнано ложе царицы, —
Грешные к ней прикасались мечты.
Чайки белей и невинней зарницы
Тёмной и страшной ее красоты».

Примечания

В журнале стихотворения помещены в иной последовательности: «У берега», «Одиссей у Лаэрта», «Избиение женихов». Цикл представляет собой свободную вариацию на темы XIII, XXII, XXIV песен «Одиссеи» Гомера (в пер. В. А. Жуковского). В «Жемчугах» 1918 г. (макет) строфа 7 вставлена Гумилёвым, им же исправлен т. 1 следующей строфы («Что?» на «Как?»).