В. Д. Катков
[править]Измена Родине
[править]Нет поступка, который способен был бы возмущать человеческую душу в такой мере, как вредительство. Что может, например, быть более возмутительнее офицера, заводящего изменнически свою часть в место, заранее условленное с неприятелем, где она лишена будет возможности защищаться и должна положить оружие? Или что может быть презреннее людей типа Гапона, этого «героя» освободительного движения и практического инициатора смуты в ее уличной форме, игравшего роль переметной сумы и сегодня натравлявшего рабочих на казаков, а завтра — казаков на рабочих.
Презрение к изменникам и возмущение предательством — это такие элементарные движения человеческой психики, сильнее всяких софизмов лжеморали и лжеучености модерных сверхлюдей, производящих переоценку «отсталых» политических и нравственных ценностей.
Покушение на то, что народ всегда считал и всегда будет считать самым дорогим и самым высоким своим достоянием, будет вызывать во всякой здоровой душе со здравым рассудком то же возмущение теперь, что и прежде, когда легендарный Тарас чуть не зарубил в запальчивости еврея, принесшего ему известие об измене сына его Андрия.
…"Первый долг и первая честь казака — соблюсти товарищество"… Первый долг и первая честь каждого человека, составляющего в качестве гражданина звено того великого товарищества, которое зовется государством, есть соблюдение его целости.
Понятно, что измена, подвергающая опасности самое бытие политического содружества (государства), вызывает самые жестокие репрессии со стороны как власти, так и неиспорченных нравов… Жестокость преступления вызывает и жестокую кару, перед которой отступают все соображения не только личной дружбы, но и ближайшего родства, не говоря о других… «Я тебя породил, я тебя и убью!» — говорил Тарас своему изменившему сыну и убивает его, хотя и любил его, как сына и истого казака, у которого и стан высок, и чернобров, и лицо как у дворянина, и рука была крепка в бою!"…
Так жестока логика государственной жизни! Нельзя бороться с изменой одними словами, каковы бы ни были мотивы ее: золото, ложные идеи о благе отечества, злоба слепая или красота женская…
Чтобы понять смысл и значение измены, как преступления против Родины, нужно посмотреть, чему она противополагается, что отрицает она собой. «Как, — говорит Библия (Сирах., 33, 14), — против зла — добро и напротив смерти — жизнь, так напротив благочестивого — грешник. Так смотри и на все дела Всевышнего: их по два, одно напротив другого». Так еще Библия предвосхищает учение современной логики (Bain, Minto [Байн, Минто.]), что мышление наше идет «парами», путем противоположений. Как свет есть противоположение тьме, тепло — холоду, так и измена есть отрицание верности своей Родине, лояльности, преданности ее заветам и законам.
Первая обязанность каждого члена государства от ее главы до последнего простолюдина — хранить заветы страны, беречь ее законы и учреждения, оказывать содействие и повиновение власти, блюсти интересы отечества, противополагая их интересам внешних и внутренних врагов его.
На первом месте стоят, конечно, заветы религиозно-нравственного характера. Ими определяются все остальные проявления общественной жизни. Религия, нравственность и политика связаны неразрывными узами. Это неясно быть может некоторым из наших «кадетов» и других убогих представителей «левых» партий, но это ясно всякому здравому уму, понимающему недостаточность одной внешней узды для правильного развития человеческой деятельности. Харьковцы знают, как на одном предвыборном собрании этого года некий приват-доцент университета упрекал своих противников за то, что они связывают с политикой религию. Это свидетельствует о том, как низко стоит политическое развитие в России даже среди образованного класса.
Во всех культурных и некультурных странах воспитание подрастающих поколений построено на религиозной основе. Это требование как здравого смысла, так и педагогической науки. Для культурного европейца это такая азбучная истина, что специальное указание на нее не считается необходимым: все об этом знают, кроме, конечно, свихнувшихся людей, без которых не обходится ни одно общество. О религиозном воспитании и подготовке будущих граждан заботится как государство, так и семья, а при государстве разумных взглядов и нравов эту обязанность можно возложить и на одну семью, без вмешательства государства. Как бы то ни было, а религия фактически везде составляет основу, на которой покоится государственная жизнь. Формы, в которых проявляется влияние религии на государственное бытие, не могут, конечно, везде быть одинаковыми. В России, где образованный класс отличается большим политическим невежеством, чем на Западе, а преобладающая религия окружена воинствующими формами иноверия, по необходимости приходится особо подчеркивать значение для государства православия, как веры коренного населения.
Сама же по себе идея важности хранения религиозных заветов народа доступна пониманию и малокультурного человека. В Библии есть чудная страница, посвященная этому вопросу. Престарелый умирающий царь Давид призывает к себе сына Соломона и говорит (3 кн. Царств, гл. 2): «Вот я отхожу в путь, по которому идет весь мир, будь же тверд и будь мужествен и храни завет Господа Бога твоего ходя путями Его и соблюдая уставы Его и заповеди Его, и определения Его, и постановления Его, как написано в законе Моисеевом, чтобы быть тебе благоразумным во всем, что ни будешь делать, и везде, куда ни обратишься»…
Характерно, что это место Библии избрано было императором Вильгельмом II для проповеди при объявлении совершеннолетия теперешнего наследника германского престола… Проходят века, меняются верования и основы морали, а основная идея верности коренным религиозно-нравственным началам остается той же. Современный государь культурной христианской страны завещает своему наследнику то же, что и Давид Соломону: храни заветы религии!..
То же мы видим и в России, где при венчании на царство Государь дает обет хранить заветы религии… Мы знаем, что Он и выполняет их в большей мере, чем Его слуги, чиновники и сановники, и чем наше, так называемое, образованное общество.
Если верность Родине есть прежде всего верность ее религиозно-нравственным заветам, то для коренного населения России изменой Родине будет измена вере отцов: измена Православию, как в смысле перехода в иное исповедание или даже иную религию, так и в смысле потери веры в Бога.
Религия есть величайшая сила как в индивидуальной, так и в народной жизни, и залог нравственной чистоты и национальной живучести общества. Охрана этой силы есть поэтому патриотическая обязанность каждого верного сына Родины. В трудные минуты личной и государственной жизни религия есть последняя надежда и опора. А с точки зрения науки ни христианство вообще, ни Православие в частности, правильно понятые, не содержат в себе ничего такого, что не оправдывалось бы разумом.
Не разум, а его недостаток всегда был и будет врагом христианства и Православия… Атеизм же есть порождение человеческой суетности и самая ненаучная точка зрения, так как ставя причину в основу всей науки и всего человеческого мышления, мы не можем вычеркнуть это понятие и по отношению ко всему мирозданию. Вся наука и есть не что иное, как искание Бога в природе человеческой жизни. Истинного понимания их мы достигаем только в Боге и через Бога…
Другим элементом объединения ядра русского государства является русская национальность. Государственная власть соединяет у нас множество народностей, но опорой ее, как и опорой силы государства, является русский народ в этнографическом смысле этого слова. Всякое политическое общество, живущее самостоятельной жизнью, то есть опираясь на свои собственные силы, должно быть по необходимости национально. Одна нация по необходимости должна занять центр, вокруг которого группируются другие. Не всегда необходимо, чтобы это центральное место занимала самая многочисленная группа, как это мы видим на примере Австро-Венгрии, где немцы менее многочисленны, чем другие национальные элементы. Но преобладание одной группы над другими вырабатывается силой вещей даже вопреки законам, как мы это видим на примере фактического преобладания немцев в Швейцарской федерации при легальном равенстве всех четырех ее народностей.
Государственная власть служит всем национальным элементам, объединенным ею. Но в неминуемой борьбе интересов различных групп она не может жертвовать в пользу других интересами той национальной группы, на которой опирается самое ее бытие, особенно в критические минуты государственной жизни. Так было всегда и везде. В разноплеменной Британской империи господствующим элементом являются англичане, а не индусы, французы, голландцы или ирландцы. В Германии преобладают немцы, а не поляки, датчане, французы или евреи. В Австро-Венгрии — немцы, а не славяне, венгры, румыны, итальянцы или евреи и т. д..
Поэтому изменой Родине для человека русского будет измена интересам коренного населения страны. В том инородческом бунте, который мы называем «русской» революцией, инородцы изменили русскому государству, но они не изменили собственной своей национальности; русские же, помощники, защитники и покровители инородцев, изменили не только русскому государству, но и русской национальности: их вина тяжелее первых.
Выставляя верность заветам нашей религии и интересам русской национальности в качестве основных элементов понятия верности Родине, мы должны указать на существенную разницу в понимании этих идей нами и, например, евреями.
Библия и история еврейского народа свидетельствуют нам о необыкновенной силе национальной и религиозной идеи. История человечества не дает нам другого примера такой крепости национальной идеи и нетерпимости к другим народам, как у евреев. Еврейская национальность и еврейская религия срослись так прочно и так резко выделились среди других национальностей и религий, что могут служить образцом верности для всех других народов. Эта сила национальной и религиозной идеи обеспечила еврейству беспримерную живучесть и является самым сильным опровержением тех космополитических и атеистических идей, главнейшим источником которых является это самое еврейство, пользующееся ими как «тактическим приемом» для ослабления других национальностей и увеличения ео ipso [тем самым (лат.)] собственного могущества.
«Евреи, — говорит Чемберлэн („Евреи, их происхождение“…, изд. 3, стр. 31), — служат удивительным примером верности самим себе, своей нации и вере своих отцов»… Предателями Родины были не они, а мы сами.
Ослабляя другие народы путем распространения между ними атеизма и космополитических идей, евреи действовали и действуют на пользу своей Родины (то есть других евреев) и сообразно со своими природными инстинктами и способностями. Они не предавали своих, но создавали предателей в среде других народов им, евреям, на пользу. И никто не превзошел их ни в верности своей нации и вере, ни в искусстве создавать изменников Родины среди других народов.
Эта национальная и религиозная исключительность еврейского народа не соответствует нравственному мировоззрению расы арийской, более мягкой и аристократической. Эта непримиримость иудейской и арийской морали делает страшно затруднительным сожительство этих двух рас.
Русский человек не может доводить до такой высокой степени свою национальную и религиозную исключительность. Он знает, что можно быть хорошим гражданином русского государства, оставаясь магометанином, татарином, калмыком-ламаитом или немцем-лютеранином. Он охотно поэтому терпит их рядом с собой. Но эта терпимость совершенно чужда иудейской расе, как свидетельствует об этом многовековая история этого народа. Арийскую терпимость они, евреи, прекрасно знают и прекрасно эксплуатируют ее в свою пользу.
Эта эксплуатация и делает невозможным установление равенства двух столь различных рас внешним путем: созданием одинаковых законов. Если бы два человека согласились жить вместе, исповедуя на словах одни и те же нравственные начала, но один из них, будучи хищником по природе, обирал бы всегда тайно другого, — такое совместное жительство обратилось бы в настоящую казнь для лучшей стороны…
Вот почему житейская необходимость вынуждает арийские народы руководиться при сожительстве с еврейскими и им сродными элементами не моралью собственной расы, а моралью, принаровленной к иудейской.
Человек, поставленный в трудные условия существования, грубеет; необходимость самозащиты вызывает в жизни факты и начала, обреченные на исчезновение при лучших условиях жизни. Для управления страной нужны не те люди и не те законы, которые были бы лучшими, если бы управляемые состояли из одних, например, русских людей. Только хорошая собака может уберечь от волка, только «лев рыкающий» держит в отдалении хищных шакалов. Только железные люди и железные законы могут указать каждому свое место в смешанном обществе с элементами «жидовства». Только стальная рука власти с атрибутами силы, непререкаемости и величайшего могущества может направлять такое общество по пути к возможному высшему благу.
Такой сильной властью является для России Самодержавие ее Императоров. Идеалом русского человека всегда будет Царь, который «все может»…
Возрождение этой власти на страх врагам всякого добра и упрочение ее более годными средствами, чем это было до сих пор, и есть задача нашего времени: первый долг и первая честь каждого истинного сына Родины. Нужно изгнать все те бедствия, насилия и несправедливости, от которых страдала так часто и так долго наша Родина, потому что не было достаточно сильного органа власти, который бы сметал, сокрушал и уничтожал те злые элементы, от которых страдал русский народ.
«Начальствующие, — говорит апостол Павел, — страшны не для добрых дел, но для злых». Хочешь ли не бояться власти? Делай добро и получишь похвалу от нее; ибо начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч; он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое".
За последнее время мы были свидетелями такого ужасающего зла в нашем отечестве, какого не видели никогда наши отцы и деды. Учителя стали развращать наших детей; чиновники по малодушию делали уступки злым людям ко вреду мирных тружеников, некоторые прямо подружили с жидами и стали хлопотать за них; люди образованные стали сеять везде смуту и подстрекать к неповиновению законам, к грабежам и убийствам; газеты распространяли повсюду ложь и обман; правду стали везде гнать, неправде покровительствовать; вместо Бога стали поклоняться греховным похотям; крича о свободе, сделались рабами «князя века сего».
Люди знатные, умные, богатые, ученые, сильные и простые забыли законы вечной правды, личные свои интересы поставили на первом плане, а об отечестве, его силе и славе перестали думать. Каждому захотелось иметь сразу побольше денег, побольше земли, побольше почета и власти и поменьше отягчать себя обязанностями на пользу Родины. Поляк, жид, армянин и прочие инородцы отказались думать об общем отечестве и захотели жить только «в собственное удовольствие», забыв все то, что сделали для них мы, русские…
Видя все это зло, мы, русские, желающие оставаться верными сынами своей Родины, должны напрячь теперь все свои силы и направить все свои помыслы на то, чтобы воссоздать сильную государственную власть на страх всем врагам добра и покровителям зла. Чем сильнее будет она, тем больше добра в состоянии она будет внести в общественные отношения. Великой изменой Родине будет поэтому в наше время не только всякая услуга внутренним врагам — социалистам, лживым демократам и кадетам, не говоря уже о революционерах, — но и всякое слово и всякое помышление против Государя и его власти. «Не прикасайтесь к помазанникам моим!» — говорит Св. Писание: не прикасайтесь ни делом, ни словом, ни жестом, ни помышлением, ни каким-нибудь внешним проявлением непочтения в роде невставания некоторых членов Думы при словах Государя!
Кто изменяет Государю, тот изменяет и Родине: предает врагам веру и каждого из нас. И кто бы ни был этот предатель, пусть его постигнет гнев «страшного отца», мстителя за разорение и унижение своей Родины: «Стой и не шевелись! Я тебя породил, я тебя и убью!»
Впервые опубликовано: «Харьковские Губернские Ведомости» № 76 за 1907..
Оригинал здесь: http://dugward.ru/library/katkov_v_d/katkov_v_d_izmena_rodine.html