Исторические нравоучительные рассказы (Аверченко)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Исторические нравоучительные рассказы
автор Аркадий Тимофеевич Аверченко
Из сборника «Рассказы циника». Опубл.: 1917[1]. Источник: Аверченко А. Т. Собрание сочинений: В 6 томах. Том 5. Чудеса в решете. — М.: Терра, Республика, 2000. — ruslit.traumlibrary.net • Впервые в антологии «Оккультные науки»


Исторические нравоучительные рассказы

Как Дидона построила Карфаген[править]

Когда встречаются мошенник и дурак, то ясно: в этой комбинации всегда проиграет дурак.

Сестра жестокого тирского царя Пигмалиона, спасаясь от его преследований, пришла со своими приближёнными в Африку. Осмотревшись и познакомившись с жителями, она уговорила их пойти на такую сделку:

— Я вам плачу вот эти небольшие деньги за то, чтобы вы мне продали земли столько, сколько охватит воловья шкура.

Африканцы почесали затылки и сказали друг другу:

— Видно, дура баба. Земли у нас сколько угодно — пусть берет этот клочок. Не обеднеем, чай.

— Ну, как же? — торопила Дидона.

— Идёт! По рукам.

— По рукам, так по рукам, — пробормотала Дидона. Непосредственно за тем разрезала воловью шкуру на тонкие ремни и отхватила себе такой кусок земли, который можно было охватить воловьим ремнём.

Снова почесались африканцы — да уж поздно было.

Отсюда и пошло выражение: «народ мы темный». Как известно, африканцы чёрные.

Так и возник Карфаген.

*  *  *

Вот, милые дети: если будете совершать земельные сделки, то имейте в кармане воловью шкуру. Если же этот приём не пройдёт, то можно смошенничать как-нибудь иначе.


Преступная лень[править]

Мидийский царь Астиаг покушал на ночь поросёнка с хреном, и ему приснилось, будто из живота его дочери выросло развесистое дерево, которое тенью своею покрыло всю Азию.

Спрошенные по этому поводу маги объяснили:

— Дело ясное: Кир родится.

Понятно, что Астиаг испугался своего будущего тенистого развесистого родственника... Призвал вельможу Гарпага и сказал ему:

— Голубчик Гарпаг... Там у дочери родился Кир, так ты его тово... Ну, да мне тебя не учить... Понял?

— Ухлопать прикажете?

— Натурально.

Гарпаг откланялся, но по лени передал это поручение пастуху; тот тоже был не из прилежных: попросил жену. А жена, конечно, раскисла и, вместо того чтобы распорядиться с ребёнком по-царски, — спрятала его.

Так и вырос Кир.

*  *  *

Дети! Никогда не поручайте другим тех дел, которые возложены на вас.


О, Солон, Солон, Солон![править]

Персидский царь Кир победил Лидийского царя Креза — богатого, действительно, как Крез.

Когда Креза взяли в плен, Кир благосклонно сказал:

— Нынче что-то холодно. Пленник наш мёрзнет. Подогрейте его на костре.

Когда Креза взвалили на костёр, он поднял глаза к небу и заплакал, как дитя:

— О, Солон, Солон, Солон!

— Солоно тебе приходится? — осведомился плохо понимавший по-лидийски Кир.

— Не то, коллега, — отвечал Крез. — А я просто вспомнил греческого мудреца Солона, перед которым я однажды расхвастался своими богатствами. «Правда, — спросил я, — что меня можно назвать самым счастливым человеком?» — «Ну, нет, — сказал Солон, — прежде своей кончины никто не может назвать себя счастливым».

— Ишь ты, — удивился Кир и приказал стащить Креза с костра.

*  *  *

Эта история, дети, должна научить вас искать беседы с мудрецами, а не с дураками, которые всегда могут, как говорится, подвести под монастырь...


Перстень Поликрата, или, Как ни вертись, от судьбы не уйдёшь[править]

Жил-был тиран Поликрат. Ему так везло, что все удивлялись.

Чтобы смягчить зависть богов, Поликрат решил подвергнуть себя какому-нибудь лишению: он выехал в открытое море и бросил в воду свой самый дорогой перстень. Дальше всё пошло как по маслу: рыбак поймал большую рыбу, подарил (и тут повезло) её Поликрату, Поликрат зажарил её, и когда стал есть, то чуть не сломал зуб (всё-таки не сломал; и тут повезло!)... Почему же, спрашивается, он чуть не сломал зуб? Да очень просто: в рыбе был брошенный им в воду перстень (самый редкий случай везения)...

Нужно ли добавлять, что вскоре после этого Поликрат был пойман персидским сатрапом и повешен, со всем уважением, которое было его сану свойственно.

Вот тебе и перстень. Вот тебе и везение.

*  *  *

С тех пор цена на рыбу так поднялась, что нынче фунт осетрины меньше чем за три рубля не купишь.

Жаль только, что рыба совершенно перестала питаться перстнями.


Об искусном поэте[править]

Афинский поэт Фроних написал трагедию «Взятие Милета».[2] Во время её представления зрители не могли удержаться от рыданий, и поэт был осуждён заплатить пеню в 1000 драхм за такое живое напоминание этого печального события.

*  *  *

О, дети! Как мы были бы счастливы, если бы и сейчас тоже применялся этот закон по отношению к авторам военных пьес и рассказов.

Пусть бы лучше денежки их плакали, а не читатели.


Что может быть хорошего в бочке[править]

Как известно, Диоген жил в бочке, почему многие доверчивые люди и считали его мудрецом.

Мы с этим не согласны. Например.

Однажды его посетил (?) Александр Македонский. Диоген, по обыкновению, как дурак, сидел в своей бочке.

— Диоген, — сказал Александр. — Хочешь, я окажу тебе какую-нибудь милость?

— Хочу, — грубо ответил Диоген.

— Какую?

— Отойди, ты закрываешь мне солнце.

Остроумно ли это, дети? Ничуть. Человек высокопоставленный обращается к тебе, как к порядочному, хочет сделать тебе что-нибудь приятное, а ты? Как ты ему отвечаешь? Где тебя учили таким ответам? Мудрец ты? Водовоз ты, а не мудрец.

За свои грубые ответы Диоген, как известно, и ходил всегда с фонарями...

*  *  *

Дети! Будьте благопристойны.


Где у человека должны быть камни[править]

Оратор Демосфен, в юности заика, начал свою ораторскую деятельность тем, чем многие современные ораторы начинают, продолжают и кончают: его освистали.

Но он не смутился этим: набил себе рот камнями и произнёс такую громовую речь против Филиппа, что эту речь удивленные современники назвали филиппикой.

*  *  *

Очень жаль, что современные ораторы не похожи на Демосфена: у них не камни, а каша во рту.

Камни же они обыкновенно держат за пазухой и бросают их без всякого толку в чужой огород.


Благородный жест Александра Македонского[править]

Александр Македонский и все его войско залезли однажды в такую глушь, где не было совсем воды. Однако какой-то расторопный воин нашёл небольшую лужицу, зачерпнул шлемом воды и принёс Александру.

Александр заглянул в шлем и сказал: — Как я «буду пить воду в то время, когда моё войско изнывает от жажды?» И вылил воду на землю.

Поступок, конечно, красивый, но вот, дети, его объяснение: перед тем как пить, Александр заглянул в шлем — и что же он увидел там: немного жидкой кашицы из мусора и грязи, в которой плавала дохлая крыса.

Дети, какой поступок он совершил?

1. Гигиенический,

2. Красивый,

3. Исторический.

*  *  *

Дети! Помните, что вы тоже можете совершать красивые исторические поступки, в особенности тогда, когда другого выхода нет.


Жарение Муция а lа Сцеволы[править]

Молодой римский человек Муций Сцевола пробрался во вражеский этрусский лагерь с целью ухлопать царя Порсену. Но, по близорукости или по чему другому, убил постороннего, совершенно не заинтересованного человека.

Когда его поймали, Порсена сказал:

— Я сожгу тебя живым.

Тогда Муций положил руку на огонь, пылавший в жаровне, и сказал:

— Начихать мне на твои угрозы. Видишь — сам могу жариться, сколько угодно.

Историк говорит, что изумлённый таким героизмом Порсена помиловал Муция Сцеволу и поспешил (?) заключить мир.

*  *  *

Дети! Встречали ли вы более практичного молодого человека, чем Сцевола?

Он сразу сообразил, что пусть лучше сгорит одна рука, чем весь он — с руками, с ногами и головой, если его начнут жечь палачи Порсены.

А если бы даже его трюк с рукой и не произвёл впечатления, то чем он рисковал? Так или иначе — сожгут целиком... А если царь, восхитясь таким поступком, помилует, то руку потом можно залечить: сделать компресс из картофельной муки или помазать обожжённое место чернилами. Тоже помогает.

*  *  *

Дети! Будьте практичны, и вы никогда ни в огне не сгорите, ни в воде не потонете.


Несчастье особого рода[править]

Римский консул Дуилий разбил карфагенян. В благодарность за это римляне постановили, чтобы за ним всюду следовали флейтист, дудящий на флейте, и человек с зажжёным факелом.

Как известно, у консула Дуилия была интрижка с одной знатной патрицианкой — и что же? Этот победитель и герой очутился в самом невыносимом положении: как только он собирался на тайное свидание к своей возлюбленной, за ним бежала целая процессия — впереди флейтист, за ним факелоносец, а сзади толпа любопытных.

— Куда это несёт нашего Дуилия?

— Да к этой, знаете... Он с ней уже второй год путается.

— А муж что же?

— Ну, уж эти мужья... Ему и факелом освещают и в дудку дудят — разве муж видит и слышит что-нибудь?

Историк говорит, что Дуилий, терпение которого лопнуло, выхватил однажды у флейтиста дудку, пробил ему голову, а потом поджёг факелом и факелоносца и себя...

Так и погиб этот чудный отзывчивый человек...

*  *  *

Дети! Помните: для преуспеяния в жизни не нужно совершать громких подвигов... живите себе тихо, смирно, почитайте старших, кланяйтесь начальству, и ни один ваш поступок не будет освещён светом факела, и ни об одном вашем поступке не продудят на весь мир...


Зря не топай[править]

Римский военачальник Помпей вздумал воевать с непослушным воле римского сената Юлием Цезарем.

Войск у Помпея не было, но он не смущался этим. Часто говорил своим друзьям:

— Лишь топну ногой, и из земли появятся легионы.

Топнул раз, топнул два — никто из земли не вылез. Ни одна собака.

Топал он, топал, пока не пришлось ему сломя голову топать от Цезаря куда глаза глядят.

И чем же кончилось это топанье? Убили его в Египте (куда человека занесло!), и конец.

*  *  *

Помните, милые дети, что исторические фразы говорить легко, а исполнять обещанное трудно.

Так что — зря не топайте.


Примечания[править]

  1. впервые опубликовано: Арк. Аверченко, Вл. Азов, Арк. Бухов, Ис. Гуревич, О. Л. Д’Ор. Вестник знания «Нового Сатирикона». Оккультные науки. Графология. Хиромантия. Энциклопедический словарь. Хрестоматия для очень маленьких деточек. — Издание журнала «Новый Сатирикон», Петроград, 1917 г.
  2. Из контекста не вполне ясно, о каком именно «взятии Милета» афинский поэт Фроних написал свою трагедию. В первый раз Милет был взят персами и разрушен в 494 году до н.э. Скорее всего, именно это событие и описывалось в трагедии. Впрочем, подвиг персов спустя всего сорок лет был повторён Александром Македонским, после чего Милет окончательно перестал существовать.