История Петра I (Пушкин)/1710

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к: навигация, поиск

История Петра I — 1710
автор Александр Сергеевич Пушкин (1799-1837)
См. Оглавление. Источник: А. С. Пушкин. Собрание сочинений в 10 томах. Т. 8, М.: Государственное издательство художественной литературы, 1962. С. 7 — 362


1710[править]

Петр праздновал Новый год в Москве при пушечной пальбе, огненных потехах etc.

Он занялся расположением расходов и точным определением, откуда кому и на что получать приходы.

Армию положил он составить из 33 полков пехоты и 24 кавалерии и 58 000 гарнизона, кроме гвардии, ландсмилицкого корпуса, лифляндского корпуса и морской силы. Полки назвались по имени городов, а не полковников, как было прежде.

Петр повелел сибирскому архиерею Филофею обращать в христианскую веру иноверные племена, что не зависит от царской власти, но от проповеди слова божия; а новокрещан повелел обучать русской грамоте (Венецианский историк: 40 000 и более были обращены).

Петр повелел (когда?) раскольникам нашить на спины платья четвероугольники из красного сукна с желтыми козырями. Они повиновались и безо всякого стыда являлись на бирже торговать с иноземцами.

Всем христианским вероисповеданиям Петр дозволил иметь в России церкви и избирать церковный совет, не состоя под ведомством синода.

Петр купцу Короткину, выехавшему из Голландии, приказал близ Москвы завести бумажную фабрику и часто оную посещал. Недавно, будучи там, получил он от одного помещика приглашение на медвежию травлю. Петр отвечал: «У меня есть и свои звери внешние и внутренние».


5-го января имел публичную аудиенцию Витфорт, чрезвычайный английский посланник. Вот что было причиною посольству:

В 1708 году наш посланник Матвеев получил приказание ехать в Голландию, был на улице остановлен заимодавцем и отведен в тюрьму. Матвеев, хотя и тотчас освобожденный с извинениями, выехал из Англии без отпускной грамоты и не дождавшись изъяснения на свой протест.

Витфорт от имени королевы, именуя Петра императором, извинился бессилием английских законов и уведомлял, что новым законом, утвержденным в парламенте, отныне посланники ограждены от подобных оскорблений etc., etc.

Титул цесарский или императорский дан был Петру и в Голландии при торжественном праздновании его победы.

В Сибири грек Александр Левондиад отыскал серебряную руду, и пожалована ему грамота на завод. Петр писал воронежскому обер-коменданту Колычеву о строениях в Таврове etc.

3 января Толстой получил в присутствии султана ратификацию прежнего мира.

Карл по смерти Мазепы (20 сентября 1709) наименовал Орлика гетманом Малыя России обеих сторон Днепра и войск запорожских.

Петр, видя, что Красов не в бездействии в Померании, вторично подтвердил свою декларацию (см. выше), того ради 31 марта в Гааге Австрией, Англией и Голландией и постановлено (а 2 апреля на имперском съезде в Регенсбурге и подтверждено), что они принимают на себя неутральную гарантию всех в Германии шведских провинций (равно как и герцогства Шлезвигского и Готландии) с тем, что шведские войска (в Германии находящиеся) не вступят в Польшу и Саксонию, а союзники в Германию, под опасением войны.

Петр, согласясь на оные условия, прибавил одно: противу нарушителя да обязуются вышеупомянутые державы действовать оружием.

11 июля сии условия были обнародованы Стокгольмскому сенату датским королем. Сенат нашел их несправедливыми, а Карл из Бендер повелел Красову, коего войско со дня на день увеличивалось, вступить в Польшу. Неутральные державы 4 августа в Гааге (при министрах имперских князей) обязались собрать 16 000 войска.

Карл протестовал, с помощью Франции склонив в пользу свою Порту; посол его в Вене 11 августа, а особливое посольство к Регенсбургскому имперскому собранию объявило, что он на своего неприятеля нападет, где и когда будет ему то возможно, заране объявляя врагом того, кто вздумает тому противиться.

Протест имел свое действие. Большая часть имперских князей в неутралитет не вступили и сказали, что все это клонится к тому, чтоб уничтожить действия корпуса Красова. Но северные союзники, с своей стороны, настойчивее требовали исполнение гарантии, объявляя, что в противном случае они вступят в шведские (в Германии) провинции. Петр представил Гаагскому собранию, что шведские войска в Померании и Бремене усиливаются, что герцог Голштейн-Готорпский делает то же, что Карл старается о разрыве Турции с Россией и Польшею, что он с турецким и татарским корпусом нападет с одной стороны на Польшу, а Лещинский из Померании вступит в Шлезию etc., etc.

Между тем Петр повелел генерал-майору Ностицу взять крепость Эльбинг, где было 900 шведского гарнизона. 28 <августа> город взят был приступом; гарнизон сдался военнопленным, 260 пушек были взяты etc., etc. Бригадир Федор Балк сделан был комендантом при 200 <человек> гарнизона. Ностиц пожалован генерал-поручиком, Балку дан портрет с алмазами, выбита медаль, но Ностиц через несколько дней, выманя у эльбингского магистрата 250 000 польских злот, без абшита ушел, и Петр повелел персону его повесить.

17 февраля Петр отправился в Петербург, повелев полкам следовать туда же. Меншикова он отправил к Риге с повелением осмотреть места между Ригой и Динаминд-шанцем и через Двину (сделав несколько прамов с пушками), <а для> перенятия с моря шведских судов укрепить бревна с цепями.

21 февраля Петр прибыл в Петербург. Он пожаловал Апраксина графом и тайным советником и повелел ему взять Выборг. Апраксин выступил 21 марта.

Петр меж тем, занимаясь делами, сочинял морской устав.

(В Шонах 10 марта было сражение между датчанами и шведами, убито с обеих сторон до 4000. Петр уведомляет о том Апраксина.)

Как только вскрылась Нева, Петр вывел флот корабельный и галерный в Кроншлот — и спешит под Выборг доставить провиант и артиллерию. Крейс отправился 28 апреля по морю, еще не очищенному ото льда, а с ним и сам Петр, яко контр-адмирал, со своею эскадрою.

Плавание было опасно. Лед шел и чуть было (в ночь на ... апреля) галеры, занесенные в море, не были разбиты и потоплены. Петр повелел кораблями разбить лед и стать на якори, что и учинено. Весь флот прибыл благополучно к Березовым островам. 8-го мая отправили артиллерию и провиант под начальством самого государя.

Провиант прибыл вовремя, оного под Выборгом уже не было. Пока артиллерию и провиант выгружали, Петр, осмотрев лагерь, 14 мая сделал подробные распоряжения осаде (см. Ч. III — 182).

Того же дня Петр с ластовыми и военными судами отправился в Петербург, оставя Боциса с галерами при батареях. Шведы едва не отрезали нашего флота от Кроншлота. 11 шведских кораблей к выборгскому заливу пришли тотчас после отбытия государя. Мая 16-го прибыл Петр в Кроншлот и до 10-го июня пробыл в Петербурге.

Петр писал Апраксину, что опасается он хитрости шведской: дабы под закрытием флота не учинили они сильного транспорта Либекеру, как то сделали они с датчанами (1700?), в случае, если шведы не сильны, то можно будет напасть на Либекера со всею конницей и с несколько пехоты. Приказывает к Либекеру послать человека три чухонцев шпионами, жен задержав заложницами. Надеялся поспеть к приступу и просил оный отложить до воскресения etc.

Артиллерия под Выборгом действовала удачно: с 1-го по 6 июня учинен пролом, в который строем могли войти два батальона. Город был весь почти разорен бомбами. 9-го, когда повелено было идти на приступ, то комендант предложил сдаться на капитуляцию, в сей день оно было отказано, но на другой день Шереметев вошел в переговоры, в тот же день Петр прискакал по почте и даровал следующие условия:

1) Выпустить гарнизон без музыки, знамен и ружей, с пожитками и семействами.

2) Купцы, духовные etc. содержаны будут в их вере etc., etc.

3) Поселяне отпущены.

4) Духовным и комиссарам (1 пункт).

12-го июня город был сдан.

14-го Петр ввел Преображенский полк (яко полковник оного) и сам расставил караулы. Потом молебствие и торжество. Апраксину дана Андреевская лента, генералам — деревни, офицерам медали золотые. Петр обедал и ночевал в ставке нового кавалера.

Петр не сдержал своего слова. Выборгский гарнизон объявлен был военнопленным. Петр озлоблен был обидою, учиненною его белому флагу капитаном Лелием, захватившим недавно поручика Шмита, с письмами от шведских пленников посланного к их флоту; но раненых и больных офицеров, также вдов и детей убитых отпустил со всем их имением.

Задержанных в плену было 4 полковника (и комендант), 6 подполковников, 3 майора, 141 офицер (унтер-офицеров и рядовых 3726).

В начале осады гарнизону было 5000, взято мортир 8, гаубиц 2, пушек 151, ружей 5499 etc. Наших пушек было 80 (24- и 14-фунтовых) и 26 мортир.

Выбита медаль etc.

Петр оставил в Выборге Апраксина для исправления разорений, сделав комендантом бригадира Чернышева, генерал-майора Брюса с конницей и пехотой отправил взять Кексгольм и 22-го июня выехал в Петербург, а 23 имел торжественный вход.

Тогда заключен был брак Анны Иоанновны с герцогом курляндским, и повелел Шереметеву и другим начальникам контрибуцию с курляндцев не брать.

Петр отпраздновал день Полтавского сражения по новосочиненной службе и повелел праздновать оный в роды родов. 8-го июля получил он известие о взятии столичного лифляндского города.

В Ригу введена была целая шведская армия (22 полка), мещанство вооружено, дворянство стеклось для защиты города, укрепления были исправлены, начальство поручено генерал-губернатору Стрембергу.

Репнин осаждал и бомбардировал Ригу три месяца. 11 марта возвратился Шереметев.

Войска нашего собралось 24 пехотных полка и 8 конных (в том числе 2100 казаков). Город был окружен, поделаны всюду батареи, в двух верстах ниже города на урочище Гофемберге заложена малая крепость, Шереметев назвал оную Александр-шпицем (шанцем?) в честь прибывшему Меншикову, который по указу Петра должен был не допустить к Риге шведского флота. Сия крепость пресекала сообщение Риги с Динаминд-шанцем и не допускала флота к городу. Неприятель производил сильную канонаду и частые вылазки. К Динаминд-шанцу подходили шведские корабли. Они были неоднократно отбиты от наших укреплений и наконец ушли и более не показывались.

30 мая шведы, выбитые из предместия, выжгли его раскаленными ядрами. В городе оказался голод, вскоре потом моровая язва; она перешла было и в наше войско, занесенная беглецами, но вскоре пресечена.

Шереметев предложил графу Стрембергу сдачу города на честных условиях, дав ему сутки на размышления. Стремберг просил более времени для совещания с дворянами и гражданами, на что Шереметев и согласился (двое суток до 14-го числа июня), после чего Стремберг требовал пропуска двух курьеров: одного в Швецию, а другого в Динаминд-шанц. Шереметев ответствовал бомбами, в 10 дней брошено оных 3389. Стремберг просил 10 дней сроку. Даны ему 48 часов.

Из-под Риги меж тем генерал-поручик Боур отправился для взятия Пернова.

30-го присланные 9 депутатов подали Шереметеву свои условия; им предложили другие, на кои ни депутаты, ни Стремберг не согласились; в особенности они упорствовали в том, чтоб дворянство Петру не присягало. Наконец обе стороны согласились. Гарнизон вышел со всеми воинскими почестьми. Духовные и гражданские права подтверждены были во всей силе, также и право магистрата.

Потом редуты с левой стороны Двины и апроши все заровнены. 4 июля Репнин вступил в город с шестью полками, приняв караул и всю артиллерию (567 пушек etc.). Только 5132 человека вышли из Риги с храбрым Стрембергом, в том числе 2905 больных, до 60 000 погибло.

250 офицеров и рядовых были удержаны в силу капитуляции, как лифляндцы из завоеванных городов. Сверх того (как природные лифляндцы) генерал-майор Альфендель, 5 полковников, 12 подполковников, 19 майоров, 65 обер-офицеров, 22 члена магистратских, мещан 610 etc., etc.

12-го июля в лагере нашем происходило обычное торжество, и Шереметев вошел в город торжественно. У Карлусовых ворот магистрат поднес ему золотые ключи города весом в 3 фунта с латинской надписью. В королевском замке встретило его дворянство, магистрат и духовенство. Оттуда Шереметев отправился в кирку, где дворянство и духовенство присягнули Петру, оттоле в ратушу, где присягнули мещане; шведские гербы заменены российскими. Шереметев угощал потом в своем лагере новых подданных своего государя.

30 сентября Петр подтвердил капитуляцию в Петербурге двумя дипломами по ходатайству барона Левенвольда. Шведская редукция была уничтожена, и Лифляндия искренне радовалась торжеству россиян. Дворянство поднесло Шереметеву диплом на право гражданства в их земле.

Петр и тут удержал гарнизон рижский вопреки слова, данного его фельдмаршалом. Стремберг отправлен был в Петербург, где Петр принял его с честью, вскоре потом разменен он был на Вейде.

Наш урон, считая умерших от язвы, состоял в 9000.

Стремберг в своей капитуляции выговорил весь рижский архив с библиотекой, письмами и проч. Петр на сей пункт весьма подробное дал решение (см. Голиков. Ч. III — 206).

На взятие Риги выбита медаль.

Язва рижская достигла и до Нарвы. Петр повелел взять всевозможные предосторожности, повелев вешать ослушников.

Тогда же Петр из Москвы вытребовал Рейншильда, Пипера и Циделгельма, также митрополита рязанского для свадьбы Анны Иоанновны и приказал новогородскому коменданту Татищеву их пропустить (через заставы и караулы).

Вскоре язва была прекращена.

Петр на работы петербургские потребовал 14 720 человек (с Азовской — 251, с уездов и посадов. Письмо к Апраксину), выслав их в Петербург на вечное житье (NB: дав им жалования по 12 р. в год, да по 10 на хлеб), поруча их в круглую поруку, чтоб дорогою не разбежались.

8-го августа сдалась крепость и Динаминдская отряженному от Шереметева генерал-майору Буку. Взято 198 пушек, 14 мортир, 14 гаубиц etc., etc.

На взятие оной выбита медаль.

Боур атаковал Пернов 22 июля. 14 августа город сдался, почти не супротивлявшись. Комендант вышел с воинской почестью, с 1000 человек гарнизону, изнуренного язвой и унынием; несчастные вступили в нашу службу (?); 183 пушки, 14 мортир, 4 гаубицы etc. взяты были тут.

Остров Эзель был без супротивления занят майором, отряженным от Боура. В Аренсбурге найдено 70 пушек, мортир etc.

В память того выбиты еще 2 медали.

Пользуясь оцепенением шведов, Петр осадил Кексгольм и Ревель.

Корела (или Кексгольм) от природы крепка. Государь повелел Брюсу крепость бомбардировать, не учиня приступа.

Брюс перешел Воксу, осадил город, послал коменданту предложения о сдаче и начал город бомбардировать. Через несколько времени гарнизон сдался на условия, подтвержденные Петром, и 8-го сентября вышел без знамен и музыки, и был отпущен.

В крепости найдено 6 старинных русских пушек, 9 шведских, 4 дробовика, 9 фальконетов, 75 чугунных пушек etc.

Ревель, осажденный Боуром, терпел от недостатка пресной воды, от тесноты собравшихся окрестных мызников и крестьян. К нему подоспело помощное войско, но граждане его не приняли, боясь тем продлить бедственную осаду. 29 сентября город сдался на тех же условиях, как и Корела. В городе и в королевской крепости Dum найдено 57 медных пушек, 10 мортир etc., чугунных пушек 174 etc., etc.

Выбиты медали.

Таким образом Лифляндия и Эстляндия очищены от шведов, и на левой стороне восточного моря Карл не имел уже ни одной степени земли (письмо Петра к Курбатову).

Петр при устье речки Черной заложил монастырь во имя Троицы и в честь Александра Невского. Феодосий назначен был архимандритом в оный и в присутствии Петра водрузил крест.

Потом Петр экзерцировал свой флот под главным начальством адмирала Апраксина (16 сентября).

17 сентября Петр поехал морем в Кексгольм.

Петр послал в Ригу тайного советника Левенвольда для учреждения гражданского порядка в Лифляндии, придав ему в помочь Зыбина и еще офицера, знавшего по-немецки и по-латини. Сам Петр занялся исправлением крепостей и гаваней, вызовом иноземцев на заселение мест, опустошенных язвою, etc. Он составил 15 000-ый корпус лифляндский из природных тамошних дворян.

Штелина анекдот о Катаринентале (Ч. III — 222).

Петр, заметя на чухонцах худую обувь, выписал из нижегородской и казанской губерний лучших лапотников, дав им один рубль в неделю кормовых денег, для обучения чухонцев плесть лапти. Пасторы каждый месяц должны были доносить выборгскому правлению о их успехах. Штелин, ibid.

На завоевание Лифляндии и Эстляндии выбиты медали.

Петр предложил Австрии себя в члены империи, яко владельца Лифляндии, старинной отчины цесарей. Он обещал за то 25 000 вспомогательного войска противу Франции. Австрийский император отговорился тем, что Лифляндия в силу мирных договоров может от России отойти, а что если она за ней останется, то Австрия принуждена будет вмешиваться во все споры и замешательства, могущие впредь произойти касательно княжества. Дело в том, что имперские чины боялись видеть между собою сильного северного царя.

Петр повелел Шереметеву на продовольствие войска денег с Литвы не сбирать, а брать хлебом побольше бочки, ибо из Лифляндии взять его негде; буде же хлеба не дадут, то ставить у них войско на квартиры, а хлеб брать из Курляндии, обходя маетности герцога.

NB. Указ. Порции офицерские — 2 фунта хлеба в день, 2 фунта мяса, кварта пива, гарнец круп (соли гарнец на месяц) etc. каждый по чину.

Петр послал адъютанта Ушакова к Шереметеву, повелев фельдмаршалу слушаться и словесных его повелений.

31 октября совершилось бракосочетание царевны Анны Иоанновны с герцогом Фридериком-Вильгельмом. Торжество происходило в доме князя Меншикова, в первый день стол был царский, а во второй — княжеский. Праздник заключен балом и фейерверком.

Петр на Котлине в заложенном городе и крепости успел построить многие каменные дома, также дворец и гостиный двор (в Петербурге?), сам чертя планы и рисунки. Между прочим между Кроншлотом и Кронштадтом над фарватером сделал он план башни наподобие Родосского колосса, под которую подходили бы военные корабли, с подзорной светелкой и фонарем.

Петр с армянами заключил торговое условие. Персидский шелк через их руки шел частию в Турцию, частию через Россию в Голландию. Петр сделал шелк исключительною торговлею русской, и шах сии условия утвердил.

Петр запретил своим подданным продавать шелк иноземцам (кроме как армянам), облегчил сим последним пошлину, а с жемчугов и каменьев оную уничтожил, и повелел давать им конвой при проезде их в Астрахань или на Терек. В 1716-м году Петр отказал англичанам участие в сей торговле (см. Ч. III — 229, примечание).

Султан готовился к войне, еще в мае разорвав мир.

Еще при выступлении Карла из Саксонии Порта послала к нему посольство для заключения с ним союза; потом бендерский сераскир Юсуф-паша писал от имени верховного визиря к воеводе киевскому о том же.

Крымский хан писал Карлу, что 50 000 татар готовы идти ему на помощь.

Победа Петра и дипломация Толстого сделали все сие тщетным.

После своего поражения Карл отправил послов в Константинополь, и Порта повелела бендерскому сераскиру условиться во всем с шведским королем; несколько пашей получили повеление идти в Бендеры. Верховный визирь Али-паша писал Карлу, что Порта с радостию приемлет предлог начать войну с Россиею.

Карл сыпал деньги, доставляемые ему Мазепой (Вольтер говорит — визирем). Агент его Понятовский сильно за него действовал в Константинополе; нарочно посланный Десальер (Dessaleur) сильно ему помогал. Крымский хан и сераскиры бендерский и силистрийский были доброжелателями шведов.

Петр требовал у Порты уничтожения причины к нарушению мира, на 30 лет постановленного с Мустафою: т. е. отпущения Карла XII, обещая ему свободный пропуск через Польшу, и выдачи изменников etc.

Притом 2000 мешков шведских денег были Толстым выданы верховному визирю, что весьма подкрепило его дипломатические рассуждения. Толстой получил аудиенцию: султан объявил, что он готов подтвердить мир, заключенный братом его; и тогда договориться об отпуске шведского короля.

Карл, извещенный обо всем через Понятовского, в письме своем к султану сильно жаловался на визиря, который, обнадежа его помощию через Каплан-гирея и тем отвлекши его от выгодного мира, теперь оказывается подкупленным доброжелателем русского царя и изменяет Порте, уступая России более, чем она требовала.

Султан передал письмо визирю, а сей настоял на том, чтоб Каплан-гирея низвергнуть и сослать в Яникале.

Между тем Мазепа умер (говорят: приняв яд), а в диване, несмотря на происки Понятовского и Десальера, положено мира с Россией не нарушать, а шведского короля выпроводив до границы польской при 500 конвоя, а тут обще с российским офицером и приличным конвоем и честию проводить до его земель. Во время же проезда не иметь ему с поляками никакого сношения etc., etc. В случае же несогласия на то со стороны Карла, Порта, не заботясь о нем, предоставляет ему полную волю. О чем и Петру сообщено.

Вследствие сего мир был в декабре 1709-го года подтвержден, и к царю отправлена грамота (Ч. III — 238).

Карл, который вместо приличного конвоя надеялся получить вспомогательную армию, опять жаловался султану на визиря. Но сей о том не беспокоился. Он с честию отпустил в Крым нового хана Девлет-гирея, наказывая ему ненарушимо хранить мир с Россиею. Девлет, приехав, жаловался на своего предшественника, потерявшего 30 000 татар в безумном походе противу черкас (когда?), и Мазепу погубил, обещая именем султана ему вольность и вспоможение.

Султан потребовал объяснения от визиря, который во всем заперся. Султан послал к низложенному хану тайно его допросить. Сей сложил всю вину на верховного визиря. Вследствие чего Али-паша был низвержен, а на место его возведен Кюпрюли-Оглы Нууман-паша.

Говорят, что было перехвачено письмо визиря к царю, в коем благодарил он его за 2000 мешков. Шведский король доставил оное султану. Визирю отсекли голову (?).

Новый визирь послал Карлу 800 мешков левков, и положено дать ему под видом конвоя 40 000 войска татарского и турецкого.

Ободренный успехом Карл продолжал стращать султана честолюбивыми замыслами Петра. Он представил, что, низвергнув Швецию, царь не замедлит завладеть Крымом и откроет путь себе к Константинополю. В доказательство представлял он выбитую в Амстердаме медаль с надписью: Petrus l Russo-Graecorum Monarcha, умножаемый непрестанно флот и гавань Таганрожская etc.

Призванный наш министр объявил, что флот отнюдь не умножается, а доделываются только корабли, стоявшие на штапеле до заключения мира, и то для предостережений от гнилости, все прочее назвал он клеветою завистников и уверял, что Россия не иначе как по принуждению самой Порты объявит ей войну.

Визирь противился войне; он был отставлен и послан пашою на Эвбейский остров. Балтаджа-Магомет-паша избран на его место, и шведскому королю посланы еще 500 мешков левков.

Карл именем Лещинского и всей Речи обещал уступить Порте несколько польских провинций и крепость Каменец, и 4 миллиона годовой дани. Порта стала приготовляться к войне.

Карл торжествовал. Он не прежде соглашался принять 40 000-ый конвой, как по началу войны России с Турцией, тогда думал он вступить в Польшу, соединиться с корпусом Красова и с партией Лещинского.

По тайному дозволению Порты крымские татаре начали задирать Россию к войне. Они вторгнулись в Малороссию и дошли до Изюма, грабя и разоряя всё; другие напали со стороны Польши, соединясь с изменниками казаками и поляками. К зиме воретились они в Перекопь с добычей и 12 000 пленных.

Под Белой Церковью встретили они отпор; в ней было 500 русского гарнизона, кн. Голицын подоспел и прогнал их, побив до 5000.

17 июля Петр, желая мира, отправил к султану грамоту, коей жаловался на нарушения мирных условий, на своеволие татар, на покровительство, оказываемое изменникам, на признание вора Орлика малороссийским гетманом etc., etc.

Посланный с грамотою был схвачен на границе и ввержен в подземельную тюрьму, где и содержался он до Прутского мира.

Петр вторично грамотою требовал удовлетворительного ответа (18 октября), но второй посланный имел участь первого.

22 декабря получил Петр тайное из Цареграда известие (от Толстого) о разрыве мира. А вскоре потом через иностранные дворьх уведомлен он, что Толстой ограблен и отведен в Семибашенный замок.

Петр повелел Шереметеву приготовить на Припяти мосты и послать к волошским границам для зауготовления провианта и фуража. В Ригу определить комендантом бригадира Чирикова etc., etc. и самому следовать к волошским границам.

Министру своему при польском дворе, коему было предписано взыскать со Гданска 300 000 ефимков за непресечение торгов со Швецией, велел Петр оставить на время требование, войска на краковские квартиры не ставить, а, приближась к границе, стать у Каменца-Подольска на кантонир-квартирах, куда свозить фураж и провиант. Предписал короля шведского с турецким конвоем в Польшу не впускать etc. и наблюдать за Польшею etc.

Петр велел тогда судить фельдмаршала лейтенанта Гольца за то, что он не поехал в Москву и что не выдал он шведского секретаря Книнштера, посланного из Бендер к Стокгольмскому сенату.

Он был осужден (вероятно, на смертную казнь), но Петр простил его, отпустя из своей службы.

В Лифляндии учреждена была комиссия. Наказ, Левенвольду данный (11 пунктов) (см. ч. III — 269).

Указы 1710[править]

О Ижорской канцелярии, о ведомости доходам, городовым окладам etc.

О табели полкам гарнизонным, сколько где.

О высылке доходов в определенные места, т.е. в приказы Воинский, Адмиралтейский, в Посольский и в артиллерию.

О переписке крестьянских дворов (кроме черкас).

О 15 рублей пени с тех, у коих укрываются солдаты от службы.

О взятии с 80 (?) дворов по 25 коп., со служилых с 300 по 7 к., с неслужилых с 100 дворов — по 20 к.

О сыске беглых и недорослей, укрывающихся от службы.

О взятии 1200 матросов от 15 до 20 лет — в Петербург.

О высылке в Петербург 3000 работников: с 35 дворов по человеку и с 34 дворов и менее по два алтына с двора.

О расписании в губерниях по 5536 дворов на равные доли.

О правеже доимок по 1707 г.

Etc., etc.

Большею частию о сборах, о переписи книг, о новом порядке губернском.

Примечания[править]