Любо, братцы, любо (песня)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Любо, братцы, любо : Казачья народная песня
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия Wikidata-logo.svg Данные



«Любо, братцы, любо…»

Казачья народная песня

Обычный вариант[править]

Как на быстрый Терек,
  на широкий берег
Вывели казаки
  сорок тысяч лошадей,
И покрылся берег,
  и покрылся берег
Сотнями порубленных,
  пострелянных людей.

   Любо, братцы, любо,
     любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
     не приходится тужить!
      
Атаман наш знает,
  кого выбирает,
«Эскадрон по коням»,
  да забыли про меня.
Им досталась воля
  и казачья доля,
Мне досталась черная
  холодная земля.

   Любо, братцы, любо,
     любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
     не приходится тужить!

А первая пуля
  в лоб меня целует,
А вторая пуля
  да поранила коня.
Жинка погорюет,
  выйдет за другого,
Выйдет за другого,
  позабудет про меня.

   Любо, братцы, любо,
     любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
     не приходится тужить!

Жалко только волюшку
  во широком поле,
Жалко мать-старушку
  да буланого коня.
Во широком поле
  станет черный ворон,
Станет ворон очи
  соколиные клевать.

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить!..

Несколько измененный вариант[править]

Как за черный ерек,
   как за черный ерек
Ехали казаки
   сорок тысяч лошадей,
И покрылся берег,
   и покрылся берег
Сотнями порубленных,
   пострелянных людей.

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить...
   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить...

А первая пуля
   а первая пуля,
А первая пуля,
   братцы, ранила коня.
А вторая пуля
   а вторая пуля,
А вторая пуля,
   братцы, ранила меня.

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить...
   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить...

А жена заплачет,
   выйдет за другого,
Выйдет за другого,
   за мово товарища.
Позабудет про меня…
Жалко только волюшку
   во широком полюшке,
Жалко мать-старушку
   да буланого коня.

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить...
   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить...

Кудри мои русые,
   очи мои светлые,
Травами, бурьяном
   да полынью зарастут.
Кости мои белые,
   сердце мое смелое
Коршуны да вороны
   по степи разнесут.

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить...
   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      любо голову сложить...


Вариант времен гражданской войны[править]

Как на быстрый Терек,
   на широкий берег
Вывели казаки
   сорок тысяч лошадей,
И покрылся берег,
   и покрылся берег
Сотнями порубленных,
   пострелянных людей.

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить!

Атаман наш знает,
   кого выбирает,
«Эскадрон по коням»,
   да забыли про меня.
Им досталась воля
   и казачья доля,
Мне досталась черная
   холодная земля.

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить!

А первая пуля
   в лоб меня целует,
А вторая пуля
   да поранила коня.
Жинка погорюет,
   выйдет за другого,
Выйдет за другого,
   позабудет про меня.

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить!

Жалко только волюшку
   во широком поле,
Жалко мать-старушку
   да буланого коня.
Во широком поле
   станет черный ворон,
Станет ворон очи
   соколиные клевать.

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить!..

Старики, старухи,
   дети, молодухи,
Тихо спит станица,
   матери не спят.
Запалил станицу,
   вырезал станицу
Местечковый, трехъязыкий,
   жадный продотряд.

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить!

Так помянем, братцы,
   братьев наших верных,
Терских да кубанских
   наших братьев во Христе.
То иуда Троцкий,
   то иуда Свердлов
Подло распинали
   мать-Россию на кресте.

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить!

И все то, что было,
   помним все, что было,
Тяжела казацкая
   мертвая слеза.
Даже и в могилах,
   в ямах торопливых
О Святой Руси Великой
   забывать нельзя...

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить!..

Вариант С. Боханцева[править]

Как неслись тачанки,
   полем на Воронеж,
Падали под пулями,
   как под косою рожь.
На тачанках сзади
   надпись "Не догонишь!"
Под дугою спереди:
   "Живыми не уйдешь!"

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить!

Тело мое белое,
   сердце мое смелое
Вороны да коршуны
   на части расклюют.
Не горюй, мамаша,
   что взяла не наша,
Скоро ли догонят,
   да когда еще убьют?

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить!

Ало, братцы, ало
   кровь моя стекала,
Стремена за шпоры
   да руками по стерне...
Наискось рубашку
   расстегнула шашка,
Скоро конь буланый
   позабудет обо мне.

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить!

С немцами, японцами
   вслед за белой конницей
К западной границе
   потянулись облака.
Девица тоскует,
   солнце степь донскую
Красит в цвет рубахи
   молодого казака.

   Любо, братцы, любо,
      любо, братцы, жить,
   С нашим атаманом
      не приходится тужить!..