Франция, государство зап. Европы, лежит между 42°20′ и 51°5′ сев. шир. и 4°48′ западн. и 7°39′ вост. долг. от Гринвича и занимает чрезвычайно выгодное положение между Средиземн. м. и Атлантическ. ок. Длина береговой линии 3120 клм. (615 клм. Средиземн. м., 1385 клм. Атлант. ок. и 1120 клм. Па-де-Кале и Северн. м.). На суше Ф. граничит (2170 клм.): на юге с Испанией (Пиренеи), на вост. с Италией (Альпы), Швейцарией (Юра) и Германией (Эльзас-Лотарингия), и на с.-в. и вост. с велик. герцогств. Люксембургским и Бельгией. Берега Средиземн. моря, принадлежащие Ф-ии, можно разделить на две половины: восточную — берег Прованса и западную — берег Лангедока. Первый богат превосходными гаванями (лучшие Тулон и Марсель) и чрезвычайно живописен. Берег Лангедока плоский, песчаный, совсем почти без гаваней, так же как южн. берега Атлантич. ок. до устья Жиронды. Севернее свойство берегов океана меняется: они становятся изрезанными и образуют несколько прекрасных гаваней (Ларошель, Рошфор и др.). Гранитные берега полуостр. Бретани, изрезанные фиордообразными заливами с многочисленными скалистыми островами, напоминают Норвегию. К северу берег крут, но хороших гаваней не имеет. За устьем Соммы берег опять становится песчаным и покрытым дюнами. Рельеф Ф-ии довольно разнообразен, но большинство возвышенностей находится на ю.-в., так что страна наклонена к с.-з. и самые большие реки Ф-ии текут в океан. Главная внутренняя возвышенность Ф-ии, Центральная возвышенность, сложенная гл. обр. кембрийскими гранитами и кристаллическ. сланцами, а близ С.-Этьенна также каменноугольными породами (продуктивный отдел с пластами каменн. угля), занимает более 80 т. кв. клм., отделена от Альп и Юры долинами Роны и Соны, от Пиренеев склоном Кастельнодари и только на сев. стоит в заметной связи с Вогезами и Арденнами. Ее разделяют на две части: восточную и западную. Первая наз. Севеннами, более или менее ясно носит характер горной цепи, круто падает в долины Роны и Лангедока и поката к с.-з.; средн. высота ее — 800 м. Высочайшая точка — гора Мезан (1754 м.). К северу Центральн. возвышенность образует понижение, по которому проходит Центральн. канал между Соной и Луарой, связывающий Атлант. ок. и Средиземн. море. Еще далее поднимается Кот д’Ор (636 м.), за которым опять идет понижение и Бургундский канал между Сеной и Соной. Севернее канала идет плато Лангр, 500 м. средн. высоты. Зап. часть, называемая Овернской возвышенностью, отделяется от Севенн долиной р. Аллье, идет с ю. на с. и состоит из 3 групп: южной — Обрака (1471 м.), средней — Канталь (1858 м.) и северной Мон д’Ор с велич. вершиной Центр. возвышенности Пюи де-Санси (1886 м.) и Пюи де-Дом (1465 м.). Северн. часть Овернск. возвыш., образованная андезитами, трахитами и базальтами, показывает ряд хорошо сохранившихся кратеров потухших вулканов, действовавших в третичный период; часто попадаются застывшие потоки лавы; много минеральн. источников. Долина Роны и Соны продолжается в долину Ду до Илля и Эльзаса и представляет удобный проход из южн. Германии в вост. Ф-ию и к Средиземн. морю. Долина Лангедока, чрез понижение Кастельнодари (189 м.), стоит в связи с долиной Гаронны, которая тянется в виде большого треугольника между морем, Центральной возвышенностью и Пиренеями и сложена из богато развитых третичных осадочн. пород. К западу, вдоль моря между Адуром и Жирондой, равнина носит болотист. или степн. характер; от Нижн. Гаронны до Шаранты она покрыта превосходн. виноградниками. Бассейн Шаранты связывает эту равнину с сев.-зап. франц. равниной и образует важнейший проход из сев. Ф-ии в южн. и Испанию. У Луары долина расширяется и обильна озерами и болотами. Сев.-зап. Ф. не представляет сколько-ниб. связной системы гор и в среднем не выше 300 м. Самая высокая гора ее у Алансона 417 м. Долина средн. Луары и Сены образует знаменитый в геологическом отношении парижский бассейн с третичными отложениями, которые достигают здесь чрезвыч. мощного развития и необыкновенно богаты остатками третичн. млекопитающих (Xiphodon, Palaeotherium и др.). С севера и сев.-востока парижский бассейн окружен осадочными меловыми породами, между которыми преобладает белый пишущий мел, составляющий почву богатой виноградниками Шампани. По всей восточн. границе тянутся цепи гор и холмов, составленных юрскими осадочн. породами. На сев. они не выше 200 м. Арденны покрыты лесом и прорезаны глубокими долинами; продолжение их наз. Аргонским лесом и образует на западн. границе Лотарингскую возвышенность. Далее к югу идут Вогезы до 1000 м. высоты с крутыми склонами на восток, в долину Рейна, и Юра. Французск. склоны Юры вообще покаты, швейцарские обрывисты. Ф-ии принадлежат самые высокие и дикие части Альп — Западн. Альпы от Средиземного моря до Женевск. озера. Сюда входят: Приморские Альпы до 3000 м., падающие в Средиз. море, Коттические с вершиной Мон-Визо (3845 м.) и богатой глетчерами группой Пельву (4103 м.), Грайские и наконец, колоссальный горный массив Монблан (4810 м.). К западу от главн. горн. группы идет ряд горн. цепей, спускающихся в долину Роны. Пиренеи тянутся массивной стеной, до 2500 м. высоты в средн. части, по южн. границе Ф-ии и еще более непроходимы, чем Альпы. Ф-ии принадлежит вершина Виньемаль (3290 м.). Франц. склоны Пиренеев покрыты зелеными лугами и лесами, богаты водопадами и представляют резкий контраст с голыми скалами испанских склонов. Возвышенности Ф-ии занимают 245000, низменности 285000 кв. клм. Эти низменности, за небольш. исключениями обладают замечательно плодородн. почвой, превосходно возделаны и густо заселены. Остров Корсика, принадлежащий Ф-ии, по этнограф. составу и географ. положению примыкает к Италии. Орошение Ф-ии можно назвать обильным. Ф-ии принадлежит 5 крупных речных систем (Гаронны, Луары, Сены, Рейна с Маасом и Шельдой и Роны), 8 второстепенных (Соммы, Орна, Вилена, Шаранты, Адура, Ода, Эро и Вара) и 29 небольших, образованных береговыми реками. Реки сближены верховьями и разделены б. ч. невысокими возвышенностями, так что их легко было соединить каналами. Климат Ф-ии вообще мягкий. В долине Нижн. Роны и средиземноморск. странах, мало защищенных горами, колебания температуры, однако, довольно значительны; в долине Роны очень част сухой, холодный ветер мистраль (см. это сл.). В Провансе, защищенном Аппенинами и Приморскими Альпами, климат теплый и ровный, так что вызревают фрукты, разводимые в Неаполе. Крайние температуры в Монпелье 37° и −9°, Ницца 31° и −1°. Побережье Атлантического океана имеет теплый морской климат. К востоку континентальность климата увеличивается. Дожди вообще часты. В зап. Ф-ии (44½—46½° сев. ш.) колич. осадков 66, Париже 58, Клермоне 64, Пюи-де-Дом 150 стм. Бесснежные зимы бывают только на южн. морских берегах. Растительность Ф-ии довольно богата. Страны, прилегающие к Ламаншу и Атлант. океану, характеризуются Ilex europaeus и nanus, Erica cinerea и др. В западн. и юго-зап. частях растет вечнозеленый Quercus Ilex и появляется ряд южн. растений: Daboecia polifolia, нарциссы, Eryngium, Linaria и др., распространенных по атлант. берегам. Страна от Перпиньяна до Ниццы обильна вечнозелеными кустарниками Pistacia, Arbutus, вечнозелеными дубами, масличн. деревом и виноградниками. Климат Ниццы носит почти тропич. характер. Склоны Альп характериз. оригинальной флорой, остальные части Ф-ии принадлежат к т. наз. зоне лиственн. лесов; из древесн. растений особенно замечательны благородный каштан и бук. Для животного мира Ф-ии характерны 2 вида летуч. мышей-подковоносов, енот, а в Пиренеях горностай; несколько особ. видов земляных мышей, сурок и редко бобр; волк почти совершенно истреблен. Пресмыкающихся насчитывают 19 родов с 27 видами; из них несколько ядовитых змей, гекконы и др. характерн. южн. формы. Земноводными Ф. богаче всех стран Европы. Породы рыб, как пресноводн., так и прибрежных, очень разнообразны. Пространство Ф-ии 536408 кв. клм. (9742,2 кв. миль), население (в 1891 г.) 38343191 чел. Первоначально кельтическое население Ф-ии смешалось на юге с романской расой, на севере с германской. В зависимости от этого южн. французы темнее, меньше ростом и живее; северные серьезнее и чаще блондины с свежим цветом лица. Чистая кельтич. раса сохранилась еще в Бретани (бретонцы) и на крайнем юго-западе (баски), но как они, так и др. народности (напр. итальянцы на остр. Корсике) постепенно поглощаются французск. смешанной расой. Главная масса населения (98%) исповедует римско-католическую религию; протестантов свыше 1½%, иудеев около 1/7%, других вероисповеданий ¼%. Все религии равноправны; духовенство получает жалование от правительства. Народное образование, бывшее в совершенн. пренебрежении пред революцией и мало подвинувшееся вперед во время революции, войн империи и при Бурбонах, обратило особенное внимание третьей республики и, благодаря крупным ассигнованиям, поставлено блестяще. Начальное образование обязательно и бесплатно. В 1889—90 гг. было 81857 нач. школ с 5601567 учащимися; расход на них составлял свыше 155 милл. фр., участие государства в 1893 г. выражалось суммой в 101,6 милл фр. Среднее образ. дается лицеями и коммунальн. коллегиями, высшее — факультетами (62 с 22328 студ.). Масса частн. учебн. заведений всех разрядов (ср. также народное образование). О добывающей и обрабатывающей промышленности, сельск. хозяйства и торговле см. таблицы. В административно-политическом отношении Ф. является представительной республикой; конституция ее установлена законами 1875, 1884, 1885 гг. Для удобства управления Ф. распадается на 87 департаментов, которые разделяются на 362 округа, 2881 кантон и 36144 коммуны. Законодательная власть Ф-ии находится в руках палаты депутатов и сената. Первая состоит в наст. время из 584 членов, избираемых на 4 года всеобщим голосованием; право голоса имеет всякий полноправный гражданин, достигший 21 года; избираемый должен иметь не менее 25 лет. Избрание происходит по округам; каждый округ, имеющий не более 100 тысяч жителей, выбирает 1 депутата; для каждых следующих 100 тыс. или части этого колич. выбирают дальнейш. депутатов. Сенат состоит из 300 членов, избираемых на 9 лет избирательными коллегиями департаментов и колоний, которые образованы из депутатов, генеральн. и окружн. советов и из особо выбираемых для этого депутатов от муниципалитетов. Каждые 3 года треть сената обновляется. Для избрания в сенаторы нужно быть французом, иметь не менее 40 лет от роду и обладать всеми гражд. и полит. правами. Сенат разделяет с палатой депутатов законодательную власть; финансовые проекты должны предварительно предлагаться палате депутатов. Исполнительная власть принадлежит президенту республики, избираемому на 7 лет абсолютн. большинством сената и палаты депутатов, собирающихся для этого в национальное собрание. Президент республики разделяет законодательн. инициативу с членами обеих палат; имеет право помилования, но амнистия постановляется только законом; он распоряжается военными силами, назначает всех гражданских и военных чиновников; послы других государств вручают ему верительные грамоты. Каждый акт президента республики должен быть контрасигнован министром, несущим ответственность за этот акт. Президент республики, по согласию с сенатом, может распустить палату депутатов; новая палата должна быть собрана в течение 3 месяцев. Президент республики ответственен пред сенатом только в случае государств. измены. Для высшего управления президент назначает кабинет из 11 министров; последние ответственны пред обеими палатами за общую политику все вместе и индивидуально за личные акты. Власть во Ф-ии сильно централизована, и только за последнее время замечается стремление предоставить округам большую самостоятельность. Департаменты управляются префектами, округа — супрефектами, коммуны — мэрами. Для представления и защиты интересов департам. и округов в первых существуют генеральные, во вторых окружные советы, члены которых избираются на 6 лет. В коммунах избирается муниципалитет; члены его избираются на 3 года. Бюджет Ф-ии превышает бюджеты всех государств. На 1895 г. предположено к поступлению 3377,03 милл. фр., расходов 3351,48 милл. фр. Государ. долг к 1 янв. 1893 г. простирался до 30,6 миллиардов франков. Армия разделяется на действующ. и территориальную. Первая на мирн. положении состоит из 549 тыс. чел., на военн. — 1710 тыс. Территор. армия насчитывает 740 тыс. чел. С 1871—93 гг. на реорганизацию армии издержано 22 милл. фр. Военн. флот 444 судна с 3172 орудиями (из них броненосцев 51 с 1052 оруд.). Экипаж 43 тыс. чел. — История. Юго-западная часть Европы, составляющая теперь Ф-ию, выделилась в автономное национально-политическое целое в середине IX в., когда сыновья Людовика Благочестивого, по Верденскому договору 843 г., разделили между собою империю Карла Великого и младший из них, Карл Лысый, получил области, лежащие к западу от Роны, Соны и Мааса, как независимое королевство. История царствования Карла Лысого (см. э. сл.) и его ближайших преемников представляет картину начавшейся еще при Меровингах феодализации общества и постепенного падения королевской власти. Его слабые преемники Людовик II (877—879), Людовик III (879—882) и Карломан (882—884), бессильные внутри государства, не сумели удержать и внешних приобретений: они утратили и императорскую корону и области между Poной и Юрой. После смерти Карломана франц. корона на целое столетие сделалась игрушкой в руках феодалов, из которых все более выдвигались Парижские графы, преемники Роберта Храброго, и в 987 г. королем был избран герцог Иль-де-Франса Гуго Капет, положивший основание династии Капетингов; имя его герцогства, Ф., вскоре переходит на все государство, а за Парижем окончательно упрочивается значение политическ. центра страны. Однако, сильная феодальная тенденция, царившая во Ф-ии, не мирилась с наследственной властью, и собирателям-Капетингам, мечтавшим об едином государстве, противопоставляла разрозненные владения, только номинально подчиненные верховной власти короля, но фактически почти самостоятельные, и из двенадцати крупнейших феодалов Ф-ии король, быть может, был слабейшим. Принцип „chacun baron est souverain dans la baronie“ лишал короля возможности непосредственно сноситься с населением феодальн. княжеств, требовать от них податей и войска. Понятно, так. обр., что авторитет первых Капетингов был ничтожен. Основателем могущества франц. короны явился Людовик VI (1108—1137). Он не только сломил силу иль-де-франсских баронов и сделался полным господином в своем княжестве, но и провел свое влияние за пределы последнего, с успехом вмешиваясь в дела Бурбонэ, Оверни и т. д.; мало того, он положил начало и общенациональной политики франц. королей — отстоял спорные области против Генриха I английского и дал отпор германскому императору Генриху V. Людовик VI сумел искусно воспользоваться теми враждебными феодализму силами, которые образовались уже раньше или только при нем стали складываться во Ф-ии. Таких сил было три: крестьянство, церковь и города. Бесправное крестьянское население и богатое духовенство более всего страдали от своеволия феодалов; поэтому, как только стала выдвигаться королевская власть, стремившаяся установить в стране мир и безопасность, эти два элемента тотчас вступили в союз с нею и начали оказывать ей деятельную поддержку. В случае надобности, на помощь войскам Людовика являлись приходские общины, т.-е. крестьянские ополчения со священниками во главе. Третьей силой, на которую опирался Людовик, было начинавшееся во французск. городах движение против светских феодалов в значительной степени содействовавшее укреплению и расширению королевской власти. Преемники Людовика VI перешли уже от случайной помощи отдельным городам к систематической поддержке всего движения. Ближайшей задачей французск. короны, после того как она приобрела прочную территориальную основу, было расширение этой основы, собирание французск. земли, подчинение страны и народа своей непосредственной власти. Первым и самым энергичным собирателем земли явился сын Людовика VII, Филипп II Август (1180—1223; см. Филипп, 4). Он уничтожил только-что образовавшееся могущество англичан на западе Ф-ии и принудил Иоанна Безземельного уступить ему Нормандию, Мэн, Турень, Анжу и Пуату; он начал также покорение всего франц. юга. В целях централизации власти он назначил по областям как бы своих приказчиков и воевод (прево и бальи), которые получали свои должности по личному усмотрению короля и на неопределенный срок, а не под условием исполнения ленных повинностей и с правом передачи по наследству, как то было прежде. Эти чиновники были обязаны давать отчет главному центральному учреждению, королевской курии, состоявшей большею частью из людей незнатного происхождения, знавших один закон — волю и интересы короля. В конце XII в. началось во Ф-ии теоретическое возрождение римского права, вскоре сделавшегося опорою королевской власти в ее борьбе с феодальным строем (см. рецепция римского права). С начала XIII ст. легисты (знатоки римского права) становятся главными помощниками королей в деле административной централизации Ф-ии, и в половине XIII в. судебный строй королевства был преобразован по образцу римского права. Эта реформа была делом рук второго преемника Филиппа II, Людовика IX Святого (1226—1270; см. это сл.). Следующий великий шаг королевская власть сделала в лице Филиппа IV Красивого (1285—1314). Во внешней политике он продолжал дело Филиппа II Августа — долго и упорно боролся с Англией и всевозможными средствами собирал французские земли. Но главная заслуга царствования Филиппа IV заключается в том, что он положил начало финансовой организации Ф-ии и вышел победителем из борьбы с папством, которая могла сделаться роковою для дальнейшего развития королевской власти (см. Филипп, 6). В связи с церковным вопросом возникло и первое обще-государственное учреждение Ф-ии — Генеральные штаты (états généraux); созванные впервые в 1302 г., они носили первоначально чисто феодальный характер, представляя собою соединение всех частей разрозненной государственной власти, но в этом зародыше лежали уже семена нового порядка. Понятие добровольного соглашения постепенно устраняется, решение большинства становится, сначала только фактически, обязательным для остальных, и штаты являются уже не съездом равных, из которых каждый волен действовать по своему желанию, а собранием частей одного целого, т.-е. центральным государств. учреждением. Филипп преобразовал федерацию франц. феодальных княжеств в одно государство, а феодальную власть франц. королей — во власть общенациональную. Государство, по крайней мере в своих главных чертах, было создано, но самый процесс его образования оказался настолько насильственным и общество настолько неподготовленным, что со стороны последнего неизбежно должна была последовать реакция. Первая попытка к ограничению королевской власти произошла еще в конце царствования Филиппа IV и исходила от высшего, феодального сословия, которое чувствовало себя особенно стесненным новыми порядками в области администрации, суда и финансов. Движение началось на чрезвычайно широких основаниях: в 1314 г., по поводу новых налогов Филиппа Красивого, против него образовалась общественная лига, в которой на ряду с дворянством стала и буржуазия. Филипп не стал бороться: он уступил лиге и отменил налог; но реакция продолжалась и при его сыне, Людовике X (1314—1316), который принужден был даровать лигёрам ряд положительных прав, и тут немедленно обнаружилось полное отсутствие солидарности между союзниками. Прежде всего сказалась областная рознь — отдельные провинции добились особых грамат, каждая для себя; еще важнее было то, что интересы руководящего сословия, дворянства, оказались диаметрально-противоположными интересам низших классов: оно снова выговорило себе ряд утраченных им средневековых прав и этим погубило дело реакции: буржуазия не замедлила отделиться от феодалов и стать на сторону королевской власти. Однако, попытки ограничить королевск. власть наполняют всю дальнейшую историю Ф-ии от средины XIV до пол. XV в. и тесно переплетены с событиями Столетней войны (см. э. сл.). Со смертью третьего сына Филиппа Красивого, Карла IV (1322—1328), прекратилась прямая линия Капетингов, и престол перешел к боковой линии того же дома, к Валуа. При первом же короле из этой династии, Филиппе VI, началась великая борьба между Ф-ией и Англией, продолжавшаяся более столетия (1337—1453). В течение этой войны Ф. дважды почти целиком переходила в руки врагов и дважды, во второй раз окончательно, свергла с себя чужеземное иго. Но одновременно с борьбой за существование в ней происходила еще и другая борьба — за власть. Первые представители новой династии, Филипп VI (1328—1350) и его сын Иоанн Добрый (1350—1364), оказались не на высоте своей задачи: поражения при Креси (1346) и Пуатье (1356) привели Ф-ию на край гибели. В обществе стало распространяться сильное неудовольствие против правительства и рыцарей. Результатом этого неудовольствия и была вторая попытка реакции — попытка буржуазии в 1356 г., тотчас после поражения при Пуатье. На этот раз была задумана коренная реформа государств. управления, которая должна была не только установить постоянный контроль общества над правительством, но, отняв верховную власть у короля, передать ее в руки буржуазии. Вторая реакционная попытка носила гораздо более систематический характер, чем первая, феодальная, но она потерпела неудачу подобно последней, и, отчасти, по тем же причинам, из которых главной было то, что между отдельными сословиями снова не оказалось никакой солидарности. Как только попытка увенчалась успехом, тотчас обнаружились эгоистические цели руководящего класса, на этот раз — буржуазии, буржуазный злемент получил преобладание во всех отраслях управления, в центре и в областях, а податная система была организована исключительно в интересах богатого купечества. Чтобы удержать власть в своих руках, парижская коммуна и ее вождь Этьен Марсель (см. э. сл.) принуждены были пустить в ход террористические средства и, наконец, искать поддержки даже у взбунтовавшихся крестьян. Крестьянское восстание (жакерия) было вызвано страшным напряжением народных сил вследствие беспрерывной войны и вопиющим произволом помещиков (см. крестьяне, стр. 2414); это было движение совершенно хаотическое, без всякой определенной программы, одинаково угрожавшее всем сословиям, и, поэтому, союз с ним должен был совершенно уронить дело буржуазии. Сами парижане отшатнулись от Марселя, и созданная им конституция погибла вместе с ним. Преемнику Иоанна, Карлу V (1364—1380), удалось вернуть большую часть франц. земель и, при помощи осторожной и бережливой политики, восстановить в них мир и благосостояние. При нем-же впервые вместо генеральн. штатов было созвано (в 1369 г.) вполне зависевшее от воли короля собрание нотаблей, в последний раз, до начала великой революции, собиравшееся при Ришелье в 1626 г. Последняя систематическая попытка ограничить абсолютизм была сделана в 1413 г. парижскими цехами и университетом при поддержке одного из регентов, герцога бургундского. Все эти попытки, в виду исконной розни сословий, этого результата феодализма, были безуспешны, и монархия только усилилась в этой борьбе, потому что она одна стояла над враждующими и политически-незрелыми сословиями, как объединяющая сила, как представительница национального единства. Результаты этого положения монархии обнаружились уже в конце Столетней войны: в 1439 г. генер. штаты в Орлеане установили постоянную подать в 1200000 ливров ежегодно на содержание постоянного войска в 9000 чел. Эта мера была вызвана необходимостью дать королю средства для очищения Ф-ии от англичан и разбойнических шаек, но вместе с тем она сильно способствовала развитию абсолютизма во Ф-ии. Следующие три века представляют картину быстрого роста королевской власти во Ф-ии. Царствование Карла VII (1422—1461) было посвящено сначала окончанию Столетней войны, а после 1453 г. заботам об умиротворении страны, упорядочению администрации, преобразованию войска, подъему промышленности и торговли. Еще при нем вновь началось брожение среди феодальной аристократии, а со вступлением на престол его сына, Людовика XI (1461—1483), открылась упорная и многолетняя борьба между королем и феодалами, образовавшими лигу общественн. блага (см. Людовик XI). В конце концов Людовик одержал верх над врагами. В малолетство его сына, Карла VIII (1483—1498) феодалы, с герцог. Орлеанским во главе, снова подняли знамя восстания, но потерпели неудачу. В 1491 г. Карл VIII путем брака с Aнной Бретанской присоединил к королевству последнее из крупных феодальных княжеств Ф-ии Бретань. В конце XV в. франц. монархия оказалась уже настолько упроченной, что короли сочли возможным направить силы объединенного государства на увеличение его внешнего могущества. С 1494 г. начинается новый период в истории Ф-ии — период внешних войн, продолжавшийся почти 300 лет и обнимающий итальянск. войны и борьбу с Габсбургами за первенство в Европе; первые велись с переменным успехом, вторая наполняет царствование Франциска I (1515—1547 гг.) и его сына, Генриха II (1547—1559) и кончилась тем, что Ф., несмотря на ряд блестящих побед, должна была отказаться от своих итальянск. завоеваний. Во второй половине XVI в. Ф. была всецело поглощена междоусобными войнами, вызванными реформационным движением (см. гугеноты) и приведшими страну в состояние почти полной анархии. В этот момент королевская власть стояла, казалось, на краю гибели; но монархизм пустил слишком глубокие корни во Ф-ии, и, как только король наваррский Генрих Бурбон перешел в католицизм (1593 г.), народ, изнуренный войною, принял его с восторгом, как своего короля. Вся первая половина царствования Генриха IV (1589—1610 гг.), положившего основание династии Бурбонов, прошла в очень успешной борьбе с Филиппом II, с савойским герцогом и последними остатками священной лиги (см. лига). Удовлетворив протестантов Нантским эдиктом (см. э. сл.) 1598 г., он посвятил остальные годы своего царствования умиротворению государства и подъему его экономическ. сил, чего и достиг с помощью Сюлли. Царствование слабого и неспособного Людовика XIII (1610—1643 гг.) снова было ознаменовано многократными и безуспешными восстаниями знати. С 1624 г. во главе правительства стал кардинал Ришелье (см. это сл. и Людовик XIII), доставивший монархии во Ф-ии небывалую до того силу. Он отнял у гугенотов все политическ. права, ограничил власть губернаторов в провинциях, ни разу не созывал генеральн. штатов и сузил компетенцию парламента; он сделал королевский совет (Conseil d’Etat) центром всей областной администрации и учредил должности интендантов, которые являлись в провинции верными слугами королевской власти. Ришелье завершил создание франц. абсолютизма. Но в начале царствования Людовика XIV (1649—1715) во время регентства Анны Австрийской и правления Мазарини (см. э. сл.) королевская власть снова подверглась серьезной опасности, в последний раз перед великой революцией: то было восстание парламента и знати, так-наз. фронда (см. это сл.); но и она не повела ни к чему и не была в силах расшатать королевские прерогативы. В долгое царствование Людовика XIV абсолютный монархизм достиг своего апогея, и знаменитое l’état c’est moi, которое приписывают королю-солнцу, характеризовало положение государства. Все, что во Ф-ии находилось в оппозиции престолу, было сломлено и уничтожено. Людовик нарушил политические права парламента, отменил его общие собрания и сделал бюрократию послушным орудием своей воли. Энергично нивеллируя франц. общество, он оставил дворянству его феодальную роль по отношению к крестьянам, но ограничил остальные его привилегии; он не доверял аристократам и на высшие государственные посты назначал не их, а людей незнатных. Король уничтожил средневековые вольности французск. городов, лишил их выборной магистратуры и самоуправления. Что же касается сельского населения, то его не было надобности реформировать, так как оно не представлялось опасным для короны, и Людовик позволил ему попрежнему изнывать под гнетом феодального режима. Над общим уровнем возвышалась церковь, возвышалась в том смысле, что для нее господином был не король, а папа; Людовик утвердил независимость галликанск. духовенства, подчинив его в то же время себе. Симметрия общей подчиненности и однообразия нарушалась гугенотами, и вот Людовик в 1685 г. отменяет Нантский эдикт. Внутренняя политика Людовика связана с именем Кольбера (см. э. сл.), который сумел улучшить финансовое положение страны и оживить торговлю и промышленность; но вместе с тем его система меркантилизма повлекла за собою упадок земледелия и еще более увеличила бедность сельского населения. Внешняя политика Людовика была в общем очень счастлива (см. Людовик XIV), но многочисленные войны, хотя и доставили Ф-ии некотор. территориальные приобретения, истощили страну, и своему правнуку, Людовику XV (1715—1774 гг.), Людовик XIV передал Ф-ию обессиленной и бедной, с двумя миллиардами долга; промышленность пала; народ стонал под бременем налогов. За малолетством нового короля регентство было доверено даровитому, но развратному герцогу Филиппу Орлеанскому; он все заботы правления передал своему собутыльнику, кардиналу Дюбуа. На долю таких людей выпала непосильная им задача избегнуть финансового краха, который тяготел над Ф-ией. Попытка Джона Ло (см. это сл.), внесшего в общество идею кредита, была встречена с восторгом, и открытый им банк процветал, но увлечение скоро прошло, и затея рухнула, еще более разорив Ф-ию. В 1743 г. Людовик XV решился, наконец, стать во главе правления, но он окончательно расстроил финансы и сделал династию совершенно ненавистной народу развратом двора, расточительностью фавориток, неудачной внешней политикою и деспотизмом во внутреннем управлении (см. Людовик XV, парламент во Франции). Людовик XV умер вовремя (в 1774 г.), и всю тяжесть народного протеста суждено было вынести его преемнику, Людовику XVI, павшему на гильотине жертвой революции. Причины великой революции были подготовлены всей предыдущей жизнью Ф-ии. Под покровительством короны все более и более возрастало третье сословие, так-наз. „tiers-état“, в состав которого постепенно входили не только городские, но и сельские общины, крупные и мелкие землевладельцы, отчасти служилое дворянство (noblesse de robe) и люди интеллигентных профессий. „Tiers-état“ всегда было презираемо аристократией и отвечало ей ненавистью; всем ходом своего историческ. существования подготовленное к восприятию идеи равенства, оно не могло мириться с феодальными привилегиями своей соперницы, у которой королевск. власть отняла только политическое, а не социальное значение и этим лишь на половину удовлетворила стремлениям буржуазии. Высшее духовенство тоже составляло привилегированную корпорацию в государстве, имело очень много прав и очень мало обязанностей. Эта изолированность и вражда сословий в связи с безграничностью абсолютизма создавали глубокую аномалию, отражавшуюся на всех проявлениях государственной жизни. Непривилегированные несли исключительно на себе все податное бремя, и в то же время их промышленная и торговая деятельность подвергалась ненужным стеснениям, всевозможным пошлинам и правительственному контролю. В судах не было справедливости, не существовало свободы слова и совести, административный произвол беспощадно подавлял человеческую личность, и всякий трепетал перед королевск. приказами об аресте (lettres de cachet; см. это сл.). Незаслуженные преимущества и монополии, также незаслуженные ограничения и бесправие — вот что характеризовало положение привилегированных с одной, и третьего сословия — с другой стороны. Экономическое состояние государства к концу XVIII в. было в высшей степени печально, и нищета бесправного крестьянства, жестокое выколачивание недоимок, ежегодный дефицит в сто миллионов — все это ярко контрастировало с роскошью двора, с привольной жизнью аристократии. Действительность была безотрадна, и сознание того все глубже проникало в общество, будило критическую мысль, заставляло искать исхода. Выражением и руководительницею общественного настроения являлась литература XVIII в.: Монтескье, Вольтер, Руссо, Дидро, энциклопедисты рисовали новые идеалы социального и политического устройства, всестороннего обновления. Просветительные идеи носились в воздухе и проникли не только в великосветские салоны, где, по выражению Тэна, с ними играли, как с маленьким, пока еще безвредным чудовищем, но и на улицу, в толпу, где зверь этот стал бешеным и разъяренным и, в конце концов, опрокинул вековые твердыни. В таком положении была Ф., когда на ее шатавшийся престол воссел Людовик XVI (1774—1793). Не ему, человеку добродушному, но без характера, таланта и воли, любившему охоту и слесарное ремесло больше государственных дел, было по силам коренной реформой предотвратить насильственный переворот. Правда, он пытался сначала улучшить положение франц. финансов, призвал к себе знаменитого Тюрго (см. это сл.), но не сумел его поддержать и, поддавшись придворным интригам, уволил своего министра. Той же участи подвергся и назначенный на его место Неккер (см. э. сл.); однако, в 1788 г. Неккер вновь был призван на пост министра финансов; но он не мог уже найти никак. средств для спасения Ф-ии и настоял на созыве Генеральных штатов (états généraux), не собиравшихся с 1614 г. 5 мая 1789 г. штаты собрались в Версали, и с этого дня начинается новая эра в истории Ф-ии. Невозможно было улучшить финансы, не реформируя всего политического и социального строя; вот почему штаты от частного вопроса перешли к общему пересмотру всех устоев французск. жизни. Депутаты, заседавшие в собрании, имели от своих избирателей особые наказы (cahiers de doléance), из которых видно, чего желала и на что негодовала современная Ф. Tiers-état, представленное в штатах двойным числом голосов (600; дворянство же и духовенство имело по 300), сейчас же вступило в конфликт с другими сословиями, в виду желания последних подавать голоса не поголовно, а посословно. Представители третьего сословия, в состав которого входили такие деятели, как Мирабо и Сиейс, отделились от своих товарищей и объявили себя единственно-законным Национальным собранием (assemblée nationale). Между королем и собранием возникла по этому поводу борьба, кончившаяся в пользу последнего, и сам Людовик приказал дворянству и духовенству соединиться с третьим сословием. Пока в Версали происходили совещания народных депутатов, парижская толпа, озлобленная голодными годами, волновалась и бурлила, угрожая пойти дальше Национального собрания и не обсуждать положения Ф-ии, а действовать грабежами и убийствами. Король созвал войска и дал отставку Неккеру. Тогда в Париже вспыхнуло открытое восстание, и 14 июля народ обратил в развалины государственную тюрьму Бастилию; в провинциях тоже начались мятежи, поджоги и насилия, и скоро вся Ф. была охвачена огнем революции. Французские аристократы эмигрируют за границу и просят защиты у иностранных правительств, король колеблется из стороны в сторону, Национальное собрание, по совету Мирабо, вызывает защитников порядка из среды самого народа и образует т.-наз. национальную гвардию под начальством Лафайета. В заседании 4-го августа собрание, желая парализовать волнение, отменяет все то, против чего восстал народ, и в одну ночь, в одну великую ночь, обновляет всю Ф-ию: оно разрушает „старый порядок“ в самом его основании, отменяет крепостное право, помещичьи суды, все титулы, привилегии и монополии, церковные десятины, областные особенности, хоронит навеки феодальный строй и перед лицом изумленного мира провозглашает равенство всех перед законом, свободу труда и единство государства. Не довольствуясь одним разрушением, оно строит новое и создает конституцию, в которой ярко отразились идеи просветительной литературы, объявляет „декларацию прав человека и гражданина“ и под шум парижского движения два года работает над преобразованием Ф-ии. 6-го октября 1789 г. население Парижа, переполненного рабочими и демагогами, наводненного зажигательной литературой газет, памфлетов и брошюр, заставило короля переехать в Париж; туда же скоро переселилось и Национальное собрание. В 1791 г. последнее обнародовало выработанное им новое государственное уложение, по которому король ограничивался в своей власти и играл только роль исполнительного органа, а законодательные функции предоставлялись народу; введены были свобода слова и совести, суд присяжных, упразднены монастыри, а церковные имения обращены в национальное достояние, священники избирались гражданами и должны были давать присягу на верность королю, конституции и народу, в административном отношении вся Ф. была разделена на 83 однообразно управляемых департамента. Однако, радикальные элементы франц. общества не были удовлетворены этой конституцией, и многие из парижских демагогов требовали свержения „тиранов“; идея республики все более и более укоренялась в умах многочисленных деятелей, oтчасти под неостывшим впечатлением, которое произвело основание Северо-Американских Соединенных Штатов. Особенное недовольство было вызвано тем, что, по решению Национального собрания, откупаться от исполнения некоторых обязанностей феодального характера можно было только на тяжелых условиях (см. крестьяне, стр. 2414). Между тем эмигранты энергично подстрекали европейские державы идти на Ф-ию; носились слухи, что Людовик XVI и ненавистная народу „австриячка“ Мария-Антуанетта тоже ведут переговоры с иностранными правителями, и все это волновало население Парижа, переживавшее, как и вся Ф., страшный экономический кризис. Окончательно переполнила чашу неудачная попытка Людовика 20 июня 1791 г. бежать из Ф-ии. Члены революционных клубов, в особенности якобинского, требовали низложения короля и суда над ним; всякое уважение к престолу и вера в честность короля были потеряны. Тем не менее, королевск. власть была оставлена и Национальное, или, как оно себя иначе называло, Учредительное собрание решило только пересмотреть новую конституцию; избирательный ценз был уничтожен, король за всякое нарушение своей присяги должен был подвергнуться низложению и суду. 14 сент. Людовик присягнул конституции, 30 сент. Учредительное собрание разошлось, но революция далеко еще не сказала своего последнего слова: 1 окт. было открыто новое Законодательное собрание, которое носило уже иной характер, сравнительно с своим предшественником, касалось не только политическ., но и социальных вопросов, выдвигало на первый план „Contrat Social“ Руссо. В нем незначительную партию монархистов подавляли республиканцы, представленные жирондистами и якобинцами (см. эти сл.), которые скоро сделались господами положения. Отношения между королем и Законодательн. собранием (Легислативой) были крайне натянутые, особенно в виду суровых декретов последнего об эмигрантах и так-наз. неприсяжном духовенстве. Король тайно сносился с иностранными державами, но жирондисты сумели окружить его министрами из своей среды, которые добились того, что 22 апреля 1792 г. была объявлена война Австрии, и этим началась великая борьба революционной Ф-ии с монархическ. Европой. Патриотическ. одушевление охватило нацию, и под звуки марсельезы, новой песни, облетевшей весь мир, начались первые, сначала неудачные, военные действия. А в Париже, между тем, Легислатива постановила уничтожить корпус королевск. телохранителей и учредить армию санкюлотов в 20 тыс. челов. Когда король противопоставил последнему декрету свое veto и уволил жирондистское министерство, парижск. толпа напала 20 июня на Тюльери. Законод. собрание объявило отечество в опасности (la patrie est en danger), а когда герцог Брауншвейгский, главнокомандующий союзной прусско-австрийск. армией, объявил в своем манифесте, что разрушит Париж при малейшем покушении на короля, — население столицы пришло в ярость, 10 авг. напало снова на Тюльери, король был низложен и арестован, монархия перестала существовать. На сцену выступили революционерные диктаторы, Марат, Дантон, Робеспьер (см. эти сл.). Напрасно более умеренные жирондисты старались удержать якобинцев от системы ужаса, — во Ф-ии началась эпоха крови и произвола. Франц. войска одержали победы над пруссаками при Вальми (20 сент.) и австрийцами при Джемаппе (6 нояб.) и заняли Голландию; 21 окт. они взяли Трир, Шпейер, Майнц. Революционеры торжествовали; полные ужаса „сентябрьские дни“ были ознаменованы убийствами арестованных роялистов 21 сентября. Национальный конвент, заменивший собой Легислативу, провозгласил 22 сент. республику и возбудил процесс против Людовика XVI. Несмотря на все желание жирондистов спасти короля, он был приговорен к смертной казни и 21 января 1793 г. обезглавлен. Монархическ. Европа ужаснулась и стала высылать против Ф-ии одну коалицию за другой; Пруссия, Австрия, Пьемонт, Англия, Голландия и Испания раньше всех составили ополчение в защиту старого порядка, для отомщения за короля. Во Ф-ии события несутся как ураган, и конвент не останавливается ни пред чем для того, чтобы упрочить завоевания революции и обезопасить Ф-ию извне. Якобинцы вступают в отчаянную борьбу с жирондистами, побеждают их и десятками посылают на гильотину, жестоко отражают антиреволюционные восстания дворян и крестьян в Вандее и богатой буржуазии в больших городах юга (Лион, Бордо и Тулон), учреждают „комитет общественной безопасности“ (Робеспьер, Сен-Жюст, Кутон), который неистощим в казнях и терроризует все общество; но в то же время отменою феодальн. оброков без выкупа, продажею конфискованн. земель монастырей и эмигрантов и рядом других мероприятий привлекает к себе крестьянство и пролетариат и в них находит сильную помощь. Как бы желая стряхнуть с Ф-ии все старое, Конвент изменяет календарь, уничтожает католическую религию и заменяет ее поклонением Разуму. В то же время он призвал всех способных носить оружие под знамена, и Ф., как один человек, встала на защиту своей самостоятельности. Мало-по-малу центр тяжести франц. дел перенесся с внутренних отношений на внешние, на армию; благодаря трудам Карно, была создана превосходная военная организация; Журдан разбил при Флери (26 июня 1794) австрийцев и заставил их очистить Бельгию и почти весь левый берег Рейна; Пруссия и Испания отпали от коалиции, Нидерланды были вновь завоеваны. В конвенте борьба партий дошла до крайних пределов: Робеспьер, стремясь к диктатуре, взвел на гильотину своего прежнего единомышленника Дантона и его приверженцев, и террор принял такие необычайные размеры, что против него поднялось, наконец, восстание со стороны буржуазии, недовольной господством простонародья и неистовствами черни; 9 термидора (27 июля 1794 г.) были арестованы сам Робеспьер и его сподвижники и были казнены. Террор пал, и реакция усилилась до того, что 13 вандемьера (5 окт.) на конвент было сделано нападение со стороны роялистов, отраженное благодаря распорядительности артиллерийск. поручика Наполеона Бонапарте. Пока франц. войска победоносно действовали на Рейне и в Голландии, конвент 27 октября 1795 г. был заменен двумя советами „пятисот“ и „старшин“, и из их среды было выбрано пять директоров, облеченных исполнительн. властью. Эпоха Директории (1795—99) отличалась внутренним бессилием и внешними победами. Общество было утомлено и отчасти разочаровано революционным движением, финансы находились в страшном расстройстве, потому что ассигнаты, впервые выпущенные в 1790 г. под обеспечение конфискованных имуществ эмигрантов и монастырей, увеличились до 27 миллиард. номин. ценности и курс пал до ½ процента нарицательной стоимости; промышленность и торговля, естественно, были парализованы революциею и находились в полнейшем застое. Зато военные дела Ф-ии были блестящи, и Бонапарт, стоявший во главе итальянск. камп., одерживал одну победу за другой и переносил революции за пределы Ф-ии; он основал за границей несколько новых, правда, эфемерных республик: Цизальпинскую, Лигурийскую, Римскую, Гельветическую, Батавскую и Партенопейскую, и все это были как бы дочери французск. республики. История Ф-ии за этот период во многом совпадает с биографией Бонапарта (см. Бонапарте); его победы подготовляли ему трон, на который стали изъявлять притязания Бурбоны. Роялизм все выше и выше подымал голову и в 1797 г. в советах роялистическ. элемент был представлен очень сильно: об этом дали знать Бонапарту, и он прислал из Италии ген. Ожеро, кот. арестовал роялистическ. депутатов. В нач. октября 1799 г. Бонапарт вернулся из египетск. экспедиции (см. э. сл.) и, видя для себя благоприятную почву в том, что Ф. нуждалась в сильной власти, 18 брюмера (9 ноября) разогнал совет старшин, уничтожил Директорию и заменил ее тремя консулами, из которых первым назначил себя; трибунат из 100 чл. и законод. корпус получили законод. власть. Товарищи Наполеона по консулату Сиейс и Роже-Дюко не играли никакой роли, и Ф. была республикой только по имени. Блестящие военные победы Наполеон соединял с энергичной внутренней деятельностью, восстановил порядок и общественн. безопасность, заключил конкордат с папою, снова ввел католицизм, дал новое административное устройство на началах централизации, преобразовал судебную часть, обнародовал новый кодекс (Code Napoléon; см. кодификация). В 1802 г. Наполеон провозгласил себя пожизненным первым консулом Ф-ии и в 1804 г. казнью герцога Энгиенского (см. это сл.) показал приверженцам старой монархии, что не остановится ни пред чем для подавления роялизма; в 1804 г. Наполеон принял титул императора. От 1804 по 1812 г. Наполеон озарял Ф-ию лучами воинской славы, но зато он систематически разрушал все принципы свободы и равенства, выработанные революцией, той самой революцией, сыном которой он был. Поход в Россию (см. Отечественная война) и последующие поражения уничтожили и внешний блеск империи; в 1814 г. союзники (Россия, Пруссия, Англия, Австрия) взяли Париж, император отрекся от престола и удалился на о. Эльбу; во Ф-ии воцарился брат Людовика XVI, Людовик XVIII (1814—1824 г.). Правда, Наполеон в 1815 г. неожиданно вернулся с о. Эльбы во время Венского конгресса и на сто дней вернул свое положение, выступив против соединенной Европы, но битва при Ватерлоо закончила его политическ. роль и, водворенный на острове св. Елены, он перестал быть грозою Европы и мира. Во Ф-ии окончательно совершалась реставрация Бурбонов. Королевск. власть была ограничена двумя палатами перов и депутатов, но Бурбоны, по выражению императора Александра, „ничего не забыли и ничему не научились“. Людовик XVIII считал, что он возвратился во Ф-ию по праву, Божьей милостью, и, хотя и подписал конституционную хартию, но смотрел на нее, как на свой собственный декрет, к которому его обязывает только его добрая воля. После ста дней партия роялистов, или, как называли, ультрароялистов, во главе с братом короля графом д’Артуа, особенно усилилась и скоро привела к господству так наз. „белого террора“, когда либералы и бонапартисты подвергались жестоким гонениям, когда число арестованных к концу сентября 1816 г. доходило до 70 тысяч. После смерти Людовика на престол вступил его брат граф д’Артуа, под именем Карла X (1824—1830). Чтобы совершенно подавить либеральные элементы, Карл в июле 1830 г. издал пять ордонансов, которыми отменялась свобода печати, распускалась только что собранная либеральная палата, изменялся закон о выборном цензе в целях ограничения числа избирателей и депутатов, созывалась новая палата к сентябрю, и главнокомандующим войсками парижского гарнизона назначался отъявленный ультрароялист маршал Мармон. Несмотря на то, что в это самое время франц. войска покорили Алжир и заставили бея уплатить 48 миллион. фр. контрибуции, нация не была увлечена таким успехом; июльские ордонансы вызвали протест депутатов, поддержанный народом. Тюильери было окружено баррикадами; было организовано временное правительство из Лафитта, Казимира Перье, Лафайета и др.; Карл X должен был отречься от престола и покинуть Ф-ию, а его место занял Луи Филипп, герцог Орлеанский (1830—1848). Так закончились „июльские дни“, отголосок великой революции. Луи-Филипп (см. Людовик, 35), „король буржуа“, как его называли, несмотря на свою личную популярность в обществе, не сумел создать для своего правительства надежной опоры в народе. В рабочем классе шло глубокое брожение, вызванное развитием крупного капитала и фабричной индустрии и связанных с ними общественных аномалий. В министерство Гизо оппозиция, разнообразная по своему составу, имевшая среди своих членов приверженцев конституции, республиканцев, легитимистов и бонапартистов, во главе с Ламартином и Ледрю Ролленом, потребовала реформы закона о выборах, — закона, которым правительство старалось, по возможности, ограничить участие общественного мнения в государств. делах. К оппозиции присоединился и рабочий класс. 23 февраля 1848 г. король обещал реформу, но было уже поздно: народ требовал республики. Луи-Филипп отрекся от короны и покинул Ф-ию. Назначено было временное правительство (см. Ледрю Роллен, Ламартин, Блан, февральские дни). В начале мая 1848 г. открылось национальное собрание, которое избрало из своей среды для временного управления республикой исполнительную комиссию. Вызванная к существованию прежде всего рабочим классом, вторая республика обязана была оказать защиту трудовой массе в ее нужде и неравной борьбе с эксплуатациею. Этой цели должны были служить национальные мастерские; но являясь по существу лишь обычными общественными работами для незанятых рабочих, притом весьма нерационально организованными, национальные мастерские не оправдали ожиданий рабочего населения и вместе с тем оказались непосильным бременем для финансов правительства. Крайние меры, принятые к уменьшению числа рабочих в мастерских, вызвали 23-го июня открытое восстание рабочих, котор. было потушено ген. Кавеньяком потоками крови (число убитых превышало 10000 чел.) 23—26 июня (см. национальные мастерские). В награду Кавеньяку была на время предоставлена вся исполнительная власть. На 10-е декабря назначены были выборы президента республики. Президентом был избран Луи Наполеон, племянник Наполеона I-го (см. Бонапартe), которому удалось склонить в свою пользу общественн. мнение обещаниями улучшить положение рабочего и сельск. населения; парижское население вотировало за него гл. обр. из ожесточения против Кавеньяка, бывшего тоже кандидатом на президентство. Луи-Наполеон сумел установить во Ф-ии наружный порядок и, пользуясь ореолом, которым все еще сияло имя его дяди Наполеона I, добился популярности среди войска, всегда выставлял себя защитником народных прав и этим расчистил себе путь к знаменит. государственн. перевороту (coup d’état) 2 декабря 1851 г., когда новый президент при помощи преданных ему лиц бесчестно нарушил конституцию, арестовал выдающихся членов оппозиции, освободился от национальн. собрания и присвоил себе верховную власть. Ровно через год он предложил сенату, состоявшему из его креатур, проект восстановления империи. Проект был принят и представлен на утверждение народу посредством всеобщей подачи голосов. Около 8000000 высказалось за империю, и Луи Бонапарте 2 дек. 1852 г. принял титул императора под именем Наполеона III. Этот день был началом печальной и позорной эпохи в истории Ф-ии. Самый факт узурпации не мог не иметь глубоко-деморализирующего влияния на общество, которое стало веровать только в успех, какими бы наглыми средствами он ни достигался. Преданный „наполеоновской идее“, император старался блеском военных подвигов удовлетворить честолюбие французов и отвлечь их внимание от внутренней политики. Для этого он непосредственно после coup d’état ищет эффекта, который мог бы привязать к нему нацию; он находит его в крымской войне (1854—1856), вместе с Англией принимает в ней участие против России и этим создает для франц. армии силу и значение; Ф. становится могущественной и влиятельной, ее международная роль очень важна, — воскресает Ф. Наполеона I. С внешней стороны слава и трофеи, но внутреннее состояние страны на самом деле было плачевно; для погашения огромного дефицита, вызванного войною и роскошью двора, правительство делало займы, само поддерживало биржевую игру и поощряло к этому общество. Сенаторы и члены законодательн. собрания были подкупны; шпионство, административный произвол, насилие — все это царило во второй империи полновластно и неограниченно. Чтобы поддержать интерес к внешним делам, Наполеон в союзе с Сардинией начал войну с Австрией, одержал блестящие победы при Мадженте и Сольферино и присоединил к Ф-ии Ниццу и Савойю (1859); в 1864 г. он затеял нелепую экспедицию в Мексику и создал в последней непрочный трон для австрийск. эрцгерцога Максимилиана (см. это сл.), павшего жертвой наполеоновск. каприза; наконец, похоронил свою империю злополучной франко-прусской войной (см. это сл.) 1870—1871 г., которая раскрыла всю эфемерность и полнейшую несостоятельность его монархии. 4 сент. 1870 г., после пленения Наполеона в замке Вильгельмсгее, высоко даровитый член оппозиции Гамбетта, при всеобщем энтузиазме, провозгласил низложение Бонапартов и основание республики. Наполеон бежал в Англию. Образовавшееся „правительство народной обороны“ продолжало войну, а после окончания ее главою исполнительной власти был избран Адольф Тьер. Ему пришлось вступить в борьбу с коммуной (см. это сл.), желавшей установить социально-демократический режим; правительственные войска, под начальством маршала Мак Магона, в апреле и мае 1871 г. жестоко подавили это восстание, и после войны с пруссаками лилась французск. кровь от междоусобной войны. В конце августа того же года Тьер был избран президентом республики; ближайшая задача, которая была на очереди, заключалась в том, чтобы очистить Ф-ию от оккупационной армии неприятелей посредством скорейшей уплаты контрибуции в 5 миллиардов и преобразовании войска. Благодаря займам, Тьеру удалось выплатить огромную контрибуцию; дело реорганизации армии шло очень успешно, потому что все партии, охваченные идеей реванша, действовали заодно. Но единства не было в сфере вопросов внутренней политики. Здесь сталкивались между собою аристократия с ее клерикально-монархическими стремлениями, узко-эгоистическая буржуазия, требовавшая за свою поддержку от правительства безусловной охраны свободы эксплуатации, которую она именовала свободою труда, и часто с поразительным цинизмом противившаяся всякой социальной реформе (подоходный налог, фабричн. законодательство и т. п.), консервативн. и инертные обеспеченные слои крестьянства и рабочий класс, сравнительно плохо организованный и недостаточно согласованный в своих требованиях. В общем преобладание при третьей республике, до настоящего времени, принадлежало буржуазии. 18 мая 1873 г. Тьер, составивший свой кабинет из умеренных республиканцев, должен был, вследствие агитации монархистов, выйти в отставку. Новый президент Мак-Магон (см. э. сл.) выказывал явную склонность к монархистам, но встретил настолько сильную оппозицию, что оставил в 1870 г. свой пост. В президенты республики был избран Жюль Греви; его прежнее место президента палаты занял Гамбетта. Правительство Греви (1879—1887) сумело придать республике значительную прочность и привлечь к ней симпатии нации. В министерство Ферри были изданы строгие законопроекты, направленные против иезуитов и клерикалов, которые всегда поддерживали монархическ. заговоры, и было много сделано для лучшей постановки народного образования. В области внешней политики Ферри добился того, что Тунис фактически стал колонией Ф-ии. В конце 1881 г. во главе министерства стал Гамбетта, горячий поборник идеи реванша во внешней политике и яркий представитель системы оппортюнизма (см. э. сл.) во внутренней; министерство его не оправдало ничьих надежд, и в начале 1882 г. он уступил место кабинету Фрейсине. Когда 31 дек. 1882 г. Гамбетта сумер, приверженцы империи сделали попытку восстановить во Ф-ии старые порядки, но палата подавила это притязание и все члены царствовавших когда-либо во Ф-ии фамилий были лишены избирательных прав и отрешены от гражданск. и военных должностей. В феврале 1883 г. образовалось министерство Ферри; оно ввело много реформ в демократическ. духе, реорганизовало сенат, несколько упорядочило финансы, но пало вследствие неудачной экспедиции в Тонкин. Одно за другим сменялись министерства Бриссона, Фрейсине, Гобле, и др., и все они должны были одинаково выдерживать борьбу с анти-республиканскими элементами, а в 1887 г. кабинет Гобле, подстрекаемый генерал. Буланже, решился было осуществить идею реванша и выступить против Германии; однако друзья мира успели противостать этой несвоевременной попытке. 2 декабря 1887 г. Греви, вследствие скандального процесса своего зятя Вильсона, занимавшегося продажей орденов, концессий и должностей, вышел в отставку и на его место был избран Карно (1887—1894). Новому президенту республики пришлось прежде всего вступить в борьбу с Буланже (см. это сл.), который приобретал необыкновенную популярность и стремился к диктатуре; обвиненный в покушении на государственную безопасность, Буланже был осужден и еще ранее бежал из Франции. Но успех его на первых порах бесспорно свидетельствует о значительном недовольстве, назревшем в народе. Новую пищу этому недовольству дал также позорный панамский процесс (см. Панамский перешеек), сильно скомпрометировавший правящую буржуазию. Президентство Карно было ознаменовано тесным сближением Ф-ии с Россией, особенно ярко проявившимся в свиданиях франц. и русск. эскадр в Кронштадте (1891 г.) и Тулоне (1893 г.). В последние годы президентства Карно разрослось движение анархистов, которые успели привести общество в панику, повсюду разбрасывая разрывные бомбы. Жертвой анархизма пал сам Карно, убитый 24 июня 1894 г. в Лионе. Президентом был избран представитель денежной аристократии, Казимир Перье, но он оказался далеко не на высоте своей задачи, был очень недружелюбно встречен рабочим классом и уже 15 января 1895 г. подал в отставку. Его преемником был избран Феликс Фор. В министерство Рибо, образованное 26 января, генерал Дюшен закончил мадагаскарскую экспедицию взятием города Тананаривы; Мадагаскар принят под протекторат Ф-ии. 28 окт. (н. с.) 1895 г. Рибо вышел в отставку и его место занял представитель радикальной партии, Буржуа.
НЭСГ/Франция
< НЭСГ
← Франциск Ассизский | Франция | Францоз, Карл Эмиль → |
![]() |