НЭС/Николай, мирликийский архиепископ

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Николай, мирликийский архиепископ
Новый энциклопедический словарь
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Нарушевич — Ньютон. Источник: т. 28: Нарушевич — Ньютон (1916), стлб. 546—548 ( скан ) • Другие источники: ЭСБЕ


Николай — Мирликийский архиепископ, святой, высокочтимый на Востоке и Западе, иногда даже мусульманами и язычниками. Его имя окружено массой народных сказаний. Это творчество продолжается доселе, особенно среди греков и в России. Фигура святого так заткана агиографическими узорами, что становится невозможным распознать род деятельности, в которой он проявляет себя по преимуществу, определить специальную область его покровительства. Остается одна общая черта: Николай — самый демократический, самый простой и доступный, житейский святой. Эта черта ярко схвачена в легенде о том, как он и Касьян отнеслись к горю мужика, увязившего воз в грязи: Касьян не решился замарать свои светлые ризы и прошел мимо, а Николай весь выпачкался, помогая мужику, и за это получил два праздника в году (9 мая и 6 декабря) вместо одного в четыре года, доставшегося Касьяну (29 февраля). По-видимому, первыми по времени с именем святого Николая скрепляются моряцкие легенды. С самого начала возникновения его почитания он считается покровителем моряков и мореплавания. Ни один путешественник не минует города Миры, не сделав приношения храму святого. В Бари, куда были перенесены мощи Николая в 1087 г., прибывают обитатели далекого, по преимуществу морского, Скандинавского севера молиться у гробницы святого. В народных сказаниях морские чудеса Николая занимают выдающееся место. При этом отмечается любопытное явление, что во многих местах Николай завладевает почитанием, установившимся в честь других святых покровителей плавания, например Климента, самое имя которого выдает в нем заступника плавающих. Так это случилось, например, в южной России в XI в., где почитание Николая вытесняет культ Климента и связывается, между прочим, с иконой Николы Мокрого в киевском Софийском соборе. Некоторые исследователи полагают, что подготовка местного Мирликийского почитания святого Николая, как покровителя мореплавания, совершалась еще в языческом моряцком культе. В гавани Мир водилась, по старому языческому преданию, рыба Orphus, которую жрецы кормили жертвенным мясом и по движениям которой делали предсказания. Сделавшись популярным на моряцкой основе среди народа, вся жизнь которого была связана с морем, святой Николай скоро стал представляться покровителем и других житейских групп — школьников, маленьких детей и пр. Нередко религиозное воображение давало ему отдельные рискованные поручения, как, например, нанесение пощечины Арию на Первом Вселенском соборе. В конце концов, Николай оказался «всех предстателем и заступником, всех скорбных утешителем, всех сущих в бедах прибежищем, благочестия столпом, верных поборником». Сказания о святом Николае нарастали тем более, чем менее мы имеем о нем достоверных сведений. В сущности, мы не знаем даже, когда он умер. Принимается вообще дата половины IV в.; но для нее нет надежной опоры. Насколько здесь беспомощно положение исследователей, свидетельствует признание архиепископа Сергия, автора «Месяцеслова Востока»: «в „Трудах киевской духовной академии“ (1873, декабрь) доказывается, что многие события в житии святого Николая взяты из жития другого Николая Мирликийского, бывшего при Юстиниане (527—565). Действительно, в месяцеслове греческого апостола XI—XII в. папианской библиотеки есть 6 декабря память другого святителя Николая при Юстиниане Великом. Смешение двух житий этих святителей более чем вероятно. Но что из жития второго перешло в житие первого, доселе решить трудно». — Русская литература житий и сказаний является очень обильной уже в XI в., со времени установления праздника перенесения мощей 9 мая. Целый ряд сказаний о чудесах усвояется Ефрему, епископу Переяславскому XI в. Подробные указания и перечни — в исследовании Н. К. Никольского «Материалы для повременного списка русских писателей и их сочинений (X—XI в.)» (Санкт-Петербург, 1906). См. также Д. Шестаков, «Исследования в области греческих народных сказаний о святых» (Варшава, 1910); архиепископ Сергий, «Полный месяц. Востока» (т. II, 2-е изд.); Е. В. Аничков, «Микола угодник и св. Николай» (Санкт-Петербург, 1892).

Николай святой в легендах и песнях. Архиепископ Мирликийский Николай окружен множеством легенд, сказаний, песен, духовных стихов, как у православных, так и у сектантов. Встречается Николай в колядках: сидит в конце стола, роняет слезу, образующую море или колодезь, измеряет землю, является покровителем весны, обходит поля и дома, благословляет детей, сеет хлеб, заботится о крестьянском скоте, особенно о конях. Имя Николая встречается в заговорах, апокрифических молитвах и в особенности в легендах. Отдельный цикл легенд говорит о Николае как о хранителе вещей, за похищение которых святой строго карает. Рядом идут многочисленные легенды о наказании тех, кто не почитает образа Николая или вообще иконы (обыкновенно грубого мстительного свойства). В русских и западных версиях Николай воскрешает мертвых; этот мотив встречается у проповедников XVII вв. — Антония Радивиловского, Симеона Полоцкого. Николай охраняет людей от дьявола, чертей, упырей; некоторые легенды этого рода напоминают гоголевского Вия. Многочисленны сказания об исцелениях, исходящих от икон Николая. Есть легенды о защите от пожара, об избавлении трех юношей от смерти, трех девиц от позора, о построении храмов, о наказании предсказателей погоды, о помощи вступающим в брак, о заботливом отношении к детям. На основании легенд последнего рода на Западе, особенно в Галиции, к 6 декабря приурочены детские праздники, и в детской литературе Николай занял видное место. Встречаются юмористические рассказы о Николае, изображающие его в положении честолюбца, любящего молебны, или в виде пьяного. Легенды эти редки и случайны, как порча мотива. В России под влиянием сильного развития культа Николая развился праздник Никольщины, как главный русский национальный праздник. Святой Николай, как «русский Бог», отразился в сказаниях и поверьях инородцев — мордвы, чувашей, бурят.

Н. Сумцов.