НЭС/Орнамент

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Орнамент
Новый энциклопедический словарь
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Ньюфаундленд — Отто. Источник: т. 29: Ньюфаундленд — Отто (1916), стлб. 690—694 ( скан ) • Другие источники: ЭСБЕ


Орнамент — исполненное в одной плоскости, вылепленное рельефно или резанное вглубь, одноцветное или полихромное изображение, служащее в архитектуре украшением различных частей здания (полов, потолков, карнизов, фризов, капителей колонн, самых стен и пр.), а в художественной промышленности употребляемое для декорирования изделий всякого рода (керамических, текстильных, металлических и т. д.). Из самого назначения О. вытекают главные требования, которым он должен удовлетворять: он не должен иметь самостоятельного значения, какое представляет, напр., картина, но должен быть вполне подчинен украшаемому им предмету, возможно более соответствовать ему по стилю, согласоваться с его материалом, не затемнять собою его общей формы и расчленений, а только скрывать их наготу, уничтожать их монотонность и таким образом возвышать эстетическое достоинство предмета. Художник, занимающийся сочинением О. (орнаментист), обязан постоянно подчиняться этим требованиям. Ему необходимо помнить разницу между его задачей и задачей живописца или скульптора. При всем том орнаментисту открыт широкий простор в выборе мотивов. Их доставляют ему два источника — геометрия и природа. Прямая и всевозможные кривые линии, ломаясь под различными углами, изгибаясь, пересекаясь одни с другими и образуя в промежутках разнообразные фигуры — треугольники, квадраты, ромбы, многоугольники, звезды, круги, эллипсы и пр. — дают несчетное множество комбинаций, из которых художник может составлять изящные и сложные узоры. Красота подобного О., называемого «линейным» или «геометрическим», обусловливается, главным образом, ритмичностью и плавностью движения образующих его линий и соразмерностью их частей. К числу простейших форм геометрического О. принадлежат зигзаги, меандры, кружки, синусоиды, циклоиды, волюты, спиры, посты. В природе элементы для О. доставляет преимущественно растительный мир. Формы этого мира — ветви, листья, цветы, плоды — переходя в О., воспроизводятся либо с возможною близостью к действительности, либо в упрощенном и измененном виде. В первом случае растительный О. называется «естественным», во втором — «стилизованным». Последний, возникший еще в древности и породивший в античном искусстве пальмету, розетку и аканфовую капитель, по своему характеру приближается к геометрическому О. и потому часто употребляется в соединении с ним. Животное царство также представляет неисчерпаемое обилие форм, которые, в известных случаях, способствуют оживлению и разнообразию орнаментальной композиции. В нее могут входить все виды живых существ, и даже человеческая фигура, поскольку они в ней уместны и не нарушают общих требований орнаментации. Воспроизведение их в совершенно натуральном виде, со всеми деталями, допускается лишь тогда, когда своею реалистичностью они не убивают прочих составных частей данного О., приведены в прямую связь и согласие с ними, не вредят общему впечатлению. В большинстве случаев, формы животного царства получают в О. упрощенный вид, изображаются лишь в главных чертах, без выделки подробностей и более или менее сфантазированными. На ряду с натуральными человеческими фигурами, лошадьми, птицами, бабочками и т. д. явились крылатые гении, сирены, тритоны, гиппокампы, грифоны; человеческие лица превратились в чудовищные или комические маскароны, торс мужчины или женщины стал изображаться выступающим из средины цветка и т. д. Наконец, в О. могут входить всякого рода неодушевленные предметы, напр., воинские доспехи (так назыв. трофеи), принадлежности религиозного культа, музыкальные инструменты, орудия искусств и ремесл, изображаемые группами или отдельно, в значении символов и эмблем. По способу исполнения О. бывает: 1) впалый, т.-е. резанный или гравированный вглубь на гладкой поверхности, 2) плоский, исполненный чертами, одним каким-либо тоном или многими красками (полихромный О.) на плоскости, и 3) рельефный. Впалый О. может быть превращен в плоский, если его углубления будут заполнены веществом другого рода, чем фон, как, напр., в деревянной и металлической инкрустации, в ячеистой эмали, чернети. Плоский О. находит обширное применение в росписи стен, в вазовой живописи, при украшении тканых изделий и обоев узорами, при вышивках, плетении кружев и т. п. Он является также в мозаике, как штучной, так и наборной; играет важную роль в украшении книг. Преимущество рельефного О. состоит, главным образом, в эффекте игры света и теней, производимой возвышенными и углубленными местами изображения; он употребляется тогда, когда этот эффект может оживить ту или другую часть в архитектуре здания, то или другое пространство в художественно-промышленном изделии, не подвергаясь при этом порче от трения и прикосновения к ним чего бы то ни было. Он очень хорош для стенных и дверных панно̀, для фризов, для колонных капителей, но не годится для полов и стенных панелей; он превосходно подходит к картинным рамам, обрамлению зеркал, фигурным резным алтарям и ларцам, многим произведениям золотых дел мастерства, наружной стороне сосудов, но совершенно неудобен для украшения внутренности последних. Изображение может значительно выдаваться над фоном и даже представлять собою как бы настоящее скульптурное произведение, обходящееся без фона, или же оно может возвышаться над фоном весьма немного. В первом случае О. называется высокорельефным, во втором — низкорельефным или полурельефным. Иногда О. образуется только двумя поверхностями, из которых одна служит фоном, а в другой находится изображение; такому О. присвоено название плоскорельефного. — Видоизменение О. шло в тесной связи с развитием искусств вообще. Орудия, дошедшие до нас от палеолитического периода каменного века, орнаментированы животными формами, переданными со всем наивным натурализмом первобытного человека. В неолите и в бронзовом веке мы находим преимущественно геометрические орнаментальные формы; это — ломаные прямые линии, образующие зигзаги или взаимно пересекающиеся, волнообразные кривые, извивающиеся полосами, маленькие кружки, спирали и пр. Почти такой же незатейливый О. представляют нам изделия более поздних времен, принадлежащие диким и полукультурным племенам. Значительным разнообразием мотивов отличается орнаментация предметов, открытых при раскопках на Крите, на месте древней Трои, в Микенах, Тиринфе и на Кипре (Эгейская культура). У ассирийцев, на ряду с линейным О., употреблялся растительный, господствующими мотивами которого были розетки, распустившиеся и нераспустившиеся цветы, пальмовые ветви, кедровые шишки. Египтяне также любили растительный О., при чем брали для него преимущественно формы лотоса, папируса и других водяных растений; кроме того, в их орнаментике важную роль играли стилизованные воспроизведения животных, скарабеи, змеи-уреи, ибисы и т. д. Узоры египетских тканей имели, по большей части, геометрический характер. Искусство Греции блестящим образом развило элементы О. и создало в высшей степени изящный, оригинальный стиль орнаментики, отличающийся строгою систематичностью, стиль, в котором каждый О. подчиняется украшаемому предмету, соразмеряется с ним, соответствует его характеру, являясь в одних случаях простым, в других — сложным. Особенность греческой орнаментики составляют полная стилизация растительных форм, приведение их к прочно-установленному типу и употребление выработанных таким образом мотивов согласно определенным правилам. Главные элементы линейной и растительной орнаментики греков — меандр, пальмета и аканфовый лист. Греческий О. перешел к этрускам и римлянам. Первые внесли в него, вместе со своим народным оттенком, некоторую сухость и грубость; вторые, развивая его постепенно, довели его в эпоху императоров до поразительной роскоши. Мотивы архитектурной орнаментации у римлян остались почти те же, что и у греков, но только разрабатывались с большею пышностью. Для украшения стенных пространств и полов римляне гораздо шире пользовались растительными формами, совсем не стилизуя или мало стилизуя их, и любили включать в композицию фигуры человека и животных. Римские мозаики и декоративные фрески нередко представляют центральное изображение, светло рисующееся на красном, черном, желтом или ином цветном фоне и обрамленное гирляндами цветов и плодов, полосами извивающихся ветвей или бордюром, в состав которого входят фигурки человека и разных животных, небывалые чудовища, части фантастических зданий, лабиринты и пр. Христианское декоративное искусство сначала пользовалось художественным языком языческого искусства; но по перенесении столицы империи из Рима в Константинополь образовался в орнаментике, как и в архитектуре, особый византийский стиль, в котором к наследию греко-римского искусства примешалось много восточных элементов. Характерные черты этого стиля — употребление лишь геометрических и растительных мотивов, пристрастие к многоцветности, стремление производить впечатление блеском золота и дорогих камней, сильным контрастом ярких красок. Из античных и византийских элементов сложилось декоративное искусство последователей ислама — азиатских и африканских арабов, испанских мавров, персов, турок и племен Средней Азии. Основанием арабского и вообще мусульманского О. служат комбинации кругов, многоугольников, трапеций, треугольников, менисков и других геометрических фигур, с примесью сильно офантазированных растительных мотивов. Мусульмане, с присущей им живостью фантазии, тем усерднее возделывали геометрический и растительный О., тем больше увлекались эффектами красок, что их религия воспрещала им изображать живые существа. Этому воспрещению не покорялись только персияне-шииты, О. которых, сначала близкий к арабскому, в конце Средних Веков подвергся влиянию Индии и Китая. Византийский О. лег также в основу древне-русского, заимствовавшего, кроме того, немало элементов из Центральной Азии и от финских племен, а также кое-что от европейского Запада. От греко-римской орнаментики, в связи с византийскими влияниями, произошла романская, господствовавшая в Европе с X по XII—XIII вв. Не довольствуясь усвоением античных элементов, которые в ней значительно исказились, она обратилась к прямому наблюдению природы, извлекла из нее новые мотивы и в своих композициях отводила особенно видное место фантастическим фигурам животных. В готическом О., явившемся на смену романского, преобладающее значение получили снова растительные формы, сперва в сильно-фантастической, потом в натуралистической обработке, которая под конец превратилась в капризную игру вычурностями. В XV в. итальянское Возрождение возвратило О. к простоте и благородной стильности греко-римского декоративного искусства. Художники Италии пересадили призванный снова к жизни стиль во Францию и Германию. Первая из этих стран долго следовала ему неуклонно, порою внося в него черты, обусловливаемые национальным вкусом; вторая разрабатывала его более свободно, в натуралистическом духе, с припоминанием готических преданий. Дальнейшее уклонение в сторону натурализма и, вместе с тем, усиленное стремление к роскоши представляет нам орнаментика позднего Возрождения, эпоха стилей барокко и рококо. Стремясь к пышности и блеску, О. барокко порою впадает в обремененность и напыщенность; стиль рококо отличается причудливостью и игривостью форм, не лишенных, однако, своеобразной грации. Реакцией против рококо явилась сперва чопорная и некрасивая орнаментика так назыв. «стиля париков», а потом мнимо-близкое, но на самом деле манерное подражание античным образцам, характеризующее стиль империи. Господство этого стиля окончилось вскоре после падения Наполеона. В орнаментике 1815—70 гг. наблюдаются неустойчивость, спутанность принципов, робость и холод. Только после того, как художники стали, с одной стороны, более внимательны, чем их предшественники, к памятникам национального старинного искусства, с другой — более основательно знакомы с художественными произведениями чужих стран и античного мира, орнаментика вступила на широкий, свободный путь. Стили всех эпох — Возрождения, барокко, рококо, империи, византийский, арабский, романский, готический и пр. — применяются, смотря по роду задачи, по большей части уместно, правильно, без примеси элементов, нарушающих их характер; внимание, главным образом, обращается на общий эффект декоративной композиции, основанный столько же на рисунке, сколько и на сочетаниях красок. Современная орнаментика, с ее светлыми красками и плоскостной стилизацией, черпает данные также и из самородного искусства крайнего Востока, особенно Японии, которая создала свой декоративный стиль, не похожий на европейские ни по принципам, ни по формам и краскам, но чрезвычайно легкий и живой. — Ср. О. Semper, «Der Stil in den technischen und tektonischen Künsten» (2-е изд., Мюнхен, 1879); Jacobsthal, «Grammatik der Ornamente» (2-е изд., Б., 1879); Owen Jones, «The grammar of ornament» (Л., 1856); D. Guilmard, «Les Maîtres Ornemanistes» (П., 1880); J. E. Wessely, «Das Ornament u. die Kunstindustrie in ihrer geschichtlichen Entwickelung auf dem Gebiete des Kunstdruckes» (Б., 1877); Racinet, «L’Ornement polychrome» (П., 1881—87); Lièvre, «Les arts décoratifs à toutes les époques» (П., 1873); Ch. Blanc, «Grammaire des arts décoratifs» (П., 1882); Kanitz, «Katechismus der Ornamentik» (4-е изд., Лпц., 1891); Riegl, «Stilfragen, Grundlegungen zu einer Geschichte der Ornamentik» (Б., 1893); A. Lichtwark, «Der Ornamentstich d. deutschen Frührennaissance» (Б., 1888); Wm. H. Goodeyear, «The Grammar of the Lotus» (Л., 1891); H. Mayeux, «La composition décorative» (П., 1884); F. S. Meyer, «Systematisch geordnetes Handbuch der Ornamentik» (Лпц., 1895); G. Hirth, «Der Formenschatz» (Лпц. и Мюнхен); M. Deri, «Das Rollwerk in der deutschen Ornamentik des XVI. u. XVII. Jahrh.» (Б., 1906); W. Worringer, «Abstraktion u. Einfühlung» (3-е изд., Мюнхен, 1911); A. Speltz, «Der Ornamentstil» (3-е изд., Б., 1912); B. Стасов, «Русский народный орнамент. Шитье, ткани, кружева» (СПБ., 1872); «Славянский и восточный орнамент по рукописям» (СПБ., 1884); кн. Г. Г. Гагарин, «Собрание византийских, грузинских и древне-русских орнаментов и памятников архитектуры» (СПБ., 1897).