На умеренность (Державин)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

На умеренность
автор Гавриил Романович Державин (1743—1816)
См. Стихотворения 1792. Дата создания: 1792. Источник: РВБ (1957)
 Википроекты: Wikidata-logo.svg Данные


На умеренность

Благополучнее мы будем,
Коль не дерзнем в стремленье волн,
Ни в вихрь, робея, не принудим
Близ берега держать наш чёлн.
5Завиден тот лишь состояньем,
Кто среднею стезей идет,
Ни благ не восхищен мечтаньем,
Ни тьмой не ужасаем бед;
Умерен в хижине, чертоге,
10Равен в покое и тревоге.

Собрать не алчет миллионов,
Не скалится на жирный стол;
Не требует ничьих поклонов
И не лощит ничей сам пол;
15Не вьется в душу к царску другу,
Не ловит таинств и не льстит;
Готов на труд и на услугу,
И добродетель токмо чтит.
Хотя и царь его ласкает,
20Он носа вверх не поднимает.

Он видит, что и дубы мшисты
Кряхтят, падут с вершины гор,
Перун дробит бугры кремнисты
И пожигает влажный бор.
25Он видит: с белыми горами
Вверх скачут с шумом корабли;
Ревут и черными волнами
Внутрь погребаются земли;
Он видит — и судьбе послушен,
30В пременах света равнодушен.

Он видит — и, душой мужаясь,
В несчастии надежды полн;
Под счастьем же, не утомляясь,
В беспечный не вдается сон;
35Себя и ближнего покоя,
Чтит Бога, веру и царей;
Царств метафизикой не строя[1],
Смеется, зря на пузырей,
Летящих флотом к небу с грузом,
40И вольным быть не мнит французом.

Он ведает: доколе страсти
Волнуются в людских сердцах,
Нет вольности, нет равной части
Царю в венце, рабу в цепях;
45Несет свое всяк в свете бремя,
Других всяк жертва и тиран,
Течет в свое природа стремя;
А сей закон коль ввек ей дан,
Коль ввек мы под страстьми стенаем,
50Каких же дней златых желаем?

Всяк долгу раб. Я не мечтаю
На воздухе о городах;
Всем счастливых путей желаю
К фортуне по льду на коньках.
55Пускай Язон с Колхиды древней[2]
Златое сбрил себе руно,
Крез завладел чужой деревней[3],
Марс откуп взял[4], — мне всё равно,
Я не завидлив на богатство
60И царских сумм на святотатство[5].

Когда судьба качает в люльке,
Благословляю часть мою;
Нет дел — играю на бирюльке[6],
Средь муз с Горацием пою;
65Но если б царь где добрый, редкой
Велел мне грамотки писать,
Я б душу не вертел рулеткой,
А стал бы пнем — и стал читать
Равно о людях, о болванах,
70О добродетелях в карманах.

А ежели б когда и скушно
Меня изволил он принять,
Любя его, я равнодушно
И горесть стал бы ощущать,
75И шел к нему опять со вздором[7]
Суда и милости просить.
Равно когда б и светлым взором
Со мной он вздумал пошутить
И у меня просить прощенья[8], —
80Не заплясал бы с восхищенья.

Но с рассужденьем удивлялся
Великодушию его,
Не вдруг на похвалы пускался[9];
А в жаре сердца моего
85Воспел его бы без притворства,
И в сказочке сказал подчас:
«Ты громок браньми — для потомства,
Ты мил щедротами — для нас,
Но славы и любви содетель
90Тебе твоя лишь добродетель».

Смотри и всяк, хотя б чрез шашни[10]
Фортуны стал кто впереди,
Не сплошь спускай златых змей с башни[11]
И, глядя в небо, не пади;
95Держися лучше середины
И ближнему добро твори;
На завтра крепостей с судьбины
Бессильны сами взять цари.
Есть время — сей, — оно превратно;
100Прошедше не придет обратно.

Хоть чья душа честна, любезна,
Хоть бескорыстен кто, умен;
Но коль умеренность полезна
И тем, кто славою пленен!
105Умей быть без обиды скромен,
Осанист, тверд, но не гордец;
Решим без скорости, спокоен,
Без хитрости ловец сердец;
Вздув в ясном паруса лазуре,
110Умей их не сронить и в буре[12].

1792

Примечания

Впервые — Изд. 1798 г., стр. 248. Печ. по Изд. 1808 г., т. 1, стр. 172. Первые четыре строфы стихотворения, по указанию самого Державина, посвящены его взаимоотношениям с императрицей, статс-секретарем которой он стал в декабре 1791 г. Екатерина II была недовольна «докладами» Державина, в которых он зачастую отстаивал справедливые, по его мнению, позиции, вопреки точке зрения самой императрицы и ее фаворитов. Начало оды отчасти представляет собой подражание Горацию (10-я ода III кн.).

  1. Царств метафизикой не строя. Эта и следующая строфы относятся «до французской революции, над которой он шутит, что философы тогдашнего времени метафизической души, воображая равенство и свободу, как пузыри возвышаются в своих мнениях, желая взлететь в горнее блаженство или иметь его на земле с грузом своим, то есть с плотью» (Об. Д., 627).
  2. Пускай Язон с Колхиды древней и т. д. «Под Колхидой разумеется Крым, а под Язоном князь Потемкин, приобретший его своей министерской расторопностью» (Об. Д., 627). Язон — герой древнегреческих мифов, который добыл в Колхиде (т. е. на Кавказе) золотое руно священного барана, приносящее счастье той стране, где оно находится.
  3. Крез завладел чужой деревней. «Обер-прокурор Зубов, отец фаворита императрицы, в то время отнял было нагло у Бехтеева (в рукописи фамилия пропущена, пробел восполнен Гротом. — В. З.) деревню, которую автор своей твердостию, представя сыну несправедливость отца, возвратил владельцу» (Об. Д., 627). Крез — древнегреческий царь VI в. до н. э., владевший огромными сокровищами. Имя его стало нарицательным для обозначения богача.
  4. Марс откуп взял. «Князь Долгорукий (Юрий Владимирович, полководец 1760-х—1790-х гг. — В. З.) и граф Салтыков, генерал-аншеф, бывший потом фельдмаршалом, содержали винные откупа» (Об. Д., 627).
  5. И царских сумм на святотатство. Во время второй турецкой войны Потемкин растратил значительную сумму казенных денег на увеселения и любовниц.
  6. Нет дел — играю на бирюльке. Бирюлька — дудка, сопелка, свирель. Играть на бирюльке — заниматься пустяками, ничего не делать. «Императрица, занята будучи политическими и военными делами, неохотно занималась в последнюю турецкую войну гражданскими делами, а как автор был по части оных докладчик, то и не допущен бывал по неделе и по две» (Об. Д., 627).
  7. И шел к нему опять со вздором. А. В. Храповицкий, другой статс-секретарь Екатерины, сообщает в своих записках, что императрица выразилась по поводу одного из докладов Державина: «Он со всяким вздором ко мне лезет» (Записки Храповицкого, М., 1902, стр. 229). «Императрица иногда скучала, что автор обременял ее докладами о правосудии и милости к бедным» (Об. Д.. 628).
  8. И у меня просить прощенья. Согласно Об. Д., императрица нередко «прашивала у автора прощения», сознаваясь в своем несправедливом гневе на него (Об. Д., 628).
  9. Не вдруг на похвалы пускался. Екатерина неоднократно говорила Державину о том, что желает, чтоб он написал оду в духе «Фелицы», но поэт так и не выполнил ее желания (см. подробнее прим. к стих. «Храповицкому» на стр. 407).
  10. Хотя б чрез шашни. Державин имеет в виду П. А. Зубова, фаворита Екатерины, «который по любовным шашням сделался большим человеком» (Об. Д., 628). Далее и до конца стихотворения речь идет о Зубове.
  11. Златых змей с башни. Державин пишет, что Зубов любил пускать воздушных змеев с башен царскосельского дворца (Об. Д., 628).
  12. Умей их не сронить и в буре. «Т. е. умей при несчастии быть твердым; но он (Зубов. — В. З.) сего качества душевного не имел, а когда взошел на престол император Павел, то он так струсил, что жалко было на него смотреть» (Об. Д., 628). В рукописи при заглавии приписано: «К***», т. е., очевидно, «К Зубову» (см. Гуковский, 465).