Очерки о подразделах, которые можно выделить в третичных отложениях северной части Апеннинского полуострова (Парето; Некрасов)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Очерки о подразделах, которые можно выделить в третичных отложениях северной части Апеннинского полуострова
автор Лоренцо Парето, пер. Владимир Некрасов
Язык оригинала: французский. Название в оригинале: Note sur les subdivisions que l’on pourrait établir dans les terrains tertiaires de l’Apennin septentrional; par M. le marquis L. Pareto.. — Опубл.: 1865. Источник: перевод не публиковался


В большинстве случаев, за исключением всего нескольких мест, существует хорошо заметный переход между различными пластами третичных отложений, которые образуют северную часть Апеннинского полуострова и составляющих его основу многочисленных холмов. В особенности это заметно при исследовании самых молодых образований, а именно миоценовых и плиоценовых отложений. Тем не менее, при тщательном исследовании последовательно расположенных слоев и принимая во внимание находящиеся в них многочисленные ископаемые остатки, становится очевидным возможность выделения в их составе нескольких подразделов, которые, как кажется, будут соответствовать определенному состоянию этой местности в каждую эпоху, когда происходило формирование составляющих эту гряду слоев.

Несложно определить, что всю эту массу пластов нужно относить к трем периодам – эоцену, миоцену и плиоцену, в составе которых можно выделить хорошо заметные подразделы. Эти подразделы соответствуют специфическому состоянию поверхности земли в различные эпохи, когда началось формирование составляющих основу этого комплекса пластов.

С целью раскрытия идеи разрезов, которые можно произвести в этом геологическом ансамбле, мы в нескольких словах проведем обзор различных пластов, которые составляют горную гряду Апеннинского полуострова. При этом постараемся выделить те подразделы, которые, как нам кажется, можно выделить в составе трех периодов третичных отложений, а также постараемся одновременно их сравнить с разделами, которые были выделены в других местах. Начнем с эоцена.

По моему мнению, самая древняя часть эоценовых отложений, которую можно встретить в составе геологических формирований Апеннин, представлена многочисленными нуммулитовыми слоями. В графстве Ницца они лежат на крупных залежах голубовато-серого глинистого известняка, которые поднимаются в средней части отрогов горного хребта или боковых горных цепей между Тинеей и Везюби и между Паглионе и Бевера, содержат многочисленные ископаемые останки моллюсков Сatillus и Belemnites и могут быть отнесены к меловым породам. Эти слои могут также лежать на меловом глауконите, который в районе Мантуи и Соспеле перекрывается слоями светло-желтого известняка (предположительно неокомского) из Гран Мондо и Боси-Росси, содержащего ископаемые эхиниды (Echinides) и другие меловые остатки. Этот первый эоценовый ярус я буду называть ницским. Эти нуммулитовые пласты, которые относятся к эоценовым отложениям, представлены то пластами известняка черноватого цвета и различной структуры, то настоящими пудинговыми конгломератами (например, в Тоети), то пластами известняка сероватого цвета (как в Мортоле), то, наконец, твердыми песчаниками (как на перевале Тенде). Согласно г-ну Белларди, который собрал самое большое количество ископаемых остатков этой местности, фауна этих слоев представлена более чем 362 видами, из которых 112, то-есть около третьей части, представлены в эоценовых отложениях в районе Парижа. Но, согласно таблице того же автора, исключительным является тот факт, что ни один из нуммулитов (Nummulites) из района Ниццы не встречается в крупнозернистых известняках в районе столицы Франции, а общие для обоих регионов виды принадлежат лишь к классам брюхоногих и двустворчатых моллюсков (в обоих регионах встречается 60 видов класса брюхоногих и 50 видов класса двустворчатых моллюсков), плюс один вид белемнитов (Beloptera) из класса головоногих и один вид Stylocoenia (S. Emarciana) из класса полипов. Присутствие помимо нуммулитов других ископаемых скорее всего указывает на то, что пласты в графстве Ницца, в особенности пласты в районах Палареи и Мортолы, сходны с пластами крупнозернистого песчаника в районе Парижа, так как именно в этом ярусе находят наибольшее количество общих для обеих областей видов. С другой стороны, виды нуммулитов из районов Ниццы встречаются практически в полном составе в районах Байонна и Корбьер, а некоторая их часть присутствует также в окрестностях Вероны и Виченцы. Тем не менее, общих видов моллюсков у этих районов насчитывается только 59 (включая 11 видов нуммулитов), что составляет лишь седьмую часть. Из этих 59 видов 32 являются общими для трех регионов (Ниццы, Парижа и Вероны), 22 будут общими только для областей Вероны и Ниццы, тогда как общих видов беспозвоночных у Ниццы с районом Корбьер насчитывается 19 (из них 2 вида представлены нуммулитами и 2 оперкулинами (Operculines)), а с районом Байонны - 47 общих видов беспозвоночных (включая 9 видов нуммулитов и 2 вида оперкулин). Исходя из этих данных можно предположить, что нуммулиты, которые в Париже чаще всего встречаются в расположенных под крупнозернистым известняком пластах, а именно вблизи глубоких слоев песка, на юге Франции (Миди) начинают проявляться в большем количестве и для них характерно большее видовое разнообразие, тогда как немного позже доминировала фауна, близкая к той, которая встречается в крупнозернистом известняке. Эти виды продолжают встречатся и еще позже, когда в районах Вероны и Виченцы появляется другой животный состав, который хотя и насчитывает значительное количество видов, встречающихся в составе ископаемых остатков района Ниццы, но также представлен и другими видами. Эти виды являются родственными с теми, которые, как мы увидим, жили в миоценский период. Таким образом создается впечатление, что большое количество встречающихся близ Вероны и Виченцы ископаемых остатков является близким к остатками из Туринского холма и, следовательно, принадлежит к миоценскому периоду. Эта информация позволяет сделать обоснованное предположение, что как минимум некоторая часть нуммулитных пластов Вероны и Виченцы не имеет ничего общего с геологическими горизонтами районов Ниццы, а относится к более поздней, возможно миоценовой, эпохе (это предположение будет расмотрено нами ниже).

Впрочем, эти пласты окружающих районов Ниццы, хотя они и являются более бедными на ископаемые остатки, также проявляются высоко в горах, расположенных вдоль некоторых участков рек Паглионе, Ля Роха и Тинея и являются хорошо сформированными на вершинах Альп близ озера Лозанье, где этот нижний подраздел эоценовых отложений представлен пластами темного известняка с богатым содержанием остатков Turbinolies, крупных нуммулитов, в частности N. Biarritziana, и башенковидных раковин. Эти пласты заходят под скальные породы, которые формируют, как мы увидим позже, второй подраздел этих отложений и имеют из-за своих огромных размеров большое значение. Вышеупомянутые пласты проявляются во многих местах в долине Юбейетт, а также на утесах Меолан и в Вердонском ущелье, а именно на склонах вдоль р. Дюранс. Что же касается склонов реки По, то там они проявляются на значительно меньшем протяжении, так как в этом районе можно видеть лишь их некоторые отдельные участки на нескольких расположенных вдоль долины Стура отрогах. В то время как этот ярус в значительной степени представлен на склонах вдоль побережья Средиземного моря в направлении истоков р. Нервия, а также в направлении Саорджио и Танарела, то нуммулитовый (или ницский) ярус представляет собой последовательность слоев, где сначала идут разделенные на плиты пласты темного известняка, который чуть выше сменяется мощным пластом светлого компактного известняка с вкраплениями нуммолитов. Еще выше опять идут последовательно расположенные мощные разделенные на плиты пласты темного известняка с незначительным содержанием нуммолитов и Turbinolies, которые затем сменяются несколькими пластами скальных пород и сланцевидного известняка. Именно этот подраздел доминирует на середине подъема высоких гор, расположенных выше Ла Брига, откуда он переходит через вершины Риофределло на перевал Тенде. Здесь он представлен плотными и сланцевидными известняками с несколькими залежами нуммулитов, которые по своему характеру приближаются к песчанику и очень напоминают твердые породы.

Несмотря на то, что присутствие нуммулитов является наиболее отличительным признаком, по которому можно выделить низлежащую часть эоценовых отложений Апеннинских гор, тем не менее иногда наблюдается отсутствие этого признака, хотя речь идет о той же самой низлежащей части эоценовых отложений. В этих местах нуммолитовые пласты обычно замещены лежащими под большими залежами твердых пород слоями довольно плотного известняка или глинисто-известкового сланца, которые по моему мнению формируют второя ярус эоценовых отложений Апеннин.

Небезызвестно, что в течение длительного времени многие геологи придерживались мнения, что крупные пласты нуммолитов, твердые породы и фукоидный известняк или флиш относятся ко вторичным отложениям и в особенности к нескольким пластам мела. Это ошибочное мнение, которого долго придерживался и я, впоследствии удалось исправить в результате более детального изучения ископаемых остатков и пластов в Апеннинах или в Альпах и Пиренеях. Тем не менее, эта ошибка выглядела довольно правдоподобно, чему есть две причины: во-первых, существует большое сходство между пластами твердых пород и пластами детритового известняка (pietra forte), в которых в Тоскане были найдены некоторые меловые ископаемые остатки и где постепенно, благодаря стараниям маркиза Строцци, была обнаружена разнообразная фауна, относящаяся по всей видимости к меловому периоду. Во-вторых, в слоистых глинах (argille scagliose), которые являются составной частью флиша Апеннин, были обнаружены следы раковин мелового периода (их также совсем недавно обнаружил г-н де Мортийе). В-третьих, потому как на склонах Апеннинских гор, в особенности на северных, присутствовал второй нуммулитовый горизонт, который я всегда рассматривал как принадлежащий к третичному периоду и который снизу четко отделен от настоящей нуммулитовой зоны огромными скоплениями полностью покрывающих низлежащие пласты нуммулитов твердых пород и фукоидных известняков. Однако, если второй нуммулитовый горизонт рассматривался как эоценовый, то можно было вполне логично предположить, что самый древний горизонт (который следовало отделять от первого из-за стратификационного эффекта) будет меловой. Но так как на данный момент собрано большое количество данных, которые позволяют с абсолютной достоверностью считать миоценовыми пласты конгломератов и осадочных горных пород в промежуточных нуммулитовых слоях подножий Апеннин, долин Бормиды и холмов Монферрат, вполне естественным будет считать, что нижние нуммулитовые пласты графства Ниццы, части Тосканы и Неаполитанского королевства относятся к эоценовым отложениям и служат основой третичным формациям, расположенным поверх пластов детритового известняка мелового периода и мергелеля и под большими скоплениями твердых пород и известняка, которые нависают над ними и отделяют их от верхнего миоценового нуммулитового горизонта. Можно также сказать, что в Апеннинах, в действительности в различном виде, представлен весь ряд крупных разделов третичных отложений, которые были найдены в других местах. Первый нижний подраздел можно назвать ницским ярусом. Что до ошибки, из-за которой нуммулитовые отложения Альп и Апеннин с твердыми породами и флишем на протяжении такого длительного периода классифицировали как относящиеся к меловому периоду, то, как справедливо заметил г-н Даршиак, это могло еще и зависеть от манеры проведения геологических исследований в начале века. Речь идет о локальном изучении определенных залежей, которые считались исключениями из правил и на протяжении длительного времени выделялись в качестве отдельного вида. Тем не менее, было довольно таки сложно считать одним и тем же такую ограниченную по протяженности и мощности формацию, как крупнозернистый известняк Парижа, и такую исключительно мощную, протяженную и расположенную в абсолютно отличных условиях формацию, как нуммулитовое отложение Альп, Пиреней и Апеннин, которая вероятнее всего относится к нормальному типу, тогда как пласты парижского бассейна представляют собой всего лишь исключение. Формация эта в действительности является синхронной, но она так отличается по своему виду и мощности, что из-за тех идей, которые превалировали на протяжении первых 35 лет нашего века и из-за недостаточной изученности ископаемых остатков из разных мест, было практически невозможно убедить себя в том, что мощные пласты Альп и простые залежи парижской формации могут представлять собой одно и то же.

Второй подраздел. – Лигурийский ярус
[править]

Второй раздел эоценовых отложений Апеннин состоит из крупных скоплений настоящих твердых пород, которые чередуются с известняком и глинистыми сланцами. Они характеризуются очень низким содержанием ископаемых остатков (здесь присутствуют лишь остатки хондритов (Chondrites) и немертитов (Nemertites)). В них практически полностью отсутствуют раковины и так как почти все их составляющие элементы, лишь за несколькими редкими исключениями, представляют собой частицы микроскопического размера, то можно сказать, что их формирование происходило скорее всего глубоко под водой и вдали от побережья.

Этот подраздел характеризуется большой мощностью и составляет значительную часть самых высоких гор центральной гряды и окружающих ее горных отрогов. Так на западе он составляет гору Монте-Чеппо, которая достигает высоты 1630 м, а на востоке гору Монте-Голо, которая входит в состав цетральной гряды и достигает высоты 1659 м. Еще дальше, в составе горных массивов Луниджины, Монте-Орсаджио и Компорагена, горы Сан-Пеллегрино и горы в долине р. Серхио, достигающие 2000 м высоты, также сформированы более-менее ровными пластами этой твердой породы в большинстве случаев однообразного состава. Только в некоторых местах эта порода переходит в более крупнозернистое образование, которое сильно напоминает мелкозернистый конгломерат и в центре которого находится даже мелкий гранитный щебень. Тем не менее, породы, которые могли бы стать источником появления этих гранитных вкраплений, в этих районах обнаружены не были. Но массив этих пород, который, как утверждали, находится на центральной гряде близ перевала Ля-Чиза (на пути от Пармы к Понтремоли) и из которого состоит гора под названием Гроппо дель Весково, на самом деле не существует. Эта гора, которую я намеренно посетил, состоит из мелкозернистого известняка сероватого цвета. Но из-за обрушений пород и нечеткой структуры пластов посчитали, что она состоит из массивной породы, по всей видимости из гранита, следы которого в этом районе мне так и не удалось обнаружить (было обнаружено лишь несколько обкатанных камешков в составе одного вида конгломерата или в составе брекчии, которые в этом районе, как и близ Кассио, формируют известняки определенного периода).

Как предлагает г-н Майер, этот подраздел эоценовых отложений можно назвать лигурийским (или даже этрусским) ярусом Тосканы, где он развит более всего, так как занимает самую большую часть центральной гряды от истоков Серхио до истоков Тибра. Он также представлен как в департаменте Альпы Верхнего Прованса, где твердые породы пика Лозанье наползают на нуммулитовый известняк, так и в некоторых районах Швейцарии, а именно в долинах рек Зане и Зимме, где флиш представлен в виде настоящего песчаника, а твердые породы покрывают часто встречающиеся в расположенных вокруг этих долин горных грядах нуммулитовые пласты.

Согласно результатам интересных наблюдений, проведенных Французским геологическим обществом, этот ярус также представлен в некоторых районах коммуны Морьен, где пласты песчаниковых твердых пород покрывают залежи нуммулитов и где его долго не могли идентифицировать из-за большой дислокации составляющих Альпийские горы пластов и из-за слегка отличной типологии. Открытие здесь этого яруса вместе с открытием прилегающих к нему снизу нуммулитов помогло установить связь с располагающимися в непосредственной близости более древними пластами, а также показало, что эта развитая в Альпах Верхнего Прованса и в районе коммуны Гап формация практически без разрывов связана с пластами нуммулитов и с флишем большей части Швейцарии, что осуществляется посредством аналогичных пластов, которые можно встретить и в других районах Савойи.

Именно этот лигурийский ярус подвергся самым многочисленным видоизменениям из-за присутствия офиолитных пород, так как иногда некоторые из этих самых глинистых залежей прошли трансформацию и превратились в яшму, а другие, расположенные на западе близ Сестри, трансформировались, как кажеться, даже в некоторые глинистые блестящие сланцы и в тальковые сланцы.

Как мы уже видели, составляющие этот второй эоценовый подраздел (а именно его средний или лигурийский ярус) пласты, будучи сформированными из мелкозернистых пород с низким содержанием высокоорганизованных ископаемых остатков, образовались, скорее всего, на дне довольно глубокого моря.

Третий подраздел. – Моденский ярус
[править]

Выводы, которые мы сделали в конце предыдущей главы касательно того, что пласты твердых пород (лигурийский ярус) должны были сформироваться на дне довольно глубокого моря, являются также применимыми и к известковым пластам (будь то известняки сланцевые, плотные или же иногда немного песчанистые), которые лежат над твердыми породами и представляют с моей точки зрения верхний по отношению к эоценовым отложениям Апеннин подраздел и который мы будем называть моденским ярусом из-за исключительных явлений, которые наиболее ярко проявляются в той части этого яруса, который находится в средней части Апеннин на территории древнего герцогства Модена и провинции Болонья.

Эта третья верхняя по отгошению к эоцену группа представляет собой то, что я всегда называл фукоидным известняком. Это очень протяженная формация, в которую входят значительные скопления слоистых глин, и где в основном происходят такие заслуживающие внимания процессы, как образование обогащенного водорода, а также расположены соли, источники образования битума и т.д.

Этот ярус, который не подвергся значительным изменениям, начинается лежащими снизу довольно тонкими пластами сланцеватых глин и глинисто-мергельных известняков, чередующихся с несколькими небольшими слоями псаммита одного типа, где иногда присутствуют следы угля, и обычно заканчивается более или менее плотными известняками темно- или светло-серого цвета, которые иногда достигают значительной мощности, и где тоже, хотя и довольно редко, встречаются слои довольно плотного песчаника или псаммита одного вида. Этот эоценовый подраздел также характеризуется значительным подъемом и практически доходит до истоков р. Танаро на горе Бертран высотой 2500 м, а также до гор возле Генуи, а именно отрогов горных хребтов, окружающих долины рек Серивия и Треббия, достигая здесь высоты 1600 и 1700 м.

Найденные в этом ярусе органические остатки представлены лишь многочисленными отпечатками хондритов (Chondrites), а именно C. Targionii, C. Intricatus, C. Furcatus и т.д., а также одиночными отпечатками изогнутой формы, которые, как я понимаю, приписывают немертинам (Nеmertites). Что же касается следов угля, которые можно наблюдать в некоторых чередующихся слоях псаммитов и известняков, то здесь их определить совсем невозможно.

Пласты этого яруса, так как они не совсем раздроблены и не полностью фрагментированы, как это можно наблюдать в слоистых глинах, странным образом искривлены и представляют собой складчатые образования. Создается впечатление, что это один из тех ярусов, которые, скорее всего в эпоху выхода серпентинов, подверглись самой значительной дислокации, что по большей части происходило в конце эоценовой и в начале миоценовой эпох. По их внешнему виду можно установить их связь со слоистыми глинами, а сами эти глины близки к орфиолитам, чем объясняется их уникальный цвет, а также содержание в них многогисленных металлических вкраплений. Именно исходя из этого можно было бы сказать, что они относятся к эоценовой эпохе (как это и пытается утверждать г-н Бьянкони). Но в действительности этой эпохой датируется лишь их метаморфизм, то есть период выхода серпантинов, в то время как их отложение или формирование происходило без сомнения в эоценовую эпоху. В этих слоях содержаться элементы, а возможно и целые фрагменты, более древних отложений, так как г-н де Мортийе обнаружил на некоторых участках этих глин следы иноцерама (Inocéramus), что представляет собой примечательную особенность, так как исходя из общих принципов их положения эти слоистые глины можно отнести лишь к пластам, которые лежат над меловыми, и даже к нуммулитовому ярусу, если только некоторые отдельные глинисто-известковые участки мелового периода не приняли в отдельных местах вид слоистых глин.

Эти слоистые глины обычно лежат (если рассматривать лишь самые верхние складки эоценовых отложений) ближе всего к Ломбардской низменности и к долине р. По в нижней части моденского и поверх твердых пород предыдущего яруса. Можно сказать, что это глинистые и известковые залежы нижней части яруса, которые зачастую представляют собой довольно тонкие слои, иногда в виде грязевой массы, заполненной фрагментами часто видоизмененного известняка, где происходять многочисленные метаморфические процессы. Эти глины могут быть разного цвета – красного, зеленого, синеватого. В местах, где нет настоящих скоплений и дайков гипса, встречаются изолированные кристаллы этой породы, а также серы, барита и сернокислого гидроксида стронция. Здесь также находят пирит и многочисленные следы присутствия меди и марганца. Если не принимать во внимание консистенцию породы, то можно сказать, что здесь проходит процесс, если можно так выразиться, габброфикации. Если применить теорию г-на Делесе, то можно также почти с уверенностью сказать, что под давлением лежащих сверху масс глины этой формации, в смеси с водой скорее всего довольно высокой температуры, начинают демонстрировать процессы, которые мы можем видеть в более завершенном состоянии в габбро, офиолитах и в диабазе. Эти породы расположены по соседству со слоистыми глинами и очень часто с ними смешиваются. Сами же глины, как мы уже видели, иногда залегают у подножий крупных хребтов из фукоидного известняка и под многочисленными антиклинальными перегибами этих пластов.

Существует довольно примечательный пример перехода некоторых таких глин в габбро в районе Конельяно недалеко от Генуи, где происходит контакт одного вида диорита или диабаза, скорее всего магматического происхождения, с глинистыми зонами этого (или предыдущего) подраздела эоценовых отложений. В этой местности можно наблюдать, что поначалу (на определенном расстоянии) эти глины имеют полностью сланцевый характер. Они в этом месте немного блестящие, почти измельченные, как настоящие сланцевые глины, и заполнены щебнем или плитами и жилами шпатового белого талька. Немного ближе эта порода имеет красновато-зеленоватый цвет, приобретая силикатно-глинистый характер и иногда напоминая яшму; она здесь очень похожа на габбро, что дает возможность предположить наличие указаний на стратификацию. Еще ближе к диориту она становится массивной и приобретает почти кристаллический характер, содержит ингда кристаллы полевого шпата телесного цвета и смешивается с настоящим диабазом, массы которого тянуться на север в высоких горах, окружающих с запада долину Польчевера. Контакт с глинистыми сланцами твердых пород и даже с этими сланцами верхнего яруса является причиной процессов, которые, как мы только что указали, происходят близ Конельяно. В этих горах иногда можно даже наблюдать, как глины при контакте с диоритами изменяются в полуматовые сланцы бордового или зеленоватого цвета, а в нескольких местах в тальковые сланцы, так как некоторые содержащиеся в этих глинах известковые включения изменились в зернистый известняк с многочисленными прослойками талька, что делает этот известняк очень похожим на глазковый мрамор.

Этот фукоидный известняк, измененный в некоторых местах в разноцветные слоистые глины, часто встречается в Плезантине (Пьяченца), Пармезане и Модене как в срединных горных цепях, так и в тех из них, которые подходят к равнине и которые тянутся приблизительно с вест-норд-вест на ост-зюд-ост, протягиваясь в направлении подъема этих цепей. Он также очень часто появляется вдоль линии норд-норд-ост – зюд-зюд-вест, которая начинается к востоку от Генуи и заканчивается близ долин Куроне в коммуне Стаффора и Тидоне на северных склонах Апеннин, протягиваясь вдоль западного подножия крупного отрога, расположенного между долинами рек Серивия и Треббия, вершины которого практически полностью сформированы из более или менее компактного глинистого фукоидного известняка. Эта линия, вдоль которой также проявляются некоторые следы диабаза и серпентина и где можно встретить кристаллы гипса, сублимированную медь и марганец, барит, сернокислый гидроксид стронция и где, как кажется, присутствует даже несколько источники солеобразования, является как раз той, вдоль которой проходил подъем этого примечательного отрога, расположенного практически параллельно направлению основного подъема западных Альп.

Миоценовые отложения
[править]

Как мы уже видели, ярусом фукоидного известняка (или моденским) заканчивается, с моей точки зрения, эоценовая эпоха. За ним начинаются миоценовые отложения, в составе которых мы также можем выделить три подраздела.

Я тем более уверен, что исключительно фукоидным известняком заканчиваются эоценовые отложения, так как именно между его слоями и следующими за ним отложениями в Лигурии можно наблюдать, так сказать, наиболее выраженное несогласное залегание разных пластов. Это явление свидетельствует о том, что после фукоидного известняка происходили значительные изменения как места залегания, так и природы пластов. Что же касается ископаемых остатков, то поначалу наблюдается их полное отсутствие. Наблюдается резкая перемена фауны от нижнего яруса эоценовых отложений до первого лежащего за фукоидным известняком пласта, который я определяю как начало серии миоценовых залежей. Это может послужить доказательством, что простые перемены в пластах и в регионе, даже если они и были очень значительными, не являются единственной и главной причиной изменения жизненных форм. Скорее всего были также и другие факторы более общего и климатического планов, которые с течением времени вносили большой вклад в постепенное изменение фауны региона.

C уверенностью можно сказать, что между окончанием формирования фукоидных известняков и началом образования миоценовых отложений произошли процессы, которые в значительной степени изменили положение изучаемого нами района.

На пластах фукоидного известняка, сформировавшихся вероятно на большой морской глубине и имеющих складчатую и сильно изогнутую вверх структуру, лежат под намного меньшим углом наклона мощные слои осадочных пород, сформировавшиеся, судя по всему, вдоль побережий мелкого моря и даже в лужах или болотах с пресной или солоноватой водой, где в непосредственной близости находились крупные участки суши. На этих участках водились толстокожие животные, от которых в первых миоценовых отложениях сохранились элементы кожи. Эти частично флювио-озерные или речные отложения, которые по большей части сформированы скоплениями конгломератов, молассы и мергеля с озерными раковинами и залежами бурого угля, занимают небольшие бассейны или определенные заливы и лежат в основании крупной формации конгломератов. Эта формация состоит из более-менее грубых элементов, в которые постепенно переходят вышеупомянутые отложения. Конгломераты из немного менее грубой песчаной части содержат большое количество раковин и полипов. Они есть и в эоценовой части, хотя в миоценовой их встречается намного больше. Вместе с этими ископаемыми остатками встречается несколько нуммолитов, в особенности Nummolites intermedia, которую находят чаще всего в этой второй нуммолитовой зоне. Эта зона с моей точки зрения представляет собой лежащий под миоценовым ярус, который я по названию реки, в бассейне которой эта часть формации достигает наибольшего развития и где в Каркаре, Дего, Сасселло и Косцинелле большая часть этих раковин находится в эоценовой и миоценовой зонах, буду называть бормидиевым. В этой местности расположена наибольшая часть районов, где находят многочисленные следы лигнитов со следами моллюсков Cerithium или Melania, Mytilus или Dreissena (Сасселло, Коиро, Косцинелле). Эти моллюски должно быть жили в солоноватых водах некоторых прудов или в устьях нескольких рек, куда часто заходили представители толстокожих, из которых Anthracatherium был самым примечательным.

Этот этаж, в особенности его состоящая из конгломератов часть, образует очень протяженную зону то у подножия лигурийских Апеннин, то на некоторых вершинах отрогов этого горного хребта, а также вокруг некоторых изолированных участков фукоидного известняка эоценового периода, встречающихся то там то здесь в регионе Монферрат, по течению реки По и в коммуне Тортона. Он даже поднимается на значительную высоту, так как на горе Монте Магио, что возвышается над коммуной Каселла в трех часах от Генуи и недалеко от центральной гряды, он достигает высоты 1000 м.

Гора Монте Магио представляет собой относящийся к этому этажу массив, который в Апеннинах протягивается дальше всего по северным склонам, если не принимать во внимание окрестности Сасселло и Вараджине, где эти конгломераты занимают довольно обширное пространство, даже центральную вершину, и спускаясь также по ее южному склону доходят в Челле до берега Средиземного моря, где можно наблюдать их низлежащую (то есть ту, которая представлена не только морскими отложениями) часть. В этих отложениях, например, в коммунах Санта-Джустина и Стелла, можно видеть пласты лигнита с многочисленными отпечатками таких растений, как Lastrea Styriaca, Ung., Sequoia Langsdorfi, Br., Cyperus Reticulatus, Heer, Sparganium Valdense, Heer, Populus Leace, Rossm., Laurus primigenius, Ung., Cinnamonium Scheuzeri, Heer, C. Lanceolatum, Ung., C. Spectabile, Heer. Аналоги большинства этих растений были найдены в этой части лигнитовой молассы в Швейцарии, которую относят к нижнему миоцену.

Расположенная на южных склонах лигурийских Апеннин неподалеку от центральной гряды знаменитая область Кадибона также относится к этому ярусу. В этой области было найдено огромное количество ископаемых остатков растений и толстокожих, которые замечательно описал г-н Гастальди. Сюда также относится расположенная к востоку от Генуи примечательная гора Портофино, которая круто возвышается над морем на высоту 587 м и которая полностью состоит из крупнозернистого конгломерата. Часть этого конгломерата попала сюда издалека, так как помимо прочих вкраплений он содержит галечник кварцевых пород, стеатит из слоев веррукано и, возможно, порфир. Подобные этой породы находятся в горах в районах Финале и Ормеа или к востоку от провинции Специя в горах Каррара.

На тех же склонах встречаются также разрозненные участки этого яруса, которые лежат в протянувшейся приблизительно с запада на восток впадине, расположенной к западу за Коголето и Авеццано, где один вид конгломерата с незначительными вкраплениями мелких нуммулитов подпирает относящиеся к следующему ярусу пласты молассы и других пород. Этот конгломерат заходит даже в нижние слои плиоценовых отложений, таким образом представляя собой на довольно ограниченной территории некоторые слои миоценовых и плиоценовых формаций.

Но давайте вернемся к северным склонам Апеннин. Как мы уже сказали, этот ярус формирует практически непрерывную зону, которая занимает, так сказать, первый уступ, спускаясь с гор центральной гряды, что окружают бассейн рек Танаро, Бормида и Скривия. Высота всех сформированных этими конгломератами гор варьирует от 800 до 900 м. Сюда можно отнести г. Бриско близ Вольтаджо (801 м), г. Арпе-ди-Джиакконе между рр. Леммо и Скривия (857 м), г. Монте Тигиу (866 м), гору замка Рокафорте (857 м), г. Монте-ди-Гаво в истоках р. Грюс (957 м), которые формируют почти равноудаленную от вершин Апеннин окружность и обозначают границы древнего залива, который существовал близ этих гор в эпоху миоцена. Что же касается тех частей этого яруса, которые окружают изолированные массивы фукоидного известняка, то они такой высоты не достигают. Таким образом, некоторые отдельные группы этого конгломерата, как к примеру Паццоло-дель-Гроппо в Тортоне, достигают высоты лишь 553 метра.

Нижний подраздел этого яруса, а именно тот, в котором частично расположены озерные отложения, не достигает высоты крупных скоплений конгломерата. Эти отложения едва ли достигают 500 метров в Багналько, Ночето, в долине Танаро и можно наблюдать, что эти небольшие бассейны пресно- или солоноводных отложеный располагаются исключительно у подножия Апеннинской гряды и в самой старой части древнего миоценового залива, который находился на месте нынешних долин Танаро, Бормида и Скривия в отдалении от островков эоценового мергелистого известняка в Монферрате. По всей видимости это свидетельствует, что самые протяженные участки суши той эпохи соответствуют сегодняшней центральной гряде Апеннин и что толстокожие, остатки кожи которых находят в этих отложениях, а также растения, которые способствовали формированию разбросанных повсеместно на территории этого бассейна слоев лигнита, обитали на соответствующих этой гряде участках суши. Западная часть этой гряды состоит из вторичных, более древних пород, в то время как ее другая, расположенная к востоку часть состоит из эоценовых пород, в которых серпантины уже привели к серьезным и многочисленным изменениям. Свидетельствами этих изменения являются щебень офиолитов, яшма, габбро и т.д., которые перемежаются с несколькими молассами и составляют большую часть этих эстуарных отложений, а также наибольшую часть огромной массы расположенных сразу над этими отложениями конгломератов.

Судя по размеру составляющих этот конгломерат частиц и по характеру обнаруженных в нем раковин, в особенности тех, которые находятся во входящих в его состав песках, создается впечатление, что он сформировался вдали от побережья. В действительности же содержащиеся в нем раковины принадлежат тем видам моллюсков, которые обычно не живут на большом расстоянии от берега, а характеристики и иногда размеры составляющих эти отложения блоков говорят о том, что они не могли попасть сюда издалека по суше. Если же иногда и встречаются блоки, которые, как кажется, были сформированы далеко от этого места, то можно предположить, что они были транспортированы в место их нынешнего расположения посредством какого-то сплава, скорее всего посредством ледниковых плотов, которых, чтобы перевезти такое количество блоков и камней, должно было быть довольно много. Эти ледники сформировались и растаяли не в открытом море, а скорее близ побережий или островов, которых предположительно было много, и заблокировали проходы, что можно логично предположить исходя из того факта, что лишь в глубине предполагаемого древнего залива и вокруг некоторых изолированных массивов более древней породы можно в основном встретить зоны конгломератов и обнаружить самые большие из составляющих их блоков. В защиту этого мнения также выступает открытие г-ном Сисмонда в нижних конгломератах Монтферрата блоков красного известняка содержащего лейасовые ископаемые остатки (например, теребратулы (Térébratules)), из которого состоят составляющие первый уступ Альп к северу от долины реки По горы Годзано Давона. Присутствие этих блоков в холмах Монферрата, где, насколько мне известно, нет ни малейших следов этих формаций, можно объяснить только если предположить, что они были сюда транспортированы из северной части залива посредством сплава, возможно при помощи ледникового плота. Возможно именно эти первые уступы Альп, формировавшие в миоцене северный пояс этого морского рукава, послужили источником щебня кварцевого порфира, который можно обнаружить в холмах Монферрата. Не прибегая к теории сплава было абсолютно невозможно объяснить даже присутствие иногда огромных неровных или почти неровных блоков, которые лежат иногда поодиночке, а иногда в виде групп или небольших скоплений в центре пластов правильной формы, состоящих из тонкозернистых и очень мягких пород, таких как моласса и песчаные пласты, которые залегают в этом ярусе (как в Косцинелле) между пластами более крупнозернистого конгломерата и окатанной галькой. Следует также отметить, что иногда внутри этих блоков можно найти огромные колонии полипов

Что до остального, то указав вкратце стратиграфические причины, я не хочу надолго задерживаться на причинах палеонтологических, которые заставляют меня рассматривать этот ярус как относящийся к миоцену, так как большая часть находящихся в нем раковин относится к миоцену, а эоцену принадлежит намного меньшее их количество. В самом деле, если в списке ископаемых остатков, приведенном в моей публикации по нуммулитовым отложениям северного подножия Апеннин (бюллетень Геологического общества, апрель 1855 г.), из 24 видов из района Косцинелле 10 относятся к миоцену и 10 к эоцену; если в списке г-на Сисмонда, который я упоминал в той же публикации, упоминается 3 вида рыб и 59 видов беспозвоночных, 33 из которых относятся либо к эоцену, либо к нуммулитам, а 26 принадлежат к миоцену, то в списке г-на Гастальди, составленном на базе богатой и замечательной коллекции г-на Мишелотти, из 109 имеющихся ископаемых беспозвоночных 100 представляют собой виды миоцена и лишь 9 относятся исключительно к эоцену другого района. Исходя из этого и если отбросить несколько случаев двойственной природы, то можно сказать, что из 190 видов беспозвоночных животных, которые относятся к этому нижнему миоценовому (или, как я предлагал, бормидиевому) ярусу, примерно 130 относятся к миоцену и 52 являются эоценовыми или нуммулитовыми. Можно даже отметить, что среди этих 52 нуммулитовых видов есть некоторые, которые встречаются исключительно в комплексных отолжениях Вероны и Виченцы, где по всей вероятности присутствует как минимум на один нуммулитовый ярус больше (если нет желания принять, что Виченца и Верона относятся скорее к миоцену, чем к эоцену – факт, который я считаю почти безоговорочным). Если Болеа точно относится к эоцену, то на других участках холмов Виченцы и Вероны есть отложения, которые по всем признакам являются более молодыми, приближающимися к миоцену, как это было определено в 1847 году Геологическим отделом конгресса в Венеции, который на срезе Поссаньо – Азоло отметил близ Кастелькукко под мощными плиоценовыми пластами холмов Азолане присутствие слоев, содержащих оперкулины и другие относящиеся к миоцену ископаемые. Эти слои лежат на первых третичных слоях долины Органа, которые своим видом напоминают эоценовые отложения.

Это присутствие в Виченце миоцена получило неоспоримое доказательство, когда покойный доктор Массалонго обнаружил зубы антракотериума (Anthracothérium) посреди залежей лигнита в Дзовенчедо, Чьявоне и Сальчедо. В этих лигнитах также встречаются остатки ихтиолитов (Ichthyolytes), филлитов (Phyllites) и моллюсков. В действительности, и как утверждает г-н Массалонго, кажется, что эти лигниты лежат выше крупной массы нуммулитов этого региона. Но по поводу этого непрерывного верхнего наслаивания лигнитов возникают сомнения, так как в некоторых местах (например, в Пуле и в долине Агно) в 1847 г. Геологический отдел конгресса в Венеции обнаружил присутствие пласта лигнита с многочисленными следами присутствия потамид (Potamides). Этот пласт лежит ниже нуммулитового слоя, который перекрывает холмы средней части течения р. Агно, как, например, близ Кастельгомберто. В действительности же из того факта, что лигниты в Пуле лежат под нуммулитовыми известняками, нельзя извлечь никаких неоспоримых аргументов в пользу того, что эти отложения относятся к миоцену, так как вполне возможно, что эти лигниты принадлежат к ярусу, который отличается от яруса Сальчедо и Дзовенчедо, где были найдены зубы антракотериума. Я и сам не могу с уверенностью утверждать, что лигниты в Пуле и Сальчедо являются идентичными, хотя это и вполне вероятно, так как г-н Пасини недовно проинформировал меня, что по его мнению в Пуле также был найден один зуб антракотериума. Но доказанным является лишь тот факт, что лигниты Сальчедо полностью идентичны лигнитам Кадибоны.

Кроме того, является вполне вероятным, что широкопротяженные залежи Виченцы, в которых, помимо прочих остатков, содержатся многочисленные следы Seutelles и Clypéastres (как неподалеку от Скио, например), относятся к миоцену и, что очень вероятно, принадлежат к ярусу, изучением которого мы сейчас занимаемся. Впрочем, многие геологи уже предполагали присутствие миоценовых отложений в этом регионе и г-н Майер, помимо прочих, уже пытался подтвердить это предположение, так как в своей таблице третичных отложений Европы в этаже, который он называет тонгрийским, он сопоставляет большую часть нуммулитовых залежей Вероны и Виченцы с пластами Каркары и Косцинелле, а также с формацией Кадибоны. Покойный г-н Александр Брогниар, проведя в своей знаменитой работе по калькаро-траппенским отложениям Виченцы параллель между этими отложениями и залежами Турина, даже предугадал, что как минимум некоторая часть районов Виченцы совпадает по возрасту с первыми миоценовыми отложениями подножия Аппенин.

Я позволил себе это длинное отступление касательно вероятности существования миоценовых отложений в нуммулитовых пластах районов Вероны и Виченцы чтобы доказать, что присутствие порядка пятидесяти видов нуммулитов в рассматриваемом нами бормидиевом ярусе не противоречит тому, что этот ярус является миоценовым. Аргументом в пользу этого мнения является присутствие здесь более сотни других видов, которые абсолютно точно относятся к миоцену, а те виды нуммулитов, большая часть из которых относится к упомянутым пятидесяти видам, могут с большей долей вероятности рассматриваться не как эоценовые, а именно как миоценовые.

Что же до остального, то этот бормидиевый ярус, который я детально изучал на холмах Монферрата и у северных подножий лигурийских Апеннин, кажется поднимается от подножия этой гряды и на другие вершины. Я лично встретил его следы в Апеннинах Реджо и неподалеку от Кастельново-не'-Монти, где, согласно профессору Доклерляйну, нуммулиты содержатся в конгломератах и в миоценовых молассах горы Бизмантова, которые лежат на эоценовых слоистых глинах Монтефьорино, а также неподалеку от Скандиано (близ Монтебабио и Рондинары), где можно заметить следы лигнитов в офиолитных агломератах, которые лежат на фукоидных известняках в Джано и в Кастель-дель-Гессо.

Этот ярус, или как минимум его содержащая лигниты часть, снова появляется в Тоскане в составе конгломератов и молассы пресноводных лигнитов, в которой содержатся остатки скелетов толстокожих, в особенности из рода Кабаньих, в районе гор Монте-Бамболи и Монте-Маси и т.д. Что же касается этих содержащих топливо отложений Тосканы, то существуют сомнения по поводу того, что они когда-либо были выше. Эти сомнения возникли когда профессор Поль Сави сказал, что лигнитовые отложения в Перолла находятся над миоценовыми отложениями морского происхождения, что в Дикомано некоторые циприновые слои лежат, скорее всего, под лигнитами и что в Канипаролле лигнитовые отложения лежат на морских. Тем не менее я считаю, что эти сомнения являются до определенной степени обоснованными, так как за исключением Пероллы, с которыой я не знаком, в Дикомано, например, один из указанных видов циприн (Cyprina depressa, Meneghini) возможно является одним из видов Cyrène и таким образом принадлежит к пластам пресно- или солоноводных отложений, которые обычно служат основой наших лигнитов нижних миоценовых отложений. Что же касается Канипароллы, то здесь эта формация или полностью лежит или опирается на отложения морского происхождения; но эти отложения, как можно видеть на примере Альбачиава, относятся не к миоцену, а к эоцену, так как они содержат остатки хондритов, которые наиболее характерны для верхних эоценовых отложений или для моденского яруса. Что касается этих последних залежей лигнитов Канипароллы в нижней части долины Магры, то я абсолютно уверен, что они являются составной частью нашего нижнего миоценового (бормидиевого) яруса, так как если поначалу незначительное количество определенных г-ном Хиром растений было близким с некоторыми более молодыми отложениям (как, например, отложениям Монтайоне и Сенигаллия), то намного большее количество филлитов, которые позже были собраны г-ном Капеллини и также определены г-ном Хиром (информация об этом была опубликована в замечательной работе профессора Капеллини), доказывает, что флора этого региона больше соответствует флоре Кадибоны и нижних миоценовых отложений, чем растительности, содержащейся в гипсах Гуарене, Сенигаллии, Страделлы, а также в отложениях Монтайоне в Тоскане, которые принадлежат к более молодому ярусу. Исходя из этого можно с уверенностью утверждать, что в действительности отдельные расположенные под наклоном участки пластов молассы и конгломератов нижней части долины Магры, которые содержат лигниты и многочисленные отпечатки растений и раковин пресноводных моллюсков, принадлежат (как Кадибона, Стелла и Баньяско) к нижней озерной части бормидиевого яруса или к нижним миоценовым отложениям.

Выше я уже говорил о моем предположении, что нуммулитовые отложения Виченцы следует относить скорее к нижним миоценовым, чем к эоценовым формированиям. Сейчас все сомнения по этому поводу практически рассеялись и я все с большей и большей уверенностью могу утверждать, что эти отложения являются миоценовыми, в чем можно убедиться лишь просмотрев предоставленный г-ном Мишелотти каталог миоценовых ископаемых остатков, в котором можно видеть, что огромное количество ископаемых из Кастельгомберто, Монтеккьо и т.д. относится к миоцену и полностью подтверждает идею, защитником которой я выступал в 1847 г. и которая говорит, что эти отложения являются более молодыми по сравнению с древней нуммулитовой зоной Альп (в то время как геологический отдел конгресса в Венеции принялся бегло изучать долины Агно, Онте и окрестности Кастельгомберто).

Можно даже добавить, что не только верхняя часть нуммулитовых отложений Виченцы относится к миоцену, но также, возможно, и их нижняя восточная часть, так как если бы эта нижняя часть в действительности относилась к эоцену, а не к нижнему миоцену, то в этом регионе имело бы место уничтожение двумя нуммулитовыми этажами обширной зоны флиша или фукоидных известняков. Эта зона, тем не менее, проявляется у расположенных ближе на запад подножий Альп (в направлении регионов Венеции и Милана). Она не является промежуточной между двумя нуммулитовыми ярусами, а лежит под нуммулитовыми известняками или брекчией, которые очень похожи на миоценовый конгломерат. Это хорошо заметно в Комаббио, где, как кажется, эти конгломераты лежат над мергельными известняками красноватого цвета, содержат хондриты близ Моросоло и где, скорее всего, можно видеть верхнюю нуммолитовую (или миоценовую) зону, а не образчики нуммулитовых залежей эоценового возраста. Это мнение помимо прочего основывается также и на физическом феномене, исходя из которого можно предположить, что все эти залежи, возможно, сформировались в одно время в пределах одного залива. В последствии этот залив заполнили плиоценовые отложения, а также отложения долины р. По.

Это отсутствие или, если хотите, уничтожение крупной массы флиша в районах Виченцы и Вероны, где если и существовала когда либо разница между верхними и нижними нуммулитовыми залежами, то впоследствии она исчезла и эти слои срослись вместе, наводит на мысль, что эти нуммулитовые залежи не представляют собой какое-то другое образование, но формируют единый ансамбль, который можно отнести к миоцену. Более того, растения рода Фукус (Fucus) находят часто и в больших количествах в залежах, которые прилегают к нуммулитам Виченцы и Вероны, даже в самых нижних из них. Но эти фукусы принадлежат к совсем другим типам и роду, чем хондриты. Они больше похожи на определенный тип водорослей и фукоид, которые были обнаружены в Гассино в миоценовых нуммулитовых залежах, что, как кажется, предоставило новое подтверждение предположению о сравнительно молодом возрасте нуммулитовых залежей Виченцы. Другим доказательством этому служит проведенное Александром Брогниаром исследование, когда он обнаружил присутствие или, скорее, соединение траппенских или базальтовых пород в центре известковых нуммулитовых залежей Виченцы и Вероны. Эти породы, как и самая большая часть серпентинов, с которыми они очень похожи, появляются из недр земли только в конце эоценового и в начале миоценового периодов.

Впрочем, я слишком увлекся в своем развитии идеи, что залежи Виченцы и Вероны скорее нижние миоценовые, чем эоценовые. Дело не в том, что я могу и хочу поддерживать лишь эту теорию, но я хотел бы предложить геологам, у которых есть возможность тщательно изучить эти регионы, посмотреть, существует ли достаточное количество данных, чтобы эту теорию можно было принять как достоверную и как минимум установить, которые из этих пластов в действительности являются эоценовыми и которые из них (как являющиеся верхними по отношению к лигнитам с присутствием остатков антрокотериумов и которые перемещаются вместе с ними) можно отнести к нижнему миоценовому ярусу, изучением которого мы до настоящего момента и занимались.

Второй миоценовый или лангский ярус
[править]

В области эоценовых отложений, расположенной под и, можно даже сказать, вне богатых на ископаемые остатки пластов, которые по всей видимости образовались в мелководном море, находятся значительные скопления залежей, которые, судя по отсутствию в них остатков жизненных форм и по малому размеру составляющих их частиц, сформировались на большой морской глубине и на значительном расстоянии от побережья. Точно так же и в миоценовых отложениях, расположенных на больших низлежащих скоплениях конгломератов и на некоторых богатых на ископаемые остатки песчаных породах, которые сформировались судя по всему в мелководном море, находится крупная и мощная серия пластов, которые состоят из мелких частиц и содержат незначительное количество ископаемых. Именно эта совокупность пластов составляет, по моему мнению, средний подраздел миоценовых отложений, который я буду называть лангским ярусом. Этот подраздел проявляется на значительном протяжении на высоких холмах под названием Ланге, которые в Бормиде пересекает верхняя часть долины р. Бельбо, а также в части холмов, расположенных вдоль течения рек Леммо и Серивия и на некоторых участках долин рек Куроне и Стаффора. Этот ярус также простирается в серии холмов, которые протянулись от Суперги до Казале и даже до Валанса и которые всегда характеризуются присутствием песчаных мергелей сероватого оттенка, определенных моласс того же цвета и нескольких довольно редких залежей местами офиолитного песка, которые расположены в виде разрозненных скоплений или масс полу-линзовидной формы и которые иногда переходят в состоящий из мелких частиц конгломерат. В этих мергелях практически полностью отсутствуют ископаемые остатки, а если там и находят какие-то из них, то только в тех местах, где эти мергели или молассы имеют вид слипшегося песка, что случается довольно часто. Остатки растений здесь встречаются довольно редко, тем не менее иногда можно видеть части лигнитов или поврежденной древоточцами битуминизированной древесины. Фауна этого яруса опять же очень напоминает фауну нижнего миоценового яруса, так как 130-140 ископаемых видов животных встречаются в обоих ярусах, а многие из этих видов имеют свои аналоги в миоценовых отложениях юга Франции, в особенности в районе Бордо. Остальная часть фауны лангского яруса в большинстве своем идентична фауне Туринского холма, где этот ярус имеет значительную протяженность, так как по моему мнению к нему можно отнести мощные массы песчанистого мергеля или молассы сероватого цвета, которые можно наблюдать от Вилла Детта Регина до Санта-Маргерита, а также залегающие между ними близ Эремо песчаные пласты, где было найдено наибольшее количество определяемых раковин, поскольку в мергелях, где также можно видеть значитольное их количество (особенно двустворчатых), они настолько повреждены, что их определение не представляется возможным.

Хотя и с большим сомнением но можно предположить, что в Туринском холме эта зона располагается на определенных низлежащих конгломератах, которые можно видеть на дне некоторых небольших долин неподалеку от устья рек, как, например, в долине, поднимающейся вдоль дороги на Кьери, а также в долине Рио-Салес. Эти коонгломераты не следует путать с галечником (даже если он представлен в большом объеме), который имеется в устьях тех же горных рек, но относится к дилювиальным отложениям. От вышеупомянутых мест эта масса песчанистого мергеля доходит до точки водораздела, которая с одной стороны спускается к реке По вниз по течению в сторону Турина, а с другой стороны к равнине Кьери. Немного дальше, на окружающих это ущелье возвышенностях, можно снова видеть конгломераты, лежащие здесь поверх крупных масс песчанистого мергеля, и молассы. Здесь эти породы по всей вероятности смешиваются с третьим верхним миоценовым ярусом, который можно лучше распознать в других местах.

Эта область моласс среднего миоценового яруса также очень хорошо развита в высоких холмах, расположенных на юге Кастаньето напротив Кивассо. Эти молассы с одной стороны протянулись в сторону небольшой долины Ривальба, а с другой в сторону долины Казальборгоне. По своему внешнему виду здесь они довольно таки однообразны и содержат мало ископаемых остатков; в Шольце же, где присутствует несколько залежей определенного песка или серпентинного конгломерата, они наоборот содержат большое количество таких остатков.

Но своего наибольшего развития этот этаж достигает в расположенных к северу от Чевы высоких холмах, а также в долине Бормиды в направлении Понти, Бистарьо и Акви (эта местность и называется Ланге). Эти холмы также расположены на значительной территории между Косцинелле и Кремолино, Бормидо и Ольбией, неподалеку от Овады и тянутся по долине Леммо от Вольтаджо до Гави. В долине Скривии к этому ярусу относятся мергели и молассы сероватого цвета, которые после отслоения от нижних миоценовых конгломератов тянутся от районов Ригоросо и Аркуата до подножий самых высоких холмов (а также к югу от них), где с одной стороны Скривии расположен замок Серравалле, а Мадонна дель Монте с другой. Эти холмы, как мы увидим, относятся к одному миоценовому ярусу, который расположен еще выше. Расположенные между Ригоросо и Серравалле молассы лангского яруса достигают значительной высоты возле первой из этих провинций, затем высота их снижается и они формируют крупный хребет, по которому проходит дорога из Серавалле на Гави.

В Кастино, между Бельбо и западной частью долины Бормиды, этот ярус достигает высоты по меньшей мере 534 м. В Косцинелле он поднимается на высоту около 382 м, а в районе реки Кальчинара близ Годьяско возле долины Стаффоры его высота составляет 682 м. Он должен достигать даже большей высоты близ Сант-Альбано и Пьетра-Гавина в ответвлениях Монте Пениче, расположенных между рекой Стаффора и одной из ее правых приток под названием Ницца.

Несмотря на то, что этот ярус из-за своей протяженности имеет большое значение, более детальных характеристик его самого и принадлежащей ему фауны я дать не могу. Причинами этого являются незначительное количество ископаемых остатков, что в особенности проявляется в некоторых его районах, и в особенности то, что в имеющихся коллекциях до сих пор не была проведена работа по точному определению относящихся к нижним миоценовым залежам видов с целью отделения их от тех, которые относятся к лежащим выше ярусам, что делает невозможным точное определение фауны рассматриваемого нами яруса. Тем не менее можно заметить, что значительное количество распространенных в низлежащих конгломератах раковин здесь не встречается. Их в этом ярусе заменяют другие, часть которых продолжает встречаться и дальше в лежащем выше ярусе, и даже еще выше в залежах, которые находятся в основании плиоцена. Этот факт служит доказательством тому, о чем мы уже говорили. Речь идет о существовании перехода от одного яруса к другому и о том, что фауна каждого яруса не вымирала внезапно и не была полностью и мгновенно замещена новой фауной. Жизненные формы же наоборот изменялись постепенно и последовательно, можно сказать прогрессивно. После вымирания или исчезновения одних видов или их форм на их место приходили новые. Такие изменения жизненных форм длились на протяжении долгого времени и были составной частью комплекса перемен, который скорее всего включал в себя общие климатические изменения. Сюда входили не только изменения уровня морского дна, но также перемены минерологического и физического планов как самого дна, так и формирующихся там отложений.

За пределами региона, границы которого я точно обозначил, я бы не смог с идеальной точностью определить места, где этот ярус может быть обнаружен. Тем не менее я считаю, что к нему можно отнести некоторые молассы, которые лежат в устье долины Чено в районе Таро, многие молассы, которые лежат на пути из Кастельново-не'-Монти в Реджо в Модене, а также те, которые лежат на пути от первых холмов Сассуоло до Пауло. Также сюда можно отнести молассы в долине Рено и большую часть этих пород, которые находятся в долине Ламоне. В Тоскане я бы не смог определить, какие из пластов относятся к этому горизонту, хотя можно предположить, что к нему принадлежат молассы, которые лежат над лигнитовыми конгломератами Монте-Маси. Вполне вероятно, что в Романьезе эти отложения тоже присутствуют, так как здесь имеются молассы и мергели, которые, находясь в основании других отложений, немного похожи на средние миоценовые молассы. Но невозможно точно определить, где они заканчиваются и где начинаются другие отложения, которые хотя и являются частично песчаными и мергельными, но принадлежат к лежащим выше ярусам.

Верхний миоценовый или серравалльский ярус
[править]

В верхней части лангского яруса можно видеть, что мергели сероватого цвета начинают перемежаться с более песчаными пластами желтоватого оттенка, которые имеют вид отложений, сформированных неподалеку от побережий мелководного моря. Именно начало этого чередования песчаных мергелей сероватого цвета и желтого песка я считаю нижней границей третьего подраздела миоценовых отложений, который относится к верхнему миоцену и который я буду называть серравалльским. Это название я даю по городу Серравалле, возле которого этот ярус хорошо заметен и где он формирует ряд высоких холмов, протянувшихся от этого города на восток и на запад и имеющих характерный вид и геологический состав. Расположенные под наклоном пласты этого яруса глубоко прорезает р. Скривия возле Серравелле, откуда ее течение продолжается по практически равнинной местности. Аглютинированные пески желтоватого цвета, которые поначалу перемежаются с серыми молассами, а ближе к вершинам достигают большой мощности и практически исключительно составляют верхнюю часть рассматриваемого нами яруса, практически полностью состоят из стекловидных кварцевых зерен. Тем не менее, здесь иногда, хотя и довольно редко, встречаются зерна серпентина и других подобных пород, цвет которых приближается к желтому из-за незначительных примесей оксида железа. Они спаяны между собой известковым цементом; в местах соединения произошло определенное вскипание пород, благодаря чему это соединение между ними является довольно таки прочным. Эту породу используют как строительный камень значительных размеров, который разрабатывают в особенности в Гави, но также и в других местах этих холмов. Эти аглютированные пески лежат в большинстве своем в виде довольно таки мощных залежей, в которых содержаться многочисленные фрагменты раковин, колоний полипов и игл морских ежей. В некоторых этих залежах имеются большие отпечатки изогнутой, скрученной формы, которые могли бы быть оставлены стволами крупных фукусов, но на самом деле являются, скорее всего, следами, которые возникли вследствие вихревых движений и перемещений морских волн на пляже из мелкого песка и на залежах, расположенных немного ниже уровня моря, так как у меня была возможность наблюдать как идентичные отпечатки формировались прямо на моих глазах на пляже из мелкого песка в порту Генуи, который находился всего на 3-4 шага ниже уровня моря. Что же до остального, то все указывает на то, что та часть моря, где проходил процесс отложения этих песков, была очень мелкой. В этих песках встречаются устрицы, некоторые морские гребешки, теребратулы, колонии полипов, серпулы, акульи зубы. Но эти ископаемые остатки имеют обычно характер фрагментов и поэтому их идентификация затруднена. Отложения этого яруса обычно имеют вид песчаного пляжа, на который морем были выброшены фрагменты живущих вблизи от побережья раковин. Я думаю, что в Серравалле, насколько это позволило состояние собранных мною образцов, мне удалось определить Terebratula vitrea и какой-то другой вид Terebratula (T. Miocenica?, Michelotti), который очень похож на первый, но имеет выгнутые створки. Иглы представителя семейства Echinus скорее всего принадлежат какому-то виду из рода Cidarites, а полипы представлены помимо прочих такими видами как Caryophyllia cyathus, Michelin, Myriopora trancata, Mich., Tethia simplex, Michelotti. С этими живыми организмами также встречаются фрагменты серпул, мелких устриц и некоторых небольших морских гребешков, которые сложно определить.

Относящиеся к этому ярусу залежы встречаются в данном регионе на значительном протяжении. Эти миоценовые пески протянулись к востоку от Серравалле по высоким холмам Мадонна дель Монте высотой до 462 м. Их можно видеть в районе замка Сорли, расположенного на высоте 593 м, на Монти Аджане и Сент-Виго высотой 625 и 654 м, расположенных к северу от Гарбаньи. Оттуда этот ярус пересекает долины рек Грю и Куроне и формирует гору Пенола высотой 646 м, которая расположена между реками Куроне и Стаффора. Хорошо заметные следы этого этажа находятся к востоку от Стаффоры в холмах, протянувшихся к Тидоне в ответвлениях Монте Пениче. Что же касается той части яруса, которая расположена к западу от Серравалле, то она также характеризуется значительной протяженностью, так как ее пески проходят через Гави, Пароди, а оттуда, через Монтальдео и Кастеллетто, по левому берегу Ольбы доходят до Рокка Гримальди. Дальше по левому берегу Бормиды они протягиваются до Орсеры, после чего проявляются между Алис и Акви на пути от Акви до Ницца-де-ла-Пай. От района Акви этот ярус тянется возможно и дальше, хотя распознать его затруднительно. Он, вероятно, доходит до Тинеллы откуда, отклоняясь к юго-западу, достигает некоторых расположенных между Дольяни и Мураццано песчаных холмов, которые, вполне возможно, принадлежат к этому ярусу.

Но помимо этой зоны, с протяженностью в несколько мириаметров, которая протянулась вдоль зоны низлежащих конгломератов и протянувшихся у северных подножий Апеннин срединных моласс, имеются также изолированные участки этого яруса в напрвлении Монте-Бьяджо близ Тортоне и на холмах, где ранее находилась крепость этого города. Здесь этот ярус является слегка мергельным с несколькими залежами серпентинного песка. В отложениях на горе Монте-Бьяджо можно обнаружить остатки устриц, акульих позвонков и зубов, в особенности принадлежащих виду Carchorodon megalodon. В действительности возникают сомнения по поводу того, принадлежит ли этот агглютинированный песчаный туф Монте-Бьяджо (точно как и в отношении этих пород на Терруджо, которые мы будем рассматривать позже) к этой зоне или же он относится к лежащей над гипсами другой песчаной зоне, которая с моей точки зрения является плиоценовой. Но я действительно считаю, что туф Монте-Бьяджо, как и туф Терруджо и Сан-Бартоломео, лежит ниже, а не выше гипсов этого района (как туф в Сан-Джермано), что этот туф является миоценовым и, таким образом, относится к серравалльскому ярусу.

Если посмотеть на запад за пределы Танаро, а именно по левую сторону этой реки, то можно видеть, что мыс, на котором расположены руины древней крепости Тортоне, образует в направлении вест-норд-вест одну линию с мысом Монте-Кастелло, который, так сказать, является крайней восточной точкой гряды холмов, протянувшихся от расположенного близ Турина холма Суперга до Валанса. Этот мыс идентичен по сотаву с холмом, на котором расположена крепость Тортоне, и можно считать, что он относится к серравалльскому ярусу.

От этой точки на Монте-Кастелло, следуя в направлении вышеупомянутых холмов, а именно на вест-норд-вест, можно заметить следы присутствия этого яруса во многих местах, как, например, в Виньяле, где имеются агглютинированные пески. Эти пески аналогичны имеющимся в Серравалле и содержат мергельные конкреции. В Сан-Бартоломео в Терруджо в самом низу лежит значительная масса этого тонкозернистого но не агглютинированного песка, затем идет мощный пласт, состоящий практически исключительно из известковой гальки крупного размера и более-менее сферической формы, которая произошла из песчаной части; еще выше опять же идет несколько пластов тонкозернистого более или менее агглютинированного песка и известняка, которые разрабатываются под названием туф и в которых содержатся остатки акульих зубов, принадлежащих таким видам как Oxyrhina hastalis, O. Plicatilis, O. Xiphodon, Sism., и устриц. Здесь также встречаются филлиты и фрагменты битуминизированной древесины. Среди устриц встречается один вид, который отдаленно напоминает O. Resicularis. Тем не менее этот вид имеет менее выгнутую форму и гладкую как мел раковину, исходя из чего можно сказать, что речь здесь идет о другом виде.

Эти залежы, расположенные как вверху, так и внизу, содержат как и в Серравалле иглы морских ежей и фрагменты колоний полипов. Отсюда и возникают упомянутые уже мной выше сомнения касательно того, что они являются частью расположенной неподалеку верхней гипсовой зоны Сан-Джермано. В процессе исследования этого района можно прийти к выводу, что они проходят скорее всего снизу и, следовательно, принадлежат к серравалльскому ярусу.

Я также считаю, что к этому ярусу следует отнести некоторые песчаные известняки беловатого цвета из района Оттильо, в которых содержатся плохо поддающиеся определению следы полипов, аналогичные найденным в Сан-Бартоломео, Терруджо и Монте-Бьяджо фрагменты устриц, а также один вид ракообразных из рода Balanus, который скорее всего является Balanus tintinnabulum, Brocch.

К этому этажу можно также скорее всего отнести содержащие многочисленные фрагменты раковин залежи иногда слегка серпентинного песка, которые находятся между Манкукко и Чинзано, а также расположенный еще дальше аналогичный пласт, в котором содержатся многочисленные серпулы, полностью разрушенные раковины, а также остатки колоний полипов, который можно видеть поблизости церкви Пино, если спускаться вдоль идущей из Турина в Кьери дороги.

Пласты этого яруса обычно все еще лежат под сильным наклоном. Этот наклон, хотя и менее значительный по сравнению с низлежащими залежами, тем не менее все еще более значительный в сравнении с последующими пластами, с которых, как мы увидим, по моему мнению начинаются плиоценовые отложения.

За пределами Пьемонта и долин Скривии и Бормиды мне удалось собрать слишком мало материала, чтобы можно было хоть с какой-то уверенностью утверждать, что в этих районах все еще проявляется наш ярус. Тем не менее я считаю, что к нему здесь можно отнести некоторые залежи спресованного песка в Рокка Дольгизио близ Пьянелло в Плезантине, некоторые расположенные в Табиано к западу от купален с тем же названием и лежащие под значительным наклоном залежи песка и аггломератов, а также лежащие под наклоном залежи той же природы в районе Амиано (в этом районе, как мы увидим, хорошо развиты последующие, а именно нижние плиоценовые, отложения). Еще дальше, в Модене и Болонье, хотя существование этого яруса в верхней части крупных масс присутствующих в этих регионах миоценовых отложений является очень вероятным, я не смог бы точно сказать, какие именно залежи следует к нему отнести. Если продвинуться еще дальше, например, в районы Чезены и Римини, несмотря на присутствие здесь огромных масс залежей, которые не только похожи на серравалльские, но и содержат идентичные ископаемые остатки (что приводит к желанию отнести их к нашему ярусу), тем не менее изучение положения аггломератов и песков в Соглиано, Пертикара, Сан-Лео и Сан-Марино указывает на то, что их следует классифицировать как верхние по отношению к некоторым гипсам и некоторым чередованиям морских и пресноводных отложений и относить к отложениям или лучше сказать к ярусу, который мы будем называть тортонским и который формирует основу плиоцена.

Что же касается южного склона Апеннин в Лигурии, то я знаю только одно единственное очень незначительное по размерам место, где можно с определенной долей вероятности предположить наличие этого яруса. К северу от города Коголето, в месте под названием Сербоаска, существует депрессия, которая протянулась с востока на запад от этого места до Аренцано и которая находится между маленькой боковой горной цепью и высокими серпентинными пиками центральной гряды Апеннин, протянувшейся вдоль побережья моря на незначительном расстоянии от него от Вораджине до Волтри. В этой депрессии формируются миоценовые отложения; вначале они представлены нижними конгломератами и нуммулитовыми молассами, за ними идут средние молассы и песчаные мергели, а над ними уже лежат аглютинированные пески желтоватого цвета, которые аналогичны пескам в Серравалле и как и они содержат трудно поддающиеся определению фрагменты колоний полипов, иглы морских ежей, крупные и мелкие устрицы, один вид которых близок к O. Flabellum, de Lamark. Все эти слои имеют характер сформировавшихся на мелководье песчаных отложений, что позволило мне предположить сходство этих залежей с серравальским ярусом.

Нижний плиоцен или тортонско-плезантинский ярус
[править]

С яруса, который мы будем рассматривать, начинаются с моей точки зрения плиоценовые отложения, низлежащую часть которых он и формирует. Этот ярус является одним из самых обширных и богатых на ископаемые остатки, так как его можно опознать не только вдоль северных подножий Апеннин, но и на их южных склонах, а также на большей части Тосканы и в Папском государстве. Именно из него происходит большинство раковин, описание которых дал Брокки, и именно он составляет большую часть субапеннинских низких холмов.

Когда в геологию по Лайелю были введены понятия эоцена, миоцена и плиоцена, то поначалу большую часть рассматриваемого нами яруса без колебаний отнесли к плиоцену. Немного позже было собрано достаточно большое количество находящихся в одной части этого этажа и в лежащих непосредственно над ним залежах ископаемых остатков и было установлено, что определенная часть этих остатков является характерной лишь для этого яруса, тогда как другие встречаются не только в нем, но и в миоценовых отложениях; третья же, незначительная часть этих остатков встречается как в этом ярусе, так и в залежах, которые рассматриваются как исключительно плиоценовые. После этого некоторые пьемонтские геологи решили отнести этот ярус к миоцену и классифицировать его как верхний миоцен. Но как в результате изучения в общем плане его фауны, так и при исследовании стратеграфического положения этого яруса и природы составляющих его пластов, я склонен считать, что он больше связан с подпирающими его залежами, а не с теми, которые лежат ниже. Таким образом я склонен полагать, что этот ярус или формирует основание плиоцена, или же относится к нижнему плиоцену. Я буду называет его тортонским ярусом и буду объединять его с плезантинским, который формирует здесь лишь подраздел или подъярус верхней части.

Образец этого тортонского яруса входит в состав холмов, лежащих к юго-востоку от Тортоне в направлении Сардиглиано, Санта-Агата и Сан-Алозио, а также холмов к северу от Старрано – деревни, замок которой предположительно стоит на окраине верхних миоценовых или серравалльских залежей. Что же касается плезантинского подъяруса в знаменитых холмах Кастелл’Аркуато, то в нем содержится большое количество раковин, идентичных найденным близ Тортоне, а также большое количество других, идентичных найденным близ Астезаны, что указывает на прямую связь с верхним плиоценовым ярусом или с морскими отложениями Астезаны, тогда как его положение и большое содержание ископаемых остатков больше сближают этот подъярус с тортонским, в котором содержатся пласты, характеристика которых дается именно по ископаемым остаткам. Эти пласты находятся близ Кастелл’Аркуато в направлении Бачедаско, где он непосредственно связан и лежит сразу под наиболее характерным для Плезантины отделом, а именно расположенными между Кастелл’Аркуато и Луганьяно мергелями.

Нижнюю часть тортонского яруса составляют мергели синеватого цвета, которые часто чередуются с тонкими слоями мергельной молассы синевато-серого цвета, которые иногда также встречаются посреди вышеупомянутых мергелей в виде гальки сплюснутой формы. Помимо них здесь также присутствует несколько поодиночных залежей гальки округлой формы, которая в основном представляет собой компактный известняк или серпентинные горные породы, иногда формирующие (как между Стаццано и Сардильяно) скорее не настоящие правильно расположенные залежы, а большие плиты. Именно в этих залежах встречается большое количество раковин, в особенности принадлежащих Anolax Inflata, а также улиток-конусов, таких как Conus antiqaus, Broce., C. Raristriatus, Bellardi, C. Ventricosus, Bronn, Buccinum gibbum, Brocc., Trochus patulus, Brocc., Turritella triplicata, Brocc., T. Imbricatara, Brocc., Voluta rarispina, Bellardi, Ranella marginata, Natica Helicina, Brocc., и других, а также возможно даже Cardita Jonanneti, Bast. Что же касается многочисленных полипов, в особенности принадлежащих к таким видам как Turbinolla и Stephanophyllia, то они обычно встречаются преимущественно в песчаных мергелях и молассах.

Над этими мергелями и молассами обычно образуется гипсовая формация, а во многих местах присутствуют также мощные залежи окатанной гальки и покрывающих ее песков. Именно с этими залежами часто соседствуют места чередования морских и содержащих раковины пресно- и солоноводных моллюсков пластов, с которыми соединяются небольшие залежи лигнитов и битуминизированной древесины. В Плезантине, и даже в Тортоне, в верхней части яруса часто встречаются комплексы из залежей крупнозернистого известняка или известковых агглютинированных песков, очень богатых на морские гребешки и теребратулы, такие как Pecten dubius и Terebratula ampulla, Brocc. Исключительным является тот факт, что эти известняковые залежы проявляются на обширной территории страны и не только в Тортоне, Монферрате, Плезантине и в определенной части Романьи, но также и на южных склонах Апеннин.

При изучении совокупности составляющих тортонский ярус и плезантинский подъярус пластов можно видеть, что часть этих отложений образовалась в преимущественно мелководном море. Вследствие последовательного и постепенного подъема из морских глубин эти пласты в конце концов сблизились и сформировали каменистый пляж, рядом с которым находились устья некоторых пресноводных рек. Эти реки принесли сюда пресноводные улитки Melanies, Melanopsis, Neritines и др. В непосредственной близости от них сформировались литторальные пресные и соленые пруды, как это происходит и сегодня на побережьях Средиземного моря, где вследствие некоторых колебательных движений на их дне могут формироваться то морские или солоноводные отложения, содержащие Cardium, Cerithium, Mytilus и Ostroes, то чередующиеся пресноводные отложения, содержащие Neritines и Melanopsis.

В остальном, как уже было сказано, я склоняюсь к мнению, что этот мощный ярус, который является одним из самых развитых из числа лежащих у подножий Апеннин, действительно формирует нижнюю часть плиоцена и именно с него нужно начинать отсчет плиоценовых отложений. На самом деле, если провести изучение совокупности находящихся здесь органических остатков, то помимо принадлежащих исключительно этому ярусу многочисленных видов, есть также определенное количество, которое встречается также и в типично миоценовых отложениях, таких как залежи Туринского холма. Но еще есть некоторые виды, которые также встречаются и в типично плиоценовых залежах, таких как отложения Асти. Есть также виды, которые являются общими и для миоценовых ярусов, и для тортонско-плезантинского, и для астинского (верхний плиоцен). В действительности, например, из перечисленных в каталоге г-на Юджина Сисмонды (являющегося одним из самых полных, что касается особых отложений Тортоны) приблизительно 137 ископаемых видов: 1) 67 встречается исключительно в этой местности, включая 7 характерных видов полипов, 3 вида двустворчатых и 57 видов одностворчатых моллюсков, из которых 7 или 8 видов пресноводных моллюсков происходят из мест чередования морских и флювиальных пластов; 2) как минимум 28 видов являются общими для этого тортонского этажа и для Астезаны; 3) 23 вида являются общими для Тортоны и для миоценовых отложений Туринского холма; 4) и в конце концов 23 вида являются общими для миоцена, для тортонского яруса и для Астезаны. Из этих цифр можно сделать вывод, что этот ярус судя по всему ближе к плиоцену, чем к миоцену. Это можно видеть, даже если принять во внимание только нижнюю характерную для этой местности часть этих тортонских пластов, не учитывая те массы отложений, которые находятся в Плезантине и которые, судя по связи с ним и по найденным в них ископаемым остаткам, всегда больше приближающимся к верхним плиоценовым, подтверждают предполагаемую мной близость тортонского яруса с основой плиоцена. Отделить эти пласты один от другого с целью присоединения одного из них к миоцену является невозможным.

Что же касается плезантинского подъяруса, который был выделен г-ном Майером и который я бы предпочел сохранить, хотя и просто как подраздел тортонского яруса, то я считаю, что он здесь формирует верхний подраздел и что он тесно связан с тортонским ярусом, так как многие из найденных в Кастелл’Аркуато раковин можно также видеть в холмах Тортоны. В районах Кастелл’Аркуато и Бачедаско, где также присутствуют примеры нижней части тортонского яруса (содержащие многочисленные Turbinolia и Stephanophyllia), можно видеть, что эта нижняя часть тортоны образует переход и соединяется с характерными для плезантинского яруса пластами, которые состоят в особенности, как я уже указывал выше, из голубых мергелей, встречающихся вдоль Арды, между Кастелл’Аркуато и Луганьяно. Эти залежи мергеля характеризуются большой мощностью и поднимаются в Монтеджоко на высоту 451 м. Так как в этом плезантинском подъярусе количество общих для него и для верхних плиоценовых отложений или для Альтезаны раковин все время увеличивается и так как его невозможно отделить от тортонского яруса, то появляется все больше причин, чтобы считать этот комплексный ярус подразделом плиоцена. Это можно в основном обосновать содержащимися в них общими ископаемыми остатками.

Количество присутствующих в расположенных к югу от Тортоны холмах (в направлении Санта-Агата и Сан-Алозио) видов одностворчатых моллюсков, которые я воспринимаю как общий фактор для плезантинского подъяруса и для истинной тортоны, достигает как минимум 37. Что же касается двустворчатых, то кажется, что их здесь значительно меньше, так как в районе Тортоны, а именно в Сан-Агато, было обнаружено лишь незначительное количество видов этих моллюсков. Это в основном были представители родов Nucules и Arca, а также несколько Cardium и Pecten, тогда как в пластах Кастелл’Аркуато их содержится довольно много.

Этих общих моллюсков в действительности не так уж много, но если вместо того, чтобы ограничиваться определенной местностью Санта-Агаты и Сан-Алозио, мы будем по каталогу г-на Сисмонды рассматривать как принадлежащие к тертонскому ярусу те раковины, место обитания которых определяется общим названием Пьемонт, то можно обнаружить, что количество общих видом намного увеличивается. Это количество возрастет даже больше, если к ископаемым остаткам Кастелл’Аркуато добавить те, которые перечисляются в каталоге Бронна как принадлежащие к пластам Бачедаско и Табиано. Эти пласты имеют характеристики, которые сближают их именно с настоящими тортонскими или с нижней частью тортонско-плезантинского комплекса.

Что же до раковин, которые согласно более полным каталогам (как, например, каталог Бронна) являются общими для отложений Плезантины и Астезаны, то их количество превышает 177. Но очень вероятно, что не все они принадлежат к настоящим плезантинскому и тортонскому подъярусам, а что часть из них просто происходит из верхних пластов Кастелл’Аркуато, а именно из тех из них, которые лежат ближе к вершинам Монте-Пульньяско и Диоло, где все указывает на то, что желтые и сероватые пески этой местности больше соответствуют верхним пескам Астезаны, в то время как раковины, принадлежащие связанному с тортонским плезантинскому подъярусу в действительности будут именно теми, которые можно обнаружить в примечательных залежах известняка (и под ними), которые от города Кастелл’Аркуато поднимаются на Монтеджоко над Луганьяно, а также в некоторых пластах, которые лежат сразу над ним и которые невозможно от него отделить.

Эти залежи известняка, готорые могут служить горизонтом для обозначения верхней границы плезантинского подъяруса и которые присутствуют не только в Кастелл’Аркуато, но также и во многих местах на холмах в Монферрате и в холмах Тортоны, характеризуются присутствием многочисленных морских гребешков, в особенности, как мы уже указывали, Pecten dubius, нескольких устриц и часто встречающихся Terebratula ampulla, Brocc. Именно эти известняки возле Тортоны в направлении Коста и Кастелленья покрывают гребни холмов и лежат над гипсовыми отложениями. Именно этот известняк в Монкальво (Монферрат), откуда он продолжается на запад в направлении Кравильо и на восток в сторону Грассано, покрывает мергели и гипс этой местности и, как кажеться, отделяет плезантинский ярус от астинского, который расположен над ним и бесспорно относится к плиоценовой части. Возле коммуны Грассано в этом известняке или, лучше сказать, в этом агглютинированном известковом песке, помимо Terebratula ampulla были найдены также другие примечательные теребратулы, такие как T. Bipartita, T. caput serpentis, а также один вид сердцевидных морских ежей и многочисленные мелкие морские гребешки.

После этого отступления для рассмотрения известковых залежей, которые как мы считаем могут являться верхней границей плезантинского яруса, если мы вернемся к изучению соотношения общих для этого и для астинского ярусов ископаемых остатков, то даже на основании вывода, сделанного по определенному количеству раковин, вероятно принадлежащих исключительно к лежащим выше известковым слоям, это соотношение является достаточно большим, чтобы послужить в поддержку мнения, что комплекс тортонско-плезантинского яруса относится скорее к плиоцену, чем к миоцену.

В действительности, сделанный нами ранее на основании изучения каталогов г-на Сисмонды и г-на Бронна вывод будет немного спорным, если мы будем исходить из работы (или каталога) г-на Мишелотти под названием «Миоценовая фауна высокой Италии», где соотношения между исключительными видами, а также видами, общими для Астезаны и Тортоны, общими для Тортоны и миоцена Турина и в конце концов общими для всех трех ярусов являются немного другими. Если оттталкиваться от этого труда, то кажется, что общих для Астезаны и Тортоны раковин имеется намного меньше, чем если судить по каталогам г-на Сисмонды и г-на Бронна. В действительности, из 205 видов беспозвоночных, которые согласно г-ну Мишелотти были найдены в Тортоне, 120 встречаются исключительно в этом районе Италии. Следовательно, их нельзя учитывать при выведении баланса. 14 видов являются общими для трех подразделов (Туринский холм, Тортона и Асти), 54 вида являются общими для Тортоны и Турина и лишь 17 встречаются только в Асти и Тортоне. Такие сомнения могут конечно же возникать, если мы четко определяем общие для Тортоны и Астезаны виды (как это часто можно видеть в каталогах по близлежащим к Тортоне районам и т.д.). Тем не менее нужно учитывать, что сравнение ископаемых остатков Тортоны с остатками из районов Асти в этих каталогах было сделано на основании верхних желтых песков Астезаны, тогда как ископаемым остаткам в составе мергелей было уделено мало внимания. В Тортоне же именно мергели были изучены особенно детально. Отсюда следует, что если рассматривать как астинские ископаемые остатки, содержащиеся в голубых мергелях, которые лежат непосредственно под желтыми песками в принадлежащем к тому же подразделу плиоцена районе Асти, то соотношение общих для астинского и для комплексного тортонско-плезантинского яруса видов сильно бы возросло по сравнению с тем, которое можно сделать на основании каталога г-на Мишелотти. Таким образом, сделанные на основании каталога этого специалиста выводы абсолютно не противоречат тем, которые мы сделали, основываясь на каталогах г-на Сисмонды и г-на Бронна. Кроме того я склоняюсь к мнению, что по большей части эти выводы лишь кажутся противоречивыми, так как среди перечисленных г-ном Мишелотти тортонских раковин некоторые могли быть найдены в районах Баванторе, Варго и Стаццано, близ которых этот натуралист проводил их сбор. Эти районы лежат на верхних миоценовых или серравалльских отложениях, где без сомнения встречается намного больше ископаемых остатков, являющихся общими с миоценовыми отложениями Туринского холма. Исходя из этой информации возникают сомнения касательно конечных сравнительных результатов, сделанных на основании каталога этого натуралиста, которые противоречат результатам, выведенным на основании каталогов г-на Сисмонды и г-на Бронна.

Помимо сделанных нами на основании палеонтологических данных выводов, которые служат для разделения комплексного тортонско-плезантинского и серравальского (являющегося крайней границей миоцена) ярусов, в этом вопросе мы можем также полагаться на стратиграфические данные, а кроме того на выводы, сделанные исходя из изменений характера и положения в пространстве основы, на которой произошло формирование новых отложений (на эти факторы мы уже частично ссылались).

В действительности, как мы уже отмечали, пласты этих тортонских отложений лежат с меньшим наклоном по сравнению с серравалльскими и в них уже произошли изменения их свойств, что без сомнения сближает эти пласты с плиоценовыми мергелями. Более того, последние серравалльские пласты (верхний миоцен) без сомнения представляют собой береговой песок с большим количеством обломков раковин, полипов и иглокожих, тогда как первые тортонские пласты представлены мергелями и тонкозернистыми молассами, что указывает на дно более глубокого моря как на место их формирования. Здесь тоже можно видеть полипы, но они совершенно другие. В тортонском ярусе преимущественно встречаются Turbinolia, Flabellum и Stephanophyllia, являющиеся поодиночными полипами, тогда как в миоцене доминируют полипы агломерированные. Мергели и молассы мелководного моря понемногу изменяются по характеру из-за очередного повышения и переходят в песок и галечник пляжа, где располагались устья небольших потоков, принесших сюда пресноводные улитки и филлиты, которые можно видеть в составе гипсов, в перемежающихся с ними мергелях и в лежащих сверху песках. Эта совокупность феноменов и изменений указывает, что после формирования серравалльских отложений сначало произошло снижение уровня морского дня, всед за которым произошло последовательное повышение, в результате чего пласты формировались на побережье моря, но этот процесс происходил посредством образования пресноводных отложений. Эта совокупность фактов указывает, что начало формирования и продолжение происходили в разные периоды. Более того, флора гипсовых пластов этого яруса отличается от флоры, которую можно найти в молассах основы миоцена и указывает на немного менее жаркий климат. Также и фауна этого яруса представляет собой совокупность видов, живших при других климатических условиях, в сравнении с фауной истинного миоцена, что в совокупности со всеми приведенными выше заключениями подтверждает вышеприведенное мнение, согласно которому комплексный тортонско-плезантинский ярус следует отделить от серравалльского или верхнего миоценового и отнести предпочтительно к основе плиоценовых отложений, нижнюю часть которых он и формирует. Таким образом, как с бормидиевого яруса с его лигнитами, полипами и особой флорой начинается снизу миоцен, точно так же тортонско-плезантинский ярус с его поодиночными полипами, содержащими филлиты гипсовыми пластами, содержащими раковины пресноводных или эстуарных моллюсков залежами лигнитов, с его мергелями, богатыми на раковины таких моллюсков как Fusus, Pleurotomus, Columbella и Thlara, с его остатками китов-полосатиков и дельфинов, формирует основание плиоцена.

После как можно более точного определения геологического положения примечательных, содержащих ископаемые органические остатки пластов Тортоны и Плезантины мне остается лишь рассмотреть, какие пласты в других районах Апеннин и за их пределами можно отнести к этому горизонту. Я считаю, что примеры этого яруса можно видеть в составе многочисленных холмов, которые расположены близ купален Табиано. Эти холмы состоят из мергелей и моласс, которые идентичны этим породам в Сан-Агато и содержат большое количество таких же полипов, относящихся помимо прочих к таким видам как Stephanophyllia elegans, Flabellum avlenla, Turbinolia multiserialis; также здесь можно видеть примечательный вид Marginella avis caprina Guidotti. От Таббиано эти мергели с несколькими залежами галечника продолжаются в направлении Амиано, где имеются значительные залежи нефти и где я нашел Chama artictina de Brocchi. Отсюда они переходят в Сент-Андре в Таро, где имеются некоторые раковины, идентичные присутствующим в Тортоне и Плезантине. Эти пласты также проявляются справа от Таро в направлении долин Пароны и Энцы, но эти места я сам еще не посещал. Один примечательный район, где затем проявляются эти отложения с характерными для них чередованиями пресноводных и морских пластов, расположен в долине Трезинаро. Об этом районе я упоминал в заметке о многочисленных профилях Апеннин, опубликованной в томе XIX бюллетеня Общества. В этом районе Сан-Валентино над молассами, которые без сомнений относятся к миоцену, имеются крупные залежы мергелей голубоватого цвета, которые иногда являются немного песчаными. В центре этих пород происходит чередование нескольких слоев жирных мергелей беловатого цвета с некоторыми галечниками. В этих залежах можно видеть неритины как минимум двух видов, которые вероятно являются Neritina pisum, Bonelli и Neritina fluviatilis(?) и которые встречаются также в Сан-Агато, мелании, такие как Melania stricta, Brocc и Melania semiplicata, Bonelli, а также меланопсисы – редкий Melanopsis buccinoidea и один более часто встречающийся, который идентичен Melanopsis martiniana, но меньшего размера. С раковинами этих пресно- и солоноводных моллюсков встречаются фрагменты Cardium, которые могут принадлежать Cardium rusticum или Cardium edule. В Сан-Валентино над этими мергелями лежит масса песка желтоватого цвета, в котором содержится большое количество раковин Плезантины или Кастелл’Аркуато.

Эта зона тортонско-плезантинских отложений со своими гипсами проходит до Виньолы и оттуда справа от Панаро в холмы, расположенные между Самоджия и Ловино. Именно в этих пластах, если быть точным, то близ Сан-Лоренцо, г-н Капеллини недавно обнаружил интересные остатки Delphinus Brocchii и одного кита-полосатика, которые можно также обнаружить в Кастелл’Аркуато в аналогичном месте и в пластах, являющихся идентичными тем, которые этот автор указал как типичные для района Болоньи. Возле этого города и в протянувшихся к югу, между Рено и Савеной, холмах лежат гипсы, над которыми находяться многочисленные чередующиеся слои. Это можно наблюдать между Саббионе и Пьев-дель-Пино, где происходит чередование мергелей и песков желтоватого цвета, которые содержат помимо прочего раковины таких моллюсков, как Columbells thyara, Bellardi, Pleurotoma dimidiata, Brocc., P. Turricula, Brocc., Solarium pseudoperspectivum, Brocc., Marginella buccinea, Br., Notica helicina, Br., Corbula gibba, раковины которых часто встречаются и в Плезантине.

Этот же ярус, в особенности известняк с морскими гребешками, на который мы уже указывали в районах Кастелл’Аркуато, проявляется в виде гипсов во множестве мест в конце долины между Болоньей и Янзой и проявляется в виде довольно таки крупных масс в месте выхода долины Монтоне близ Кастрокаро и неподалеку от Форли. В действительности, неподалеку и можно даже сказать совсем близко от этого большого города кажется, что этот известняк покрывает мергели и содержит многочисленные морские гребешки, такие как Pecten dubius, а также остатки Terebratula ampulla, что является характерным признаком известняка Кастелл’Аркуато. Его в свою очередь перекрывают другие более молодые мергели и пески, так же как это происходит между Форлимпополи и Чезеной, где их пересекает большая дорога вблизи Капоколле или Монте-Спаккато и где непосредственно сверху над ними лежат мергели голубоватого цвета, содержащие многочисленные раковины, принадлежащие таким моллюскам как Arca antiquata, Brocc., Venus rugosa, Brocc., Venericardia pectinata, Brocc., Rostellaria pes pelicani, Brocc., Columbella (?) Murex subulatus, Brocchi, Natica canrena, Brocc., Fusus clavatus, Brocc., Flabellum avicula, денталиумы, а токже другим многочисленным моллюскам, времени на определение которых я не нашел.

Но с моей точки зрения этот тортонский ярус является наиболее мощным и проявляется со всеми своими особенностями, благодаря которым его изучение и представляет особый интерес, в регионе по правому берегу Савио до реки Чезена и в направлении реки Мареччия и дальше за этой рекой. В этом регионе расположены горы Пертикары, Сан-Лео и Сан-Марино, имеющие величественный вид и относящиеся с моей точки зрения к этому сравнительно молодому ярусу. Эти горы заслуживают детального изучения, так как в их низлежащих пластах находится большое количество серы, широкая разработка которой принесла известность районам Чезены и Римини. До поездки в эти регионы я считал, что разрабатываемая там сера происходит из скоплений слоистых глин, которые иногда, и даже довольно часто, встречаются во всех упомянутых мной складках на дне нескольких этих долин и даже в некоторых довольно низких холмах в виде отложений продолговатой эллипсоидной формы, которые были центром и линией подъемов. Но впоследствии у меня была возможность убедиться, что большая часть серы, как и большая часть гипсовых скоплений, происходит из пластов определенного часто модифицированного в известняк глинистого мергеля, который принадлежит к этим верхним отложениям (к слоистым глинам) и которому присущи все характерные черты тортонского яруса. Эти слои очень похожи на тортонский ярус, потому что они также в большинстве своем состоят из мергеля и глин, содержат залежи гипса, включают в себя многочисленные чередования речных и морских отложений с лигнитами и возвышаются над теми же конгломератами и песками, которые в регионе Албы как и в Морре, а также в регионах Тортоны и Вогеры как и в Сан-Алозио Годьяско и в Стассано, лежат сверху и частично перемежаются с гипсовыми формациями, также содержащими следы серы во многих этих районах.

Наиболее удивительным районом, в котором можно наблюдать это чередование залежей с раковинами морских и пресноводных моллюсков, является регион Сольяно, где были предприняты попытки разработать некоторые месторождения лигнитов. На дне находящейся к западу от этого города долины, которая борется с лежащей к востоку долиной (долина Узо) за славу быть тем самым древним Рубиконом, существует несколько (хотя и сомнительных) следов слоистых глин, а сверху начинаются глинистые мергели сероватого цвета со скоплениями гипса и следами сернокислой гидроокиси стронция. Еще выше находятся более-менее агглютинированные пески, над которыми лежат мергели, содержащие многочисленные остатки игольчатых улиток Cerites (Cerithium sulcatum, desh., C. Marginatum, Desh., C. Vulgatum), тортонских раковин и которые, как я сам видел, сопровождают залежи лигнитов, лажащие близ замка Козелле неподалеку от Монпелье. Затем располагаются многочисленные чередования песков и мелкозернистых конгломератов с залежами лигнитов. Несколько видов игольчатых улиток (как, например, sulcstum) даже с некоторыми устрицами можно чаще всего встретить в так называемом регионе Капаначьо в составе лигнитов, но самые многочисленные остатки принадлежат к родам Melanopsis (Melanopsis carinata(?) и др.), Dreissena или Mytilus, Unio или Anodonta. Присутствуют также некоторые сложноопределяемые живородки и неритины, а также мной была найдена Melania nitida, Lamk. Кроме того эти лигниты, а также и битуминизированные мергели, которые служат ложем и покрывают сверху эти лигниты, покрыты многочисленными оттисками плохоопределяемых раковин, хотя я и уверен, что они принадлежат к катушкам (Planorbes). В этом месте я также видел несколько оттисков, предположительно оставленных представителями рода Ancylus. Над этими чередованиями песков, конгломератов и лигнитов, которые в Капаначьо представлены в виде двух довольно мощных слоев и которые уже пытались разрабатывать, лежит довольно мощная масса мергельной глины сероватого цвета, содержащей поодиночные морские раковины. Эта глина поднимается в той же Сольяно над мощной массой затвердевших известковых песков желтоватого цвета и формирует определенный тип известковой молассы, которую разрабатывают для строительных нужд. Эти молассы содержат многочисленные отпечатки морских раковин, среди которых я видел Pyrula ficoides, Brocc., Perna maxillata, один вид Panopoea, который напоминает Panopoea Faujasii, один вид Cardium, вероятно C. Ablongum, Brocc., а также большое количество других раковин, принадлежащих к плиоценовым отложениям; среди них встречаются Schizaster canaliferus (по Ю. Сисмонда) и многочисленные зубы рыб. В этом районе я собрал зубы, которые я приписываю Sphoerodus cinctus, Ag., а также другим видам, которые близки к Lamna cuspidata (согласно тому же автору). В этих молассах также содержаться многочисленные следы филлитов, аналогичные тем, которые присутствуют в гипсе в Сенигаллии, и среди прочих по данным того же автора Celastrus Pardinos, Massalongo и Juglans Ginanii. Эта масса затвердевшего известкового песка, которая венчает близ замка Сольяно под названием Массо принадлежащую тортонскому ярусу глинисто-гипсовую формацию, проявляется во многих местах (иногда принимая вид конгломерата средней зернистости) в районе, расположенном между Савио, Мареччия и Конка. Именно он образует живописные горы Бельведере и Скортиката, горы Пертикаре, Сан-Лео и Сан-Марине (последние поднимаются на высоту 767 м над уровнем моря). Повсюду он проявляется в виде многочисленных мощных пластов затвердевшего песка, которые объединяются с когломератами и покрывает мощные слои глин и глинистых мергелей, насыщенного серой известняка и гипса. Этот песок по большей части морского происхождения, так как содержит раковины морских улиток, зубы акул и много известковой конгломератной гальки, которая здесь часто перфорирована червями-камнеточцами. Им заканчивается чередование мергелей, песков и глин, одна часть которого образовалась в море, тогда как другая отложилась в солено- или даже пресноводном водоеме, так как, например, в серном карьере в Монтевеккьо пропитанный этим минаралом известняк лежит рядом со слоями гипса и одного мергеля с примесями Cypris, а над ними опять лежат мощные пласты мергеля с морскими раковинами и пески со следами лигнитов – чередования, которые многократно повторяются и которые можно видеть на дороге из Сольяно в Пертикару проезжая через Стригару, Монтеджелли и Ронтаньяно. Вдоль этой дороги можно наблюдать более молодую последовательность пластов этих мергелей и песков наклоняющихся в юго-западном направлении, а именно в направлении центральной гряды Апеннин аж до большого массива Монти-Гранзассо и Монти-Пинчио, возвышающегося над деревней Пертикара, ниже которой происходит изменение угла наклона пластов, так как залежи гипса, мергелей и насыщенного серой известняка, образующие низлежащую часть формации, здесь наклоняются на северо-восток. Эти залежи налегают на горы ценральной гряды, а это позволяет предположить, что разрабатываемый в Монтевеккьо и Форминьяно насыщенный серой известняк, который лежит под наклоном на юго-запад, является тем же самым, что и лежащий под наклоном на северо-восток известняк Пертикары и Мараццано, и что эта выгнутая в форме лодки залежь была покрыта крупными массами мергелей, гипсов и песка, которые мы пересекаем, если следуем из Монтевеккьо в Пертикару. Эта последовательность пластов встречается очень часто во всем регионе, где более древние залежи формации обычно выпрямляются и показываются на поверхности своими вершинами в направлении Адриатики; эти слои сначала изгибаются в сторону центральной гряды, чтобы затем изогнуться вверх, налегая на эти горы. В этом случае самая молодая часть этой формации оычно оказывается довольно далеко от побережья - примерно на одной трети расстояния от него до вершин центральной гряды. Именно таким манером массив спрессованных песков формирует в Сан-Марино гору с крутыми склонами, на вершине который и расположен сам город, спускается своими крутыми уступами к Адриатическому морю и демонстрирует угол наклона своих пластов в направлении центральной гряды. Если мы направимся в этот город из Римини (то-есть от Адриатического моря), то после того, как мы покинем территории молодых плиоценовых отложений, покрывающих самые живописные холмы, мы пересекаем пласты гипсовых мергелей с несколькими залежами насыщенного серой известняка (которые пытаются разрабатывать в Фаэтано и в Монджардино) в направлении их залегания и прибываем в Борго, где видим перед собой крутую стену, на вершине которой располагается три башни расположенного на западных склонах этой горы города. Мергели и глины проходят под этой горой, которую составляют расположенные под сильным наклоном на юго-запад пласты конгломератов, известняка и спрессованного песка, которые характеризуются большим количеством ископаемых остатков. Эти остатки были обнаружены в Массо-де-Соглиано и представляют собой зубы, принадлежащие Lamna cuspidata, Agass., Sphoerodus cinctus, Ag., Oxyrhina xiphodon, Agass., морские гребешки и одну крупную теребратулу, которая имеет две выраженные более чем обычно складки и по всей видимости представляет собой ничто иное, как разновидность Terebratula ampulla, Brocc.

Если же наоборот приблизиться к городу с юго-запада, а именно со стороны Сан-Лео, то продвижение будет осуществляться по намного более пологим склонам, так как в этом случае мы следуем по поверхности слоев, лежащих под наклоном на юго-запад, а верхние слои здесь лежат на намного более низкой высоте по сравнению с северо-восточной стороной. На дне протянувшегося у подножия горы и открывающегося в долину р. Мареччия оврага присутствуют мергели и глины, вероятно идентичные этим же породам близ Борго. Далее находится упавший скорее всего с какой-то вершины крупный массив конгломератов и молассы, а в стороне можно видеть очень похожий на субапеннинский мергель беловатого цвета, в котором я обнаружил Buccinum corniculum, Brocc., а также следы раковин других моллюсков, что очень напоминает тортонские и плезантинские мергели. Сверху лежит мощный слой конгломерата из щебня, в котором иногда присутствуют оставленные червями-камнеточцами отверстия, что очень похоже на верхние или чередующиеся с гипсами конгломераты Тортоны. Затем идет масса известковых аггломерированных песков, содержащих зубы акул и т.д. Эти пески формируют вершину горы, на которой построен город, и являются идеальным источником тесаного камня. Повсюду в этом регионе, как в Лео, так и в Ла-Рокка, снизу лежат гипсовые мергели, а сверху эта масса конгломерата и спрессованного песка, который иногда превращается в настоящий известняк. Я пока еще не посещал регионы, расположенные к югу от рассматриваемой территории в направлении Фано и Сенигаллии, но исходя из слов г-на Скарабелли, г-на Массолонго и других геологов, я убежден, что формирующие там гипсовую формацию отложения идентичны тем, которые я только что охарактеризовал, и что они относятся к огромной зоне тортонско- плезантинских отложений, которые можно проследить на северных склонах Апеннинских гор начиная от районов Мондови и вплоть до (и даже намного дальше) региона города Анконы. С моей точки зрения эти залежи формируют нижнюю часть плиоценовых отложений.

Этот примечательный ярус очень широко представлен на северных склонах гряды, формирующей основной хребет горной цепи полуострова и продолжает также проявляться на южных склонах той же гряды, а также в других местах по периметру Средиземного моря. Если мы для начала ограничимся лишь территорией Италии, то с моей точки зрения к этому горизонту следует отнести часто встречающиеся разрозненные участки молодых третичных отложений, которые можно видеть у истоков практически всех более-менее крупных долин, которые спускаются со стороны Лигурийских Апеннин к Средиземному морю начиная от районов Вентимильи, а именно от устья Ля Роха сразу за Генуей. Разрозненные участки мергелей повсеместно возвышаются над агглюитинированными песками, конгломератами (panchina), одним крупнозернистым известняком и содержат примечательныю фауну, которая их сильно сближает с комплексным тортонско-плезантинским ярусом. Среди прочих районов бассейн Альбенги является одним из самых протяженных и самых примечательных. Здесь над мергелями с богатым содержанием раковин, практически полный каталог которых был опубликован ныне покойным профессором Сасси в «Giornale Ligustico», формируются слои агглютинированного известкового песка, крупнозернистого известняка и конгломерата, которые характеризуются очень большой мощностью и содержат (в особенности пески и известняк) те же самые морские гребешки и Terebratula ampulla, являющиеся характерными признаками известняка крупнозернистой структуры, покрывающего мергели в Кастелл’Аркуато и Монкальво. Далее этот известняк венчает поднимающееся на высоту более 220 м плато, которое протянулось от окрестностей Финале до мыса Ноли. Здесь содержание мергелей практически сводится к нулю, но известняк, который иногда замещается конгломератом, набирает наоборот значительную мощность и лежит в виде практически горизонтальных пластов на расположенных вертикально слоях темного известняка, относящихся к лейасу или даже возможно к какой-то более древней формации. Этот третичный известняк наполнен морскими гребешками и имеет красновато-желтый цвет, что придает теплый оттенок и монументальный колорит зданиям, при постройке которых он применялся в виде тесаного камня (ворота Делла-Пила и Делла-Лантерна в Генуе). В нем также содержаться некоторые устрицы, зубы акул и я также видел следы скелетов, принадлежащих, вероятно, ламантинам, что можно также наблюдать в некоторых крупнозернистых известняках или агглютинированных песках в районе Монпелье, которые лежат на мергелях со следами лигнитов с теми же игольчатыми улитками, которые мы уже видели в составе лигнитов в Соглиано и которые также можно обнаружить в тортонских мергелях в Санта-Агата и Сардильяно близ Тортоны. Эти найденные в Монпелье остатки принадлежащих к семейству Sirenoides видов можно также обнаружить в Болонье в составе тех же залежей, которые входят в состав содержащих остатки китов-полосатиков и делфинов пластов, например, в Кастелл’Аркуато. Эти скелеты принадлежат скорее всего представителям рода Halytherium.

Ближе в сторону Генуи в бассейнах Савоны, Аренцано, Сестри, Генуи и Альбаро содержится много ископаемых остатков Плезантины и эти территории без сомнения относятся к плиоцену, тогда как на карте г-на Сисмонды они были окрашены как миоценовые. Лишь гору Портофино, небольшой участок близ Лерка и Сербоаско (неподалеку от Аренцано) и один нижний пласт конгломерата близ Альбаро можно охарактеризовать как миоценовые. Все остальные слои относятся к нижнему или среднему плиоцену, а именно являются тортонско-плезантинскими. В Альбаро, помимо часто встречающегося в мергелях этой эпохи Pecten pleuronectes, также встречаются многочисленные теребратулы, такие как Terebratula quadrata, Riss., T. Truncata, Riss., T. Soldaniana, Riss., что практически делает более молодым этот интересный участок третичных отложений, который является последним образчиком этой эпохи в Лигурии, так как лишь при достижении границ Тосканы и долины Арно можно обнаружить присутствие морских плиоценовых отложений. Нужно отметить, что гипсовая формация, настолько частая в третичных плиоценовых отложениях на северных склонах Апеннинских гор, на их южных склонах абсолютно не появляется. Чтобы обнаружить эти отложения, нужно прибыть в Тоскану, где они достигают значительной мощности.

Близ Кастеллино в долине Фино начинается гипсовая формация, которая по некоторым содержащимся в ней пресноводным ископаемым остаткам (например, Cypris) демонстрирует большое сходство с гипсами Романьи и Тортоны. В коммуне Вольтерра эта формация достигает своего развития и приобретает те же характеристики. Неподалеку от этого города она сначала покрыта крупными массами мергелей с плезантинскими раковинами, над которыми лежат агглютинированные пески, конгломераты и определенные известняки, которые венчают вершину холма высотой 580 м, где и расположен сам город. Эти породы по своей структуре и по определенным содержащимся в них ископаемым остаткам очень похожи на агглютинированные пески и известняки, покрывающие в Романье гипсовую формацию, а в Кастелл’Аркуато в Финоле плезантинские мергели. Эти комплексы известняков и агглютинированных песков также хорошо заметны в Монтайоне между долинами Эволы и Орто на высоте 370 м, где помимо раковин множественные найденные там филлиты свидетельствуют о родстве этих пород с агглютинированными песками Массо-де-Соглиано, а также указывают на близость флоры района Монтайоне с флорой, содержащейся в отложениях в Сенигаллии, которые представляют собой гипсовые отложения тортонского яруса.

Согласно собранным на сегодняшний день сведениям существует заметная разница между этой флорой Монтайоны и флорой других очень интересных отложений, находящихся в районе Сиены и являющихся довольно примечательными благодаря присутствию в них повторяющихся чередований морских и пресноводных отложений. Несмотря на вышеупомянутые различия и возникающие у меня сомнения, я склоняюсь к тому, чтобы также отнести эти последние к тортонско-плезантинскому ярусу – речь идет об ансамбле мергелей, песков и конгломератов, который можно видеть близ Сиены в долине Бозоне, а также в самих холмах, на которых расположен этот город. Флора этого региона, как и флора Монтайоны, были описаны г-ном Маркизом Строцци и г-ном Годином. Из 11 видов первого региона и из 26 второго, а именно Монтайоны, наберется едва ли 3 общих для этих двух регионов вида. Но если сравнивать их с другой примечательной, хотя и находящейся за пределами Италии знаменитой флорой Энзингена, то с Монтайоной там будет 11 общих видов, а с Сиеной и Бозоне 8. По моему мнению здесь речь идет об определенном сходстве этих флор, что дает нам право рассматривать их как относящиеся к одному периоду. Именно по этой причине я отношу пласты Бозоны, представляющие собой чередование залежей с морскими или солоноводными раковинами с залежами, содержащими раковины пресноводных моллюсков, к тортонско-плезантинскому ярусу. К нижней части этого яруса я бы тоже отнес формирующие гребень Санези крупные скопления морских мергелей, а к верхней (если нет, то к лежащей параллельно) – солоно- и пресноводные пласты, на которых стоит город Сиена, так как по моему мнению они лежат лишь немногим выше пластов Бозоны.

Известно, что некоторые районы гребня Санези богаты на раковины моллюсков. Согласно работе Брокки большое количество этих раковин (по крайней мере около сотни видов) является общим с залежами районов Пьяченцы, что позволяет объединить эти два региона в плезантинский подъярус. Эти глинистые мергели на вершинах гребня Санези оголяются и поверх них нет никаких других формаций или отложений. Если же продвигаться в сторону города Сиена как со стороны дороги на Рим, так и со стороны дороги, ведущей на Ареццо, то здесь эти породы уже начинают покрываться некоторыми более песчаными пластами различной окраски, что становится все более заметным по мере приближения к городу и к долине реки Альбио (практически поднимаясь по ней и продвигаясь через более древние пласты по направлению к более молодым). Когда основные (можно сказать фундаментальные) массы этих мергелей морского происхождения остаются позади, становятся снова видны пласты песка и конгломерата, чередующиеся с мергелями пресноводного происхождения, лигнитами и несколькими слоями мергелей морского происхождения, в которых были обнаружены (в ложбине Бозоны) описанные г-ном Годином и г-ном Маркизом Строцци растения, большая часть которых является общей с флорой Энзингена. Таким образом, связь этих пластов песка и чередующихся флювиально-морских мергелей и основной массой мергелей морского происхождения является настолько явной, что их просто невозможно разделить на два отдельных яруса или горизонта. Именно по этой причине я считаю, что вместо того, чтобы относить их к более молодой эпохе, а именно к астинскому ярусу, они все должны быть отнесены к плезантинскому подъярусу. Пласты Бозоны без сомнения относятся к этому плезантинскому ярусу, а также как минимум имеющиеся здесь пласты мергелей, конгломератов и песков как морского, так и пресноводного происхождения, которые многократно чередуясь, соревнуются между собой за формирование холмов, на которых и расположен город Сиена. Кажется, что пласты Бозоны практически точно воспроизведены в нижней части холмов Сиены, только здесь было обнаружено большее количество чередований в связи с наличием в этом районе более глубокого профиля и благодаря большей высоте холмов. В идентичности пластов Бозоны и нижних пластов Сиены можно такжуе убедиться двигаясь по дороге на Кьянтиджиана, где в месте выхода из города на дне трех оврагов (fosso di Malizia, fosso di Bolgione, Bozzone) можно повсеместно обнаружить те же самые мергели морского происхождения и чередования пластов пресноводного и морского происхождения. Эти же чередования, лежащие поверх мергелей морского происхождения близ прохода Фонте-Бранда, снова яроко выражены в овраге, который отделяется от находящегося ниже прохода Канцолья Лавато, сливается с другими и формирует долину Треза. Я конечно же не буду углубляться в детали касательно этого профиля, так как после того, что уже было сказано г-ном де Мортийе, г-ном Капеллини и мной, это будет звучать как повторение. Можно лишь добавить, что особенности это места свидетельствуют о том, что здесь чередования пластов морского и пресноводного происхождения могут быть даже более многочисленными, чем предполагается. Это свидетельствует о частом изменении уровня береговой линии моря, которое в свое время находилось на месте хребта Санези - в бассейне, который впоследствии заняли эоценовые горы Кьянти и вторичные горы Монте Магио. Район, где сейчас находится город Сиена, скорее всего не находился на большом расстоянии от края этого бассейна, центр и самая глубокая часть которого должно быть находились в точке, где составляющие хребет Санези крупные массы глинистых мергелей (mattajone) достигают своей максимальной мощности.

Я сделал излишне детальное описание этих районов Сиены с целью доказать, что существует большая аналогия между этими флювиально-морскими отложениями и теми, которые присутствуют в Тортоне и в коммуне Чизена. Следовательно, у нас есть некоторое право отнести их к тому же самому комплексному тортонско-плезантинскому ярусу. Это в действительности крайне оправданно и не только по результатам сравнения фауны, но и по флоре из разных районов этих областей, так как большое количество ископаемых остатков растений Бозоны можно также обнаружить в Сенигаллии, где в свою очередь имеется много остатков растений, являющихся общими с регионами Страделла и Гуарене, относящихся к гипсовой формации тортоны и которые лишь на первый взгляд кажуться лежащими ниже, но на самом деле относятся к тому же тортонско-плезантинскому ярусу, что и чередующиеся с мергелями пески региона Сиены.

Если собрать значительное количество растений и провести их сравнение, то на основании полученных результатов можно без малейших колебаний отнести к этому же ярусу низлежащую часть пластов озерного происхождения, которые заполняют верхнюю часть бассейна долины Арно. Эта долина отделена от морского залива Сиены и покрытых поочередно то морской, то пресной или соленой водой песчаных пляжей лишь состоящей из эоценовых твердых пород грядой Кьянти, где и произростали те растения, листья которых разносились с одной стороны в сторону озера долины Арно, а с другой – в залив Сиены. Хотя этих растений было и не так много, тем не менее благодаря им можно говорить о близости занимающих нижнюю часть бассейна синих и озерных пережжённых глин с пластами Бозоны и даже с пластами Сенигаллии, где присутствует огромное количество листьев, идентичных найденным в долине Арно.

Другой примечательный бассейн озерного происхождения, который, как кажется, имеет определенное сходство с верхней частью бассейна Арно, находится в долине реки Магра выше ущелья Санто-Стефано. Хотя мы и можем осмелиться сделать кое-какие предположения по поводу геологического положения этих нижних пластов, которые как и пласты долины Арно состоят из содержащих раковины пресноводных и наземных моллюсков глин голубоватого цвета и лигнитов, покрытых сверху галечником или конгломератами с остатками скелетов более молодого возраста, тем не менее по поводу их ничего более конкретного сказать невозможно. Однако я мог бы предположить, что эти нижние пласты лежат параллельно нижним пластам долины Арно, а точнее нижним плиоценовым отложениям, тогда как галечник и содержащие остатки скелетов Olivola пласты лежат, скорее всего, параллельно средним и верхним пластам той же долины Арно, а пласты озерного происхождения с лигнитами верхней части долины Магры, а именно Сарзанелло, Сан-Лазаро и Канипарола, отделенные от бассейнов рек Аулла и Оливола и от верхней долины Магра ущельем Сан-Стефано, относятся, как я уже упоминал выше, к миоцену и, вероятнее всего, к нижнему миоцену или к бормидиевому ярусу.

Я не буду продолжать рассмотрение отложений, которые можно отнести к этому тортонскому периоду, хотя вполне вероятно, что можно было бы установить сходство с ними многих мест вокруг Средиземного моря, где проявляются третичные отложения морского происхождения, что послужило бы доказательством их принадлежности к тортонско-плезантинскому ярусу. Я считаю, что к таким местам относятся многочисленные разрозненные участки в районе Монпелье, возле Нефиака и Баньолес, в Атлантических Пиренеях, а также некоторые отложения в Малаге. Но такое рассмотрение сделало бы слишком обширной данную работу. По той же причине я не буду уделять внимания тому факту, что эта тортонско-плезантинская зона северных склонов Апеннинских гор также имеет следы своего присутствия у южных подножий Альп. Здесь из-под огромных масс более поздних отложений (в особенности чередующихся) в Страмбино, Массерано, Лессона, в долине Дуджо и в Индуно неподалеку от Варесе выходят на поверхность глинистые мергели и содержащие ископаемые остатки конгломераты, которые возможно указывают на то, что эти территории могут относиться к плезантинским или тортонским отложениям, так же как и территории по другую сторону древнего залива, где сегодня находится долина реки По.

Астинский ярус
[править]

Сомнения по поводу принадлежности к плиоцену помещенных мной в тортонско-плезантинский ярус пластов Тортоны и Кастелл’Аркуато больше не возникают, когда мы начинаем классификацию серии песчано-мергельных и особенно песчаных пластов, которые можно видеть на спуске Апеннинских гор и которые занимают самую нижнюю часть долины Танаро и образуют низкие холмы, расположенные по течению этой реки и ее многочисленных приток в районах Асти д’Анноне, Сан-Дамиано и т.д. С моей точки зрения эти пласты составляют астинский ярус, являющийся самой последней и самой молодой формацией морского происхождения, образовавшейся в заливе, который занимал территирии, где сейчас находятся долины рек По и Танаро. Эти пласты являются примечательными благодаря своему составу, почти или идеально горизонтальному положению, по богатству содержащихся в них раковин, а также по обширности занимаемой ими территории. Они также представляют интерес, так как изучая их минералогическую природу и содержащуюся в них фауну можно прийти к очень интересным выводам касательно истории формирования занимаемой ими территории.

Несмотря на сложности, связанные с установлением точных границ этого яруса, а именно с определением того места, где снизу заканчивается плезантинский ярус и начинается астинский, а также невзирая на трудность определения границы лежащего выше и относящегося к плейстоцену яруса, тем не менее нижнюю границу можно логично провести по линии раздела, проходящей немного выше известняка с остатками Pecten dubius и Terebratula ampulla. Этот известняк, как мы уже видели, во многих местах лежит сверху тортонско-плезантинских слоев. Что же касается верхней границы, то линию раздела можно наметить под залежами галечника и песков и под многочисленными и достаточно мощными слоями мергелей, содержащих раковины пресноводных и наземных моллюсков, являющихся аналогами существующих сегодня видов, с речными наносами и скелетами толстокожих видов в некоторых районах Астезаны и в направлении Пьемонта. Здесь эти залежи расположены над массами желтых песков морского происхождения. С моей точки зрения в состав этого яруса входят мергели голубоватого цвета, песчаные мергели сероватого цвета и желтые пески, которые лежат под содержащими Pecten dubius известняками в Кастелл’Аркуато и Монкальво вплоть до речных наносов, мергелей и песков с раковинами пресноводных моллюсков, которые лежат над желтыми песками в направлении Виллафранка, на вершинах нескольких холмов в Астезане и на плато Пьемонта.

Представленный в этих границах, рассматриваемый нами этаж, как я уже упоминал, является в основном морского происхождения. Его фауна если и не является идентичной сегодняшней, то представляет собой начальный этап ее формирования, хотя в состав слоев и входит большое количество вымерших видов. Что же касается ныне живущих видов, то здесь содержаться те из них, которые сегодня живут за пределами Адриатического и Средиземного морей, что является отличительной чертой плиоценовой фауны. Из 464 найденных близ Асти видов ископаемых беспозвоночных животных 271 вид считается вымершим, а 193 вида (а именно 42 из каждой сотни) и на сегодняшний день обитают в различных морях. Из этих 193 видов 113 обитают в Средиземном и Адриатическом морях, 46 живут в Атлантическом океане и в расположенных вокруг Европы морях, 1 является обитателем Красного моря и 2 вида населяют воды Индийского океана. Что же касается оставшихся 79 видов, аналоги которых мы находим в отложениях Асти, то они не распространены в водах Средиземного моря. 16 из них населяют моря Европы (кроме Средиземного и Адриатического), 3 встречаются на марокканских побережьях, 3 в Сенегале, 12 видов населяют океанские просторы вокруг Америки, 2 живут в районе Антильских островов, 1 в Красном море, 22 в Индийском океане, 2 на Никобарских островах, 1 на Молуккских островах, 4 живут в Новой Голландии (Австралия), 1 обитает в южной части Атлантического океана, 1 в Северном Ледовитом океане, 2 в морях вокруг Британии и, в конце концов, 1 вид населяет воды Балтийского моря.

Как это хорошо заметно, эта фауна сильно отличается от существующей на сегодняшний день. Тем не менее, в ней уже просматриваются тенденции к приближению к настоящей фауне, хотя в то же время можно заметить, что в тот период, когда жили представленные в виде ископаемых остатков в астинском ярусе виды, на наших широтах царил такой климат, при котором процветали многие виды моллюсков, населяющие на сегодняшний день воды только самых теплых морей. Что же касается представителей северных морей, то здесь едва ли наберется 1 или 2 аналогичных им вида. Таким образом, это фауна теплых широт и если мы применим здесь так называемый закон сравнения фауны и флоры, то можно увидеть, что начиная с эпохи эоцена и вплоть до самых последних эпох в наших регионах происходило постепенное снижение температур с тенденцией к приближению к такому климату, который сегодня присутствует в нашей Италии и в южных регионах Европы, расположенных на берегах Средиземного моря. Этот закон имеет множество доказательств в свою пользу. Если мы будем изучать фауны, двигаясь от самых молодых ярусов к самым древним, то мы увидим, что при таком движении будет происходить последовательное увеличение количества видов и форм, которые характерны для теплых широт.

Судя по выбранному мной для этого яруса названию, он проявляется на самой большой протяженности в коммуне Асти, где достигает своей максимальной мощности. В действительности, составляющие этот этаж многочисленные пласты хорошо видны в разрезах по течениям рек Танаро и Борборе и их многочисленных небольших приток. Так в Анноне, как по левому, так и по правому берегу реки в нижних частях холмов можно видеть пласт песчаного мергеля сероватого цвета, в котором содержатся многочисленные мелкие Corbules (Corbula gibba(?)), пупочные улитки, денталиумы и Venus rugosu. Сверху лежит слой довольно выветрившихся песков желтоватого цвета, в котором содержаться многочисленные крупные морские гребешки и двустворчатые моллюски Pectoncles. Дальше сверху идет еще один слой намного более агрегированных желтых песков, которые в некоторых местах даже формируют валуны разной формы и довольно высокой плотности. В этом слое содержаться многочисленные морские гребешки, Panopoea Faujasii, пинны и т.д. Один слой той же природы, но содержащий вдобавок довольно большое количество формирующих практически целую залежь устриц (как это наблюдается на дне современных морей) проявляется на том же уровне во многих местах региона. Помимо прочих мест его можно наблюдать, например, в долине Виллафранка по направлению к Монтафии, где также имеется большое количество моллюсков Perna, и в холмах, которые отделяют долину реки Танаро от долины ее притоки Тиглиончио между Монтечелли и Анноне. Над этой залежью можно видеть другой слой песчаных мергелей желтоватого и красноватого цветов, который, скорее всего, принадлежит к более молодому ярусу, так как создается впечатление, что он переходит в делювиальный слой красноватого цвета или в плейстоценовый ярус с богатым содержанием кварцевого щебня, который покрывает сверху большую часть холмов данного региона и рядом с которым во многих местах Астезани были найдены многочисленные остатки видов толстокожих. Один слой более-менее агрегированных содержащих морские гребешки и устрицы песков, который, как кажется, лежит практически над астинским ярусом, является довольно таки мощным и проявляется в достаточно удаленных от рассмотренных нами территорий Асти местах. Так с одной стороны, этот слой можно видеть в холмах, расположенных между Камбьяно и Кьери в направлении Мадонна дела Скала, в западной части которых в ложбине Ровелласка в направлении Мадонна де Лорето можно также видеть нижние слои песков сероватого цвета, содержащие раковины астинского яруса. Здесь также может присутствовать даже несколько относящихся к плезантинскому подъярусу нижних слоев мергелей, так как если подняться немного вверх по этой ложбине, то можно увидеть несколько слоев немного серпентинных песков с большим количеством серпул и устриц, которые представляют собой продолжение серравалльских песков Пино. Эти пески на значительной высоте над уровнем моря покрыты лежащими горизонтально слоями песчаного мергеля желтоватого цвета и мергельных песков с моллюсками Pupa, Helix и другими аналогами существующих сегодня видов. Эти слои, скорее всего, входят в состав какой-то части более молодых отложений, которые мы рассмотрим позже. Точно так же этот верхний слой астинских агрегированных песков достигает большой мощности и проявляется близ Коссано и Виллальверния в районе Тортоны. Близ городка Виллальверния существует очень интересный разрез, в нижней части которого на уровне Рите и Скривии можно видеть, что сначала идут некоторые мергели, затем расположены богатые на раковины мергельные пески сероватого цвета, а потом лежит слой агрегированных песков с залежами устриц, морских гребешков и т.д. На террасах, которые начинаются у замка этого города и протягиваются на значительное расстояние в направлении расположенных по правому берегу Скривии холмов, все эти слои покрыты крупной массой мергельных отложений красноватого цвета и хорошо сформированным галечником. В некоторых местах они также покрыты или плейстоценовыми, или делювиальными отложениями данного региона, которые протянулись довольно далеко на восток, а именно в сторону Вольпедо и Кастеджо. Кажется, что астинский ярус сюда тоже доходит, так как составляющие его слои могут быть представлены в песках сероватого цвета и в желтых ракушечных песках в Волпедо и в содержащих морские гребешки и устрицы агрегированных песках в некоторых холмах на востоке от Тортоны, близ Кастелларо и в районе Вигуццоло.

Перечисление всех мест в Италии, где можно предположить или даже констатировать существование астинского яруса, заняло бы слишком много времени. Таким образом, я ограничусь лишь упоминанием наружных холмов третичной группы этих геологических образований в Кастелл’Аркуато в Плезантине, а именно мергельных песков сероватого цвета, а также местами выветрившихся, а местами представленных в виде гальки песков желтоватого цвета, которые можно видеть в холмах, расположенных ниже по течению реки Кьеро и в особенности вдоль рек Кьявенна и Онжина к северу и северо-востоку от Кастелл’Аркуато, где можно обнаружить большое количество тех же раковин, которые имеются в пластах в Астезане и где также, как и в долине Танаро, можно видеть, как эти верхние пески располагаются сразу то под пластами песчаных мергелей желтого или крсноватого цветов, то под каменистыми пластами, иногда даже переходя в них. В этих пластах были обнаружены скелеты, принадлежащие толстокожим животным. Согласно некоторым данным в Плезантине на этих скелетах иногда даже имелись приросшие к ним устрицы.

Что же касается южных или средиземноморских склонов Апеннинских гор, то нет никаких сомнений, что астинский ярус представлен несколькими залежами в Тоскане, в песчаных холмах, расположенных в конце долин рек Эра и Эвола, например, на территории виллы Орландини, или в центре выветренных желтых песков, в которых имеются многочисленные остатки Panopoea Faujasii, а также в конце этих долин, где желтые пески лежат ниже мергельно-песчаных пластов. Как и в Рольта, эти пласты относятся к плейстоценовым отложениям, в которых в Мантопполи были обнаружены скелеты, принадлежащие представителям рода Мастодонты.

Несмотря на то, что, по моему мнению, большая часть отложений района Сиены относится скорее к тортонско-плезантинским, тем не менее, я бы не осмелился утверждать, что в самой верхней части здесь не присутствует несколько слоев, которые предпочтительнее было бы определить как астинские, хотя и немного модифицированные из-за местных условий. Это свидетельствует, что в этом районе в конце плиоценового периода существовала тенденция к многочисленным колебаниям уровня морского дна, из-за чего некоторые участки были лишь слегка покрыты водой, а некоторые лишь немного приподнимались над поверхностью. Как следствие, здесь присутствуют то отложения полностью морского происхождения, то эстуарного или смешанного с присутствием раковин морских и солоноводных моллюсков. Эти территории со временем, а именно сразу в последующий за плиоценом период, превратились в настоящие озера. Таким образом, в Сиене, а именно в той части, которая лежит над песками, присутствует слой с моллюсками-трудовиками, что указывает на озерное отложение эпохи плейстоцена. Неподалеку от этого места, между Селле и Поджибонси в долинах Эльсы и Стаггии, лежат знаменитые озерные отложения известкового туфа и известняка, в которых содержаться неритины, трудовики и т.д., описание которых сделал г-н Брогниар. Эти отложения лежат на пластах морского происхождения, которые скорее всего относятся к астинскому ярусу. Я также склоняюсь к тому, чтобы отнести к этому этажу примечательные залежи желтого песка с богатым содержанием раковин, которые находятся по левую сторону реки Паглия напротив Орвието в месте слияния этой реки с ее крупным притоком Ардженто, который приносит воды с большей части Вальдикьяны (вода с другой части поступает в р. Арно). Эти песчаные пласты желтоватого цвета, а также мергели и пески сероватого цвета, с одной стороны Паглии (по правому берегу) и даже у города Орвьето покрыты мощными слоями вулканического пеперино, который образует большую часть территорий Больсене и Витербе и основная масса которого, после того как море покинуло как минимум большую часть этой территории, отложилась в крупных водоемах с вероятно пресной водой, что случилось уже после формирования астинского яруса. Все указывает на то, что эта формация пеперино или вулканического туфа в районе Витербе относится к плейстоценовому отделу и образовалась позже астинского яруса.

С другой стороны эти желтые пески в районе слияния рек Ардженто и Пагла, если подниматься вверх по первой из этих рек и продвигаться в направлении территорий Ареццо, покрыты пластами, которые являются еще более молодыми по сравнению с нижним плейстоценом, так как в них можно видеть большое количество скелетов, принадлежащих представителям таких родов как Equus, Bos и Cervus. Эти пласты болотного происхождения в верхней части долины Арно в свою очередь покрыты песчаными пластами, содержащими остатки Tetralophodon avernensis, которые можно сопоставить с плейстоценовыми отложениями, покрывающими в свою очередь другие пласты, частично состоящие из очень мелкозернистых конгломератов, а частично из песков. Этим последним пластам в верхней части долины Арно было присвоено название сансино. В особенности благодаря содержащимся в них филлитам и остаткам млекопитающих их можно без сомнений сопоставить с астинским ярусом, который также представлен в определенной части отложений, последовательно наполнявших различные озера продольных долин Апеннинских гор, в то время как море эпохи плиоцена все еще формировало восточные и западные склоны этих гор и образовывало свои заливы в промежутках этой горной цепи и вокруг нескольких возникающих перед ней островков.

В начале этой главы мы уже упоминали, что из 100 содержащихся в астинском ярусе моллюсков 42 имеют свои аналоги в современном животном мире. Если сравнить этот ярус с третичными отложениями большей части Сицилии, а именно в районе Агридженто, а также в районе Кастро-Джованни в Сиракузе, то в последних содержится намного больше ныне живущих видов моллюсков - более 70 на каждую сотню. Отсюда можно сделать вывод, что астинский ярус является немного более древним по сравнению с третичными отложениями, занимающими большую часть Сицилии и которые даже поднимаются к центру острова к Кастро-Джованни на значительную высоту. Исходя из этого можно также логично заключить, что в то время, когда море уже покинуло значительную часть долины По, как минимум территории плато Пьемонта, а также холмов Астезаны, коммуны Нови и районов Пьяченцы, оно все еще покрывало как минимум большую часть Сицилии. Это можно установить, так как большая часть составляющих этот остров отложений морского происхождения были сформированы в более молодую эпоху, когда животные формы уже больше приближались к представителям современной фауны, что нельзя сказать о тех видах, остатки которых сохранились в пластах Астезаны. Таким образом, Сицилия поднялась из морских глубин и приняла свою нынешнюю форму после того, как поднялась над уровнем моря горная Италия и даже большая часть долины реки По.

Виллафранкский ярус
[править]

Но если море уже покинуло плато Пьемонта и холмы Астезаны, как и территории холмов Тортоны, Нови и Пьяченце, то там все же присутствовали пресноводные водоемы значительных размеров, где сформировались отложения, которые можно видеть на плато Пьемонта, во многих холмах Астезаны и в направлении провинции Алессандрия. Эти отложения относятся к плейстоценовому отделу и я бы хотел назвать формируемый ими ярус виллафранкским по имени небольшого городка Виллафранка, близ которого эта формация частично пресноводного происхождения достигает своего максимального формирования и где можно изучать составляющие ее пласты. Это удобнее всего делать на уступах, расположенных вдоль железнодорожного пути, ведущего из этого города в Сент-Поль на границе плато Пьемонта в начале оврагов эрозионного происхождения, которые спускаются в долину притоки Танаро под названием Траверса. Этот ярус соответствует плиоценовому аллювию г-на Гастальди и именно в его пластах близ Виллафранка, Сент-Поль и Вилланова в Асти были найдены скелеты Tetralophodon arvernensis а также коренные зубы, принадлежащие Trilophodon Borsonii, и коренные зубы и челюстные кости Loxodon meridionalis и antiquus. В разрозненных участках его пластов, которые переходят из относящихся к плейстоцену формаций морского происхождения в пресноводные формации и которые изолированно и на довольно обширном протяжении венчают холмы из астинских желтых и сероватых песков во многих отрогах в Астезане, где во многих местах, в особенности в Кастельнуово-Кальчеа и Роккетта-Танаро, были найдены коренные зубы Tetralophodon arvernensis и в Фелиццано были обнаружены зубы Loxodon meridionalis.

В нескольких словах я уже ранее рассказывал о последовательности слоев, которые, как кажеться, составляют виллафранкский ярус. Теперь я просто напомню, что снизу в Виллафранка, этот ярус предположительно начинается мощным слоем выветренных кварцевых песков серого и белого цветов с небольшими залежами песков, имеющих охряную и желтоватую окраску. Сверху лежит один слой мергелей желтоватого и часто зеленоватого цветов, в которых содержаться хрупкие известковые конкреции беловатого цвета, а также небольшие залежи или плоские булыжники из компактного серого мергельного известняка. В этих мергелях присутствуют улитки и моллюски-трудовики, а сверху них располагается небольшой пласт иногда затвердевших песков, содержащих кое-где плиты мелкозернистого конгломерата. Еще выше идут мергели желтого или сероватого цветов и мелкозернистый песок тоже желтоватого цвета. Все эти слои покрыты сверху массой глинисто-мергельных отложений красноватого цвета с большим количеством мелких камней, в особенности кварца. Эти отложения широко распространяются по всей поверхности данной территории и скорее всего относятся к еще более молодому периоду. Еще дальше в северном направлении, в сторону Сан-Паоло, а также на равнине, над предпоследним слоем, а именно над мергелями желтого и сероватого цветов и над некоторыми сопровождающими эти мергели и лежащими лишь немного ниже последних полукомпактными изсвестняками, располагается один слой глинистого мергеля красноватого цвета с фрагментами или даже с небольшими залежами лимонитов, которые чаще всего находятся в песчаной массе, лежащей непосредственно на этих глинах. Именно в этом песчаном пласте г-н Гастальди в 1857 и 1858 гг. обнаружил скелет, принадлежащий Tetralophodon arvernensis, который сохранился даже лучше, чем тот, который уже находился в музее Турина.

Практически аналогичный разрез имеется с другого края холмов Астезаны, а именно в направлении равнины Алессандрии. Эти холмы заканчиваются с этой стороны по обоим берегам Танаро волнообразными образованиями из отложений красноватого цвета, которые вероятнее всего относятся к виллафранкскому ярусу. В Маццо, по правому берегу Танаро, где были обнаружены остатки представителей хоботных, внизу над мергельной частью и над песками желтоватого цвета также как и в Виллафранка лежат пески беловатого цвета. Эти мергели иногда принимают зеленоватую окраску. Далее следуют глинистые мергели, за которыми на поверхности лежат слои галечника. Точно так же и по левому берегу между Фубине и Фелиццано мы пересекаем волнистую поверхность, где царствуют, как можно заметить в пересекающих эту территорию оврагах, глинистые мергели обычно красноватого цвета, которые иногда принимают сероватый окрас и песчаную природу. В них содержаться известковые конкреции и особенно небольшие залежи лимонита, что очень напоминает глины плато Пьемонта, как мы это видели рядом с Бутильера. Эти мергели и пески очень напоминают лёсс, и тем не менее я не осмелюсь отнести эти породы к плейстоцену. Эти отложения песчаных мергелей, содержащих раковины ныне живущих наземных моллюсков, таких как Helix и Pupa, кажется также присутствуют в верхних отделах холмов Турина, где они формируют террасы или горизонтальные участки холмов, которые можно видеть в Больяско, Каворетто и ближе к Турину в Вилла Дженеро и Санта-Маргерита и даже в холмах у подножия Суперга. Эти отложения в виде мощных горизонтальных пластов иногда даже не позволяют увидеть стратификацию и обычно состоят из песчаных мергелей и песков желтоватого цвета, в которых содержаться многочисленные раковины наземных моллюсков. Они чаще всего лежат по краям расположенных под наклоном пластов молассы, а в некоторых местах на скоплениях крупных камней. Можно сказать, что во многих местах эрозия небольших долин произошла после них; также можно добавить, что эти залежи располагаются на разных уровнях и почти формируют располагающиеся в различных ярусах террасы.

Это расположение в холмах в виде террас или, если так будет лучше сказать, в виде поверхности с легким наклоном, заканчивается на равнинной местности несколькими небольшими уступами, которые можно считать откосами древних долин, становившихся со временем все более и более глубокими. Вышеупомянутый тип расположения пластов также характерен для относящихся скорее всего к виллафранкскому ярусу плейстоценовых отложений в коммуне Нови, в холмах Тортоны и даже в некоторых холмах в районе Вогере. На юге и юго-западе Нови начиная с холмов Гави между Скривией и Ольбой, как и начиная с холмов Карпинето между Ольбой и Бормидой, можно видеть протяженную наклонную поверхность, которая доходит аж до равнины, где она заканчивается небольшим уступом, хотя входящие в ее состав отложения красноватого цвета и галечник продолжают проявляться в значительных количествах на этом лежащем между Бормидой и Скривией плато. Эти две наклонные поверхности, в особенности их нижние части, состоят из крупных масс гальки, в которой не заметно четких следов стратификации. Над галькой лежит мощная масса глин красноватого цвета с залежами лимонитов, которая очень напоминает лёсс на плато в Пьемонте и в районах Фелиццано и Алессандрии. Наклонное плато по правому берегу Скривии также состоит из гальки, которая лежит на песках морского происхождения астинского яруса. Слои гальки здесь покрыты мощным слоем глины и глинистого мергеля красноватого цвета со следами лимонитов. Скривия разрезала не только эти плейстоценовые пласты, которые вполне вероятно являются делювиальными, но также и пласты астинского яруса в Виллальверни. Точно так же и в Серравалле эта река разрезала сначала пласты виллафранкского, а затем пласты тортонского ярусов, которые, как можно это видеть по берегам в районе города Нови, несут на себе массу гальки и лёсса. На север от этого города лёсс и галька продолжают занимать находящиеся между Нови и Поццуоло небольшие неровности поверхности и даже (в особенности галька) занимают всю равнину Фрашетта близ Сан-Джулиано, которую можно назвать даже небольшим, расположенным между реками Танаро и Скривия, плато. Но невозможно с достаточной уверенностью сказать, что все эти отложения относятся к виллафранкскому ярусу, так как они расположены на немного разных уровнях, а также можно практически утверждать, что они сформировались в то время, когда небольшие уступы на границах холмов уже существовали. Возможно эти галька и лёсс относятся к еще более молодому ярусу, который проявляется во многих районах долины реки По и отличается фауной млекопитающих, которая все больше и больше походит на современную. Существует вероятность, что эти породы относятся даже к еще более молодым, а именно к делювиальным отложениям.

Это расположение последних отложений в субапеннинских холмах, которые мы относим к виллафранкскому ярусу, а именно расположение в виде наклонных террас, возможно продолжается вдоль всех северных подножий Апеннинских гор, где, за исключением некоторых состоящих из немного более древних плиоценовых пород отрогов, они резко обрываются, переходят в равнину и формируют определенные мысы, как, например, поблизости Брони. В этом районе повсюду можно видеть, как холмы постепенно снижаются в сторону равнины и формируют с ней единый рельеф. Эти холмы в некоторых местах отделены лишь небольшим уступом, который часто напоминает берег долины, или несколькими незначительными волнообразными образованиями на поверхности, которые в конце концов сливаются с ними в единый рельеф. Именно таким образом каменистые или глинистые отложения красноватого цвета, которые лежат над астинским ярусом и содержат остатки Rhinoceros leptorhinus, Cuv., содержащиеся в холмах возле Кастелл’Аркуато в Плезантине и в долине Онгины, смешиваются в виде незначительных складок поверхности с равнинными отложениями, которые представляют собой почти их продолжение. То же самое наблюдается в районе Реджо возле Паганелло и Скандьяно, а также возле Сассуоло, где эти отложения красноватого цвета, которые можно видеть на последних склонах холмов, смешиваются с содержащей лимониты, пески и гальку довольно протяженной массой глинистого мергеля того же цвета, которая покрывает часть долины и в слоях которой существующие реки кое-где промыли довольно глубокие борозды.

Если мы оставим северные склоны Апеннинских гор и перенесем наше внимание на южные, в особенности на некоторые территории Тосканы, то мы можем установить множество аналогичных фактов. Так, например, в холмах из желтого астинского песка, которые находятся между реками Эвола и Эра ближе к их устьям, эти желтые пески сменяются лежащими над ними мощными скоплениями мергельных глин красноватого цвета не морского происхождения. Эти относящиеся скорее всего к виллафранкскому ярусу глины, которые в районе под названием Ботта прорезает река Арно, протягиваются и достигают максимального формирования по правому берегу этой реки ближе к бассейнам озер Бьентина и Фучеккьо, формируя у подножий эоценовых гор в долине Ниеволе близ Монтекатини и Пеша, вероятно совместно с разрозненными участками вышележащих отложений, зону выветрившихся пород. Эти глины входят в состав довольно высоких холмов, формирующих своего рода мыс, который между Пеша и Лукка отделяется от этих гор и тянется от Монте-Карло в сторону Альтопашо, где они становяться ниже, чтобы снова подняться в виде холмов под названием Чербая, которые отделяют болота Фучеккьо от бассейна озера Бьентина и равнины Лукка. В районе этих бассейнов я не смог точно определить породы, относящиеся к астинскому ярусу или к другим нижним подразделам плиоценовой формации. Здесь присутствуют лишь скопления гальки и пески и глины красноватого или сероватого цветов, которые, если их рассматривать как возможное продолжение глин Ротта и Монтополи, в которых были найдены остатки одного мастодонта, являются доказательством сделанного мной сопоставления этих глин с плейстоценовыми отложениями и особенно с виллафранкским ярусом. Именно таким образом между Пеша и Борго в Боджиано мощные скопления песчаных мергелей голубоватого цвета, которые как кажется состоят из очень мелких фрагментов твердых пород окружающих гор, формируют основания расположенных у подножий вышеупомянутых гор плейстоценовых холмов. Сверху лежит также горизонтальный и довольно мощный слой глинистых мергелей желтоватого цвета, над которым находится слой гальки разного размера. Сверху лежит мощная масса глинистого мергеля красноватого оттенка со следами лимонитов. Эти же слои, но с менее ярко выраженной последовательностью или с другим порядком расположения, также присутствуют в высоких холмах Монте-Карло, которые, несмотря на большую высоту, должны, как кажется, формировать единую протяженную зону с холмами Пеша и Борго в Боджиано, которая позже была разделена эрозионными процессами, вызванными присутствием многочисленных спускающихся с гор в районе Пеша и Коллоди водных потоков. Я пришел к этому выводу, так как не смог обнаружить мест, где эти плейстоценовые отложения заходят в вышеупомянутые долины, тогда как они внедряются в горы из твердых пород. Это говорит о том, что эти долины образовались позже плейстоценовых отложений, которые изначально должно быть формировали единую образовавшуюся на дне озера поверхность. Составляющий их материал происходит обычно из находящихся в непосредственной близости гор, так как в районе Пеша и у подножий гор из твердых пород именно камни этих пород можно обнаружить в холмах, тогда как в Монте-Карло, который расположен ближе к Монти Пизани, можно обнаружить смесь твердых пород веррукано и известняка, который начинает преобладать в выветренных холмах. Ближе к подножиям гор Бути и Кальчи, как и в Чербае, есть следы присутствия относящейся к плиоценовым породам гальки, которая вероятно была принесена в озеро несколькими водными потоками со стороны третичных холмов долин Эвы и Эволы после того как эти холмы поднялись из морских глубин. Холмы Монте-Карло, являющиеся наиболее высокими из холмов долины Ниеволе и бассейна Бьентины и из-за этого наиболее примечательными, в действительности представляют собой несколько необычное чередование гальки, глин красноватого цвета, пестрых глин белого и ржавого цветов и желтых песков. Но, несмотря на их беспорядочное расположение, от внимания не может ускользнуть наличие в этом скоплении одного отложения озерного происхождения. Это отложение очень похоже на некоторые каменистые отложения, присутствующие в верхней части долины Магры и расположенные над слоями мергеля и глины и содержащие раковины виноградных улиток и живородок. Эти отложения являются без сомнения озерного происхождения, относятся к плейстоцену и, возможно, к виллафранкскому ярусу и помимо прочих составляют множественные мелкие холмы вокруг Понтремоли. Они также напоминают находящиеся ниже Сансино верхние залежи долины Арно, которые мы позволили себе сопоставить с астинским ярусом. Эти пласты, которые в основном состоят из мергельных желтых песков, галечника и гравия желтого песка с лигнитами, содержат большое количество скелетов, являющихся идентичными большинству этих остатков, которые были найдены в провинциях Пьяченцы, Асти и Пьемонта, пласты которых, как мы это уже указали, относятся к виллафранкскому ярусу. По данным г-на Маркиза Строцци в этих верхних залежах в Сансино в долине Арно были найдены остатки Rhinoceros leptorhinus, Cuvier, Rhinoceros hemitechus, Falc., Loxodon meridionalis, Nesti, Trilophodon Bursonii, Hays Tetralophodon arvernensis, Croizet. Как мы уже указывали, скелеты этих животных довольно часто встречаются в отложениях виллафранкского яруса в Пьемонте и Астезани, что полностью подтверждает рассматриваемый нами факт сходства этих верхних пластов в Сансино с теми, которые лежат в районе Виллафранка в Асти над песками морского происхождения астинского яруса.

Несмотря на то, что точно установить связь между двумя отложениями, одно из которых является озерного, а другое морского происхождения, является сложным из-за невозможности точного определения принадлежащих им фаун, тем не менее, на основании косвенных данных я осмелюсь предположить наличие сходства между озерными отложениями нового плиоценового яруса в районе Виллафранка с отложениями морского происхождения в центре Сицилии, а именно расположенных в Кастро-Джованни, Агридженто и в Сиракузе. Мы уже видели, что 70 из каждой сотни содержащихся в этих отложениях в Сицилии раковин моллюсков являются ныне живущими видами и что эти отложения сформировались в более позднюю эпоху по сравнению с отложениями астинского яруса, в которых лишь 42 из каждой сотни содержащихся в них вида существуют на данный момент. Мы также уже видели, что лежащий сразу над астинским ярус Виллафранка помимо представителей млекопитающих также содержит определенное количество раковин наземных и пресноводных моллюсков, которые имеют свои аналоги в сегодняшней фауне. Таким образом, будет логичным заключить, что отложение сицилийских формаций, поднятие из морских глубин большей части горной Италии и Тосканы, образование на этих территориях озер и формирование на их дне содержащих остатки Tetralophodon arvernensis пластов если и происходило в разные эпохи, то с небольшим промежутком во времени. Это означает, что установленная мной между ними связь является вполне вероятной.

С определенной долей сомнения я бы также предположил существование связи между виллафранкским ярусом и отложениями туфа и вулканического пеперино, формирование которых произошло в водных толщах над желтыми песками и галькой вероятно астинского яруса в провинции Витербо и на равнине Рима. Эти отложения лежат над и тесно связаны с содержащими скелеты млекопитающих слоями гальки и песка и произошли из жерл многочисленных вулканов, которые поначалу были покрыты водными массами, а позднее поднялись над поверхностью. Они были покрыты лавой и пемзовым и амфигенным веществом и в виде лежащего скорее всего на дне озера пласта протягивались по всей территории региона, находящегося между реками Фиора, Паглия и Тибр вплоть до Рима. Сформировавшие эти отложения извержения вулканов вне всяких сомнений имели место после отложения желтых песков морского происхождения в провинции Орвьето, которые можно отнести к астинскому ярусу. Точно известно, что лежащие сразу под ними слои гальки, тесно связанные с этими вулканическими отложениями, содержат скелеты млекопитающих; также точно известно, что подобные скелеты содержаться в вулканическом туфе неподалеку от Витербе. Таким образом, вполне вероятно, что эти отложения сформировались в то же время, когда в долинах рек По и Арно и в бассейне Ниеволе в водных толщах озер происходило отложение пластов, содержащих раковины наземных и озерных моллюсков и скелеты Tetralophodon arvernensis и других хоботных, найденных нами в залежах озерного происхождения, которые мы отнесли к виллафранкскому ярусу. Это является тем белее вероятным, так как когда здесь внезапно появляется новая фауна, которая очень близка к современной, эти отложения туфа и пеперино уже подверглись вымыванию, а долины Тибра и ее многочисленных приток уже сформировались (эту фауну, присутствующую как в долине По, так и в провинции Ареццо, а также на определенной части плато Пьемонта, мы будем рассматривать позже), так как только в сформированных на дне этих долин отложениях и еще в нескольких разрозненных покрывающих туф и пеперино участках отложений можно обнаружить скелеты принадлежащих к этой новой более современной фауне животных. Как абсолютно точно заметил профессор Понци, эти скелеты современных видов здесь перемешаны с затоптанными скелетами принадлежащих к предшествующей фауне животных, с лежащей над астинским ярусом галькой и с пеперино, откуда эти остатки извлекали вместе с элементами вулканических пород. Тем не менее, слои пеперино и вулканического туфа в коммунах Питильяно, Витербе и на равнине Рима сформировались позже астинского яруса и раньше появления фауны провинции Ареццо (которую мы будем рассматривать) и с большой долей вероятности относятся к виллафранкскому ярусу, как я уже практически отметил при рассмотрении пластов астинского яруса, которые лежат ниже пеперино и, как следствие, сформировались до начала проявления вулканической активности в Тоскане, Витербо и на равнине Рима.

Аренский ярус
[править]

Приняв решение предпочтительно назвать подразделы третичных отложений или ярус, который я хочу выделить, по расположенной на северных склонах Апеннинских гор провинции, где этот ярус достигает определенной мощности, я буду называть его аренским по городу Арена, расположенному на реке По неподалеку от Страделлы. К этому подразделу пост-плиоценовых отложений, который я буду рассматривать, я отнес совокупность содержащих многочисленную фауну данной эпохи пластов района Ареццо, которые лежат на протянувшихся здесь плейстоценовых пластах или возвышаются над ними. Судя по его характеристикам в районе города Арена, этот ярус состоит из гальки, гравия, песков и глинистых или песчаных мергелей, которые образуют небольшие пригорки или складки поверхности на территории, которую прорезает железнодорожный путь между Страделлой и Кастель-Сан-Джованни и в местах эрозии которого река По вымыла скелеты и в особенности черепа, принадлежащие Cervus euryceros и Bos urus. Эти низкие холмы протянулись то у подножий плиоценовых холмов, то у подножий некоторых отложений, которые можно отнести к виллафранкскому ярусу. Пласты этого аренского яруса также встречаются в других местах, как, например, на плато Пьемонта, где между Кариньяно и Монкальери были найдены зубы Elephas primigenius, где они, возможно, лежат в стороне или покрывают немногочисленные лощины. Последние отложения этих образований являются самыми молодыми и относятся к болотному типу. Согласно замечательной работе г-на Гастальди, именно в этих отложениях аренского яруса, формирующих настоящее болотное дно и состоящих из глины, мергеля и крупнозернистого известняка, посреди остатков жвачных, однокопытных и грызунов близ Феррере в Асти была найдена принадлежащая одному виду Arctomys голова, аналог которой был обнаружен в Альпах.

Были также обнаружены скелеты предположительно жвачных и однокопытных животных, что я не могу утверждать, так как сам их не видел. Эта находка была сделана неподалеку от Кастеджо на наружных склонах холмов над плиоценовыми залежами в месте разреза, в котором видно как минимум пять немного неидентичных чередований конгломерата или гравия с песком, над которыми возвышаются скопления мергеля или глины красноватого цвета. Эти скелеты были переданы музею в Павии. Недавно я обратился к профессору Бальсамо-Кривелли за справкой по поводу этих скелетов и он достаточно любезно проинформировал меня, что скелеты, найденные в упомянутом мной разрезе, который называют Калифорнийский холм, представлены фрагментами бивней одного молодого слона, тогда как еще один скелет был представлен правой плечевой костью с мыщелком, принадлежащие Bos priscus, Boj. Это определение служит подтверждением высказанному мной предположению касательно того, что эти чередования гравия и песков, которые лежат на расположенных под наклоном и содержащих раковины морских моллюсков пластах агрегированных песков (относящихся к плиоцену), являются составной частью аренского яруса, протянувшегося достаточно далеко аж до районов Кастеджо. Но еще больший интерес представляет полученная от профессора Бальсамо-Кривелли информация по поводу сделанной близ того же города находки. При проведении раскопок на пути от Кастеджо в Монтальто были найдены многочисленные скелеты, принадлежащие представителям семейства Носороги. Эти скелеты состояли из затылочных и лобных костей и многочисленных зубов и профессор Кривелли считает, что они принадлежат именно Rhinoceros incisivus, Cuv., а не Rhinoceros incisivus, Kaup. Эти скелеты были обнаружены в глине зеленоватого цвета с содержащимися между гравием и песками зернами серпентина, что практически указывает на то, что эти остатки не находились в тех же отложениях, в которых были найдены Bos priscus и остатки молодого слона, так как последние были обнаружены в залежах гравия, где хоть и присутствовали серпентинные камни, но тем не менее доминирующими здесь были камни из известняка и псаммитов. Но если остатки Rhinoceros incisivus, Cuv. могут и не относиться к аренскому ярусу, то по моему мнению следует признать, что к нему скорее всего относится один зуб Ursus speloeus, который был обнаружен лично профессором Кривелли когда в том же городе Кастеджо рыли яму для подвала. Также к этому ярусу может принадлежать единственный найденный в гравии реки По позвонок, который по мнению того же профессора принадлежит какой-то рептилии, которую он в своей посвященной провинции Павия работе назвал Eridanosaurus Brambilloe. Именно в этой недавно опубликованной работе я смог найти недостающую мне информацию по поводу ископаемых остатков Кастеджо, большинство которых скорее всего относятся к более молодой эпохе по сравнению с той, к которой принадлежит ярус с остатками Tetralophodon arvernensis с плато Пьемонта, и которые были найдены не только между Понтальбера и Борго-д’Арена, откуда я в взял название аренского яруса, но также и во многих местах в Астезане, где они находились вместе со многими представителями родов Cervus, Bos и даже Equus.

Фауна, аналогичная только что охарактеризованой нами, кажется была также обнаружена на южных склонах Апеннинских гор в верхней части долины Магры в Оливола, где присутствуют довольно мощные пласты, содержащие многочисленные скелеты жвачных и т.д. Эти пласты лежат на мергелях зеленого цвета, содержащих раковины озерных моллюсков, занимают значительную часть этой долины и я считаю, что эти верхние слои можно отнести к веллафранкскому ярусу. Тем не менее, с определенной уверенностью можно сказать, что аренский ярус представлен в некоторых местах верхней части этой долины Магры.

Но местами, в которых он достаточно сформирован и где в нем присутствует многочисленная фауна, состоящая из многих представленных в Борго-д’Арена видов, являются окрестности города Ареццо и долина реки Киана. Здесь, под формирующим поверхность молодым аллювием, можно обнаружить ряд пресноводных отложений с большими залежами торфа, в котором по данным профессора Сави можно видеть остатки Bos primigenius, Boj., B. priscus, Schl., Cervus euryceros, Ald., Elephas primigenius, Blum., E. africanus, L., E. armenianus, Falc., Rhinoceros megarhinus, Christ., Equus gigas, Giul. Как мы уже видели, эти виды также встречаются частично в Астезане, частично в Борго-д’Арена, вдоль реки По в пластах, которые, как в долине Кианы, лежат непосредственно или с промежутком на плиоценовых отложениях морского происхождения, что подтверждает установленный мной параллелизм между отложениями в провинции Ареццо и аренским ярусом, на который я указывал говоря о долине реки По.

Я бы хотел точно установить в находящемся так близко от провинции Ареццо верхнем бассейне долины Арно, тот пласт, который бы соответствовал верхней части отложений этой последней провинции, где были обнаружены остатки жвачных, однокопытных и т.д., что является характеристикой аренского яруса. Но это мне не удалось, так как полагаясь на представленную г-ном маркизом Строцци таблицу пластов долины Арно я вижу, что те слои, в которых присутствует более-менее аналогичная или идентичная районам Ареццо или Борго-д’Арена фауна, представляют собой находящиеся в Сансино восточные нижние слои желтого мергельного песка, которые мы согласно порядку стратификации обязаны сопоставить с астинским или даже с виллафранкским ярусами. И тем не менее, согласно г-ну Строцци, именно в этих слоях желтых мергельных песков находятся остатки представителей родов Bos, Equus, Cervus, Sus, Tapirus, Ursus, Felis, Hyoena, являющихся индикаторами молодой фауны, аналогичной животному миру аренского яруса или провинции Арецца, тогда как Tetralophodon arvernensis и Trilophodon Borsonii, которые принадлежат к немного более древней фауне, были обнаружены в Сансино в верхних пластах, которые лежат отдельно и выше пластов с остатками жвачных и однокопытных животных. У меня возникло предположение, что эта сравнительно молодая фауна или занимает в нижних желтых мергельных песках в Сансино некоторые расселины, или что остатки животных упали туда уже позже, или что считаемые низлежащими желтые мергельные пески в Сансино только такими кажутся, и что они занимают в Сансино нижний уровень потому как они были туда перемещены, а сам процесс отложения этих пород произошел в долине после эрозии не только пластов Сансино, но и также лежащих над ними. Исходя из их дислокации, в Сансино эти желтые мергельные пески должно быть занимают такое же положение, как и содержащий вулканическую гальку гравий долины Тибра со скелетами представителей более молодой фауны, который занимает определенное положение относительно пеперино и древнего гравия с остатками хоботных животных, а именно лежит в долинах, которые появились благодаря эрозии более древних пластов.

Если это действительно так, то аномалия, которая на первый взгляд возникает в последовательности фаун в верхней долине Арно, исчезает и эта фауна жвачных животных этой долины займет то же геологоческое положение относительно своего возраста, что и фауна провинции Ареццо и долины По. Это означает, что она будет относиться к аренскому ярусу, к которому можно также отнести залежи долины Тибра, расположенные по краям уступов из пеперино и содержащие остатки аналогичной животному миру в Ареццо молодой фауны, отчасти состоящую из вулканических пород гальку и более деформированные скелеты, лежащие изолированно от пластов пеперино или расположенного снизу конгломерата, который, как мы это уже видели, можно отнести к виллафранкскому ярусу либо к самой верхней части астинского.

Если после изучения фауны каменистых и торфянистых пластов морского происхождения на плато Пьемонта, в долине По или в провинции Ареццо, которые мы отнесли к аренскому ярусу, провести ее сравнение с фауной многочисленных распространенных повсеместно на территории Италии содержащих скелеты пещер и проломов, то можно заметить, что они очень похожи. Отсюда можно заключить, что в период формирования аренского яруса, когда жили представленные в нем виды животных, скелеты их аналогов были выброшены в проломы и попали или в расселины в породах, или в проломы, где они сформировали залежи костей. Заполнение этих расселин происходило одновременно с отложением астинских пород или же намного позже них.

Также хотелось бы установить синхронизм этого яруса с некоторыми относительно молодыми пластами, которые можно видеть в некоторых местах как на Сицилии, так и по берегам Средиземного моря между Чивитавеккья и устьем Фиоры. Но это сопоставление связано с проблемами, так как встречающиеся здесь органические остатки принадлежат лишь фауне морских моллюсков, которые невозможно сравнить с фауной млекопитающих. Тем не менее, если принять во внимание, что находящиеся как в пластах основания Этны, так и в пластах у моста через Арону близ Корнето моллюски являются практически абсолютно идентичными тем видам, которые на сегодняшний день обитают близ тех же берегов Средиземного моря, что эти пласты (близ моста через Арону), как и содержащий скелеты фауны Ареццо гравий долины Тибра, содержат гальку вулканических пород горных районов Витербе и равнины Рима, а также что эти слои расположены или у подножий обрывистых берегов, или уступов из пеперино, или третичного конгломерата (которые являются более древними), то будет логичным заключить, что эти пласты Ароны и основания Этны отложились и впоследствии поднялись во времена, когда на ограниченных территориях жили те виды животных, остатки которых мы наблюдаем в пластах провинции Ареццо и в районах Борго-д’Арена, а именно в аренском ярусе. Таким образом, можно считать, что они относятся к одному периоду.

Здесь будет также уместным обсудить вопрос, жил ли уже в Италии человек во времена существования составляющих аренский ярус видов и в особенности Elephas primigenius, Ursus speloeus, Felis Speloeus и т.д., сравнительно недавние остатки которых были обнаружены в некоторых слоистых отложениях и также в содержащих кости пещерах и разломах. С одной стороны нет никаких сомнений, что произведенные человеком предметы, в особенности относящиеся к каменному веку, довольно часто встречаются в этих пещерах и разломах во многих местах Италии вперемешку с костями вымерших видов. С другой стороны нет никаких точных данных о том, что в этом регионе были найдены человеческие останки в составе стратифицированных и немодифицированных пластов эпохи фауны Ареццо. Такие данные есть относительно нескольких поднятых слоев морского происхождения на Сардинии, которые могут быть более молодыми. Этот вопрос является довольно сложным и очень трудно рассмотреть все местные обстоятельства, которые могут как устранить, так и вызвать сомнения по поводу доказательств существования в эту эпоху человека, которые могли попасть сюда позже и перемешаться с остатками вымерших животных. Поэтому я предпочитаю отставить этот вопрос в сторону, тем более что его обсуждение сделает эту работу еще более обширной. В конце этой работы я хотел бы ограничиться кратким рассмотрением отложений ледникового или эрратического периода, являющихся последними из тех, которые привели к значительным изменениям в положении наших территорий, и в особенности регионов, которые протянулись от подножий Альпийских гор до левого берега реки По.

Что касается этого молодого яруса ледникового периода, то я хотел бы сказать, что здесь можно выделить три различных типа отложений: отложения мелких камней с мергелем и глиной или дилювий, формирующие настоящие эрратические отложения крупные блоки и камни и поверхностные отложения широкой протяженности, которые в большинстве своем состоят из очень вязкой, иногда немного песчаной глины красноватого цвета, которые образуют лёсс или суглинки. Несмотря на различие природы и составных компонентов, я не считаю, что у нас есть достаточно оснований для разделения этих отложений и мы не можем отнести их к различным, удаленным друг от друга во времени периодам. Вполне возможно, что причиной этих различий стали разные фазы одного феномена, а также более или менее значительные расстояния между этими отложениями. Причиной такой разницы также могли стать ледники, которые в процессе своего продвижения по крупным долинам Альпийских гор, максимального расширениия на выходах этих долин и отступления до нынешних границ сначала стали причиной возникновения бурных, стремительных и каменистых потоков, которые распространили свои отложения по обширным территориям и стали причиной возникновения дилювия, а затем при своем продвижении вперед стали причиной нагромождения по своим границам в направлении равнин образующих эрратические отложения огромных скоплений блоков и камней, которые в свое время составляли крайние морены ледников. В конце концов, когда ледники начали отступать, они снова стали причиной возникновения стремительных потоков, разрушивших первоначальные отложения и разнесших наиболее твердые частицы на большие расстояния. Эти потоки распространили продукты эрозии как в разрушаемые ими крайние морены, проталкивая их через эрратические отложения, так и в дилювий, проходя при этом под мореной. Таким образом, они распространились намного дальше скоплений крупных блоков и сформировали крупные отложения глины желтого и красноватого цвета, которые можно видеть повсеместно в холмах и в долине реки По. Этим отложениям мы можем присвоить название лёсс или суглинки по аналогии их состава с распространенными в долине Рейна отложениями, которые в Германии называют лёсс или суглинки. Таким образом, только что охарактеризованные нами отложения соответствуют началу, пику и концу ледникового периода – эпохи, которая началась внезапно после периода существования фауны аренского яруса и во время которой сформировались эти самые молодые поверхностные отложения, придавшие современный внешний вид территориям, расположенным в особенности по левому берегу долины реки По.

Эту идею одновременности возникновения трех типов рассмотренных нами отложений или лучше сказать мнение, что эти отложения являются следствиями различных фаз одного и того же феномена, который имел место в наших краях в ледниковый период, когда альпийские ледники сначала распространились по обширной территории, а затем отступили до своих нынешних границ, поддерживают геологи Пьемонта, которые больше всего занимались изучением этих отложений. Среди них можно назвать г-на Гастальди, который в своей работе по составляющим элементам миоценовых конгломератов Пьемонта говорил также и о примечательных скоплениях блоков и камней на выходах крупных долин Альпийских гор и отнес к этим скоплениям сначала лежащие снизу отложения делювия, а потом суглинки, которые на выходах альпийских долин покрывают морены, а еще дальше лежат сразу на слоях дилювия практически с ним смешиваясь. Это расположение обломков, дилювия и лёсса приводит к тому, что практически невозможно точно определить их границы и географическое положение. Тем не менее, точно известно, что суглинки покрывают большую часть плато Пьемонта и что они даже лежат на довольно таки высоком уровне, формируя подобие террас в одной части Туринского холма, где они достигают даже значительной мощности, как, например, в Ровелласка, Каворетто и даже вблизи Кьери. Как я уже говорил, глины красноватого цвета этого района могут быть отнесены к немного более древнему периоду, и тем не менее, они скорее всего относятся к последней фазе ледникового периода, которая длилась, вероятно, довольно долго. Во время этого периода произошла эрозия большей части пересекающих холмы долин и плато у подножий Альпийских гор. После всего мной сказанного я не буду перечислять те территории, где находятся дилювий, эрратические отложения и суглинки, так как это будет отступлением от темы. Целью этой работы было в основном определить подразделы, которые можно выделить в третичных, а не в четвертичных или более молодых отложениях. Но о последних я хотел сказать несколько слов с целью определения существования, если можно так сказать, перехода между различными эпохами третичного периода и началом четвертичного. Чтобы завершить картину молодых отложений Италии, в особенности долины По, следовало бы описать также аллювий и более молодые формации, такие как, например, торфовая формация или некоторые доисторические отложения, в которых присутствуют следы существования человека. Но это нас завело бы слишком далеко. Таким образом, я хочу в завершение этой обширной работы сказать, что хотя и существует переход между различными эпохами третичного периода, тем не менее мы можем выделить некоторые заметные подразделы в этих отложениях. Эти подразделы соответствуют некоторым изменениям физического состояния нашего региона, а также некоторым последовательным изменениям фауны этих территорий; фауны, которая стала источником остатков, сохранившихся в различных ярусах рассмотренных нами отложений.

  1. перенаправление Шаблон:OTRS