Перестроенная лира (Кованько)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Перестроенная лира («В тон Пиндара настроив лиру…»)
автор Иван Афанасьевич Кованько (1773/4—1830)
Дата создания: <1802>, опубл.: 1802[1]. Источник: Библиотека Мошкова
 Википроекты: Wikidata-logo.svg Данные



ПЕРЕСТРОЕННАЯ ЛИРА


  
В тон Пиндара настроив лиру,
Хотел Россию я воспеть
И снаряжался по эфиру
До Ориона возлететь,
Куда чело, венцом лавровым
Покрыто, вознесла она, —
Оттоль Атлантом зрится новым,
Подъявшим мир на рамена.
  
Хотел воспеть, что рок вселенны
10 В ее деснице заключен,
Что все породы съединенны
Пред мужеством ее — суть тлен;
Что все обширные державы,
Какие в древности цвели,
Ни силой, ни сияньем славы
Сравниться с нею не могли.
  
Ударил по струнам перстами —
И гром от них пошел с огнем.
Казалось, двигну я горами,
20 На тигров наложу ярем…
Но вдруг кадило опустилось,
Амуры резвые на луг,
Меня обстали, привалились
И лиру вырвали из рук.
  
Потом крылами заплескали
Сии малюточки-божки,
Вспорхнули вверх, захохотали,
Вились гирляндой и в кружки,
Струнами бренькали — и, лиру
30 На ленте опустивши мне,
По жидкому небес сафиру
Помчались с смехом к вышине.
  
Минуты только три продлился
Тот феномен в моих глазах,
В душе восторг не охладился, —
Хвала отечеству в устах
Опять, опять была готова,
Но я едва коснулся струн,
Уже не мог пропеть ни слова —
40 Вмиг в сердце мне влетел перун.
  
Влетел перун любовной страсти
И к ранам рану приложил…
Ах! и без этой злой напасти
Я очень много желчи пил.
Почто ж, амуры! вы забаву
Находите в беде моей,
Почто вы дали мне отраву
К усугублению скорбей?
  
Взаимность только украшает
50 Любви терзания и яд;
Меня же всюду ожидает
Отказ, отчаяние, ад.
Так, так, и мыслить мне не должно
Отрады в муках получить:
Увы! Целест уже неможно
Одной любовию пленить.
  
Власть симпатии и природы
Теперь поверженна лежит;
И се от жертвенника моды
60 Оракул грозно мне гремит:
«Астреи век не возвратится,
Когда ценили лишь сердца, —
Ведь просвещенным не годится
Снимать с пастушек образца.
  
Ты будь Кизляр-Агою[2] с рожи,
Да будь в звездах, иль Крезом будь,
Но Хлои, Тации пригожи
Прицепят твой портрет на грудь.
И разумом хоть Милитидом[3]
70 Как капля в каплю будь похож,
Но под фортуниным эгидом
Жену прекрасную найдешь.
  
А без сокровищ, без титула
Ты будь лицом хоть Антиной,[4]
Умом — Сократ, однак и стула,
Не только кресел, год, другой
От милых Дафн тебе случится
С терпеньем бесполезным ждать».
Ах! льзя ли ж мне надеждой льститься
80 Мои страданья окончать?
  
В моем лице обыкновенность,
Отменности ни искры нет,
И человеческую бренность
На нем являет бренный цвет.
Хоть прадеду за верну службу
Царь-диво деревеньку дал,
Но рок, не восхотевши дружбу
Водить со мной, ее пожрал.
  
Душой моею лишь владею
90 И денег в рост не отдаю,
К тому ж чин маленький имею,
Не слишком сладко и пою.
Так, так, и мыслить мне не должно
Отрады в муках получить:
Увы! Целест уже неможно
Одной любовию пленить.
  
Что ж делать? Клясть любовный пламень,
Лить тайно слезы и вздыхать,
Пока адептов чудный камень
100 Мне не удастся отыскать
Или пока игра случая
Меня повыше не взведет.
Приди ж, минута золотая!
Гряди ко мне во цвете лет.
  
Приди, о время преблаженно!
Приди и право дай скорей
Повергнуть сердце уязвленно
К ногам владычицы моей;
Дай право мне просить награды
110 За страстный жар у алтаря, —
За чувство сладкой сей отрады
Я б не взял скиптра от царя.
  
А ты, Пленира иль Милена!
Не знаю, как тебя назвать,
Котора мне определенна,
Котору стал я обожать!
Внемли из стороны безвестной,
Клянусь земли и неба в слух,
Что буду вечно я нелестный
120 Тебе любовник, раб и друг.
  
Когда ж по самую кончину
С тобой мне должно розно жить,
То я прошу, молю судьбину
Мои дни горьки сократить:
Уединеньем веселиться,
Не видя близ себя друзей,
Лишь может Тимон, что гордится
Названием врага людей.
  


<1802>

Примечания

  1. 209. НРЛ — «Новости русской литературы», 1802, ч. 1, с. 58, подпись: И -ъ К -о, с прим. издателя: «Произведение анакреонтическое того же пера, чья в сей книжке первая ода „Бог“, с оборотами и замыслами превосходными». Название подсказано последними строками ст-ния Державина «К лире»: «Переладим струны вновь, Петь откажемся героев, А начнем мы петь любовь». Пиндар — см. прим. 85. Орион — см. прим. 107. И гром от них пошел с огнем — перефразировка строк Державина из стих. «К лире» («Гром от лиры раздавался И со струн огонь летел»). Крез — см. прим. 39. Сократ — см. прим. 18. Царь-диво — Петр I. Пленира — этим условным поэтическим именем Державин называл в стихах свою первую жену Екатерину Яковлевну Державину, урожденную Бастидон (1760—1794). Милена — условно-поэтическое имя второй жены Державина — Дарьи Алексеевны, урожденной Дьяковой (1767—1842). Тимон (V в. до н. э.) — житель Афин, резко порицавший современников за безнравственность и порвавший с ними всякое общение; позже — синоним человеконенавистника, мизантропа.
  2. Начальник султанского харема, всегда самый безобразный из черных невольников.(Прим. автора)
  3. Он в целую жизнь не мог выучиться считать выше пяти — и был женат.(Прим. автора)
  4. Редкий красавец. За сие одно достоинство император Адриан поставил ему по смерти храмы, назначил к ним жрецов, определил оракул и выбил в честь его медали. (Прим. автора)