РБС/ВТ/Курбский, Иван Михайлович

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Курбский, Иван Михайлович
Русский биографический словарь А. А. Половцова
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Кнаппе — Кюхельбекер. Источник: т. 9 (1903): Кнаппе — Кюхельбекер, с. 600—601 ( скан · индекс )РБС/ВТ/Курбский, Иван Михайлович в дореформенной орфографии
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


Курбский, князь Иван Михайлович, ум. в 1553 г., брат известного князя А. М. Курбского. Описывая осаду Казани войсками Иоанна IV в 1552 г., кн. Андрей Курбский так говорит о своем брате, не называя его по имени: "Брат мой родной первым взошел на городскую стену по лестнице, а с ним и другие храбрые воины... Потом, когда татары двинулись к болоту, за которым большой лес, мой брат застал их еще среди луга и, бросив поводья, так мужественно, так храбро врезался в передовой татарский отряд, что, по общему свидетельству очевидцев, трудно представить себе такого храбреца: дважды проехал он среди врагов, поражая их в разных направлениях. Когда же он врезался в татарские полки в третий раз, — ему помог один благородный воин и вместе с ним побивал басурман, так что с ограды казанской все смотрели и дивились, те же, которые не знали, что царь казанский сдался, думали, что это он ездит между своими татарами. Его ранили так сильно, что в ногах его было по пяти стрел, не считая прочих ран; но, по милости Божией, он остался жив, потому что на нем была крепкая броня. Он был так мужествен, что когда под ним ранили коня, и конь не мог уже двинуться с места, он выпросил другого коня у дворянина царского брата (т. е. двоюродного брата Иоанна IV, кн. Влад. Андр. Старицкого) и, забыв, а более того, не обращая внимания на свои сильные раны, бросился снова в басурманский полк, вместе с другими воинами, побивая татар, вплоть до самого болота. Воистину имел я такого брата, храброго, мужественного и добронравного, и к тому же весьма разумного, так что во всем христианском войске не было храбрее и лучше его; если бы кто нашелся, Господи Боже! да был бы таков же! Он был сильно любим мною и я желал бы душу свою положить за него и своей жизнью заплатить за его здоровье: он умер потом, на другое лето, от этих лютых ран".