РБС/ВТ/Хлопова, Мария Ивановна

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Хлопова, Мария Ивановна, дочь московского дворянина, невеста царя Михаила Федоровича. В 1616 г. царю пошел 20-ый год, и решено было его женить. Выбор царя пал на Хлопову. Невесту поместили в верхних хоромах царского дворца, нарекли царицей, дали ей новое имя «Анастасия» и стали уже поминать при богослужении. Вместе с царственным женихом она ездила в Троице-Сергиевскую лавру на богомолье. Во дворце с царской невестой поселились ее мать и бабка, отец же и дядя ежедневно ее навещали. Царь приблизил к себе родных невесты, в особенности же дядю ее Гавриила Васильевича Хлопова. Это обстоятельство не могло нравиться царскому родственнику и самому могущественному человеку при дворе, боярину Михаилу Михайловичу Салтыкову, и между ним и Г. В. Хлоповым не замедлило произойти столкновение. Однажды царю в Оружейной палате показывали турецкую саблю. Салтыков, заведовавший этой палатой, заявил, что и в Москве у него сделают такую. Спрошенный царем о своем мнении, Х. выразил сомнение в верности слов Салтыкова, и между соперниками произошел спор. Вскоре Салтыкову представился случай отомстить за оскорбление. Хлопова заболела, ее «рвало, и ломало нутро, и опухоль была». По мнению Гавр. Вас. Хлопова болезнь произошла от неумеренного употребления сладкого. О болезни доложили царю и его матери, и царь велел осмотреть невесту докторам, главный же надзор за лечением был поручен Салтыкову. Доктор Фалентин Бильс нашел, что у Хлоповой желудок не в порядке, но что от этой болезни «плоду и чадородию порухи не бывает». Осматривавший же затем больную лекарь Балсырь (Бальцер) нашел у больной желтую болезнь, от которой, впрочем, по его мнению, порухи чадородию не бывает. Доктор прописал лекарство, но родные, не доверяя ему, лечили больную и своими средствами: давали воду с мощей и камень «безуй». Несмотря на благоприятные отзывы врачей и на то, что Хлопова вскоре выздоровела, Салтыков объявил царю, что доктора нашли у ней неизлечимую болезнь. Он восстановил против Хлоповой и тетку свою, мать царя. Дело о Хлоповой было передано на решение боярской думы, которая объявила, что «царская невеста к государевой радости не прочна». Ее сослали с «верху», где она прожила всего шесть недель. Хлопова поселилась у бабки своей, Феодоры Желябужской. Через 10 дней ее вместе с бабкой, теткой и двумя дядями Желябужскими сослали в Тобольск и разлучили таким образом с матерью и отцом, который был послан на воеводство в Вологду. Осенью 1619 г. Хлопова и Желябужские были переведены в Верхотуры, где они пробыли немного более года, так как уже 30 декабря 1620 г. была отправлена в Верхотуры грамота о том, что царь пожаловал свою бывшую невесту с родными ее для отца своего Великого Государя Святейшего Патриарха Филарета Никитича и велел перевести их в Нижний Новгород. Выехать во вновь назначенный для пребывания город Хлопова и Желябужские могли не раньше февраля 1621 г., так как только 4 февраля приехал в Верхотуры человек Ивана Хлопова, привезший царскую грамоту. Царь не покидал между тем мысли жениться на прежней невесте. Когда после неудачных переговоров о браке с иностранными принцессами ему предложили выбрать невесту из русских девиц, он отвечал: «обручена мне царица, кроме ее не хочу взять иную». В это же время в Москве стало известно, что Хлопова, живущая в Нижнем Новгороде, совершенно здорова. По совету патриарха Филарета решено было расследовать дело о болезни Хлоповой. 15 сент. 1623 г. царь в присутствии бояр сам допрашивал доктора Бильса и лекаря Балсыря, которые повторили свои прежние слова. Очная ставка их с Салтыковым обнаружила его обман. 19 сентября царь с патриархом допрашивали отца и дядю Хлоповой, из которых последний подробно объяснил все обстоятельства, предшествовавшие болезни царской невесты, и рассказал о ссоре с Салтыковым. Духовник Хлоповой показал, что она всегда была здорова. После этого в Нижний Новгород был послан боярин Ф. И. Шереметев с несколькими другими лицами, в числе которых были и врачи, для допроса Хлоповой и живших с нею родных. Следователям велено было «к Хлоповой держать честь и бережение во всем и деньги и запаси всякие на ее обиход давать, чтобы ей скудости и недостатка ни в чем не было». При допросе Хлопова объявила, что болезнь ее «учинилась от супостат». Следователи пришли к заключению, что Хлопова вполне здорова. Когда следствие было окончено, Ф. И. Шереметев по царскому повелению выдал Хлоповой 300 руб. и запасы хлебные и медвяные. Салтыковы подверглись опале и были высланы из Москвы. Однако царю не пришлось привести в исполнение свое желание. Мать его, старица Марфа Ивановна, продолжала быть против Хлоповой и объявила, что не быть ей в царстве перед сыном, если Хлопова будет царицей. Несмотря на то, что патриарх Филарет был за брак с Хлоповой, Михаил Федорович не хотел идти против воли матери. 1 ноября была послана к Шереметеву грамота с приказом объявить Ивану Хлопову, что государь дочь его Марию взять за себя не изволил. Ивану Хлопову приказано было ехать в его Коломенскую вотчину, а Мария Ивановна с бабкой и дядями оставлена в Нижнем Новгороде. Корму им было велено давать вдвое против прежнего. Для житья Хлоповой был дан выморочный двор Козьмы Минина. Хлопова скончалась в Нижнем Новгороде в 1633 г., не позже марта месяца, так как 31 марта ее двор был отдан князьям Черкасским.

«Собрание государственных грамот и договоров», ч. III, № 63—65. — «Акты Историч.», т. III, № 80 и 91. — «Акты, собранн. Археограф. Экспедицией», т. III, № 218. — «Полн. собр. русских летописей», т. V, стр. 55. — Соловьев: «Ист. Росс.», т. IX, гл. 3. — Забелин: «Домашний быт русских цариц», гл. 3.