Размышление о Совнаркоме и о собаке (Аверченко)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Размышление о Совнаркоме и о собаке
автор Аркадий Тимофеевич Аверченко
Опубл.: 1918. Источник: Аверченко А. Т. Собрание сочинений: В 13 т. Т. 11. Салат из булавок. — М.: Изд-во "Дмитрий Сечин", 2015. — az.lib.ru • Впервые: Свободные мысли, 1918, 21 октября.


С большим огорчением прочел о новом плане советского правительства.

Я очень люблю большевиков, считаю их умными, честными, талантливыми и полезными для России.

Подумать только — сколько они добра принесли России! Как все хорошо устроили!

Вся Россия любит и благословляет большевиков. И я тоже люблю и благословляю большевиков.

Очень, очень милые.

И потому я с огромным огорчением и печалью прочел странные сообщения московских газет об их предполагаемом отъезде.

Недоумеваю: как может население Москвы и Петрограда отпускать от себя эту роскошную власть… Да я бы зубами в них вцепился.

На заседании совнаркома заявлено будто бы, что если иноземцы оккупируют Москву и Петроград, — совнарком переберется на Волгу, в Нижний, а если чужестранцы возьмут и Волгу, то совнарком переберется на Урал, в Екатеринбург.

То-то там радости будет!

Москва и Петроград оденутся в траур, а в Екатеринбурге — радостный перезвон колоколов…

Да, ничего не поделаешь, так уж устроено: если чужестранцы доберутся и до Екатеринбурга — куда двинутся большевики? Терять любимое — горше всего.

*  *  *

Не знаю почему, вспомнилась мне одна забавная историйка, которую я прочел, будучи еще ребенком.

Два приятеля стояли на берегу и с любопытством следили за собакой, которая имела недвусмысленное намерение выкупаться в реке.

— С чего это она? — спросил один приятель другого.

— Жарко очень. Да и главное блохи одолели.

Собака же, очевидно, принадлежала к партии «постепеновцев». Сначала вошла в мелкую воду, замочив только кончики лап.

Затем продвинулась немного глубже.

Вода доходила ей уже по брюхо.

Сделала еще три шага. Вода покрыла спину. Только голова и шея торчали из воды.

Еще шаг — одна макушка, нос, да умный черный глаз виднелся из воды.

Р-раз! Собака целиком скрылась под водой, нырнула и выскочила на берег — бодрая, освеженная, будто на свет Божий народившаяся.

— Почему она так странно вела себя? — спросил один приятель другого.

— То есть?

— Почему она не сразу прыгнула в воду, а входила постепенно?

— А-а, брат! Ты и представить себе не можешь, какая это умная собака. Настоящий немецкий пес. Видишь ли: если бы она бросилась в воду сразу, то все блохи, которые прятались в ее длинной густой шерсти — так бы и остались на ней. А ежели постепенно, то совсем другая музыка. Она окунула лапы в воду — и блохи перепрыгнули с лап на брюхо; окунала брюхо — блохи перебрались на спину; а когда и спина оказалась неблагополучной по воде — они перебрались еще выше. Кончилось тем, что все блохи столпились на кончике ее носа — а здесь уже плевое дело избавиться — часть языком слизнула, часть течением унесло.

И долго еще оба приятеля, стоя на берегу, дивились разуму хитрой немецкой собаки.

*  *  *

Вот рассказал я не идущую к делу историйку о собаке, надеясь и читателя позабавить да и себя развлечь.

Да невесело что-то.

Все время в мозгу сидит забота о большевиках: куда они денутся, если иноземец дойдет до Екатеринбурга…

Останется для них Сибирь…

Единственный выход…