Рождественский рассказ (Аверченко)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Рождественский рассказ
автор Аркадий Тимофеевич Аверченко
Опубл.: 1908. Источник: Аверченко А. Т. Собрание сочинений: В 13 т. Т. 1. Весёлые устрицы. — М.: Изд-во "Дмитрий Сечин", 2012. — az.lib.ru • Вошли в альманах «Стружки» журнала «Сатирикон» [1909]


Два небольших худощавых черта решили украсть в ночь под Рождество — Меньшикова.

В предприятии этом было более озорства, чем действительной необходимости, но эти два черта, к сожалению, были народ горячий и непрактичный, делавший все по первому побуждению.

Украли они в то время, когда он в стареньком халатике ходил по комнатам и, мурлыча псалмы, ругал кухарку за то, что она утаила, возвратившись с рынка, пять копеек.

— Грабишь ты меня, подлая старушонка, — визжал хозяин, размахивая руками.

— Тебя ограбишь! Гляди ты… Такой мозглявый, а злости в ем целый пуд с фунтами…

— Молчи, корявая! Подавись моим пятаком! Я, по христианскому смирению своему, прощаю тебя, чтоб ты, ради Рождества Христова, лопнула!

Черти перемигнулись и, схватив Меньшикова под руки взяли с места в карьер.

— Инородческое засилье, — подумал Меньшиков.

Сначала он впал в уныние, но когда по дороге узнал, что его везут бесплатно — повеселел.


Когда мрачные своды ада поглотили несущуюся тройку, черти поставили Меньшикова на пол и, тяжело дыша, присели.

Будучи предоставлен самому себе, Меньшиков съежился и потихоньку пошел вперед…

По дороге он нашел валявшуюся щепочку и ржавую гайку… Поднял эти предметы и положил за пазуху.

Встретив молодого черта, беззаботно размахивавшего в углу коротким хвостом, Меньшиков строго обратился к нему с вопросом:

— Где главный черт?

— Налево по коридору.

— То-то, вот… Налево по коридору! Все вы — лентяи, лежебоки! Чем делом таким заниматься, без толку хвосты треплете.

Отыскав не без труда главного черта, Меньшиков вежливо поклонился ему и сказал:

— Я право, не понимаю вас! Распустили публику до того, что смотреть противно!.. Инвентарь в беспорядке, по дороге ценные предметы валяются брошенными, как попало… Молодежь не уважает старших, время проводит в разных соблазнительных забавах. Пока не поздно — советую вам обратить ваше внимание!

Главный черт сконфузился.

— Говорил я им! Так разве это черти? Люди какие-то, извините за выражение!

Меньшиков скорбно покачал головой.

— Нехорошо, молодой человек, нехорошо! Есть у меня проектец один — искоренения ваших беспорядков… но раньше я должен сказать два слова о тех инородцах, которые несли меня. Они, представьте, с идеями, а о вас говорили такое… Позвольте, впрочем, вашу ушную раковину…

Меньшиков долго шептал, что-то главному черту, который хмурился все более и более.


Жизнерадостного черта, размахивавшего перед Меньшиковым хвостом, высекли. Хранитель гаек был отстранен от должности за нерадение по службе, истопнику был объявлен за щепочку выговор, а экспансивные черти, принесшие Меньшикова, до сих пор томились в предварительном заключении.

Впрочем, против них был восстановлен не один главный черт. Все население, узнав, что именно эти черти принесли Меньшикова, страшно возмущалось ими и грозились при выходе заключенных из тюрьмы, расправиться своими средствами.

Прежняя веселая адова жизнь исчезла.

Все ходили, как накрахмаленные, и когда кто-либо видел вдали сгорбленную фигуру и слышал шаркающие шаги Меньшикова — давал другим знак. Все замолкали или начинали благонамеренную беседу о высокой температуре и вздорожании грешников…

— Здравствуйте, детки, — ласково говорил, подходя Меньшиков. — Работаете? Молодцы, я за вас замолвлю словечко кому следует. Постой… А это что у тебя за бумажка во рту спрятана? А ну-ка, дай ее мне посмотреть… Нет, ты не упирайся дьяволенок! Дай-ка ее, дай!.. А-а… хорошо-с. Так вы вот какими делами занимаетесь… Отметим-с! Отметим-с!

Он во все входил, всех распекал, ссорил разными сплетнями самых дружных чертей и, в конце концов, достиг того, что его ненавидели и боялись как огня.

Однажды черти подучили двух инициаторов кражи Меньшикова поговорить с ним начистоту и серьезно.

Они подошли к Меньшикову и робко сказали:

— Скучаете, Михаил Осипович?

— Нет, отчего же, детки. Дела всегда много.

— Ну уж, не скромничайте… Жарко здесь, беспорядочно… Небось, на землю опять не прочь вернуться? Мы бы и отнесли вас обратно, а?

Меньшиков смолчал, а потом пошел и донес, что черти ропщут на жару и беспорядок, а его, якобы, уговаривали бросить начатую работу и вернуться на землю.


Звезда Меньшикова стала разгораться ярким пламенем… Ему уже платили за строку доноса по полтиннику.

Но однажды, обнаглев, он дошел до того, что стал учить чертей богомольности.

Этого и начальство не могло вынести.

Поморщилось и велело выбросить Меньшикова обратно, даже без сохранения пенсии и мундира.

Черти опять принесли Меньшикова на землю и поставили, как и в момент похищения, перед кухаркой.

— А говядину покупаешь третий сорт, да показываешь первый! Знаем мы вас, кухарок!

— Врешь, подлый мужичонка! Чтоб тебя черти взяли!

— Держи карман шире… — угрюмо сказали печальные похудевшие черти и потихоньку вышли из комнаты.