Страница:Андерсен-Ганзен 2.pdf/258

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана


Сказочникъ слушалъ, слушалъ и совсѣмъ задумался, но мысли болотницы забѣгали впередъ, и ей хотѣлось поскорѣе положить этому думанью конецъ.

— Ну, теперь насмотрѣлись на это сокровище! Знаете теперь, въ чемъ тутъ дѣло! Но есть кое-что поважнѣе, чего вы еще не знаете: блуждающіе огоньки въ городѣ! Это поважнѣе всякой поэзіи и сказки. Мнѣ бы слѣдовало, конечно, держать языкъ за зубами, но судьба сильнѣе меня, на меня точно нашло что-то, языкъ такъ вотъ и чешется! Блуждающіе огоньки въ городѣ! Вырвались на волю! Берегитесь ихъ, люди?

— Ни слова не понимаю!—сказалъ сказочникъ.

— Присядьте, пожалуйста, на шкафъ!—сказала старуха.—Только не провалитесь въ него, да не перебейте бутылокъ! Вы, вѣдь, знаете, что́ въ нихъ. Я разскажу вамъ сейчасъ о великомъ событіи; случилось оно не далѣе, какъ вчера, но случалось и прежде. Длиться же ему еще триста шестьдесятъ четыре дня. Вы, вѣдь, знаете, сколько дней въ году?

И она повела разсказъ.

— Вчера въ болотѣ была такая суетня! Праздновали рожденіе малютокъ! Родилось двѣнадцать блуждающихъ огоньковъ изъ того сорта, что могутъ по желанію вселяться въ людей и дѣйствовать между ними, какъ настоящіе люди. Это великое событіе въ болотѣ, вотъ почему по болоту и лугу и началась пляска. Плясали всѣ блуждающіе огоньки—и мужского и женскаго пола. Среди нихъ есть и женскій полъ, но о немъ не принято упоминать. Я сидѣла на шкафу, держа на колѣняхъ двѣнадцать новорожденныхъ огоньковъ. Они свѣтились, какъ Ивановы червячки, начинали уже попрыгивать и съ каждою минутою становились все больше и больше. Не прошло и четверти часа, какъ всѣ они стали величиной со своихъ папашъ или дядюшекъ. По древнему закону блуждающіе огоньки, родившіеся въ такой-то часъ и минуту, при такомъ именно положеніи мѣсяца, какое было вчера, и при такомъ вѣтрѣ, какой дулъ вчера, пользуются особымъ преимуществомъ, принимать человѣческій образъ и дѣйствовать, какъ человѣкъ—но, конечно, сообразно съ своею натурой—цѣлый годъ. Такой блуждающій огонекъ можетъ обѣжать всю страну, даже весь свѣтъ, если только не боится упасть въ море или погаснуть отъ сильнаго вѣтра. Онъ можетъ прямехонько вселиться въ человѣка, говорить за него, двигаться и дѣйствовать по своему усмотрѣнію.


Тот же текст в современной орфографии


Сказочник слушал, слушал и совсем задумался, но мысли болотницы забегали вперёд, и ей хотелось поскорее положить этому думанью конец.

— Ну, теперь насмотрелись на это сокровище! Знаете теперь, в чём тут дело! Но есть кое-что поважнее, чего вы ещё не знаете: блуждающие огоньки в городе! Это поважнее всякой поэзии и сказки. Мне бы следовало, конечно, держать язык за зубами, но судьба сильнее меня, на меня точно нашло что-то, язык так вот и чешется! Блуждающие огоньки в городе! Вырвались на волю! Берегитесь их, люди?

— Ни слова не понимаю! — сказал сказочник.

— Присядьте, пожалуйста, на шкаф! — сказала старуха. — Только не провалитесь в него, да не перебейте бутылок! Вы, ведь, знаете, что в них. Я расскажу вам сейчас о великом событии; случилось оно не далее, как вчера, но случалось и прежде. Длиться же ему ещё триста шестьдесят четыре дня. Вы, ведь, знаете, сколько дней в году?

И она повела рассказ.

— Вчера в болоте была такая суетня! Праздновали рождение малюток! Родилось двенадцать блуждающих огоньков из того сорта, что могут по желанию вселяться в людей и действовать между ними, как настоящие люди. Это великое событие в болоте, вот почему по болоту и лугу и началась пляска. Плясали все блуждающие огоньки — и мужского и женского пола. Среди них есть и женский пол, но о нём не принято упоминать. Я сидела на шкафу, держа на коленях двенадцать новорожденных огоньков. Они светились, как Ивановы червячки, начинали уже попрыгивать и с каждою минутою становились всё больше и больше. Не прошло и четверти часа, как все они стали величиной со своих папаш или дядюшек. По древнему закону блуждающие огоньки, родившиеся в такой-то час и минуту, при таком именно положении месяца, какое было вчера, и при таком ветре, какой дул вчера, пользуются особым преимуществом, принимать человеческий образ и действовать, как человек — но, конечно, сообразно с своею натурой — целый год. Такой блуждающий огонёк может обежать всю страну, даже весь свет, если только не боится упасть в море или погаснуть от сильного ветра. Он может прямёхонько вселиться в человека, говорить за него, двигаться и действовать по своему усмотрению.