ные пути из ю.‑в. Англии к Ирландскому м. и в Шотландию. Именно здесь возник один из важнейших ж.‑д. узлов Англии — Кру (Crewe), где скрещиваются 6 ж.‑д. линий. Значительным ж.‑д. узлом является и административный центр графства Честер (см.). Площадь Ч. 2.640 км²; население 1.087.545 человек (1931). Ч. аграрно-индустриальный район со значительным молочным хозяйством («честерский» сыр). Промышленность развита только на п‑ове, особенно в устьи реки Мерси, где против Ливерпуля (см.) расположен ряд индустриальных центров — Биркенхед и другие.
ЧЕШИХИН, Василий Евграфович (1866—1923) (литер. псевд. Ч.‑Ветринский), историк русской литературы и общественной мысли (преимущественно 40‑е и 60‑е гг. 19 в.), журналист. Сын чиновника, окончил физико-математический факультет Петербургского ун-та. За причастность к народовольческому движению подвергался репрессиям. Печатался во многих изданиях: «Рус. ведомостях», «Историческом вестнике», в разных провинциальных газетах, в 5‑томной «Истории русской литературы 19 в.» (изд. «Мир»), в б‑томной «Великой реформе» (изд. Сытина, 1911) и др. Автор многих популярных книжек по рус. литературе. Последователь историко-культурного направления в литературоведении. Его работы буржуазно-либерального направления представляют интерес по собранному в них обильному фактическому материалу.
Главные труды Ч.: Грановский и его время, М., 1897 (2 издание, СПБ, 1905); В сороковых годах, Москва, 1899; Герцен, СПБ, 1908; Н. Г. Чернышевский, П., 1923; Глеб Иванович Успенский, М., 1929.
Лит.: Словарь членов Об-ва любителей российской словесности, Москва, 1911; Владиславлев И. В., Русские писатели, 4 издание, Москва—Ленинград, 1924, стр. 238.
ЧЕШСКАЯ ГУБА, залив в вост. части Баренцова моря под 68° с. ш. и 47° в. д. Ширина при входе до 74 км, южнее доходит до 90 км. Глубины достигают на С. 70 м, на Ю. они меньше, но достаточные для прохода небольших судов и карбасов. Берега б. ч. отлоги. В глубь страны — тундра. В низовьях рек оседлое русское население, занимающееся рыбными промыслами, отчасти оленеводством и охотой на песцов и нерпу. Ненцы (самоеды) прикочевывают сюда летом со стадами оленей. Два-три раза в навигацию в Ч. г. заходят пароходы из Архангельска. Наиболее крупные поселения — Ома (16 домов, сельсовет, кооператив) и Пеша Нижняя (17 домов, школа, больница).
ЧЕШСКАЯ ЛИТЕРАТУРА. В своем начале (13 в.)чешская литература носит церковно-схоластический характер. В 14 в. под влиянием немецкой литературы возникают новые формы: басни, сатиры, светские песни, рыцарские романы («Ткадлечек») и поэмы (чешская «Александреида», «Далимилова хроника» в стихах). Сохранились и отдельные образцы средневековой городской поэзии, песни ремесленников и бродячих студентов (напр.«Сатира о ремесленниках»). В 14 в. Прага была центром средневековой науки и искусства. В Пражском ун-те оформлялись идейные предпосылки движения гуситов и таборитов (см.). При Яне Гусе (см.) и продолжателях его дела Яне Жижке и Прокопе Голом чешский язык занимает господствующее положение в литературном обиходе, вытесняя средневековый латинский язык. От этой бурной эпохи крестьянских движений остались памятники письменности в форме манифестов партий, пламенных воззваний, памфлетов, хроник и гуситских духовных песен. Сам Гус явился автором ряда таких песен. Стихотворный памфлет, сатира и гимн превратились в этот период, особенно у таборитов, в мощное оружие пропаганды. Весьма характерны полемические и боевые песни таборитов, которые распевались ими во время походов и сражений. Это гимнотворчество продолжало развиваться и после уничтожения движения таборитов, однако уже в форме духовной и сектантской поэзии, оказавшей большое влияние на литературу эпохи Реформации. В период наступившего после гражданской войны затишья возникает книгопечатание. Наряду с наукой (Тихо де Браге, Кеплер, Залузянский и др.) развивается и литература (особенно в 16 веке); появляется много переводных книг, дидактических сочинений, хроники и даже первая чешская газета (1515). Община богемских братьев, во главе которых стоял своеобразный мыслитель Петр Хельчицкий[ВТ 1] (см.), выдвинула значительных поэтов и писателей (Н. Дачицкий, 1555—1626, Даниел Адам из Велеславина, 1545—99 и др.).
В период 30‑летней войны и католической реакции Чехия подверглась опустошению, и ее культура была уничтожена. Небольшая группа ученых (знаменитый гуманист Ян Амос Коменский, Карл из Жеротина и др.) бежала за границу. К концу 18 в. Ч. л. почти пряностью замерла. Поэзия тлела в форме устных песен и сказаний в крестьянской среде. Редкие сохранившиеся образцы творчества того времени («Сельский отче наш», «Песня о панских приказчиках» Иржи Вольного, стихи крестьянина самоучки Ф. Кавака и др.) отражают безысходное положение крестьянства и его борьбу против шляхты (бунт 1775).
Новая эпоха Ч. л., известная под названием «чешского возрождения» (нач. 19 в.), связана с подъемом национального движения во всей Европе. Носителем «чешского возрождения» была преимущественно мелкая городская буржуазия, опиравшаяся на зажиточное крестьянство. Стремясь к созданию «национальной» культуры, чешская интеллигенция (в большинстве своем клерикальная) принялась за изучение чешского языка (сохранившегося к тому времени только в низших слоях населения), средневековой Ч. л. и отдельных периодов чешской истории (Пельцель, Добровский, Неедлый и др.). Появляются первые чешские писатели (братья Там, Я. Пухмайер, Г. Гневковский, 3. Поляк), их произведения — оды, басни, идиллические стихи — отмечены сильным влиянием немецкой литературы (Клопшток, Гесснер и другие).
Большое значение как для национального движения, так и для развития литературы имела деятельность В. Ганки (см.) и его «дружины» (Ф. Свобода, И. Линда). В период 1816—19 Ганка «открыл» (на самом деле подделал со своими соратниками) ряд «древних» рукописей, из которых особенно нашумела «Краледворская рукопись»[ВТ 2] (см.), якобы представлявшая фрагмент большой эпической поэмы из «славного» прошлого чешской истории. Ее появление создало известную идейную основу для национального объединения различных слоев населения и оказало влияние на создание панславистского движения в целом. «Открытые» Ганкой «памятники письменности» стимулировали развитие чешского языка и литературы. Значительно способствовала этому и деятельность таких крупных вождей национального возрождения, как
