Страница:20 месяцев в действующей армии (1877—1878). Том 1 (Крестовский 1879).djvu/456

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана

дила вся кавалерія отряда, была обязана слѣдовать вдоль и вверхъ рѣки Тунджи, стараясь дѣйствовать обходами. Непріятель поджидалъ генерала Гурко верстахъ въ восьми впереди города; имѣя въ строю два батальона анатолійскаго низама,

    тальоновъ, 14½ эскадроновъ и сотень и съ 16-ю орудіями [4-я стрѣлковая бригада, двѣ сотни пластуновъ, одна бригада болгарскаго ополченія, гвардейскій полуэскадронъ, драгунская бригада, уральская сотня, Кіевскій гусарскій и 21-й донской полки, конно-піонерный дивизьонъ и вся конная артиллерія.]. У деревни же Хаинкіой, въ видѣ арріергарда, были оставлены четыре батальона съ горною артиллеріею и шесть сотень [Двѣ бригады болгарскаго ополченія, 14 горныхъ орудій и 26-й донской полкъ, двѣ сотни котораго, какъ сказано выше, находились 14-го іюля у Іени-Загры.], подъ начальствомъ генералъ-маіора Столѣтова, которому генералъ Гурко приказалъ двинуться съ арріергардомъ, вслѣдъ за главными силами отряда 5-го іюля вечеромъ, или 6-го утромъ. Къ сожалѣнію, у меня нѣтъ пока никакихъ свѣдѣній, которыя могли бы вполнѣ выяснитъ: почему генералу Столѣтову было приказано выступить изъ Хаинкіоя именно въ означенное время? Вѣроятно, потому, что въ передовомъ отрядѣ было достовѣрно извѣстно, что къ этому времени непремѣнно подойдетъ изъ-за Балканъ пѣхотная бригада генералъ-маіора Борейши для занятія Хаинкіойскаго перевала. Дождался ли генералъ Столѣтовъ этой бригады, или же выступилъ ранѣе ея прихода, неуклонно слѣдуя предписанію начальника передоваго отряда — тоже мнѣ не извѣстно, хотя выяснить это было бы не лишнимъ, въ виду толковъ, ходившихъ у насъ нѣкоторое время, будто, вслѣдъ за выступленіемъ генерала Столѣтова, Хаинкіойскій перевалъ, доставшійся намъ хотя и безъ боя, но съ величайшими трудностями и составлявшій пока единственный путь сообщенія передоваго отряда съ главными силами дѣйствующей арміи, остался вовсе не обезпеченнымъ, безъ всякаго прикрытія, что̀ было очень рискованно, такъ какъ четыре турецкіе табора и черкесы съ баши-бузуками, дравшіеся съ нами наканунѣ у Орезари, не были уничтожены, а только отступили по направленію къ Сливно (да и одни ли только они могли тамъ находиться?) и, стало-быть, пользуясь движеніемъ передоваго отряда къ Казанлыку, эти непріятельскія силы свободно могли во всякое время занять Хаинкіойское ущелье и отрѣзать намъ единственный путь сообщенія съ придунайской Болгаріей. Таковы были толки, но до какой степени простиралась ихъ основательность — судить не берусь, такъ какъ это могутъ выяснить только свидѣтельства непосредственныхъ участниковъ забалканской экспедиціи и имѣющіеся у нихъ офиціальные документы.
    4-го іюля, по дорогѣ изъ Хаинкіоя въ Маглишъ [Маглишъ (или Маглисъ) лежитъ на половинѣ дороги изъ Хаинкіоя въ Казанлыкъ.], сотня казаковъ, шедшая во главѣ авангарда генерала Гурко, около десяти часовъ утра, вдругъ была встрѣчена сильнымъ ружейнымъ огнемъ изъ-за земляныхъ заборовъ и изъ садовъ деревни Уфлани. Чтобы выбить непріятеля изъ его крѣпкой позиціи, преградившей отряду дальнѣйшій путь къ Казанлыку, пришлось развернуть всю стрѣлковую бригаду и выдвинуть впередъ конную артиллерію (10 орудій). Послѣ упорнаго сопротивленія, турки наконецъ были выбиты изъ деревни штыками. Стрѣлки удачно преслѣдовали ихъ съ фронта, а драгуны и кіевскіе гусары, отчасти заскакавшіе даже въ тылъ противника, настойчиво насѣдали съ праваго фланга. Въ дѣлѣ особенно отличились штыковою атакою 13-й и