Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 13.pdf/400

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана


— Интенданта! — сердито отвечал деньщик.

— Пошел!

Сзади ехала повозка, в которой сидел жолтый, обвязанный офицер.

— Коляски возят... накрали, — ворчал жолтый офицер, трясясь на телеге. За офицером шли зарядные ящики какого то парка. За ящиками⟩

* № 40 (рук. № 75. T. I, ч. 2, гл. XX).

Рота Брыкова совершила геройский поступок, удививший всю армию. Она пробилась, как говорили, на штыки сквозь два батальона французских гренадер. Вот как это случилось. В то время, как искупительной жертвой в центре уничтожались два батальона мушкатер и рота Тушина, и на правом фланге в третий раз ходили в штыки, до половины уменьшенные, измученные роты гренадер, чтобы удержать за собой хоть еще на полчаса опушку леса, за которым отступали наши, в это время на левом нашем фланге[1] ⟨офицеры и нижние чины еще менее знали о том, что делалось вообще, чем знали спорившие между собой полковые командиры, гусарский и пехотный. Рота капитана Брыкова стояла в цепи перед ручьем, одной стороной примыкая к мельнице, другою к саду и домику, против которого был мостик. Солдаты других рот собирали дрова, французов не было видно, только слышна была сильная канонада и перестрелка, похожая на трескотню в камине, верстах в двух направо. Перемирие и слух о мире, проникнувший и в роту, расположил к мирным предположениям. Теперь эту перестрелку объясняли тем, что отряд их возвращается назад по той же дороге, по которой пришел, что вся кутузовская армия стоит сзади, и потому слышимую перестрелку объясняли авангардным делом, считая себя в ариергарде.[2]

Изнуренность, усталость и, главное, скука царствовала над этой ротой. Впереди им ничего не было видно, кроме пустых полей, сзади виднелись свои в лесу, таскавшие дрова, и всё одно и то же два часа сряду, с тех самых пор, как привели сюда. Те же слышались [звуки], как трещание сырых дров в камине, перепалка налево. И звуки эти, сначала возбудившие их, теперь стали скучны, как трещание дров в унылый осенний вечер. В воздухе было сыро, холодно, что особенно чувствительно на голодный желудок после бессонной ночи. Брыков сидел на барабане и, опершись руками на колени, засыпал, опускался, сердито оглядывался,

  1. На полях: Генерал. Брыков его гонит и не слушает. Можно рота за дровами. Долохов оставлен. Только поспорили. Генерал подъехал к Брыкову спросить
  2. Зачеркнуто: Капитан Брыков ⟨сидел⟩ лежал у самой мельницы под навесом ⟨и дремал, стараясь просыпаться⟩ рассказывал историю. Долохов лежал с другими солдатами правее мельницы в своей синей шинели и, сняв кивер, достал бумагу и карандаш и писал что то. Долохов лежал с Гарсонкой и гладил. Скука царствовала.
397