Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 17.pdf/482

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана

невольно от настоящего перейдя к 1825 году». Творчески этот «переход к 1825 году», надо думать, ни в чем не выразился, по крайней мере, в бумагах Толстого нет ничего относящегося к этой стадии работы. Затем, перенесшись мыслью к молодости своего героя, автор увлекся эпохой 1812 года. Но для понимания последней Толстому представилось необходимым обратиться к событиям 1805 г. Так возник «Тысяча восемьсот пятый год», впоследствии развернувшийся в «Войну и мир».

Одно из начал «Тысяча восемьсот пятого года», носящее заглавие: «С 1805 по 1814 год» еще связано с оставленными «Декабристами». Первый абзац этого начала читается: «Тем, кто знали князя Петра Кириловича Б. в начале царствования Александра II в 1850-х годах, когда Петр Кирилыч был возвращен из Сибири белым как лунь стариком, трудно бы было вообразить себе его беззаботным, бестолковым и сумасбродным юношей, каким он был в начале царствования Александра I, вскоре после приезда своего из-за границы, где он по желанию отца оканчивал свое воспитание».[1]

С другой стороны, действие в «Войне и мире» доведено до конца 1820 года. В первой части эпилога Пьер Безухий — член тайного общества, возмущающийся Аракчеевым, кн. А. Н. Голицыным, Магницким. Его жадно слушает будущий декабрист Николенька Болконский. Последние главы первой части эпилога «Войны и мира» могли бы быть первыми главами романа «Декабристы»...

Снова вернулся к замыслу «Декабристов» Толстой в 1877 году.

По окончании работы над правкой текста «Анны Карениной» для отдельного издания романа в июне-июле этого года, наступил период поисков темы нового произведения. Толстой снова обратился к сюжету исторического романа, и снова всплыла тема Петра I, но теперь зрел замысел произведения, действие в котором должно было развиваться в крестьянской среде. Об этом говорит запись С. А. Толстой под 25 октября 1877 г.[2]

А в ноябре Толстой уже читает книги по истории царствования Николая I, в частности «Описание Турецкой войны 1828 и 1829 гг.» Н. Лукьяновича.

За материалами по этой эпохе Толстой в последних числах декабря съездил в Москву, по возвращении откуда писал в первых числах января гр. А. А. Толстой, что у него «давно бродит в голове план сочинения, местом действия которого должен быть Оренбургский край, а время — Перовского». Приступ к осуществлению этого замысла можно видеть в набросках «Князь Федор Щетинин». [3]

Запись С. А. Толстой в ее тетради «Мои записи разные для справок» под 8 января 1878 г. отмечает новый поворот в замысле: «Со мной, — записала Софья Андреевна, — происходит что-то похожее на то, когда я писал «Войну и мир», — сказал мне сейчас Лев Николаевич с какой-то

  1. Рукопись этого «начала» хранится в ГТМ. Факсимильно воспроизведено в ПТСО, стр. 23.
  2. См. стр. 634.
  3. Об этом подробнее см. в статье П. С. Попова, стр. 690—691.
472