Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 26.pdf/532

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана


*№ 9.

К главе IV.

Въ судѣ Иванъ Ильичъ замѣчалъ или думалъ, что замѣчаетъ, что на него приглядываются, какъ на человѣка, имѣющаго скоро опростать мѣсто. И если старались уменьшить его работу, брать ее на себя, то, ему казалось, только для того, чтобы меньше и меньше онъ занималъ мѣста, а потомъ бы и вовсе стереть его. Все это ему смутно казалось, накладывая новыя тѣни на его все омрачающую жизнь; но онъ не сознавалъ этаго ясно и боролся по инерціи съ однимъ только желаніемъ не сдавать — быть тѣмъ, чѣмъ онъ былъ прежде. Ему казалось, что онъ прежде былъ чѣмъ-то.[1]

*№ 10.

К главе IV.

И странное, ужасное дѣло, такое, котораго никакъ не ожидалъ Иванъ Ильичъ, ширмы семейной жизни, любовь къ семьѣ, забота о женѣ, дѣтяхъ, то самое, что онъ часто выставлялъ какъ главный мотивъ его дѣятельности, какъ оправданіе многихъ и многихъ поступковъ, въ которые онъ самъ вѣрилъ, — эта приманка къ жизни исчезла прежде всѣхъ другихъ, исчезла сразу безвозвратно и нетолько никогда не могла успокоивать его, но эти отношенія его къ женѣ, дѣтямъ только раздражали его.

Сразу, какъ только она посмотрѣла сквозь эти ширмы, онъ понялъ, что все это хуже, чѣмъ вздоръ, что это былъ обманъ съ его стороны, что онъ никогда ничего не дѣлалъ для семьи, для дѣтей, что онъ все дѣлалъ для себя и пользовался только этимъ предлогомъ для того, чтобъ, скрывая свой эгоизмъ, дѣлать то, что ему пріятно. И ложь эта теперь ему была противна. Онъ къ женѣ чувствовалъ нетолько равнодушіе, но гадливость при воспоминаніи о прежнихъ отношеніяхъ; и досаду, злобу даже за ея равнодушіе къ его смерти и притворство заботы о его положеніи, которое онъ видѣлъ, что она признаетъ безнадежнымъ.

Къ дочери было тоже чувство. Онъ видѣлъ, что она тяготится его положеніемъ. Сына было жалко немножко за то, что онъ придетъ, рано ли, поздно ли, къ тому же отчаянію и той же смерти.

Главное же, между нимъ и семьею было лжи, лжи ужасно много. Эти поцѣлуи ежедневные, эти денежныя отношенія, эти соболѣзнованія ежедневныя, одинакія, эти предложенія ходить за нимъ, ночевать въ его комнатѣ, дѣлаемыя со страхомъ, какъ бы онъ не принялъ ихъ, — все это была ложь, и было гадко.

  1. Зачеркнуто: Такъ шло мѣсяцъ и два. Передъ новымъ годомъ приѣхалъ въ ихъ городъ его шуринъ и остановился у нихъ. Иванъ Ильичъ былъ въ судѣ. Прасковья Ѳедоровна ѣздила зa покупками. Войдя къ себѣ въ кабинетъ, онъ засталъ тамъ шурина, здороваго сангвиника. самого раскладывающаго чемоданъ. Онъ поднялъ голову на шаги Ивана Ильича, поглядѣлъ на него секунду молча.
526