Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 31.pdf/281

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана

простой, конфузится, перебирает бороду, но глаза... Это-то и разжигает ее». 6 августа: «Нашел записную книжку. Было записано к Отцу Сергию. Она объясняет свой приезд, говорит чепуху, и он верит, потому что она — красота. Она в охоте. Он не видит подвига, а напротив, ему стыдно, что он поддался. Уже после она идет в монастырь...»[1] (см. т. 51, стр. 71, 72 и 160). Эти сюжетные варианты не получили дальнейшего развития, кроме последнего: моральное потрясение Маковкиной в келье отца Сергия приводит к полному перелому ее жизни («через год она была пострижена малым постригом и жила строгой жизнью в монастыре»). Попутно уясняется и моральная эволюция главного героя: «К Отцу Сергию. Описать новое состояние счастия — свободы, твердости человека, потерявшего всё и не могущего упереться ни на что, кроме бога. Он узнает впервые твердость этой опоры»[2] (запись 10 августа 1890 г., т. 51, стр. 74).

К этому времени относится углубление первоначального замысла об отшельнической «гордости» героя в сцене встречи его с свитским генералом по вызову карьериста-игумена (намеченной уже в первой редакции). 11 августа Толстой записывает: «К Отцу Сергию. Он предался гордости святости в монастыре — и пал с генералом и игумном. В затворе он кается и высок в то время, как приезжает блудница» (т. 51, стр. 74).

Одновременно обдумываются конкретные детали повествования. 14 августа: «Думал: к Отцу Сергию. Когда он падает, он видит рожи. Пухлые рожи, и ему думается, что это черти». 18 августа: «К Отцу Сергию. Подробность, долженствующая дать уровень реальности. Адвокат на морозе втягивает сопли. И от[3] него пахнет духами, табаком и ртом.[4] Всё глубже и глубже забирает эта история. Соблазн славы людской и прославления, т. е. обман, чтобы скрыть веру» (т. 51, стр. 75 и 78).

Не получая известий о работе Толстого над повестью «Отец Сергий», Чертков запросил его о ней 4 сентября 1890 г.: «Ну что, Лев Николаевич, делает отец Сергий? Он ведь живет не так далеко; очень уж долго едет к нему компания на тройках, а ведь передний ямщик повернулся боком, повел кнутовищем — собрался живо довезти».

«Сергия» я начал писать, — отвечал Толстой 17 сентября, — и он мне очень понравился, т. е. разросся сюжет и хотелось выразить то, что я думал о нем. Не берусь же за него потому, что на дороге стоит всё заключение к провозглашению Гаррисона и «Катехизису» Ballou» (т. 87, стр. 47).

Осенью 1890 г. Толстой обращается к углублению характера своего героя, стремясь осветить полнее его религиозно-нравственный кризис (уход в монастырь). Дневниковая запись 31 октября сообщает: «Стал писать Сергия сначала. Кое-что поправил, но, главное, уяснил себе. Надо рассказать всё, что было у него в душе: зачем и как он пошел в монахи. Большое самолюбие (Куз[минский] и Ур[усов]), честолюбие и потребность

  1. В Записной книжке № 2 под 4 августа: «К отцу Сергию. Она говорит какую-то нелепость — кто она. И он верит, потому что она красота. Она ушла, он не видит подвига в себе, а только стыд, что он поддался. После она идет в монастырь» (т. 51, стр.143)
  2. Аналогичная запись в Записной книжке № 2 под 10 августа 1890 г. (т. 51, стр. 144).
  3. Зачеркнуто: бороды его.
  4. В Записной книжке № 2 под 18 августа 1890 г.: «К отцу Сергию. Адвокат хлюпает носом от холода» (т. 51, стр. 145).
261