Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 38.pdf/458

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана

Предводитель охарактеризован как развратник. В отношении тем дано только одно сокращение; стиль почти не правится. Т. е. первая переделка третьей редакции главную работу ведет над художественной рамкой статьи, оставляя содержание и стиль нетронутыми.

После 12 декабря имеются следующие ближайшие записи в Дневнике.

13 декабря: «Работал над сном. Подвигается». 14 декабря: «Продиктовал письма и кое что ко сну...». 15 декабря: «Думал о сне — кажется хорошо, но не в силах писать». 17 декабря: «Поправлял немного разговор. Нехорошо, но приближается. Просмотрел и приписал к (Нищенство и народ) конец. Не дурно». Все эти указания оправдываются текстовым материалом. 17 декабря значится на обложке третьей переделки третьей редакции: значит, вторая переделка третьей редакции приходится на 13, 14 или 15 декабря. На рукописной обложке второй переделки рукой В. М. Феокритовой значится дата 15 декабря, но она возбуждает сомнение по трем причинам: 1) определенно указано, что 15 декабря автор не в силах был писать, а только «думал» о «Сне»; 2) к второй переделке приложены 3 листка блокнота с текстом, предназначенным для вставок, но писанным рукой A. Л. Толстой. Это очевидно то, что продиктовано 14 декабря; 3) вторая переделка обнаруживает значительную работу автора, которая не могла быть не отмечена 14 или 15 декабря. Таким образом остается дата 13 декабря, которая примиряет все неясности. 13 декабря Толстой именно «работал». Дату же на обложке легко объяснить тем, что Толстой лишь 15 декабря мог передать новую переделку для переписки, и именно дата перебелки и поставлена на обложке. Таким образом вторая переделка третьей редакции появилась 13 декабря, т. е. на следующий же день после первой переделки (см. ркп. № 41).

Опять значительная часть работы уходит на начало, которое принимает сильно отличный от первой переделки третьей редакции вид (см. вариант № 17).

Во второй переделке Толстой продолжает затуманивать действующих лиц: вместо княгини чаще «хозяйка»; вместо предводитель — «кто-то очень важный» или «великолепный господин с усами торчащими кверху», вместо Орлова «какой-то человек, которого все называли Николаем Ивановичем». Усиливаются фразы: «вижу я», «я замечаю это», «помню только» и т. п. Совершенно переделан ввод главного героя. Вместо слов первой переделки третьей редакции: «Вдруг с конца стола послышался голос приятный и взволнованный, повторивший слова предводителя» (см. вариант № 17), во второй переделке читаем:

«И вотъ тутъ началось то, что мнѣ показалось замѣчательнымъ въ этомъ сновидѣніи. Вдругъ послышался голосъ. Я теперь не могу вспомнить и опредѣлить, за столомъ ли сидѣлъ тотъ человѣкъ, который заговорилъ или это было послѣ обѣда. Знаю только, что заговорилъ человѣкъ, котораго всѣ называли Николаемъ Ивановичемъ и что Ник. Ив. былъ мнѣ очень знакомъ, близокъ даже, и что все, что онъ говорилъ, было мнѣ знакомо, но какъ то по новому выражено, такъ что особенно запало мнѣ въ память. Наружность Н. И-a я хорошенько не

449