Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 44.pdf/201

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана


То же было и с Христом. Если бы он согласовал свое учение с тем, чтò тогда считалось истиной, он бы был только бедным евреем, и мир потерял бы драгоценнейшее сокровище религиозной жизни, радостную весть единой всеобщей и истинной религии.

Чтò, если бы он, как другие, сказал: никто не может быть выше и вернее Моисея? Он бы был ничто, и дух Божий покинул бы его душу. Но он общался не с людьми, а с Богом, слушался своих надежд, а не своих страхов. Он трудился для людей, с людьми и посредством людей, верил в Бога, и чистый, как Истина, не побоялся ни церкви, ни государства и не смутился, хотя Пилат и Ирод подружились только затем, чтобы распять его. Мне всегда кажется, что я слышу голос этого возвышенного духа, который говорит мне и вам: «Не бойся, бедный брат, и не отчаивайся. Доброта, которая была во мне, возможна и тебе. Бог так же близок к тебе, как Он близок был тогда ко мне, и так же богат истиной, и так же готов вдохновлять каждого, кто захочет служить Ему».

Паркер.
6.

Истинная религия есть такое установленное человеком отношение к окружающей его бесконечной жизни, которое связывает его жизнь с этой бесконечностью и руководит его поступками. Потому-то во всех верах сущность ответов о том, зачем живет человек и чтò он должен делать, — одна и та же.

7.

Сущность всякой религии только в ответе на вопрос: зачем я живу и какое мое отношение к окружающему меня бесконечному миру. Нет ни одной религии, от самой возвышенной и до самой грубой, которая не имела бы в основе своей установления такого отношения человека к окружающему его миру.

8.

Не содержание известных учений, как божественных откровений (ибо это называется богословием), но содержание всех наших обязанностей вообще, как неизменных заповедей поведения, составляет сущность всякой религии.

По Канту.
190