Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 6.pdf/221

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана


Старикъ видимо не оставилъ бы ее такъ, но, увидавъ по туманной дорогѣ приближающуюся фигуру эсаула, затихъ, погрозился пальцомъ и пошелъ своей дорогой.

— Вишь пошутить нельзя, чортъ какой! Теперь задачи не будетъ, проговорилъ онъ. — И я же дуракъ старый, прибавилъ онъ и плюнулъ.

Когда туманъ сталъ подниматься и открылъ мокрыя камышевыя крыши и росистую низкую траву у заборовъ, и дымъ повалилъ изъ трубъ, въ станицѣ почти никого не оставалось; кто пошелъ въ сады, кто въ лѣсъ, кто на охоту или на рыбную ловлю или на кордоны. —

Илясъ и Кирка, чуть слышно ступая по мокрой, поросшей травой дорогѣ, подходили къ кордону.

Дорога шла сначала лугомъ, потомъ камышами и невысокимъ, густымъ непроницаемымъ лѣсомъ. Казаки сначала разговаривали между собой. Илясъ хвастался своей побочиной Степкой, разсказывалъ, какъ онъ провелъ съ ней ночь, и подтрунивалъ надъ Киркой, у которого не было побочины. — Кирка отшучивался. — И не надо, говорилъ онъ и, бойко поворачивая голову, безпрестанно оглядывался. Проходя камыши, Кирка замѣтилъ, что не годится говорить громко отъ абрековъ; оба замолкли и только шуршанье поршней по травѣ и изрѣдка зацѣпленная ружьемъ вѣтка изобличали ихъ движенье. —

Дорога была проѣзжена когда то широкими колесами аробъ, но давно уже поросла травою; кое гдѣ вода изъ Терека разливалась по ней. Съ обѣихъ сторонъ заросшая темнозеленая чаща сжимала ее. Вѣтки карагача, калины, виноградника, занимали мѣстами тропинку, нетронутыя ни лошадьми, ни скотиной, никогда не ходившими по этимъ опаснымъ мѣстамъ. Только кое гдѣ, внизу, подъ листьями были пробиты фазаньи тропки, и даже казаки нѣсколько разъ видѣли убѣгающихъ въ эти тунели красноперыхъ фазановъ. Иногда широкая тропа съ поналоманными вѣтвями и слѣдами раздвоенныхъ копытъ по грязи дороги показывала звѣриную тропу. По дорогѣ виднѣлись то же слѣды человѣческіе и Кирка, нагнувшись, внимательно приглядѣлся къ нимъ.

— Може абреки, сказалъ Илясъ.

— Нѣтъ, двое, одинъ въ сапогахъ. Наши казаки, должно, отвѣчалъ Кирка. Туманъ еще только по поясъ поднялся отъ земли, въ двухъ трехъ шагахъ впереди не было видно, и только нижнія вѣтви лѣса съ висящими каплями были видны, верхъ деревъ, чернѣя въ туманѣ, казалось, уходилъ далеко, далеко къ небу. Въ лѣсу высоко гдѣ-то пищали и били крыльями орлы, фазаны тордокали, перекликаясь то въ одномъ, то въ другомъ мѣстѣ, и близко и далеко по обоимъ сторонамъ дороги. Во всемъ лежала печать дѣвственности и дикости. Ровный шумъ воды Терека, къ которому приближались казаки, становился

207