Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 71.pdf/264

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана

жизни человеческой. Мы но видим ужасающей нелепости такого представления только п[отому], ч[то] слишком привыкли к нему. В сущности же для всякого человека, свободного от этих нелепых суеверий, вопрос о происхождении и конце мира никогда и не представится. Такой человек видит себя живого в мире и по времени и пространству, не видит ни впереди себя, ни позади конца ни пространству, ни времени и, раз поняв это, заботится только о том, чтобы понять законы4 мира и, главное, закон своей жизни, по христианскому выражению — волю отца жизни. Разумный и свободный человек старается только понять и исполнить в этом мире закон своей — так же, как мир, — не имеющей ни начала, ни конца, — жизни, исполнить волю бога, того бога, кот[орого] он признает позади этих его законов и о кот[ором] он не может составить себе никакого понятия. Он знает только, что существо, установившее эти законы, есть, но понять это существо и его цели он (человек разумный) и не пытается, понимая, что он, часть ограниченная, никак не может понять целого. Всё то, что он может понять, это то, что свойство этого бога жизни, проявляющегося в его душе, есть любовь, т. е. победа единения над разъединением.

При еврейско-церковном понимании человек составляет себѳ понятие о боге, об его свойствах, об его деятельности (творение, искупление и т. п.), а не заботится об его законах, об его воле, кот[орую] призван исполнять человек и к[оторая] указана ему в его сердце, — разумом и любовью. При разумном же, простом понимании жизни, без суеверия творения, человек знает несомненно только закон бога, его волю и все силы полагает на уяснение себе его (закона) и следование ему, про бога же ничего не знает кроме того, что он есть и дал человеку свой закон для исполнения.

При первом взгляде и мир и человек начались и потому должны и кончиться, и страшны делаются и смерть и кончина мира; при втором, разумном взгляде — как мир никогда не начинался и никогда не кончится, так никогда не начиналась наша жизнь и никогда не кончится, и потому кончины мира не может быть, а смерть не страшна, п[отому] ч[то] есть только более резкая перемена, чем все те, к[оторые] совершаются во врем[енной] жизни. Нет ни наград, ни наказаний, а есть только то, что и здесь, что свое добро ведет всегда к общему добру, а

501