У двери (Полонский)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

У двери
автор Яков Петрович Полонский (1819—1898)
См. Стихотворения 1870—1885. Источник: Я. П. Полонский. Полное собрание стихотворений. — СПб.: Издание А. Ф. Маркса, 1896. — Т. 2. — С. 383—388.У двери (Полонский) в дореформенной орфографии
 Википроекты: Wikidata-logo.svg Данные


[383]
У ДВЕРИ

(Посвящается А. П. Чехову).

Однажды в ночь осеннюю,
Пройдя пустынный двор,
Я на крутую лестницу
Вскарабкался как вор.

Там дверь одну заветную
Впотьмах нащупал я
И постучался.— Милая!
Не бойся… Это я…

А мгла в окно разбитое
Сползала на чердак,
И смрад стоял на лестнице,
И шевелился мрак.

[384]


— Вот-вот она откликнется,
И бледная рука
Меня обнимет трепетно
При свете ночника.

По-прежнему, на грудь ко мне
Склонясь, она вздохнет,
И страстный голосок её
Порвется и замрет…

Она — мой друг единственный,
Она — мой идеал!
И снова в дверь дощатую
Я тихо постучал.

— Прости меня, пусти меня,
Я дрогну, ангел мой!
Измучен я, истерзан я
Сомненьем и тоской.

И долго я стучался к ней,—
Стучался, звал и — вдруг
За дверью подозрительный
Почудился мне стук.

[385]


Я дрогнул и весь замер я,
Дыханье затая…
— Так вот ты как,— изменница!
Лукавая змея!

Вдвоем ты… но… безумец я!
Очнуться мне пора…
Здесь буду ждать соперника
До позднего утра.

Всё, всё, чему так верил я —
Ничтожество и ложь!
Улика будет явная,—
Меня не проведешь…

Но, притаив дыхание,
Как сыщик у дверей,
Я не слыхал ни шороха,
Ни скрипа, ни речей…

— О гнусность подозрения!
Искупит ли вину
Отрадная уверенность
Застать ее одну.

[386]


И, сердцем успокоенный,
Я понял, что она
Моим же поведением
Была оскорблена.

Недаром в час свидания
У лестницы, внизу,
Подметил я в глазах её
Обидную слезу.

Не я ль,— гордец бесчувственный!
Сознался ей, как трус,
Что я стыжусь любви моей,
Что бедности стыжусь…

Проснулась страсть мятежная,
Тоской изныла грудь;
Прости меня, пусти меня,
Слова мои забудь.

Но чу!.. Опять сомнение!..
Не ветер ли пахнул?
Не мышь ли?— не соседи ли?
Нет!— Кто же так вздохнул?

[387]


Так тяжко, так мучительно
Вздыхает смерть одна,—
Что если… счеты с жизнию
Покончила она?

Увы! никто не учит нас
Любить и уповать;—
А яд и дети малые
Умеют добывать.

Мерещился мне труп её,
Потухшие глаза,
И с горькой укоризною
Застывшая слеза.

Я плакал, я с ума сходил,
Я милой видел тень,
Холодную и бледную,
Как этот серый день.

Уже в окно разбитое
На сумрачный чердак
Глядело небо тусклое,
Рассеивая мрак.

[388]


И дождь урчал по жёлобу,
И ветер выл, как зверь…
Меня застали дворники,
Ломившегося в дверь.

Они узнали прежнего
Жильца и, не спроста
Хихикая, сказали мне,
Что комната пуста…

С тех пор я, как потерянный,
Куда ни заходил,
Всё было пусто, холодно…
Чего-то след простыл…


Примечания

Чехов принял посвящение с глубокой признательностью, заметив (в ответном письме Полонскому), что «оно стоит целой хвалебной критической статьи». В свою очередь Чехов посвятил Полонскому рассказ «Счастье».