Ферней (Вяземский)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Ферней
автор Пётр Андреевич Вяземский (1792—1878)
См. Стихотворения 1859. Источник: lib.ru
 Википроекты: Wikidata-logo.svg Данные


Ферней


Имение Вольтера в Фернее

Гляжу на картины живой панорамы.
И чудный рисунок и чудные рамы!
Не знаешь — что горы, не знаешь — что тучи;
Но те и другие красою могучей
Вдали громоздятся по скатам небес.

Великий художник и зодчий великой
Дал жизнь сей природе, красивой и дикой,
Вот радуга пышно сквозь тучи блеснула,
Широко полнеба она обогнула
10 И в горы краями дуги уперлась.

Любуюсь красою воздушной сей арки:
Как свежие краски прозрачны и ярки!
Как резко и нежно слились их оттенки!
А горы и тучи, как зданья простенки,
15 За аркой чернеют в глубокой дали.

На ум мне приходит владелец Фернея:[1]
По праву победы он, веком владея,
Спасаясь под тенью спокойного крова,
Владычеством мысли, владычеством слова,
20 Царь, волхв[2] и отшельник, господствовал здесь.

Но внешнего мира волненья и грозы,
Но суетной славы цветы и занозы,
Всю мелочь, всю горечь житейской тревоги,
Талантом богатый, покорством убогий,
25 С собой перенёс он в свой тихий приют.

И, на горы глядя, спускался он ниже:
Он думал о свете, о шумном Париже;
Карая пороки, ласкал он соблазны;
Царь мысли, жрец мысли, свой скипетр алмазный,
30 Венец свой нечестьем позорил и он.

Паря и блуждая, уча и мороча,
То мудрым глаголом гремя иль пророча,
То злобной насмешкой вражды и коварства,
Он, падший изгнанник небесного царства,
35 В сосуд свой священный отраву вливал.

Страстей возжигатель, сам в рабстве у страсти,
Не мог покориться мирительной власти
Природы бесстрастной, разумно-спокойной,
С такою любовью и роскошью стройной
40 Пред ним расточавшей богатства свои.

Не слушал он гласа её вдохновений:
И дня лучезарность, и сумрака тени,
Природы зерцала, природы престолы,
Озёра и горы, дубравы и долы —
45 Всё мертвою буквой немело пред ним.

И, Ньютона хладным умом толкователь,[3]
Всех таинств созданья надменный искатель,
С наставником мудрым душой умиленной
Не падал с любовью пред Богом вселенной,
50 Творца он в творенье не мог возлюбить.[4]

А был он сподвижник великого дела:
Божественной искрой в нём грудь пламенела;
Но дикие бури в груди бушевали,
Но гордость и страсти в пожар раздували
55 Ту искру, в которой таилась любовь.

Но бросить ли камень в твой пепел остылый,
Боец, в битвах века растративший силы?
О нет, не укором, а скорбью глубокой
О немощах наших и в доле высокой
60 Я, грешника славы, тебя помяну!


1859


Примечания

Первая публикация: Полное собрание сочинений князя П. А. Вяземского. Спб., 1878—1896. Т. 11. — Печ. по авториз. копии в РСб-4, с пометой у загл.: «К дорожн<ым> фотографиям» и с датой: «1859». Автограф в «Записной книжке» 1858—1859 гг., с датой: «1859» и с вар. ст. 11. 20, 47 и 56. Авториз. копия с той же датой и с вар. ст. 45; судя по качеству и формату бумаги, копия эта предназначалась для наборной рукописи, поскольку Вяземский намеревался прислать стихотворение Лонгинову для включения его в ВДД, но не успел.

  1. Ферней — имение в департаменте Эн, принадлежавшее с 1758 г. Вольтеру, который прожил здесь последние двадцать лет своей жизни. Вяземский посетил Ферней 2 июня 1859 г. (см. помету в «Записной книжке» // ПСС-10. С. 227) и посвятил поездке статью «Ферней» (ПСС-7. С. 52—61).
  2. Волхв — колдун, предсказатель.
  3. И, Ньютона хладным умом толкователь. Имеются в виду трактаты Вольтера о Ньютоне, в частности «Истолкование основ ньютоновской философии» (1738).
  4. Творца он в творенье не мог возлюбить. Вольтер придерживался деистических взглядов на мир, согласно которым допускается существование Бога лишь как первопричины мира, но отвергается его вмешательство в развитие природы и общества.