Юбилейное (Маяковский)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Юбилейное

Александр Сергеевич,
Александр Сергеевич, разрешите представиться.
Александр Сергеевич, разрешите представиться. Маяковский.

Дайте руку
Дайте руку Вот грудная клетка.
Дайте руку Вот грудная клетка. Слушайте,
Дайте руку Вот грудная клетка. Слушайте, уже не стук, а стон;
тревожусь я о нем,
тревожусь я о нем, в щенка смиренном львенке.
Я никогда не знал,
Я никогда не знал, что столько
Я никогда не знал, что столько тысяч тонн
в моей
в моей позорно легкомыслой головенке.
Я тащу вас.
Я тащу вас. Удивляетесь, конечно?
Стиснул?
Стиснул? Больно?
Стиснул? Больно? Извините, дорогой.
У меня,
У меня, да и у вас,
У меня, да и у вас, в запасе вечность.
Что нам
Что нам потерять
Что нам потерять часок-другой?!
Будто бы вода —
Будто бы вода — давайте
Будто бы вода — давайте мчать, болтая,
будто бы весна —
будто бы весна — свободно
будто бы весна — свободно и раскованно!
В небе вон
В небе вон луна
В небе вон луна такая молодая,
что ее
что ее без спутников
что ее без спутников и выпускать рискованно.
Я
Я теперь
Я теперь свободен
Я теперь свободен от любви
Я теперь свободен от любви и от плакатов.
Шкурой
Шкурой ревности медведь
Шкурой ревности медведь лежит когтист.
Можно
Можно убедиться,
Можно убедиться, что земля поката,—
сядь
сядь на собственные ягодицы
сядь на собственные ягодицы и катись!
Нет,
Нет, не навяжусь в меланхолишке черной,
да и разговаривать не хочется
да и разговаривать не хочется ни с кем.
Только
Только жабры рифм
Только жабры рифм топырит учащенно
у таких, как мы,
у таких, как мы, на поэтическом песке.
Вред — мечта,
Вред — мечта, и бесполезно грезить,
надо
надо весть
надо весть служебную нуду.
Но бывает —
Но бывает — жизнь
Но бывает — жизнь встает в другом разрезе,
и большое
и большое понимаешь
и большое понимаешь через ерунду.
Нами
Нами лирика
Нами лирика в штыки
Нами лирика в штыки неоднократно атакована,
ищем речи
ищем речи точной
ищем речи точной и нагой.
Но поэзия —
Но поэзия — пресволочнейшая штуковина:
существует —
существует — и ни в зуб ногой.
Например,
Например, вот это —
Например, вот это — говорится или блеется?
Синемордое,
Синемордое, в оранжевых усах,
Навуходоносором
Навуходоносором библейцем —
«Коопсах».
Дайте нам стаканы!
Дайте нам стаканы! знаю
Дайте нам стаканы! знаю способ старый
в горе
в горе дуть винище,
в горе дуть винище, но смотрите —
в горе дуть винище, но смотрите — из
выплывают
выплывают Red и White Star’ы
с ворохом
с ворохом разнообразных виз.
Мне приятно с вами,—
Мне приятно с вами,— рад,
Мне приятно с вами,— рад, что вы у столика.
Муза это
Муза это ловко
Муза это ловко за язык вас тянет.
Как это
Как это у вас
Как это у вас говаривала Ольга?..
Да не Ольга!
Да не Ольга! из письма
Да не Ольга! из письма Онегина к Татьяне.
— Дескать,
— Дескать, муж у вас
— Дескать, муж у вас дурак
— Дескать, муж у вас дурак и старый мерин,
я люблю вас,
я люблю вас, будьте обязательно моя,
я сейчас же
я сейчас же утром должен быть уверен,
что с вами днем увижусь я.—
Было всякое:
Было всякое: и под окном стояние,
письма,
письма, тряски нервное желе.
Вот
Вот когда
Вот когда и горевать не в состоянии —
это,
это, Александр Сергеич,
это, Александр Сергеич, много тяжелей.
Айда, Маяковский!
Айда, Маяковский! Маячь на юг!
Сердце
Сердце рифмами вымучь —
вот
вот и любви пришел каюк,
дорогой Владим Владимыч.
Нет,
Нет, не старость этому имя!
Тушу
Тушу вперед стремя,
я
я с удовольствием
я с удовольствием справлюсь с двоими,
а разозлить —
а разозлить — и с тремя.
Говорят —
Говорят — я темой и-н-д-и-в-и-д-у-а-л-е-н!
Entre nous…
Entre nous… чтоб цензор не нацыкал.
Передам вам —
Передам вам — говорят —
Передам вам — говорят — видали
даже
даже двух
даже двух влюбленных членов ВЦИКа.
Вот —
Вот — пустили сплетню,
Вот — пустили сплетню, тешат душу ею.
Александр Сергеич,
Александр Сергеич, да не слушайте ж вы их!
Может,
Может, я
Может, я один
Может, я один действительно жалею,
что сегодня
что сегодня нету вас в живых.
Мне
Мне при жизни
Мне при жизни с вами
Мне при жизни с вами сговориться б надо.
Скоро вот
Скоро вот и я
Скоро вот и я умру
Скоро вот и я умру и буду нем.
После смерти
После смерти нам
После смерти нам стоять почти что рядом:
вы на Пе,
вы на Пе, а я
вы на Пе, а я на эМ.
Кто меж нами?
Кто меж нами? с кем велите знаться?!
Чересчур
Чересчур страна моя
Чересчур страна моя поэтами нища.
Между нами
Между нами — вот беда —
Между нами — вот беда — позатесался Надсон
Мы попросим,
Мы попросим, чтоб его
Мы попросим, чтоб его куда-нибудь
Мы попросим, чтоб его куда-нибудь на Ща!
А Некрасов
А Некрасов Коля,
А Некрасов Коля, сын покойного Алеши,—
он и в карты,
он и в карты, он и в стих,
он и в карты, он и в стих, и так
он и в карты, он и в стих, и так неплох на вид.
Знаете его?
Знаете его? вот он
Знаете его? вот он мужик хороший.
Этот
Этот нам компания —
Этот нам компания — пускай стоит.
Что ж о современниках?!
Не просчитались бы,
Не просчитались бы, за вас
Не просчитались бы, за вас полсотни отдав.
От зевоты
От зевоты скулы
От зевоты скулы разворачивает аж!
Дорогойченко,
Дорогойченко, Герасимов,
Дорогойченко, Герасимов, Кириллов,
Дорогойченко, Герасимов, Кириллов, Родов —
какой
какой однаробразный пейзаж!
Ну Есенин,
Ну Есенин, мужиковствующих свора.
Смех!
Смех! Коровою
Смех! Коровою в перчатках лаечных.
Раз послушаешь…
Раз послушаешь… но это ведь из хора!
Балалаечник!
Надо,
Надо, чтоб поэт
Надо, чтоб поэт и в жизни был мастак.
Мы крепки,
Мы крепки, как спирт в полтавском штофе.
Ну, а что вот Безыменский?!
Ну, а что вот Безыменский?! Так…
ничего…
ничего… морковный кофе.
Правда,
Правда, есть
Правда, есть у нас
Правда, есть у нас Асеев
Правда, есть у нас Асеев Колька.
Этот может.
Этот может. Хватка у него
Этот может. Хватка у него моя.
Но ведь надо
Но ведь надо заработать сколько!
Маленькая,
Маленькая, но семья.
Были б живы —
Были б живы — стали бы
Были б живы — стали бы по Лефу соредактор.
Я бы
Я бы и агитки
Я бы и агитки вам доверить мог.
Раз бы показал:
Раз бы показал: — вот так-то мол,
Раз бы показал: — вот так-то мол, и так-то…
Вы б смогли —
Вы б смогли — у вас
Вы б смогли — у вас хороший слог.
Я дал бы вам
Я дал бы вам жиркость
Я дал бы вам жиркость и сукна,
в рекламу б
в рекламу б выдал
в рекламу б выдал гумских дам.
(Я даже
(Я даже ямбом подсюсюкнул,
чтоб только
чтоб только быть
чтоб только быть приятней вам.)
Вам теперь
Вам теперь пришлось бы
Вам теперь пришлось бы бросить ямб картавый.
Нынче
Нынче наши перья —
Нынче наши перья — штык
Нынче наши перья — штык да зубья вил,—
битвы революций
битвы революций посерьезнее «Полтавы»,
и любовь
и любовь пограндиознее
и любовь пограндиознее онегинской любви.
Бойтесь пушкинистов.
Бойтесь пушкинистов. Старомозгий Плюшкин,
перышко держа,
перышко держа, полезет
перышко держа, полезет с перержавленным.
— Тоже, мол,
— Тоже, мол, у лефов
— Тоже, мол, у лефов появился
— Тоже, мол, у лефов появился Пушкин.
Вот арап!
Вот арап! а состязается —
Вот арап! а состязается — с Державиным…
Я люблю вас,
Я люблю вас, но живого,
Я люблю вас, но живого, а не мумию.
Навели
Навели хрестоматийный глянец.
Вы
Вы по-моему
Вы по-моему при жизни
Вы по-моему при жизни — думаю —
тоже бушевали.
тоже бушевали. Африканец!
Сукин сын Дантес!
Сукин сын Дантес! Великосветский шкода.
Мы б его спросили:
Мы б его спросили: — А ваши кто родители?
Чем вы занимались
Чем вы занимались до 17-го года? —
Только этого Дантеса бы и видели.
Впрочем,
Впрочем, что ж болтанье!
Впрочем, что ж болтанье! Спиритизма вроде.
Так сказать,
Так сказать, невольник чести…
Так сказать, невольник чести… пулею сражен…
Их
Их и по сегодня
Их и по сегодня много ходит —
всяческих
всяческих охотников
всяческих охотников до наших жен.
Хорошо у нас
Хорошо у нас в Стране Советов.
Можно жить,
Можно жить, работать можно дружно.
Только вот
Только вот поэтов,
Только вот поэтов, к сожаленью, нету —
впрочем, может,
впрочем, может, это и не нужно.
Ну, пора:
Ну, пора: рассвет
Ну, пора: рассвет лучища выкалил.
Как бы
Как бы милиционер
Как бы милиционер разыскивать не стал.
На Тверском бульваре
На Тверском бульваре очень к вам привыкли.
Ну, давайте,
Ну, давайте, подсажу
Ну, давайте, подсажу на пьедестал.
Мне бы
Мне бы памятник при жизни
Мне бы памятник при жизни полагается по чину.
Заложил бы
Заложил бы динамиту
Заложил бы динамиту — ну-ка,
Заложил бы динамиту — ну-ка, дрызнь!
Ненавижу
Ненавижу всяческую мертвечину!
Обожаю
Обожаю всяческую жизнь!