Анри Бергсонъ. Собраніе сочиненій. T. I. Творческая эволюція. Пер. М. Булгакова, переработанный Б. Банковскимъ. Изд. М. И. Семенова. СПБ. 331 стр., ц. 2 руб.
[править]А. Бергсонъ занимаетъ такое видное мѣсто среди современныхъ философовъ) и настолько уже извѣстенъ у насъ въ Россіи, что было бы излишне здѣсь — по поводу новаго изданія его главнаго труда распространяться о его общемъ значеніи. Я ограничусь лишь нѣсколькими замѣчаніями о самомъ переводѣ «Творческой эволюціи», переизданномъ г. Семеновымъ въ видѣ перваго тома собранія сочиненій Бергсона.
И какъ мыслитель, и какъ стилистъ, Бергсонъ представляетъ для переводчика исключительныя трудности. Стремясь выйти за предѣлы обычныхъ категорій и формъ нашего мышленія, чтобы пріоткрыть то, что лежитъ внѣ области ясно сознаваемаго, онъ вынужденъ оперировать образами, сравненіями, намеками, — и достаточно, порой небольшой погрѣшности въ передачѣ какого-нибудь едва уловимаго оттѣнка, для того, чтобы мысль читателя попала на ложный путь. Съ другой стороны неподражаемое мастерство Бергсона въ сферѣ стиля опредѣляется не только внутренной архитектурой его мышленія, но и своеобразной, ему одному свойственной, музыкой рѣчи, изысканностью ритма, гармоніей звуковыхъ сочетаній. Все это, конечно, пропадаетъ даже и при добросовѣстной передачѣ содержанія на чужой языкъ.
Поэтому, если лежащій передъ нами переводъ «Творческой эволюціи» не вполнѣ возсоздаетъ то художественное обаяніе, которое покоряетъ даже враговъ Бергсона при знакомствѣ съ нимъ въ подлинникѣ, — то было-бы несправедливо ставить это въ вину переводчику или редактору. Въ общемъ и цѣломъ они выполнили свою задачу умѣло и тщательно. Они обнаруживаютъ достаточно глубокое знакомство съ воззрѣніями Бергсона, чтобы гарантировать читателя отъ значительныхъ недоразумѣній по существу, и передаютъ подлинникъ яснымъ и точнымъ, вполнѣ литературнымъ языкомъ. Въ этомъ отношеніи значительная доля заслуги принадлежитъ г. Бычковскому, переработавшему для новаго изданія переводъ г. Булгакова, уже ранѣе бывшій въ продажѣ; редакторомъ исправленъ цѣлый рядъ стилистическихъ и смысловыхъ погрѣшностей, приведена въ удовлетворительное состояніе философская терминологія, далеко не безупречная въ первомъ изданіи перевода г. Булгакова (такъ, напримѣръ, г. Бычковскій, какъ это и слѣдуетъ, строго раздѣляетъ такія понятія, какъ l’intelligence, l’entendement. l’esprit, тогда какъ г. Булгаковъ передавалъ- ихъ однимъ и тѣмъ же словомъ «умъ».
И въ своемъ теперешнемъ видѣ книга не свободна отъ нѣкоторыхъ неловкостей стиля -и неточностей перевода (на стр. 3 къ познанію вещей отнесено то, что Бергсонъ относитъ къ самимъ вещамъ; на стр. 14 говорится, что «наука… сосредоточивается на концахъ промежутковъ, а не вдоль ихъ самихъ», и т. д.), — но подобнаго рода недосмотровъ, неизбѣжныхъ во всякой крупной работѣ, не особенно много, и они не очень существенны. Къ сожалѣнію, нельзя того же сказать о спеціальной терминологіи, въ особенности біологической: здѣсь и въ новомъ изданіи сохранились такія неточности и ошибки, которыхъ не слѣдовало бы допускать. Такъ, на. стр. 228 вмѣсто «спинной и продолговатый мозгъ» напечатано: «мозговыя клѣточки и узлы», на стр 42, 73 и 75 неоплодотворенное яичко названо «зародышевымъ яйцомъ», а оплодотворенное яйцо «яичкомъ)»; на стр. 231 давно уже акклиматизировавшійся у насъ терминъ «нейроны», замѣненъ выраженіемъ «нервные элементы».