БСЭ1/Бейлиса дело

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
< БСЭ1
Перейти к навигации Перейти к поиску

БЕЙЛИСА ДЕЛО, процесс еврея Бейлиса, приказчика кирпичного завода Зайцева в Киеве (Лукьяновка), по обвинению в убийстве христианского мальчика Андрея Ющинского с ритуальной целью (слушался в Киеве в сентябре—октябре 1913)—один из самых ярких актов антисемитской, погромной политики царского правительства. Суд был инсценирован, по инициативе местных киевских черносотенцев, совместным старанием министров внутренних дел—Маклакова и юстиции—Щегловитова, при чем крупнейшую роль в подготовке процесса играл департамент полиции. Смысл процесса был цинично разъяснен газетой Союза русского народа «Русское Знамя» в след. выражениях: «Правительство обязано признать евреев народом, столь же опасным для жизни человечества, сколь опасны волки... скорпионы, гадюки, пауки ядовитые и прочая тварь, подлежащая истреблению за свое хищничество по отношению к людям и уничтожение к-рых поощряется законом... Жидов надо поставить искусственно в такие условия, чтобы они постоянно вымирали: вот в чем состоит ныне обязанность правительства и лучших людей страны» («Русское Знамя», № 177, 1913). Б. д. должно было сыграть роль судебного вступления к внесудебной расправе—погромам, к-рые подготовлялись явно и к-рые правительство считало чрезвычайно своевременными, в связи со становившимся явным нарастанием революционного и оппозиционного настроения в стране.

Подготовка процесса велась с чрезвычайной тщательностью; следствие тянулось 2½ года—в надежде вынудить сознание подсудимого, упорно отрицавшего свою виновность; черносотенная печать требовала применения к нему пыток. Для обвинения на суд командирован был министром юстиции тов. прокурора петербургской судебной палаты Виппер; в помощь ему выступали, в качестве гражданских истцов, лучшие силы тогдашнего черносотенства—Шмаков и Замысловский; для обоснования обвинения в ритуальном употреблении крови департамент полиции выписал за огромные деньги, по указанию Замысловского, ряд старинных книг из Италии, содержащих «доказательства» ритуального употребления крови; из государственных архивов извлечены были все дела, в к-рых имелось то или иное указание на ритуальные убийства, и т. п. В качестве экспертов привлечены были ксендз Пранайтис и профессор Сикорский, уже ранее доказавший свою готовность давать угодные правительству заключения— экспертизой по делу сектантов, сжегших себя в Терновских плавнях (см.). Сикорский получил за свою экспертизу по делу Бейлиса огромные по тому времени деньги—4½ тысячи рублей—из департамента полиции; из того же источника оплачены были и другие участники процесса; в том числе Замысловский получил 2½ тысячи на поездку в Киев и 25.000—на издание книги о деле Бейлиса. Невыгодные обвинению свидетели были отведены; состав присяжных также был соответствующим образом подобран. За присяжными установлено было филерское наблюдение, и даже в комнате совещаний им услуживали, под видом судейских курьеров, переодетые жандармские унтер-офицеры.

Процесс Бейлиса, назначение к-рого было ясно, вызвал сильнейшее общественное возбуждение. В ряде городов состоялись рабочие демонстрации протеста. В Петербурге для организации отпора «Кровавому навету» создался особый комитет, в состав к-рого вошли наиболее видные представители всех тогдашних политических группировок. Комитет выпустил воззвание к обществу, написанное В. Короленко, после того как первоначальный текст, составление к-рого поручено было Леониду Андрееву и С. Мстиславскому, признан был слишком «левым»; обнаружившееся в связи с этим расхождение привело к выходу «левых» из комитета. Тем же комитетом организована была и защита Бейлиса, в к-рой приняли участие лучшие адвокаты того времени: Грузенберг, Карабчевский, Маклаков, Зарудный, Григорович-Барский (из Киева).

По делу вызвано было 219 свидетелей и 14 экспертов. Не только Россия, но и Запад напряженно следили за ходом этого грандиозного процесса, на к-ром медицинские светила и доктора истории вели диспут со взломщиками и притонодержателями—главными свидетелями со стороны обвинения. Несмотря на все принятые правительством меры, выиграть процесс ему не удалось. Защита уже на четвертый день довела прокурора, по словам директора департ. полиции Белецкого (см.), «до состояния полной невменяемости», и присяжные вынесли Бейлису оправдательный приговор. Редакция приговора была, однако, формулирована таким образом, что он снимал обвинение с Бейлиса, но отнюдь не со всего еврейства.

Правительство предполагало одно время использовать эту формулировку для возобновления процесса, но затем от этого отказалось; либеральная буржуазия, возглавлявшая «общественное» движение протеста, удовольствовалась оправданием Бейлиса, не использовав благоприятного случая обратить дело Бейлиса в процесс против правительства. Одиночные выступления, имевшие место в связи с процессом, были без труда ликвидированы правительством (процесс петербургских адвокатов и др.).

Лит.: Дело Бейлиса. Стенографический отчет, Киев, 1913; Падение царского режима, т. 3-й, Ленинград, 1925 (допрос Белецкого); Европа о кровавом навете (протест Англии, Франции, Германии и России против кровавого навета), Киев, 1912; Убийство Ющинского. Мнение иностранных ученых, СПБ, 1913.