БЭАН/Человек

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
< БЭАН
Перейти к навигации Перейти к поиску

Человек
Иллюстрированная полная популярная Библейская Энциклопедия
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Смола — Ижица. Источник: вып. IV: Смо — Ѵ, с. 123—124 ( репринт · индекс ) • Другие источники: ЕЭБЕ : МЭСБЕ : ЭСБЕ : ЭСБЕ : ЭСГ


Человек (Быт. I, 26, 27II, 7, 18, 21–23, Пс. VIII, 59, Сир. XVII, 1–12, Деян. XVII, 25–28 и мн. др.). Свящ. Писание дает полные и подробные сведения о человеке: о его происхождении и духовной его природе, о теле его и высоком совершенстве его органов. В теле человека сосредоточено все, что есть лучшего и совершеннейшего в составе видимого мира, так что оно поистине есть малый мир в великом мире Божием. Но тело с его органами составляет только внешнюю, видимую сторону состава человеческого, невидимую же и духовную сторону составляет душа, существо, совершенно отличное от тела, возвышающееся над ним и над всею видимою природою своими особенными совершенствами и преимуществами. 1). Она создана но образу и подобию Божию, есть дыхание Божие и отражает в себе совершенства Божественные (Быт. I, 27II, 7, Прем. II, 23, Иак. III, 9). Сюда относятся в особенности совершенства и преимущества первобытного ее состояния: правота ума, чистота сердца, непорочность и святость воли и блаженное бессмертие (Еккл. VII, 29, Прем. II, 23). 2). Созданная по образу Божию, душа есть существо невещественное, духовное и потому называется духом в противоположность телу и всему вещественному. 3). Будучи духовна, она одарена различными силами и способностями, в которых проявляет свою духовную деятельность: она имеет способность познавательную, имеет чувство, рассудок и ум, посредством коих может не только непосредственно ощущать и воспринимать предметы видимого мира, представлять, памятовать и воспроизводить представления, но и сознавать, понимать, исследовать, умозаключать и, наконец, возноситься к высшим созерцаниям, к познанию мира сверхчувственного, к познанию самого Творца и Промыслителя мира и человеков (Сир. XVII, 5, 6, Прем. VII, 17–21, Рим. I, 19, 20). Душа имеет совесть, которая внушает нам, что должно делать и чего избегать, производит над делами нашими свой суд и определение, или одобряет нас, исполняя радостью сердце наше, или осуждает, поражая нас стыдом, раскаянием и страхом (Рим. II, 15, I Кор. IV, 4; II Кор. I, 12, Евр. XIII, 18; Деян. XXIII, 1). Она имеет чувство или сердце – способность ощущать приятность или неприятность разных впечатлений, перемен и состояний, в ней происходящих, ощущать истинное, прекрасное и доброе в творении Божием, в нравственной жизни и деятельности человеческой и сочувствовать всему доброму и прекрасному, наконец, возноситься благоговейными чувствованиями к источнику всякого истинного блага – Богу, и в Нем и в соединении с Ним находить высочайшее свое благо и блаженство (Иоан. XVI, 20–22, Лук. VI, 45). Она имеет желательную способность, волю и свободу воли, может свободно успевать в добродетели и восходить от совершенства к совершенству (Сир. XV, 14–17, Быт. II, 16, 17III, 2, 3, 6; Мф. XIX, 17XXIII, 37, Втор. XXX, 19; Нав. XXIV, 15, 16, 24, Ис. I, 19, 20). Одаренная такими силами, душа наша имеет самое высокое призвание и назначение. Созданная по образу Божию, она должна уподобляться в своих совершенствах своему Первообразу (Лев. XIX, 2, I Пет. I, 15; Мф. V, 48, Еф. IV, 13), главною целью своего совершенствования и всей своей деятельности поставлять славу Божию (Сир. XVII, 7, 8, Мф. V, 16; I Пет. IV, 11) и, наконец, в соединении с Богом должна полагать верх своего счастья, своей славы и блаженства, о чем сам Господь молился небесному Отцу Своему пред Своими страданиями (Иоан. XVII, 21–26, Мф. XIII, 43).

С падением в Раю человек лишился первобытного своего совершенства и блаженного своего жилища; силы души его утратили первобытную чистоту и получили превратное направление. Но следы образа Божия в них остались: душа удержала свою духовность и часть своего свободного произволения (Быт. IX, 6, Рим. VII, 18); остался ум и закон его – стремление к истине и желание добра (Рим. I, 20II, 14, 15), и осталась совесть, одобряющая закон (Рим. VII, 16) и осуждающая за преступление его (Рим. II, 15). Но при всем этом падение человека было так глубоко, что, оставленный сам себе, он никогда бы не мог выйти из сего состояния, оставаясь чадом гнева и проклятия, если бы Господь по беспредельной Своей благости и милосердию не даровал нам высшего средства для нашего спасения в единородном Сыне Своем, Господе нашем Иисусе Христе. Взысканные, таким образом, благостью Создателя, мы не оставлены в нашем падении, снова призваны к жизни, искуплены от греха, обновлены, возрождены, освящены (Иез. XXXIII, 11, I Ин. II, 2; Рим. V, 17–19, Еф. I, 4II, 4–7; I Тим. II, 4–5 и др.).