29 апрѣля, въ пятницу, въ 3 часа по полудни, въ Браиловѣ большой турецкій паровой броненосецъ взорванъ нашими выстрѣлами и пошелъ ко дну. Великій Князь пожаловалъ орудійнаго наводчика Георгіевскимъ крестомъ.[1]
Взорванный у Браилова[2] броненосецъ назывался Лютфли-Джелиль; это тотъ самый, который бомбардировалъ Браиловъ въ бытность тамъ главнокомандующаго. Погибли капитанъ броненосца Недхидъ-бей и 200 человѣкъ экипажа отъ нашей бомбы, взорвавшей пороховую камеру. Броненосецъ пошелъ ко дну мгновенно. Полковникъ Струковъ и капитанъ 1-го ранга Рогуля съ тремя шлюбками, бросились спасать погибавшихъ, но успѣли спасти только одного. Лейтенантъ гвардейскаго экипажа Дубасовъ снялъ съ потопленнаго броненосца флагъ. Броненосецъ былъ башенный, съ неблиндированной палубой.
Артиллеріи поручикъ Самойло награжденъ орденомъ св. Владиміра съ мечами. Сапернаго баталіона поручикъ Романовъ—ордена св. Анны 3 ст. а двухъ наводчиковъ: Романа Давидюка и Ивана Помпора—знаками военнаго ордена.
Подробности о взрывѣ перваго монитора.[3] Въ Барбошѣ (въ Румыніи) встрѣтили Его Высочество главнокомандующаго командиръ 11-го корпуса князь Шаховской, два адъютанта главнокомандующаго полковникъ Струковъ и капитанъ Пановъ, капитанъ 1-го ранга Рогуля и многія другія начальствующія лица.
Здѣсь Его Высочество впервые, изъ устныхъ разсказовъ очевидцевъ, узналъ интересные подробности взрыва турецкаго броненоснаго корвета Лютфли Джелиль, что означаетъ: «подъ милостью Божіей».
Въ тотъ день уже хотѣли прекратить пальбу противъ этого судна, подошедшаго на 4 версты разстоянія и неотвѣчавшаго на всѣ наши выстрѣлы. Генералъ Саловъ намѣревался уже дать «отбой», когда къ нему подошли два офицера: начальникъ орудій на баттареѣ № 3 артилерріи поручикъ Самойло и одинъ изъ офицеровъ 7-го сапернаго батальона, поручикъ Романовъ, съ просьбой разрѣшить имъ сдѣлать по одному выстрѣлу; генералъ Саловъ согласился; офицеры распорядились навести орудія какъ можно вѣрнѣе и одновременно дали команду «огонь».
Въ одно и тоже мгновеніе раздались два выстрѣла, и снаряды полетѣли… Офицеры, наблюдавшіе въ бинокли за ихъ полетомъ, ясно видѣли, какъ послѣ этого, спустя двѣ, три секунды, произошло на корветѣ нѣчто такое, чего нельзя уловить взоромъ и изобразить какими бы то ни было словами,—и это нѣчто продолжалось одно только мгновеніе, вслѣдъ за которымъ вдругъ мелькнулъ большой темно-красный огонь, и опять какой-то хаосъ.... Очевидцы думали было, что это наши бомбы разорвались на палубѣ; но прошло еще менѣе двухъ секундъ, какъ вдругъ высоко къ небу поднялся клубъ густаго чернаго дыма, и до берега долетѣлъ страшный потрясающій землю и человѣческія нервы ревъ ужаснаго взрыва. Это ужъ былъ несомнѣнный взрывъ непріятельскаго судна. Въ бинокли можно было видѣть двѣ мачты, доски о какія то черныя точки, улетѣвшія въ небо.
Минуты чрезъ три, когда весь этотъ дымъ отнесло въ сторону, предъ глазами разстилалась только гладкая поверхность Дуная, изъ которой торчала одна третья мачта и на ней тихо развѣвался адмиральскій флагъ.
Громкое «ура!» огласило обѣ наши баттареи и берегъ, покрытый сбѣжавшимися толпами браиловскихъ жителей. Три наши паровыя шлюбки отдѣлились отъ берега и на полныхъ парахъ направились къ мѣсту катастрофы спасать оставшихся въ живыхъ, но послѣ нѣкоторыхъ поисковъ успѣли найти одного только обозженнаго Турка, оказавшагося кашеваромъ, котораго выбросило на берегъ; онъ отъ страха сначало совсѣмъ было онѣмѣлъ, а потомъ сталъ умолять, чтобы его не сажали на колъ.
Лейтенантъ Дубасовъ снялъ съ мачты флагъ и привезъ его вмѣстѣ съ плѣннымъ Туркомъ, котораго уложили въ госпиталь и стали лечить; Турокъ поправился и увѣрялъ, что дѣтямъ о всему своему дальнѣйшему потомству закажетъ не воевать противъ русскихъ, которые не посадили его на колъ, и оказали человѣческую помощь. Вмѣстѣ съ корветомъ взлетѣло на воздухъ болѣе 200 человѣкъ.
Въ Барбошѣ князь Шаховскій передалъ Его Высочеству, какъ трофей, турецкій вице-адмиральскій флагъ, снятый лейтенантомъ Дубасовымъ.
Почти въ тоже время какъ турецкіе броненосцы обстрѣливались съ Дуная, 26 апрѣля Турки обстрѣливали изъ Исакчи близь Сатуновы Ѳерантоповскій монастырь, воздвигнутый въ воспоминаніе перехода черезъ Дунай въ 1828 г. Монастырь разрушенъ и принадлежащія къ нему постройки сожжены. У русскихъ подбита одна пушка и убитъ часовой изъ Галаца. Тоже своевременно передали, что 27 апрѣля баттареи устроенныя у Калафата бомбардировали Виддинъ; городъ этотъ загорѣлся во многихъ частяхъ, разрушена турками также Бешетъ- гавань при устьѣ рѣки Жіула, къ югу отъ Крайовы; въ тоже время они начали бомбардировать Журжево.
Примѣчанія
[править]- ↑ Прав. Вѣстн. 1877 г. № 94.
- ↑ Турки, не предпринимая ничего серьезнаго, обстрѣливали румынскія берега съ мониторовъ безнаказанно; но съ 26 апрѣля дѣло измѣнилось. Мы успѣли сооружить осадную баттарею, которая 29 апрѣля успѣла заявить себя блистательнымъ подвигомъ.
- ↑ Корресп. Московскихъ Вѣдомостей.