Выдержал, или Попривык и вынес (Твен; Панютина)/СС 1896—1899 (ДО)/Глава XIII

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Yat-round-icon1.jpg

Выдержалъ, или Попривыкъ и вынесъ — Глава XIII
авторъ Маркъ Твэнъ (1835—1910), пер. Н. Н. Панютина
Собраніе сочиненій Марка Твэна (1896—1899)
Языкъ оригинала: англійскій. Названіе въ оригиналѣ: Roughing It. — Опубл.: 1872 (оригиналъ), 1896 (переводъ). Источникъ: Commons-logo.svg Собраніе сочиненій Марка Твэна. — СПб.: Типографія бр. Пантелеевыхъ, 1898. — Т. 8.

Редакціи

 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедія


[212]
ГЛАВА XIII.

Мы поужинали великолѣпно; намъ дали свѣжѣйшее мясо, птицъ и овощи, все въ изобиліи и въ замѣчательномъ разнообразіи. Потомъ мы гуляли по улицамъ, заглядывали въ магазины и въ лавки и съ любопытствомъ смотрѣли на каждаго, полагая видѣть въ немъ мормона. Это была волшебная страна для насъ по всѣмъ причинамъ, страна чаръ, демоновъ и страшныхъ тайнъ. Намъ интересно было спросить у каждаго встрѣчнаго ребенка, сколько у него матерей и знаетъ ли онъ ихъ поименно; мы испытывали страшное любопытство всякій разъ, что видѣли, какъ двери жилья мормона отворялись и запирались и множество человѣческихъ головъ, плечъ и спинъ мелькали въ нихъ; намъ такъ хотѣлось посмотрѣть, что дѣлается въ семьѣ мормоновъ, какъ они тамъ живутъ, въ какихъ они отношеніяхъ между собою и какіе у нихъ обычаи.

Немного погодя замѣститель губернатора территоріи познакомилъ насъ съ «Джентилъ» (Gentiles) и мы съ ними провели очень пріятно время. «Gentiles» называются тѣ, которые не принадлежатъ къ мормонской сектѣ. Нашъ спутникъ Бемисъ же былъ съ нами часть этого вечера и пришелъ въ нашу комнату въ гостинницѣ около одиннадцати часовъ, веселый, болтливый, не твердой походкой, шатающійся, и въ рѣчахъ его было слышно больше икоты, чѣмъ смысла. Съ этимъ вмѣстѣ, когда, желая повѣсить, какъ слѣдуетъ, сюртукъ и жилетъ, онъ разложилъ ихъ на полъ, около стула по обоимъ бокамъ, и, собравъ въ комокъ панталоны, положилъ ихъ также на полъ, напротивъ того же стула, посмотрѣлъ на все съ благоговѣніемъ и пробормоталъ: «Слишкомъ много для него», легъ въ постель съ сапогами; тогда мы съ прискорбіемъ рѣшили, что онъ, вѣроятно, съѣлъ что-нибудь, что не согласовалось съ его желудкомъ.

Потомъ, однако, мы узнали, что онъ что-то выпилъ, а не съѣлъ. Онъ пилъ преимущественно мормонское прохладительное «веллэ тэннъ» (valley tan). Веллэ тэннъ есть родъ виски [213]англійской или что-то очень сходственное; это изобрѣтеніе чисто мормонское и дѣлается только въ штатѣ Утахѣ. Есть преданіе, которое говоритъ, что оно составлено изъ (привознаго) огня и сѣры. Если мнѣ хорошо помнится, то во времена Бриггэма Юнга (Brigham Young) нигдѣ не разрѣшено было въ общественномъ мѣстѣ пить и даже въ частныхъ домахъ, не одинъ вѣрный мормонъ не позволялъ себѣ выпивать что-нибудь, исключая веллэ тэнъ.

На слѣдующій день мы бродили по широкимъ, прямымъ и ровнымъ улицамъ, съ любопытствомъ осматривая городъ, гдѣ при населеніи въ пятнадцать тысячъ намъ ни разу не пришлось видѣть ни пьяницъ, ни бродягъ и вообще никакого безпорядка. Свѣтлый, чистый, прозрачный ручеекъ пробѣгалъ по всѣмъ улицамъ, замѣняя собою грязныя канавы. Громадные дома были построены изъ необожженнаго кирпича и красиво отдѣланы; за каждымъ домомъ тянулся большой, хорошо воздѣланный огородъ и садъ, гдѣ между грядами и фруктовыми деревьями виднѣлась вода, очевидно, протекавшая изъ ручейковъ съ улицы, и все и вездѣ дышало опрятностью, чистотою, изяществомъ и комфортомъ. Вездѣ видны были магазины, лавки съ разными издѣліями, всѣ заняты были какою-нибудь работою, въ воздухѣ раздавался стукъ кузнечнаго молота, шумъ колесъ на фабрикахъ, все это работало, трудилось и суетилось. Гербъ моего штата изображалъ двухъ медвѣдей, державшихъ между собою шлемъ съ девизомъ: «Соединенно мы стоимъ (hic). Разъединенно мы падаемъ». Для автора этой книги онъ былъ непонятенъ. Но у мормоновъ гербъ былъ простъ и несложенъ и очень къ нимъ подходилъ. Онъ изображалъ золотой улей съ работящими пчелами вокругъ!

Городъ лежитъ у самой степи, величина которой равняется штату Коннектикута; онъ окруженъ стѣною горъ, верхушки которыхъ теряются въ облакахъ, а на верхнихъ склонахъ лежитъ вѣчный снѣгъ. Смотрѣть на городъ съ одной изъ этихъ страшныхъ высотъ въ двѣнадцать или въ пятнадцать миль, Большое-Соленое-Озеро-Сити кажется дѣтскою игрушкою, стоящею около величественной Китайской стѣны.

На нѣкоторыхъ изъ этихъ горъ къ юго-западу въ теченіе двухъ недѣль ежедневно шелъ дождь, но ни одна капля не упала въ самый городъ; а во время жаркихъ дней, позднею весною и раннею осенью, жители, утомленные жарою, могли искать прохлады и въ то же время идти любоваться на роскошную и величественную снѣговую бурю на горахъ. Они издали могли усладиться этой картиной, хотя каждый день въ извѣстное время года, и снѣгъ никогда не падалъ ни на улицы, ни на ихъ жилье.

Соленое-Озеро-Сити была здоровая мѣстность, замѣчательно здоровая. Жители увѣряли, что у нихъ одинъ только врачъ на [214]весь городъ и что его аккуратно еженедѣльно арестовывали и приводили къ допросу за бродяжничество, такъ какъ онъ не имѣлъ «достаточно средствъ себя содержать».

Мы желали посѣтить знаменитое внутреннее море, американское «Мертвое море» — большое Соленое озеро, отстоящее въ семнадцати миляхъ отъ города — такъ какъ мы давно бредили, думали, говорили о немъ и мечтали видѣть его съ самаго начала нашей поѣздки, а теперь, когда оно было чуть ли не рукой подать, мы вдругъ потеряли всякій интересъ къ нему; итакъ, мы отложили до другого дня, какъ это всегда дѣлается, и кончили тѣмъ, что забыли о немъ. Мы обѣдали съ нѣсколькими любезными джентиль и посѣтили постройку громаднаго храма и много разговаривали съ этимъ проницательнымъ янки изъ Коннектикута, Герберомъ С. Кимбаломъ (нынѣ умершимъ), великимъ святымъ и могущественнымъ человѣкомъ въ коммерческомъ мірѣ. Мы осматривали «Tithing House» и «Lion House» и я не знаю и не помню — сколько еще церквей и казенныхъ зданій разнаго рода и странныхъ наименованій. Мы ходили и смотрѣли все, что могли, наслаждались каждымъ часомъ и пріобрѣли много полезныхъ свѣдѣній и интересныхъ пустяковъ, послѣ чего пошли спать, весьма довольные своимъ днемъ.

На слѣдующій день мы познакомились съ мистеромъ Стритомъ (нынѣ умершимъ), надѣли чистыя рубашки и пошли сдѣлать оффиціальный визитъ королю. Онъ былъ на видъ тихій, добрый, простой, полный достоинства и самообладанія джентльменъ, лѣтъ пятидесяти пяти или шестидесяти, но въ глазахъ его слегка проглядывала хитрость. Онъ былъ одѣтъ очень просто, и въ то время, какъ мы къ нему входили, снималъ съ головы соломенную шляпу. Разговоръ велъ онъ объ Утахѣ, объ индѣйцахъ, о Невадѣ, объ американскихъ дѣлахъ и вопросахъ, говорилъ съ нашимъ секретаремъ и съ нѣкоторыми лицами, которыя съ нами пришли, но на меня не обратилъ ни малѣйшаго вниманія, несмотря на то, что я нѣсколько разъ старался «вызвать его на разговоръ» о союзной политикѣ и объ его гордомъ отношеніи къ конгрессу. Мнѣ казалось, что то, что я говорилъ, было очень умно, но онъ только иногда бросалъ взглядъ на меня, какъ это дѣлаетъ кошка, когда хочетъ посмотрѣть, который изъ котятъ играетъ съ ея хвостомъ. Наконецъ я, оскорбленный, замолчалъ и сидѣлъ такъ до конца, красный какъ ракъ, ненавидя его въ душѣ и считая его необразованнымъ дикаремъ. Но онъ былъ невозмутимъ. Его разговоръ со всѣми этими джентльмэнами лился красиво, нѣжно, музыкально, какъ бы журчаніе ручейка; когда аудіенція кончилась и мы начали прощаться, онъ положилъ свою руку на мою голову, [215]ласково посмотрѣлъ на меня, какъ бы любуясь, и сказалъ моему брату:

— А это вѣрно вашъ ребенокъ, мальчикъ или дѣвочка?