Сочиненія И. С. Аксакова
Томъ седьмой. Общеевропейская политика. Статьи разнаго содержанія
Изъ «Дня», «Москвы», «Руси» и другихъ изданій, и нѣкоторыя небывшія въ печати. 1860—1886
Москва. Типографія М. Г. Волчанинова, (бывшая М. Н. Лаврова и Ко) Леонтьевскій переулокъ, домъ Лаврова. 1887.
Дѣло о морскомъ котѣ — не сказка, а быль.
[править]Дѣло идетъ о морскомъ котѣ, — но это не сказка, а быль, и не для дѣтей, а для взрослыхъ, и не для однихъ мѣховщиковъ, а для всѣхъ, кто хоть нѣсколько интересуется русскою національною экономическою политикой…
Еще въ 23 No прошлаго года мы упомянули[1], въ видѣ слуха, о домогательствѣ американской компаніи, арендующей монополію пушнаго звѣря на нѣкоторыхъ русскихъ островахъ Тихаго Океана: заручиться въ Петербургѣ уже теперь, впередъ, правомъ на продолженіе аренды; мы передали также и ходившіе въ Москвѣ толки, будто такое домогательство поддерживается генералъ-губернаторомъ Восточной Сибири, и обѣщали сообщить о всѣхъ обстоятельствахъ этого дѣла болѣе подробныя и вполнѣ достовѣрныя свѣдѣнія. Мы имѣемъ теперь возможность исполнить это обѣщаніе. Передъ нами и проектъ новаго контракта русскаго правительства съ американскою компаніей Гутчинсонъ, Кооль и Кo, составленный, по соглашенію съ нею, генералъ-губернаторомъ, и объяснительный къ нему рапортъ генерала Анучина: оба документа разосланы въ копіяхъ по разнымъ вѣдомствамъ, отъ которыхъ испрашиваются соображенія. Замѣтимъ, кстати, странную особенность: аренда этой важной государственной статьи, такъ непосредственно связанной съ интересами русской пушной торговли и промышленности, вѣдается не Министерствомъ государственныхъ имуществъ и не Министерствомъ финансовъ съ его Департаментомъ промышленности и торговли, а… Хозяйственнымъ департаментомъ Министерства внутреннихъ дѣлъ… Понятно, что сему послѣднему необходимы соображенія нѣкоторыхъ постороннихъ вѣдомствъ, и благо ему, что онъ ихъ испрашиваетъ; но мы позволимъ себѣ высказать нашу догадку, что вопросы промышленности и торговли касаются не однихъ «вѣдомствъ», но нѣкоторымъ, и даже едвали не главнымъ, образомъ и тѣхъ, которые торгуютъ и промышляютъ.
За крайнимъ сѣверо-восточнымъ побережьемъ Россіи, въ Восточномъ Океанѣ, или точнѣе въ Беринговомъ проливѣ, находятся такъ-называемые Командорскіе острова «Берингъ» и «Мѣдный», съ населеніемъ на обоихъ не свыше 500 душъ, исключительно Алеутовъ, управляемыхъ чиновникомъ Министерства внутреннихъ дѣлъ. Оба острова славятся «лежбищами» морскаго кота, ради чего, — прежде необитаемые, — они покойною Россійски-Американскою Компаніей и были заселены Алеутами, перевезенными ею съ Курильскихъ острововъ. Эти-то лежбища на «Берингѣ» и «Мѣдномъ», вмѣстѣ съ таковыми же лежбищами на необитаемомъ островѣ «Тюленьемъ», сданы русскимъ правительствомъ въ 1871 г. въ исключительное пользованіе на 20 лѣтъ американскому торговому дому Гутчинсонъ и Кў на слѣдующихъ, въ 1877 г. дополненныхъ условіяхъ: 1) торговый домъ платятъ правительству за аренду 5.000 р. въ годъ и кромѣ того за 30 т. котиковыхъ шкурокъ по 1 р. 75 к. и за 15 т. таковыхъ же шкурокъ, сверхъ упомянутаго количества, по 2 р. за штуку, — всего же торговый домъ платитъ русской казнѣ 87.500 рублей ежегодно; 2) шкурки компанія обязывается принимать отъ жителей съ уплатою ямъ: за первыя 30 т. по 1 р. за штуку, а за остальныя 15 т. по 50 коп.
Компанія, надобно воэдать ей должную похвалу, принялась за дѣло по американски, т. е. съ разумною оцѣнкою собственныхъ выгодъ. Она примѣнила къ этимъ островамъ тѣ же свои обязательства, какія несетъ въ отношеніи къ сѣверо-американскому правительству по эксплуатаціи арендуемыхъ ею у послѣдняго нѣкогда русскихъ, а теперь американскихъ острововъ «Прибылова». То-есть: видя крайнюю необезпеченность жителей и желая, въ собственныхъ интересахъ, упрочить ихъ пребываніе на мѣстѣ, расположить ихъ къ себѣ, — она озаботилась постройкою для нихъ на собственный счетъ удобныхъ деревянныхъ жилищъ, такъ что, по оффиціальному донесенію лейтенанта Полеваго, крейсеровавшаго недавно въ этихъ мѣстахъ, — на островѣ «Мѣдномъ» жители въ 1880 г., уже всѣ, а на «Берингѣ», — болѣе заселенномъ — половина, обитали не въ сырыхъ землянкахъ какъ прежде, но въ домахъ, и притомъ — даромъ. Кромѣ того, торговый домъ снабжаетъ жителей дровами и солью: послѣднею — безденежно, а дрова продаетъ, хотя и не дорого, однако же и не безъ выгоды для себя. Но вмѣстѣ съ тѣмъ, независимо отъ барышей, доставляемыхъ покупкою по опредѣленной дешевой цѣнѣ котиковыхъ шкурокъ, компанія пріобрѣтаетъ (и также очень дешево) вольною цѣной отъ жителей — голубыхъ песцовъ и даже бобровъ, которыхъ прежде на этихъ островахъ никогда не бывало и которые, какъ предполагаютъ, перенесли сюда свое лежбище съ Курильскихъ острововъ, гдѣ стала замѣтна ихъ убыль. Такимъ образомъ, de facto, компанія, благодаря отсутствію всякой конкурренціи, пользуется и монополіей покупки столь цѣнныхъ мѣховъ, каковы бобровые и песцовые, безъ всякаго на это права и безъ всякой платы правительству.
Генералъ Анучинъ, вступивъ въ управленіе Восточною Сибирью, призналъ вполнѣ основательно условія контракта невыгодными для русскаго государства, «не только въ матеріальномъ, но и въ нравственномъ отношеніи» По его словамъ, настоящій контрактъ «отдаетъ русскихъ подданныхъ туземцевъ въ полную нравственную зависимость отъ иностранцевъ», вліяніе которыхъ, вслѣдствіе постройки для жителей домовъ и прочихъ принятыхъ Американцами мѣръ, сказывается уже и теперь довольно сильно, особенно на молодомъ поколѣніи, способствуетъ распространенію англійскаго языка и роняетъ «престижъ русской власти». Эти похвальныя патріотическія чувствованія генерала должны бы, казалось, внушить ему естественное желаніе: передать аренду, по минованіи срока контракта съ Американцами, въ русскія руки, на болѣе выгодныхъ для правительства условіяхъ и, конечно, съ распространеніемъ на русскихъ арендаторовъ тѣхъ же разумныхъ и благодѣтельныхъ обязательствъ относительно жителей, какія налагаетъ сѣверо-американское правительство на своихъ арендаторовъ относительно острововъ «Прибылова», и какія торговый домъ Гутчинсонъ и Ко добровольно, хотя и въ собственныхъ интересахъ, выполняетъ на островахъ «Берингѣ» и «Мѣдномъ». Но генералъ Анучинъ, совершенно неожиданно, пришелъ къ иному, совсѣмъ противоположному выводу.
Вступивъ въ прямые переговоры съ компаніей посредствомъ командированаго имъ чиновника, онъ, по соглашенію съ нею, составилъ и представилъ въ Петербургъ проектъ новаго контракта, существенныя измѣненія котораго заключаются въ слѣдующемъ: 1) ежегодная арендная плата правительству, вмѣсто 5.000 р., поднимается до 25.000 р., а поштучная — вмѣсто 1 р. 75. за шкуру морскаго котика — 2 р., такъ что прибыль правительства, вмѣсто 87.500 р. въ годъ, возрастаетъ до 115.000 р., или противъ прежняго на 27.500 р. 2) Независимо отъ сего, шкуры песцовъ и бобровъ (бой которыхъ долженъ подвергнуться правильной регламентаціи) будутъ подлежать взысканію особой пошлины — въ размѣрѣ опредѣляемомъ генералъ-губернаторомъ Восточной Сибири сообразно съ цѣнами Лондонскаго аукціона. Казеннаго дохода отъ бобровъ и песцовъ генералъ Анучинъ предполагаетъ примѣрно до 10 т. р. въ годъ… Матеріальные интересы правительства повидимому обезпечены: 37 т. р. для русской каины сумма великая! Правда, не приняты при этомъ во вниманіе доходы самой компаніи (о которыхъ скажемъ ниже), — но за то «нравственные интересы» правительства и жителей удостоились особенной заботы генерала. Относительно, во-первыхъ, жителей обязуется компанія продолжать постройку домовъ въ числѣ потребномъ для всего населенія и ремонтировать ихъ, — что впрочемъ компанія уже безъ того, по собственному побужденію, дѣлала и предполагала дѣлать, — но генералъ Анучинъ выговорилъ при этомъ условіе, чтобы дома передавались компаніей не прямо отъ себя жителямъ, а сначала русскому управляющему, который бы уже передавалъ ихъ Алеутамъ въ собственность — яко даръ отъ русскаго правительства…. Это ради «престижа». Во 2-хъ, торговый домъ имѣетъ построить и устроить для Алеутовъ двѣ школы, выписать изъ Россіи и содержать двухъ учителей: это, по словамъ генерала Анучина, «если не для обрусенія, то для ослабленія иностраннаго вліянія на подрастающее поколѣніе»; далѣе: устроить двѣ аптеки, «организовать медицинскую помощь на обоихъ островахъ, пригласивъ двухъ лицъ врачебнаго персонала», съ платою имъ отъ себя жалованья и съ предоставленіемъ имъ со стороны русскаго правительства правъ казенной русской службы. Въ 3-хъ, наконецъ, плата жителямъ за каждую шкурку морскаго котика устанавливается однообразная — по 75 к. крупною серебряною монетой — что, по исчисленію компаніи, составитъ прибавку, въ пользу ихъ, по 7.500 р. въ годъ… Счастливые обитатели острововъ Беринга и Мѣднаго, Алеуты — числомъ 500 душъ! Какъ должны завидовать вамъ Камчадалы, для которыхъ на всемъ полуостровѣ Камчаткѣ имѣется всего одинъ врачъ, впрочемъ болѣе числящійся, чѣмъ практикующій, потому что, по увѣренію очевидцевъ, туземцы не обладаютъ привычкою прибѣгать къ медицинской помощи, — Камчадалы, по вычисленію лейтенанта Полеваго, заработывающіе себѣ, за всѣми расходами, не болѣе 6 р. кругомъ на душу въ годъ, тогда какъ заработная прибыль Алеутовъ «Мѣднаго» и «Беринга» составляетъ кругомъ свыше 90 р. с. на душу!
Въ вознагражднніе за такія новыя жертвы и расходы, проектъ генералъ-губернатора присоединяетъ къ монополіи американскаго торговаго дома на котиковый промыслъ также и право лова бобровъ и песцовъ на Командорскихъ островахъ; но не довольствуясь этимъ, въ примѣчаніи къ § 2-му, предоставляетъ ему же: «имѣть преимущество предъ другими лицами, торговыми домами и обществами на производство промысла морскихъ котовъ (независимо отъ вышеназванныхъ острововъ) въ предѣлахъ Россійскихъ владѣній въ Восточномъ Океанѣ, бу де тамъ найдены будутъ лежбища сихъ животныхъ и условія торговаго дома Гутчинсонъ и Ко предложенныя Россійскому правительству будутъ имъ найдены выгодными». Значитъ, пока длится американская аренда острововъ, русскіе промышленники должны сказать «прости!» морскому коту, если даже его лежбища откроются въ той сторонѣ, гдѣ-нибудь вовсе и не на островахъ? Понятно, что для русскихъ промышленниковъ получаетъ особую важность вопросъ: долго ли же будетъ длиться эта невыгодная для нихъ американская монополія? По старому контракту она должна бы окончиться 1 февраля 1891 г.; но Американцы, ссылаясь на великія новыя, налагаемыя на нихъ новымъ контрактомъ тягости, просятъ о продленіи имъ срока аренды, послѣ 1891 г., еще на 20 лѣтъ, т. е. до 1 февр. 1911 года!.. Генералъ Анучинъ однако же, хотя и признаетъ право компаніи на вознагражденіе за новыя ея траты на аптеки и просвѣщеніе, за приплату правительству и жителямъ лишнихъ 85 т. р., не рѣшается связать Россію даже и на XX вѣкъ проектируемымъ имъ въ пользу Американцевъ обязательствомъ, а думаетъ ограничиться только XIX столѣтіемъ, — впрочемъ по самый его рубежъ. Именно онъ предлагаетъ, чтобы новый контрактъ вступилъ въ силу немедленно по утвержденіи его правительствомъ и продолжался до 1900 г. (т. е. съ нынѣшняго гбда на 16 лѣтъ, или съ 1881 г., т. е. со срока еще дѣйствующаго контракта, на 9 лѣтъ). На такое продолженіе аренды генералъ «склоняется» — убѣжденный, по его словамъ, доводомъ компаніи «о необходимости сосредоточить промыслъ котовъ въ рукахъ людей знакомыхъ съ дѣломъ, заслуги которыхъ состоятъ во введеніи котиковъ въ моду и устройствѣ рынка», а также ея же доводовъ, что «барыши компаніи построены на весьма шаткомъ основаніи — модѣ высшаго свѣта»… Хотя люди знающіе и толкуютъ, будто мѣха — товаръ всего менѣе зависящій отъ прихотей моды, такъ какъ теплая одежда вовсе не принадлежитъ къ разряду людскихъ капризовъ, — однакожъ компанейскіе доводы до такой степени подѣйствовали на мнѣнія генерала Анучина, что движимый чувствомъ справедливости и соболѣзнованія, онъ признаетъ нужнымъ успокоитъ и обнадежить компанію… «Для успокоенія компаніи» — такъ пишетъ онъ въ своемъ рапортѣ — «относительно того, что промысла останутся въ ея распоряженіи возможно большее время, можно бы, казалось, включить въ контрактъ условіе, что если и послѣ 1900 года правительство наше сочтетъ полезнымъ отдавать промысла въ аренду, то преимущественное на это право сохраняется за торговымъ домомъ Гутчинсонъ и на тѣхъ условіяхъ, какія въ то время опредѣлены будутъ».
Отрадная перспектива для русской промышленности!…
Высокопоставленный администраторъ, въ концѣ своего рапорта, высказываясь положительно въ пользу немедленнаго заключенія новаго контракта", поясняетъ, что къ таковому «категорическому его заявленію» побуждаютъ его не только примѣръ Сѣверной Америки, доказывающій необходимость сосредоточенія подобныхъ промысловъ въ рукахъ «сильной и честно-дѣйствующей частной компаніи»; не только 12-лѣтнее безукоризненное исполненіе американскимъ торговымъ домомъ своихъ обязательствъ, причемъ онъ «не просилъ никакихъ снисхожденій и дѣлалъ для туземцевъ болѣе, чѣмъ это требовалось условіемъ, но и „отсутствіе на Восточномъ Океанѣ русской предпріимчивости и русскихъ капиталовъ“, — а это, по словамъ генерала Анучина, „дѣлаетъ мало вѣроятнымъ появленіе тамъ, въ близкомъ будущемъ^ такихъ предпринимателей, которые могли бы быть предпочтены вышеназванному дому“… „Впрочемъ, — прибавляетъ генералъ, — продленіе контракта только до 19Ѳ0 года именно и даетъ возможность возникнуть свободной конкурренціи“… Еслибъ эти слова не находились въ оффиціальномъ донесеніи по службѣ, мы бы подумали, что его превосходительство изволитъ шутить: какое же возникновеніе свободной конкурренціи со стороны русской промышленности возможно въ виду не только предположеннаго генераломъ исключенія русской конкурренціи въ теченіи остающихся 16-ти лѣтъ XIX столѣтія, но и въ виду проектируемой имъ въ новомъ контрактѣ оговорки, что и въ XX вѣкѣ русское правительство обязуется уже теперь — предоставить американскому торговому дому преимущество относительно аренды острововъ предъ всѣми другими конкуррентами, хотя бы и русскими! Если даже задаться задачею — подрѣзать въ самомъ корнѣ возможность для русскихъ промышленниковъ всякой конкурренціи съ американской компаніей, то нельзя было бы придумать средства болѣе вѣрнаго, какъ проектированный генераломъ Анучинымъ контрактъ.
Генералъ-губернаторъ напрасно вмѣняетъ компаніи въ особенную заслугу, что она „не просила снисхожденій“! Добросовѣстное исполненіе ею принятыхъ на себя обязательствъ, конечно, заслуживаетъ похвалы, но слѣдовало бы напередъ справиться — чѣмъ окупается для нея эта добросовѣстность и нуждалась ли компанія въ снисхожденіяхъ? Достовѣрныя данныя, несомнѣнно извѣстныя и генералъ-губернатору, такъ какъ онѣ подтверждены и русскими оффиціальными донесеніями (ссылаемся снова на донесеніе лейтенанта Полеваго, доставленное намъ вмѣстѣ съ прочими документами), указываютъ валовой доходъ компаніи въ 1.391.200 р. с.; за исключеніемъ же всѣхъ ея расходовъ по содержанію служащихъ, парохода, на фрахтъ и пр., а также расходовъ обязательныхъ для нея по новому контракту, — присоединяя сюда даже и погашеніе капитала, употребленнаго на постройку домовъ, уступаемыхъ русскому правительству, равно и суммы исчисленныя самою компаніей на содержаніе школьныхъ учителей (по 1500 р. въ годъ каждому), аптекъ и т. п., чистая прибылъ компаніи опредѣляется въ 1.125,900 р. въ іодъ.
Съ этимъ ежегоднымъ доходомъ въ милліонъ сто двадцать пять тысячъ рублей американскаго торговаго дома сопоставимъ доходъ русскаго правительства. По новому контракту онъ возвышается до 115 т. рублей, но за вычетомъ, по разсчету лейтенанта Полеваго, расходовъ на жалованье русскому управляющему съ 10 казаками и, главное, на содержаніе русскаго крейсера, доходъ улетучивается до 61т. р. Конечно, отдавая эти промысла въ аренду Американцамъ въ 1871 г., русское правительство не могло еще опредѣлить навѣрное размѣръ ожидаемой для компаніи прибыли; тѣмъ не менѣе сумма назначенной имъ и тогда арендной платы (87 т. р.) трудно поддается объясненію; его надобно искать развѣ въ сибирскихъ порядкахъ… Генералъ Анучинъ увеличиваетъ теперь доходъ казни на 27 т. р., а съ помощью бобровыхъ и песцовыхъ шкуръ даже на 37 т. р. ежегодно, — но вѣдь теперь и милліонная цифра доходовъ компаніи несомнѣнно опредѣлилась! Несмотря на то, прибыль, доставляемая русскому правительству ежегодною надбавкою въ 37 т. р., а также, должно-быть, и благо, сулимое 500 Алеутамъ учрежденіемъ школъ и аптекъ на американскій счетъ, представляются генералу Анучину столь необычайными, что ради ихъ онъ рѣшается энергически настаивать на ^немедленномъ заключеніи новаго контракта, для скорѣйшаго» — какъ онъ именно выражается, — «полученія тѣхъ выгодъ (?!), кои новый контрактъ обѣщаетъ какъ правительству, такъ и жителямъ»… Ради сихъ выгодъ онъ предлагаетъ не только продолжить срокъ американской аренды Командорскихъ острововъ до 1900 года и въ теченіи этого срока признать за торговымъ домомъ Гутчинсонъ и Ко преимущество предъ всѣми конкуррентами на производство котиковаго промысла и во всѣхъ другихъ русскихъ владѣніяхъ Восточнаго Океана, — но утвердить за симъ домомъ преимущественное право на возобновленіе аренды острововъ и въ XX столѣтіи, съ исключеніемъ всѣхъ другихъ, предлагающихъ равныя условія, конкуррентовъ! Другими словами: генералъ Анучинъ предлагаетъ русскому правительству изъ-за 37 т. р. ежегодной прибыли — сохранить за иностранцами на неопредѣленно долгій срокъ милліонную прибыль, извлекаемую изъ принадлежащаго Россіи добра, — лишить русскую промышленность, въ пользу иностранной, даже всякой возможности развиться и проявить свою дѣятельность на крайнемъ Востокѣ — и въ семъ и будущемъ вѣкѣ!.. Не то удивляетъ насъ, что подобное соображеніе могло возникнуть въ умѣ современнаго русскаго администратора, но главнымъ образомъ то, что оно повидимому никого не удивило, что оно способно тревожить русскій торговый міръ, какъ будто имѣетъ за собой вѣроятность успѣха…
Генералъ Анучинъ ссылается на отсутствіе въ Восточномъ Океанѣ русской предпріимчивости и находитъ мало вѣроятнымъ появленіе тамъ даже и въ близкомъ будущемъ такихъ предпринимателей, которые могли бы быть предпочтены торговому дому Гутчинсонъ и Ко. Но въ какомъ отношеніи предпочтены? Развѣ не найдется въ Россіи людей, способныхъ платить правительству 117 т., а другія 150 т. употреблять^на расходы по эксплуатаціи и на вознагражднніе Алеутамъ, съ тѣмъ чтобъ получать прибыли свыше милліона? Да и что за дѣло правительству, еслибъ арендаторъ получалъ выгоды даже нѣсколько менѣе милліона, будь только вѣрно вносима ничтожная, однажды установленная плата каинѣ и туземцамъ? Почему же долженъ будь предпочтенъ тотъ, кто умѣетъ туже набить свой карманъ, когда отъ большаго размѣра прибыли нѣтъ никакой прибыли ни жителямъ, ни правительству?.. Да наконецъ не мѣшало бы хоть напередъ, прежде чѣмъ возглашать такое сужденіе, опросить, любопытства ради, не найдется ли серьезныхъ конкуррентовъ на монополію русскаго товара и въ самой Россіи… Жалобы генерала Анучинѣ на отсутствіе наличныхъ русскихъ предпринимателей неосновательны. Уже съ 1863 г. Филиппеусъ, — человѣкъ, несмотря на свою фамилію, вполнѣ русскій, вполнѣ образованный, когда-то служившій въ Восточной Сибири, ставшій потомъ камчатскимъ купцомъ и въ этомъ званіи бывшій два года русскимъ консуломъ въ Японіи, — доставлялъ, да и доставляетъ московскимъ торговцамъ значительныя партіи сибирскаго пушнаго товара. Уже 16 лѣтъ сряду, по контракту съ казной, онъ снабжаетъ Камчатку хлѣбомъ (который тамъ не родится) и всякими другими необходимыми товарами по умѣренной цѣнѣ, ежегодно лично являясь для сего лѣтомъ, изъ Петербурга, на своемъ пароходѣ «Камчатка», въ Петропавловскъ и другія населенныя мѣста Камчатскаго побережья. По словамъ оффиціальнаго донесенія лейтенанта Полеваго, «жители очень расположены къ нему, отзываются о немъ какъ о благодѣтелѣ и съ нетерпѣніемъ каждый разъ ожидаютъ его прихода». Это имя не безъизвѣстно и генералъ-губернатору. Онъ даже упоминаетъ его и въ своемъ рапортѣ по слѣдующему странному поводу: почему-то при заключеніи договора съ Американцами, найдено было нужнымъ включить во 2 § контракта, чтобъ въ числѣ компаньоновъ торговаго дома находился одинъ Русскій; оказалось однако, что это требуется только для виду, что русскій компаньонъ долженъ только числиться, безъ всякаго дѣйствительнаго участія въ дѣлахъ, расходахъ и прибыляхъ компанейскихъ. По настоятельной просьбѣ тогдашняго русскаго начальства, г. Филиппеусъ согласился принять временно это званіе, такъ что полный оффиціальный титулъ торговаго дома гласитъ: «Гутчинсонъ, Колли, Филиппеусъ и Ко». Упоминая этотъ титулъ, генералъ Анучинъ поясняетъ, что «участіе г. Филиппеуса въ дѣлахъ торговаго дома чисто номинальное, для исполненія условій контракта»… Зачѣмъ нужны были такія условія, которыя не подлежатъ дѣйствительному исполненію, мы не постигаемъ; но но всѣмъ вѣроятностямъ тутъ сокрытъ глубокій смыслъ, уму простаго смертнаго, не изъ администраторовъ, совершенно недоступный, потому что вслѣдъ за вышеприведенными словами, генералъ Анучинъ прибавляетъ слѣдующія: «Полагаю, что такимъ же образомъ на будущее время участіе русскихъ подданныхъ въ дѣлахъ торговаго дома будетъ только на бумагѣ, а не надѣлѣ»… Что это значитъ? Ужъ не грозитъ ли участіе русскихъ подданныхъ русскому государству какою-либо особенной невыгодой, или же можетъ-быть оно просто-напросто непріятно Американцамъ, такъ какъ раскрываетъ тайны торговаго контроля? Но въ послѣднемъ случаѣ совмѣстно ли съ достоинствомъ правительства ставить обязательно своихъ подданныхъ въ жалкую роль номинальныхъ компаньоновъ и постановлять въ контрактѣ завѣдомо условія съ тѣмъ, чтобъ въ угоду иностранцамъ ихъ въ сущности не исполнять?.. Содѣйствуетъ ли это «престижу» русскаго правительства, о которомъ такъ заботится генералъ-губернаторъ, — ради сохраненія котораго онъ изобрѣлъ остроумную мѣру, чтобъ Американцы, построивъ на свои деньги дома для жителей, отдавали ихъ жителямъ не прямо отъ себя, а черезъ русскаго управляющаго островами — какъ правительственный подарокъ?
Странные документы!…
Но уже не страннымъ, а печальнымъ представляется послѣдній полученный нами документъ — письмо представителей четырехъ крупныхъ московскихъ торговыхъ фирмъ, съ г. Сорокоумовскимъ во главѣ, къ г. Филиппеусу. Въ этомъ письмѣ, они, въ отвѣтъ на слова генерала Анучина объ отсутствіи русскихъ предпринимателей, поясняютъ, что до 1868 г. промысла составляли монополію Россійско-Американской компаніи, а сдача въ аренду американскому торговому дому, рѣшенная правительствомъ въ 1870 г., учинена была совершенно безъ ихъ вѣдома, къ немалому ихъ сюрпризу; что. и о настоящемъ пріѣздѣ въ Петербургъ агента американской компаніи, равно какъ о предложеніяхъ генералъ-губернатора, узнали они совершенно случайно.. Поэтому московскія фирмы уполномочиваютъ г. Филиппеуса ходатайствовать предъ правительствомъ, чтобъ контрактъ съ Американцами возобновляемъ не былъ, при чемъ заявить, отъ имени представителей фирмъ, что они или преемники ихъ теперь или въ то время, когда правительство найдетъ удобнымъ. готовы составить товарищество для эксплуатаціи промысловъ на Командорскихъ островахъ съ потребнымъ капиталомъ, съ представленіемъ залога и на условіяхъ аренды — «во всякомъ случаѣ болѣе выгодныхъ какъ для правительства, такъ, и для мѣстныхъ жителей, чѣмъ назначенныя нынѣ въ проектѣ генерала Анучина»… Сибирское просвѣщенное и гуманное начальство можетъ успокоиться: будутъ для Алеутовъ-островитянъ и школы, и аптеки съ «медицинскимъ персоналомъ»… Въ этомъ же родѣ, какъ мы слышали, подается и заявленіе отъ московскихъ торговцевъ мѣхами и Московскому Биржевому Комитету.
Надо надѣяться, что не всѣ же въ Петербургѣ останутся глухи къ этому гласу. Но во всякомъ случаѣ исторія съ морскимъ котикомъ составляетъ только одну изъ назидательныхъ страницъ въ общей исторіи нашей промышленности, равно и нашей національной торговой политики… Опять все тотъ же мучительный вопросъ: зачѣмъ и почему такая быль у насъ бываетъ, и даже какъ будто въ порядкѣ русскихъ вещей?!…
- ↑ См. предыдущую статью.