ЕГО ВЫСОКОПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВУ
[править]Вторично я теперь имѣю удовольствіе объявить моему Отечеству, посвящая Вашему Превосходительству сочиненіе мое, коликимъ я есмь отличнымъ Васъ почитателемъ. Примите, Милостивый государь мой, и сей мой трудъ за знакъ истиннаго моего къ Вамъ почтенія и преданности, съ которымъ я навсегда имѣю честь быть и именоваться
МИХАИЛА ПРАКУДИНЪ.
ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА:
[править]СУЕВѢРОВА, вдова.
БЕЗНАДЕЖДОВА, племянница ея.
Благоразумова, пріятель Безнадеждовой.
МАРѲА, ближняя служанка Безнадеждовой.
УЕДИНЕННОВЪ, женихъ, за Безнадеждову сватающійся.
РЫБАКОВЪ, другъ Уединеннова.
КАЛИСТРАТЪ, старой слуга отца Безнадеждовой.
АНДРЕЙ, слуга Безнадеждовой.
ІОСИФЪ, вольнодомецъ, живущей на большой дорогѣ.
ПОСТОЯНОВЪ, любовникъ Безнадеждовой.
АЛЕКСАНДРЪ, слуга Постоянова.
ДОБРОДѢТЕЛЬ УВѢНЧАННАЯ ВѢРНОСТІЮ.
[править]Поистиннѣ познать я не могу тайны, которая толико тебя задумчивою дѣлаетъ! Вотъ уже два часа, какъ я пріѣхала, и ты мнѣ ни на единое мое слово не отвѣтствуешь; многажды я разсуждала находясь въ уединеніи моемъ, о чемъ бы казалось другу моему сѣтовать; воображала часто всѣ преимущества, которыми жизнь моя преисполнена: вижу тебя прекрасну, имѣющую довольной достатокъ и съ излишествомъ, въ людяхъ весьма щастливу. Всѣ желаютъ тебя видѣть, слышать разсужденіи твои; домашніе боготворятъ тебя и кажется, что домъ твой составляетъ единое тѣло, а ты собою оживляешь оной. Чего бы кажется желать осталось! но вотъ какъ сердце человѣческое содѣлано, что при всѣхъ удовольствіяхъ можно имѣть нещастливую жизнь.
Напротивъ того, когда поставляю себя тебѣ въ сравненіе, то какую примѣчаю розницу! Тебя вижу благополучну, а себя образцомъ нещастливыхъ людей примѣчаю; съ самаго моего робячества, познала я неудачную долю мою въ собственномъ домѣ моемъ, бывъ всегда притѣсняема и гонима, и наконецъ опредѣлила житье мое въ такое состояніе, которое сначала было мнѣ тягостно, теперь же почитаю себя наищастливою. Во обиталищѣ моемъ царствуетъ покой и размышленіе, уединеніе укрѣпляетъ души и поставляетъ превыше всякаго состоянія.
Всѣ сіи преимущества, о которыхъ ты говоришь, мой другъ, неопровержемо должны человѣка творить довольнымъ, когда нѣтъ въ сердцѣ печали, никогда покою не дающей.
То-то для меня и непостижно, о чемъ бы тебѣ, сѣтовать — - — Ты никогда такова не бывала, что уже чувства сердца своего отъ меня таить начинаешь: такимъ образомъ съ друзьями не обходятся.
Что пользы жаловаться на состояніе, когда ни въ комъ уже помощи обрѣсти не чаю! это дѣло душъ слабыхъ, чтобъ проповѣдывать свои прискорбности, и тѣмъ тягчить другаго.
Но не друга! я умѣю сохранить неоцѣненную сію участь и крайне соболѣзную, что я въ сіе время лишена твоей повѣренности. Я понимаю изъ словъ твоихъ, что одолѣваетъ отчаяніе твою душу; Подумай о состояніи твоемъ, тебѣ время наступаетъ вытти за мужъ и сдѣлаться щастливой и другаго ощастливить.
Боже мой! какъ далеки мысли мои отъ супружества! нѣтъ, я за мужъ итти не намѣрена; а прибѣжище тоскѣ моей твое состояніе, въ которомъ ты меня чрезъ нѣсколько недѣль увидишь.
Какъ! ты уединенна навсегда быть желаешь? Нѣтъ; сіе состояніе хотя блаженное, однакожъ сего я не вынесу, чтобъ я тебя оставляющу свѣтъ увидѣла, и я безъ того отъ тебя не поѣду, покуда не узнаю тайну мнѣ непостижимую.
Здравствуй голубушка Благоразумова, я право мой свѣтъ и не слыхала, что ты пріѣхала: все ли въ добромъ здоровьи?
Слава Богу, сударыня, я здѣсь уже часа съ три.
А я скажу тебѣ, что я всю ноченьку хоть бы на волосъ.
Что, вы конечно занемогли?
Нѣтъ матушка, домовой всю ночь не далъ спать, все продавилъ и вотъ теперича такъ грудь! ну вотъ вздохнуть не дастъ и бока болятъ, а спина такъ не слышится; со мною это бывало и прежде, да все таки не такъ; а ныньче изъ рукъ вонъ.
Вотъ изволь послушать нашего разсужденія.
Полно-те сударыня, какой домовой! ихъ нѣтъ. Это у васъ остановленіе крови, въ нѣкоторыхъ тонкихъ жилахъ: это со всѣми случается.
Полно, мой свѣтъ, какъ тебѣ не стыдно! грѣшишь, будто домовыхъ нѣтъ; безъ нихъ сударыня домъ стоять не можетъ, не только домъ, да и конюшня. Скажу тебѣ: у покойника батюшки была бурая лошадь. Сперьва она была всѣхъ жирнѣе, такъ что этому бывало весь домъ не надивится. По томъ вдругъ та же лошадь стала хоть на дровни положи; стали думать, отъ чего бы, и наконецъ примѣтили, что ее проклятой домовой всякую ночь мучитъ; а послѣ окаянной и подъ ясли ее подобьетъ, такъ что насилу бывало бѣдная отдохнетъ: — - — Да полно что съ вами говоришь, вы нонче ничему не вѣрите, у меня своя такая же [доказывая на Безнадежнову] — - — Воля, ваша, васъ испортили учители, они въ васъ эту ересь вселили, чтобы ничему, не вѣрить! Ну, какъ сударыня этому не вѣрить! воля ваша, я вѣрю, какъ вы хотите, да ты это, матушка, что изволила задуматься?
Ничего сударыня, я слушаю.
Какъ всему не вѣрить! Однако разумъ человѣческой долженъ иногда пустые страхи изслѣдуя отвергать.
Что мнѣ до этого нужды! нѣтъ матушка, я всему вѣрю, чему мой отецъ и мать вѣрили.
Велико почтеніе ваше къ родителямъ чрезъ это оказывается.
Да, нѣтъ таки нынѣче и свѣтъ сталъ иной; какъ мы бывало живали, такъ все не по нынѣшнему: строго насъ содержали; чтобы я смѣла сказать что отцу или матерѣ! нѣтъ матушка! а нынѣ вотъ сколько уже времени бьюсь я съ другомъ то твоимъ; нынѣ право молодые люди отъ рукъ отбились. [Безнадеждова уходитъ]
Да что такое, сударыня! я вашей рѣчи не понимаю.
То-то сударыня, не понимаю: всѣ вы нынѣ хороши; какъ у насъ бывало въ старину скажутъ, вотъ тебѣ женихъ, а ты ему невѣста, такъ и здравствуй.
Я вижу сударыня, что вамъ хочется ее выдать за мужъ, да, какъ примѣчается мнѣ, и по неволѣ; а нынѣ благоразумные господа и крестьянокъ своихъ по неволѣ за мужъ не выдаютъ, а она ваша племянница.
Я ей вмѣсто матери и отца: что хочу съ нею, то и дѣлаю.
Этого не можете.
Кто мнѣ заказалъ? я ей велю и она должна исполнить; въ ее годы, матушка, въ дватцать лѣтъ мы еще и рта не разѣвали: вить ее еще можно почесть за робенка: она щастья своего не разумѣетъ.
Мудреной это вѣкъ, что незнаніе было почитаемо. Нынѣче сударыня люди инако живутъ, говорятъ и другимъ образомъ, даже думаютъ, да пожалуйте скажите, что это за великолѣпной женихъ, о которомъ вы такъ усильно печетесь.
Такъ, матушка, я таки намѣрена пристроить ее къ доброму мѣсту; пора мнѣ "ты желѣза съ рукъ своихъ сбросить, а именно намѣрена выдать ее за сосѣда нашего, уединеннаго, у котораго всякаго добра препропасть и онъ человѣкъ пречестной, всякое дѣло смыслитъ хорошо, а какъ говоритъ, такъ его бы и слушалъ.
Теперь скажу ужъ и я по вашему, съ рукъ сброса желѣза надѣть себѣ на шею. Знаю я итого богача; лучше ее въ рѣкѣ утопить, нежели за такое чудо выдать; онъ ее^ сокрушитъ: стыдитесь сударыня и думать отъ чего вамъ — - —
Вотъ нынче какія разсужденія; полно матушка ты его не знаешь, ни о богатствѣ его довольно не слыхала; скажу тебѣ: онъ анамеднѣ меня увидѣлъ, какъ разсказывалъ, что у него за доходная деревня; скажу тебѣ: у него одного маку высѣваютъ въ Низовой деревнѣ четвертей сорокъ.
Вотъ это всего лучше, конечно у него на тысячу верстъ владѣнія: не бесчестно ли онъ это сохвасталъ? этимъ можно уѣздовъ шесть засыпать.
А холопей содержитъ на хлѣбѣ человѣкъ съ полтораста. Подумай же, вить онъ живетъ бариномъ.
Жалки мнѣ эти всѣ господа, которые не по мѣрѣ своихъ доходовъ служителей содержатъ, которые въ замѣну ихъ раззоренію весьма худо имъ служатъ. Въ другихъ государствахъ я слыхала, что полутороста слугъ у вельможей нѣтъ; а сей человѣкъ, о которомъ ты говоришь, самой самой обыкновенной дворянинъ; въ иномъ домѣ пять человѣкъ лучше могутъ услужить нежели эдакихъ шалуновъ сотня; да Рускія пословицы наши весьма удачны: каковъ попъ, таковъ и приходъ. [Марѳа вошедъ докладываетъ Суевѣровой.]
Попадья васъ, сударыня, дожидается.
Такъ, я знаю, что эта гостья не даромъ пожаловала: что изволишь съ дурой! да нѣтъ, я по своему сдѣлаю, связавъ ее отдамъ.
Скажи пожалуй, матушка! тебя выдаютъ, какъ кажется за-мужъ; ты отъ меня все таишь?
Это конечно тетушка моя тебя о своемъ намѣреніи увѣдомила, въ чемъ я не имѣю ни малаго участія.
Сей часъ Марѳушка увѣдомила ее о приводѣ попадьѣ, такъ я примѣтила, что она сваха.
Не удивляешся ли ты этому? По окружности нашей деревни ни одна попадья не миновала, чтобъ не употреблена была въ эту должность. Я поистиннѣ не понимаю, что моей тетушкѣ такъ разсуждается, чтобъ за кого нибудь меня выдать.
Участь твоя мнѣ по нѣскольку открыта, она намѣрена тебя выдать за Уединеннова.
Ахъ! Боже мой, ежели она такую мнѣ судьбину приготовляетъ: нѣтъ умру прежде, нежели увижу себя его женою! Порочить человѣка не есть моя склонность; я отдамъ ему преимущества вселенныя, но не хочу вступить съ нимъ въ супружество. Господи! какой это будетъ благодѣтельной поступокъ! Дочь сестры своея единой родной принесть на жертву единому только необузданному своему намѣренію. Нѣтъ! чувствую я уже мою слабость; нѣтъ, не снесу я ея повелѣнія, колико ни тягостно учиниться мнѣ преслушною…
Но почто такъ себя крушить прежде времени? Ты изъ себя выступаешь, это состоитъ въ твоей волѣ.
Эхъ! какъ мало вѣдаешь ты свойства сердца друга твоего, которое обмануть не удобно!
Кого обмануть? я не понимаю твоихъ разговоровъ, пожалуй откройся мнѣ.
Боюсь предъ тобою явить мою слабость, зная какъ ты о вещахъ судишь.
Какъ бы я ни судила, но я умѣю также снисходить человѣческимъ слабостямъ, когда ихъ исправишь не Возможно. Пожалуй откройся мнѣ, ты кажется во всемъ на меня положишься можешь.
Безъ всякаго сумнѣнія могу я открыть тебѣ мое сердце, но откровеній сіе что меня воспользуетъ? уменьшитъ ли печаль мою? подастъ ли крѣпость выдерживать отчаяніе, которое превосходитъ мои силы? Нѣтъ любезной другъ. Слабое утѣшеніе — - —
Какъ слабое утѣшеніе? Я знаю, какъ ты разумна и сколько въ младости своей Просвѣщенія имѣешь; не уже ли не утверждаешь, что во всѣ времена чувства наши довольно уже испытаны? представь себѣ радость и печаль, которую бы раздѣлишь де съ кѣмъ. Самое наипріятнѣйшее обстоятельство много уже силы своей потеряетъ, когда при первомъ его стремленіи сорадоваться человѣка нѣтъ. Благополучіе сіе поистиннѣ тотчасъ учинится уже обыкновеннымъ; ибо сердце наше таково, что полученіе желанія творитъ уже его посредственнымъ, время отнимаетъ силу того Предмета, и наконецъ производитъ къ тому же самому иногда и отвращеніе.
Ахъ! какъ худо ты философствуешь! какъ таковыхъ людей ты разумѣешь? Я понимаю ихъ людьми вѣтренными, ненадежными, неосновательными, и словомъ: таковые для жизни человѣческой не способны. Нѣтъ, я не такъ думаю, ежели я предприму какое намѣреніе; а судьба моя ко мнѣ толико не милосерда, что она отказываешь мнѣ въ полученіи моего желанія, однакожъ я не взирая на ее строгость до послѣдняго издыханія при томъ останусь.
Госпожа Суевѣрова приказала васъ къ себѣ просить поскорѣе.
Конечно на совѣтъ о твоемъ замужствѣ — - — Однакожъ я приготовилась, что мнѣ съ нею говорить; а какъ я возвращусь, такъ рѣши пожалуй мое сумнѣніе. [Уходитъ.]
Какъ сказать, и какъ разрушить это несносное воздыханіе — - — Дѣвкѣ открыть склонность сердечную! есть ли что нибудь сего достойнѣе наказанія? сказать, имѣю человѣка, котораго люблю, и которой любитъ и меня, что стыднѣе сего быть можетъ! — - — Чувствую я уже и такъ сама Въ себѣ, колико совѣсть не отлучна бываетъ отъ нашего размышленія; мнѣ кажется, уже всякой предметъ меня окружающей упрекаетъ меня въ моей тайнѣ: всѣ знаютъ мою склонность — - — Ахъ! всѣ уже говорятъ про меня Такъ мыслятъ обыкновенно сердцемъ уязвленные люди — - — Но почто я такъ страшусь? прогнѣвляю ли я провидѣніе или человѣковъ тѣмъ, что люблю достойное, котораго не любить не можно? Подсолнечная утвердила бы мое намѣреніе; я имѣю въ немъ любовника и жениха, украшеннаго всѣми завидными талантами — -Но почто я нарекаю его симъ именемъ? Можетъ быть уже въ живыхъ онъ не обрѣтается — - — Какъ! третій годъ не имѣть о немъ свѣдѣнія? Стянется, что жестокіе непріятели уже давно лишили его жизни, или какимъ нибудь другимъ образомъ свирѣпой рокъ отнялъ у меня мою душу — - — Нѣтъ, воображеніе единое сего нещастія уже меня дѣлаетъ истуканомъ — - — Боже мой! избавь меня отъ помышленія, сего; ты всѣмъ всесильною десницею правишь — - — - Вѣдаешь слабость мою, что такая утрата выше моей крѣпости. [Уходитъ.]
ДѢЙСТВІЕ ВТОРОЕ.
[править]Я право и тебя уже не понимаю: отъ васъ отъ всѣхъ нынѣ начинаетъ ипохондріей пахнуть. Что это за-новопріѣзжая немочь? Я отъ покойника отца не слыхивалъ, чтобы наши старые господа ею занемогали; а теперь, какъ кажется, и нашу хамскую породу посѣтить она вознамѣрилась.
Отступись пожалуй; мнѣ, Богъ свидѣтель, не до тебя.
Да скажи пожалуй, что ты такъ мудрена? что у васъ учинилось?
Добро уже забудешь эдакъ головорѣзишь, какъ взворотятъ на невѣяной хлѣбъ.
Что ты говоришь за-пыль? я тебя не понимаю, у насъ этого никогда не бывало; ты, мнѣ кажется, вріошь. Не чрезъ край ли полно ты хватила? ха, ха, ха, ха, ха. [къ сторонѣ.]
Подлинно, вить это будетъ самое нещастье, ежели ее бѣдную выдадутъ за эту лошадь.
Да скажи пожалуй: я вижу, это ужъ не шутка; кого выдаютъ?
Да отступись, у насъ вишь свадьба.
Какая свадьба?
Барышню хотятъ выдать за уединеннова.
Ну! пропали наши головушки. То-то ужъ совершенной матъ: нѣчего будетъ и въ студень покрошить, не только порядочно пообѣдать. Онъ, сказываютъ, только въ недѣлю по два раза кушаетъ; да и людей своихъ пріучилъ къ тому же, проповѣдывая имъ, что объяденіе смертной грѣхъ. А какое объяденіе? они съ голоду и съ холоду шатаются, какъ стѣни.
Что дѣлать? знать ее такое щастье.
Это все чудеситъ наша Суевѣрова! Да я удивляюсь, для чего она ея не оставитъ: мы бы могли жить и одни.
Ты разсуждаешь какъ повѣса и вѣтреница.
Ахъ матушка! что ты на меня гнѣвается? вить ты мнѣ не жена.
Я не гнѣваюсь на тебя; да какъ ты можешь объ ней разсуждать? я тебѣ скажу, что это такой благонравной человѣкѣ, что она въ женскомъ родѣ безпримѣрная: я съ ребячества имѣю честь служить ей; какого Осторожнаго она свойства! Ахъ Боже мой! Ей жить одной!
Да для чего не жить? конечно.
Какъ ты это можешь разсуждать? чему дѣвица не бываетъ подвержена и тогда, ежели она отъ кого и зависитъ? Зависть ея подругъ не отступаетъ отъ нее; онѣ иногда вымышляютъ такое, чѣмъ бы затмить добродѣтели и погасишь прелестныя качества, и преимуществовать не дать; всякой поступокъ навлекаетъ тьму примѣчателей, а малѣйшее число одобрителей. Участь по истиннѣ достойна сожалѣнія молодой дѣвицы! Вашъ же родъ пренесносной; лесть, обманъ, насмѣшки, клеветы, словомъ: кучу напастей влечетъ за собой вѣтреной молодой мущина, которой ищетъ получить наше сердце. Чтожъ останется, помыслить о той, которая отъ себя зависить? о! какое бѣдное состояніе госпожи моей!
Да что ты такъ мучишся? вить можно избрать лучше.
Што-то она дѣлаешь теперь? Она рыдаетъ! Сердце ея бѣдной сокрушается. Вытти противъ склонности: это умереть; сдѣлаться ослушной теткѣ, умереть же: о Господи! ты зришь, какъ заблужденіе для людей пагубно! [плачетъ.]
Нѣтъ, теперь и съ пьянаго хмѣль спрыгнетъ; я вижу, это дѣльцо-то не на шуточку; и до насъ доходитъ: ты уже плачешь.
Да какъ мнѣ не плакать? люблю ея какъ душу! Дватцать лѣтъ служа ей, не видать рабѣ непріятнаго взгляда отъ госпожи своей, которая печальнаго лица видѣть не пожетъ. Дай Богъ ей всякое благополучіе! Кто можетъ, кажется, достойнѣе быть хорошей участи? Но какъ намъ разсуждать, смотря, что иногда самыя наидостойныя посѣщаются нещастіемъ? [задумавшись нѣсколько] Что-то она теперь дѣлаетъ? [со удивленіемъ] Выслала меня вонъ: такъ обыкновеніе ея, чтобъ рабу не оскорблять своими слезами!
Побѣгу я; что-то тамъ дѣлается?
Вотъ плоды благонравія! — - — вотъ науки! — - — - — вотъ рѣдкія знаніи! — - — вотъ доля дѣвицы безпримѣрной которая отъ добродѣтели умереть должна! — - — О добродѣтель! пріятное имя! но пагубное твое дѣйствіе! Ты безполезное названіе на свѣтѣ! Лишаешь меня госпожи моей, ахъ! госпожи премилосердой! [плачетъ] Ты отъимаешь, въ ней, у меня отца, мать, родню, друга и благодѣтеля! — - — Я изъ себя выступаю: какъ осмѣлилась я назвать ея такъ чувствительными именами? Нѣтъ не робѣю: я раба, но не чувствовала рабства моего.
Да помилуй, што ты такъ себя убиваешь? Я твоего лица видѣть не могу: какъ это возможно?
Ахъ матушка, ей конечно дурно!
Да какъ и не быть? Она теперь всіо плакала, а причини сліозъ своихъ не сказываетъ.
Не рѣдко съ нами это случается: только мы такъ искусно умѣемъ плакать, что у насъ никто не подмѣтитъ; да эдакъ себя и уходимъ.
Помилуй ты меня, откройся мнѣ: что такое съ тобой дѣлается? Ты не хочешь итти за Уединенова? не ходи. Ежели тетка твоя такъ будетъ безразсудна, что будетъ также упорна, какъ теперь: то я уже тогда употреблю другіе способы, чтобъ не допустить тебя до нещастія — - —
Ахъ Боже мой! какъ это тяжело! дѣлаться нечувствительной, утопая въ сердечномъ сокрушеніи! — - —
Што у тебя такія за-слова, что я тебя не понимаю? Сколько разъ я тебя увѣряла о твоей безопасности; но ты отчаяніемъ своимъ моришь меня: печаль разумному человѣку не прилична; а ты такъ, что изъ себя выступаешь. Помилуй, скажи мнѣ: что такое ты имѣешь на сердцѣ своемъ, чего я проникнуть не могу? [Въ сіе время Безнадеждова опять падаетъ на столъ: Благоразумова предъ нею на колѣни и обѣ въ слезахъ] Ахъ Боже мой! Ты опять плачешь? Нѣтъ болѣе моего терпѣнія; или ты мнѣ скажи, или я што нибудь надъ собою и сама сдѣлаю. Я выносишь этого не могу. [Въ самое сіе время бросясь на колѣни, обхватила своего друга; дѣлаетъ признаніе въ отчаяніи.]
Ахъ! я люблю, и люблю уже давно.
Что же это за бѣда? Я надѣюсь, что ты избрала человѣка себя достойнаго. О чемъ же ты себя сокрушаешь?
Ты конечно не ошибаешся. Но я знаю, какъ строго ты добродѣтель сохранять умѣешь, и для того съ робостію даже на тебя взираю. Хотя любовь моя, основаніе свое имѣющая на чести и добродѣтели; но я божилась себѣ не однократно, что закроется отъ меня прежде свѣтъ, нежели я кому открою причины печали моея! Но видя тебя наконецъ такъ безобразну, не могла болѣе скрывать мою тайну.
Теперь полно плакать; а надобно знать мнѣ обстоятельства. Голубушка моя, вить не довольно, чтобъ только вытти замужъ; надобно знать всѣ околичности. Я не спорю, что, ты сама достаточна: однако же ты можешь жить хорошо одна. А когда будетъ у тебя фамилія: имѣетъ ли онъ что нибудь?
Доброе сердце, пространный разумъ, довольное знаніе наукъ, и совершенное благонравіе: вотъ все его богатство.
Вотъ, я уже и примѣчаю, что ты моимъ вопросамъ не довольною кажется. Ты не хорошо, матушка, дѣлаешь.
Нѣтъ, я право отвѣчаю вамъ истинну, что въ этомъ состоитъ его имущество.
Все тобою сказанное, дѣлаетъ уже къ человѣку этому почтеніе; но какимъ образомъ, изключая разумъ, которой намъ отъ небесъ данъ бываетъ, получилъ онъ такія прелестныя качества? Сіе бываетъ, матушка, отъ воспитанія, на которое потребно иждивеній.
Отецъ его былъ разумной человѣкъ, и все свое имѣніе употребилъ на то, чтобъ оставишь его таковымъ.
Это очень хорошо; однако же скажите мнѣ пуще о его нравѣ. Я довольно осмотрѣлась на свѣтѣ: какая трудность въ изслѣдованіи онаго! Божусь тебѣ, что при такихъ дарованіяхъ, какъ ты мнѣ объявила, надѣюсь, онъ умѣетъ таить свои слабости; безъ которыхъ человѣку быть не возможно- — —
Нѣтъ! я въ ономъ не сумнѣваюсь: я довольно его испытала. Сколько разъ видала его чувствительное сердце! Малѣйшая грусть на лицѣ моемъ явившаяся его сокрушала: онъ упреждалъ всегда мои желанія прежде, нежели я о полученіи того думала. Скажите же, не прямо ли онъ меня любитъ? Приличныя нашему полу выдумки, невѣроятности, безпричинныя досады отъ меня происходили, и словомъ: Богъ знаетъ, чего я не вымышляла разсердить его. Это было тщетно: онъ будучи разумной человѣкъ, не рѣдко обращалъ въ шутку неправильныя взысканія; или основательными доводами, не оскорбляя меня, то произвелъ во мнѣ, что я почитать его стала, нашла въ немъ искренняго друга, достойнаго себѣ жениха и вѣрнаго любовника.
О! драгоцѣнныя имена, какъ вы въ просвѣщенномъ вѣкѣ рѣдки видитесь! [къ сторонѣ] Скажи же мнѣ матушка, кто этотъ любезной и щастливой мущина, и гдѣ онъ теперь находится?
Онъ называется Постояновъ; и проливаетъ кровь за отечество противъ непріятелей. Ахъ! что вы меня принуждаете напоминать? [плачетъ] Я третей годъ не имѣю о немъ извѣстія.
На что ты такъ себя крушишь? Можетъ быть, письма пропадаютъ; или онъ столько отдаленъ, что способы рѣдки писать и не надежны: пожалуй не сокрушай себя, а станемъ помышлять, какъ намъ отдѣлаться отъ уединенова, и будемъ питаться надеждою, о скоромъ возвращеніи твоего жениха.
Здравствуй, матушка, съ женихомъ: я ужъ по рукамъ ударила, и онъ скоро сюда будетъ.
Какъ вамъ не стыдно, сударыня; она за него нейдіотъ.
Полно матушка; я сама за покойника-та своего по неволѣ была выдана; да мы, правду сказать, съ нимъ жили сорокъ лѣтъ, какъ у печки погрѣлись; да и вѣкъ прожили. Только досяжалъ онъ мнѣ, дай Боже ему царство небесное! побоями; часто бивалъ: вишь бывало чѣмъ ни попало; да полно я и сама была зубы. Какъ бы на эту траву, да не эдакой морозъ, статно ли бы дѣло- — —
И вы имѣли терпѣніе съ нимъ жить, принимая отъ мужа побои?
Какъ же? было бы кому побить, да и пожаловать.
Я не желаю эдакого благодѣтелѣ, которой бы побоями оказывалъ мнѣ свою дружбу: я, сударыня, сама за мужемъ, и мы съ мужемъ никогда не бранимся, и онъ часто говоритъ свою пословицу: когда жену бранишь, то ея не любить; а коли бить, то съ ней не жить.
Это у насъ нынче по новоманерному; а у насъ говаривали: бей жену какъ шубу, я люби какъ душу.
Вотъ этова я право не знаю, чтобъ можно человѣка бить, доказывая тѣмъ любовь свою: я думаю его и оскорблять не ложно.
То-то я буду покойна, какъ я выдамъ свою племянницу; и вѣрно знаю, что она будетъ щастлива — - —
А по чему это знать изволите?
Я вѣрно знаю.
Вѣрнаго ничего на свѣтѣ нѣтъ, кромѣ смерти.
Ты думаешь, что я праздно это время препроводила; нѣтъ голубушка, ты еще молоденька, поживика съ мое: у меня такіе вѣрные люди сказали, что уже не ошибутся; словомъ сказать, какъ обрѣжутъ.
Можетъ быть, вы у его пріятелей навѣдывались; вить у самаго гнуснаго человѣка бываютъ такіе, которые его любятъ.
Вотъ это хорошо! анъ она меня еще и не понимаетъ: я ужъ обрыскала всѣхъ здѣсь уѣздныхъ ворожей; одна мнѣ смотрѣла на воду, другая угадывала на воску, а третья бобами разводила, да къ тому же и сонъ подоспѣлъ, такой какъ въ руку дастъ, и теперь меня уже никто не увѣритъ. Она будетъ щастлива.
Стыдно, сударыня, въ этотъ вѣкъ, въ которомъ имѣемъ мы щастіе жить, такимъ пустошамъ вѣрить! Я право думала, что уже эдакое вранье совсѣмъ истребилось; анъ еще кое гдѣ осталось.
Я знаю, что ты великая Философка! Ты, пожалуй, еще и ея научишь этому не вѣрить. Вотъ какіе нынче обычьи! у насъ бывало какъ придутъ. святки, такъ что такое — - — Весело мы живали. Какъ бывало лѣтъ-то въ дватцать соберемся слушать, или снѣгъ полоть; а у вереи всю ноченьку простоишь, также и на крюку въ наше время сиживали! а жениха всегда въ зеркало видали. Да я и сама покойника то своего такъ высмотрѣла на канунѣ крещенья, вотъ какъ теперь его вижу — - — Мы, матушка, не извѣдавъ броду, не совались въ воду.
Ну ежели этой женщинѣ воспитывать человѣка! [къ Суевѣровой] Однакожъ мы это прекратимъ: вы оставайтесь въ достохвальныхъ сихъ знаніяхъ; а я вамъ сказываю, что вамъ ея выдать по неволѣ не удастся. Пожалуйка пойдемъ, поговоримъ: я намѣрена вамъ нѣчто сообщить.
Помилуй меня, на что вы такъ себя убиваете? повѣрьте, что этого ничего не будетъ.
О провидѣніе! ты зришь мою тоску; ты усматриваешь справедливую печаль мою; малѣйшая черта нашего помышленія тебѣ свѣдома! Въ домѣ своемъ, въ домѣ родителямъ моимъ принадлежащемъ, въ изобиліи моего состоянія, должна претерпѣвать такія горести! Принуждаютъ человѣка, повелѣвать его сердцемъ. и жертвовать цѣлымъ своимъ вѣкомъ единому заблужденію. О! бѣдной мой нравъ; о чувствительное къ бѣдѣ моей сердце! вы меня; губите! — - — - — Я бы пала предъ правительствомъ, ябъ открыла мои чувства, я бы просила себѣ защищенія — - — умилился бы всякой надъ моею участью. Тетка сдѣлавшись властелиномъ, лишаетъ племянницу жизни! О! добродѣтель, съ которой жизнь моя сопряжена! Ты таковымъ ударомъ меня посѣщаешь! Я бы могла — - — ахъ! нѣтъ; умру я прежде, нежели сдѣлаю не приличное роду моему.
ДѢЙСТВІЕ TPЕTIE.
[править]То-то уже будетъ чего послушать, какъ эти гости пожалуютъ. Бѣдное холопье состояніе! Хоть иногда также думаетъ, какъ человѣкъ; а долженъ молчать, какъ скотина.
У себя ли ея Высокородіе?
О комъ изволите спрашивать? здѣсь два Высокородія: тетка и племянница, то есть, госпожа моя, которой я имѣю щастіе и служить.
Мы имѣемъ дѣло до высокопочтенной госпожи Суевѣровой.
Не изволите ли пообождать? Она не очень здорова; я пойду Доложу. Какъ объ васъ сказать?
Сей господинъ Уединеновъ, здѣшняго уѣзда дворянинѣ; а я его пріятель Рыбаковъ. [Андрей уходитъ]
Смотрижѣ ты, себя покажи хорошенько, вить она тебя видѣла намедни вскользь. Шить ли, бѣлить ли ныньче; а то чтобы у насъ деревенька то не прогорѣла: тутъ сказываютъ есть женщина умная; боюсь я, чтобъ она тебя не разглядѣла. [къ сторонѣ] Экой товарѣ! съ рукѣ нейдетъ; куда ни присунемся, такъ отказъ, какъ шестъ!
Да что мнѣ говорить? Первую рѣчь я заговорю о деревняхъ, да о доходахъ.
Вотъ, только чортъ ему далъ доходы! Вишь здѣсь этимъ не удивишь: вить дѣвица-то разумная и ученая, да и богатая.
Ну, такъ я заговорю о французскихъ учителяхъ.
Да что ты станешь объ нихъ говорить? Ты ничему неученъ, кромѣ Руской граматѣ, да и ту худо знаешь.
Ну, такъ я имъ про старину, какъ въ Турецкихъ походахъ ходилъ.
Богъ знаетъ, это все что-то не ладно.
Ну, да о чемъ же? наставь меня на умъ: я поистиннѣ боюсь, что какъ они выйдутъ, слова я не скажу; у меня теперь голова такъ пуста, что, я думаю, рѣчи не свяжу; на меня такой страхъ.
Въ этихъ случаяхъ подлинно задумается: да умной человѣкъ скоро опомнится. А этотъ звѣрь меня нонче, какъ вижу, осгарамитъ. [Въ сіе время тотчасъ Суевѣрова входитъ: Уединеновъ трясется, робѣетъ и весь внѣ себя: Рыбаковъ старается его поправить.]
Желаю здравствовать, государи мои!
Же — - — —
Желаю здравствовать, милостивыя государыни! Не погнѣвайтесь: это такой случай [а самъ толкаетъ Уединенова, чтобъ онъ что нибудь промолвилъ; а тотъ силится говорить, и не можетъ.]
Же — - — —
Вотъ какой случай, слова не можетъ выговорить отъ радости.
Черезъ слова же, я понимаю, что вы хотите жениться.
Нѣтъ сударыня; я хотѣлъ сказать: желаю вамъ здравствовать.
Какъ нѣтъ? мы за тѣмъ пріѣхали; что ты это говоришь?
Такъ матушка; да я прежде хотѣлъ поздороваться.
Такъ что же мы стоимъ? не прикажете ли сѣсть? объ этихъ дѣлахъ стоя не говорятъ. [Андрей подаетъ стулья и всѣ садятся.]
Эдакіе внезапные случаи со всѣми бываютъ; я сама за свѣта своего шла, такъ онъ, скажу вамъ, женихомъ-то съ недѣлю слова не говорилъ.
Такъ сударыня, и со мною это было. [толкаетъ его подъ бокъ, а онъ ни слова не говоритъ.]
Что сударыня? намѣрены ли вы подлинно отдать вашу племянницу за моего пріятеля? а онъ право человѣкъ изрядной, и богатство его вамъ извѣстно. [толкаетъ опять, а онъ ни слова не говоритъ.]
Вотъ какой случай, какое затмѣніе!
И превеликое!
Хотя племянница моя дура, и не разумѣетъ своего благополучія, что ваше Высокородіе ей щастіе дѣлать изволите; попросту сказать, она за васъ нейдетъ: однакожъ я за васъ выдаю, и слова не перемѣню.
Что она сударыня не дура, то объ ней всѣ знаютъ; а что она за васъ и нейдетъ, такъ и это также правда.
Такъ мы уже теперь получа ваше слово, поѣдемъ.
Да женихатъ невѣсты не знаетъ.
Полно голубушка; у насъ на старинѣ у вѣнца увидятся. [Рыбаковъ и Уединеновъ уходятъ.]
Забывъ всю благопристойность, скажу я теперь, что это ты начудесила. Какой онъ женихъ? да онъ пень; онъ какой нибудь дуракъ, или лишенной разума.
Перестань, сударыня, врать; онъ застѣнчивъ, да такой же случай: онъ разумной человѣкъ.
Ты взбѣсилась. Онъ самой дуракъ: съ полчаса сидѣлъ и ни слова не сказалъ, ха, ха, ха, ха. Какъ тебѣ не стыдно? да не впрямъ ли ты думаешь ея выдать? Нѣтъ, тебѣ не удастся: я объ этомъ дамъ знать правительству; пора вамъ разсуждать почеловѣчески.
Да что ты разворчалась? Не знай моего дому!
Нѣтъ, сударыня; я отъ васъ не поѣду, докуда ваша племянница будетъ безопасна: а я теперь иду къ ней въ комнату.
Изволь, матушка; а пойду къ себѣ: я знаю, что дѣлать.
А я пойду къ старику, которой служилъ покойному барину: надобно съ нимъ подумать.
ДѢЙСТВІЕ ЧЕТВЕРТОЕ.
[править]Вотъ все закуплено, а другая недѣля ни птица не пролетѣла. Чортъ возьми постоялой дворъ! Много здѣсь наживешь! уже скоро нищимъ будешь; да полно что и говорить? всякой ѣздитъ съ своимъ запасомъ: хоть на пятьдесятъ верстъ ѣдетъ, такъ весь домъ везетъ; я ты эдакъ разоряйся понапрасну. Вино все зачинаетъ киснуть: провизія столовая портится; повару плати деньги даромъ. Брошу я это ремесло.
Здравствуй господинъ Іосифъ.
А! еще ты живъ Калистратъ, здорово ли, ты братъ живешь?
Живъ, государь мой, докуда Богъ грѣхамъ моимъ терпитъ, въ печаляхъ своихъ.
Садись братъ, старикъ, [ставитъ ему стулъ, и онъ садится]. Да какъ ты это сюда забрелъ, бѣдной? ты насилу ходишь.
Старость моя уже: племянникъ мой помогаетъ мнѣ.
Вить отъ вашей деревни до сихъ мѣстъ не далеко?
Болѣе пяти верстъ не будетъ, да мнѣ еще итти верстъ тритцать, а по дряхлости моей ѣхать не могу.
Да куда ты, мой другъ, идешь?
Въ городъ, государь мой.
Какая тебѣ нужда, ты бы могъ кого помоложе послать?
Такая, что время не терпитъ; да и ни на кого положиться не можно.
Какая! тебѣ нужда конечно до Канцеляріи?
Я долженъ, государь мой, просить у судящихъ о защищеніи госпожи моей.
О какомъ защищеніи? что у васъ сдѣлалось?
Госпожу нашу Безнадеждову, которую вы столько знаете, выдаютъ за мужъ по неволѣ, теперь иду въ городъ просить помощи.
Какъ это возможно! Она въ совершенныхъ лѣтахъ: это творитъ ваша старая проказница, о которой весь уѣздъ знаетъ: да за кого ее хотятъ выдать?
За господина уединенова, и завтра назначено быть свадьбѣ.
Да чего жъ смотритъ другъ ея Благоразумова?
Она у насъ живетъ и не отлучается, только госпожа Суевѣрова твердо вознамѣрилась за него ее выдашь. А она по своему благонравію дѣлаетъ то, что ея теткѣ угодно: вы ее знаете.
Да какое въ этомъ повиновеніе? Въ этомъ, кажется, можно и родителямъ попротивиться, которымъ мы одолжаемся воспитаніемъ, и всѣмъ нашимъ благополучіемъ; по тому что чрезъ нихъ мы человѣками именуемся.
Другъ мой, чтобъ лошади тотчасъ были готовы. А между тѣмъ приготовьте мнѣ обѣдъ..
Тотчасъ, милостивой государь, все къ вашимъ услугамъ: не прикажете ли кофе, или шекалату? васъ, я думаю, очень разбило: нынѣ дороги, самыя дурныя; да вы же изволите, я думаю, ѣхать въ кибиткѣ.
Какъ здѣсь это все можно имѣть?
Конечно, милостивой государь, вы ни въ чемъ не изволите почувствовать нужды. Осмѣлюсь спросить ваше Высокородіе, откуда изволите слѣдовать, и далеко ли путь вашъ?
Я ѣду изъ арміи повидаться съ моими ближними въ деревню мою, которая въ здѣшней губерніи имѣется.
А какъ ваша вотчина именуется?
Она называется деревня Спокойная.
Я чрезъ нее ѣжжалъ, милостивой государь, съ покойникомъ господиномъ моимъ.
Чей ты старичокъ?
Я не издалека, сударь, изъ здѣшняго сосѣдства.
Этого человѣка весьма жалко состояніе: онъ имѣетъ предостойную у себя госпожу, одну разумную дѣвицу, которую заутра тетка по неволѣ за-мужъ выдаетъ: онъ только что теперь мнѣ разсказывалъ.
Какъ это возможно? Пожалуй разскажи, мой другъ: это печальное приключеніе. Я весьма желаю его слышать, хотя я и спѣшу.
Такъ, милосердой государь, Іосифъ правильно вамъ доноситъ. Госпожа наша старая намѣрена выдать племянницу свою, дочь моего господина, за нѣкотораго ближняго сосѣда противъ ея желанія. Я спокойно бы умеръ, милостивой государь, когда бы она была выдана за хорошаго человѣка. Я служилъ государю, родителю ея, вѣрно, по самую его кончину: какъ въ бывшую Турецкую войну изъ подъ городской стѣны умирающаго его отъ раны вынесъ на рукахъ своихъ, онъ тогда скоро преставился, и прощался со мною, не такъ какъ съ рабомъ, но съ пріятелемъ [плачетъ]: такъ я теперь иду, милостивой государь, къ судящимъ; упаду въ Канцеляріи и буду просить защищенія госпожѣ моей; представлю службу отца ея, какъ проливалъ кровь онъ за отечество, бывъ всегда похвальной Офицеръ. Я еще и самъ на головѣ моей имѣю нѣкоторые почтенные знаки тогдашней нашей службы. Голова у меня въ нѣкоторыхъ мѣстахъ изрублена.
Возможно ли. слушать такіе угнѣтающіе природу случаи! Человѣкъ за то погибаетъ, что онъ добродѣтеленъ: скажи, мой другъ, видно, что госпожа ваша очень благонравна.
Іосифъ ее знаетъ; отъ того вся эта бѣда и случилась, государь. Она имѣла мать человѣка разумнаго, которая ее воспитала въ благонравіи и страхѣ приличномъ, изучила ее многимъ упражненіямъ украшающимъ ихъ полъ, и кончался просила сестру свою жить съ ней, которую она почитаетъ и отъ почтенія сего губитъ себя. Я, государь, по старости лѣтъ моихъ уже вверьхъ не хожу, а услышавъ такія печальныя вѣсти, собралъ свои силы, и пошелъ въ городъ.
Другъ мой! да кто твоя госпожа? я въ этихъ мѣстахъ бывалъ.
Г. Безнадеждова, а тетка ея Суевѣрова.
Ахъ, Боже мой, что я слышу! Нѣтъ; я болѣе здѣсь минуты не буду. [къ человѣку.] Александръ, чтобъ сію минуту лошади были впряжены; бѣги скорѣе, [закинувъ руки назадъ, ходитъ по театру.] Чтожъ лошади? Хозяинъ, лошадей! Я имѣю такую нужду, что ни минуты здѣсь быть не могу.
Тотчасъ сударь.
Другъ мой, госпожа твоя моя невѣста: мы съ нею другъ съ другомъ божились, что смерть только насъ съ нею разлучитъ: я ѣду къ ней; ты мнѣ послѣдуй; [Калистратъ падаетъ къ нему въ ноги, онъ его подымаетъ] встань мой другъ. Нѣтъ, не допущу я погибнуть ее, сію добродѣтельную и разумную дѣвицу. Ахъ, гдѣ я соберу силы, чтобъ ее увидѣть!
Лошади готовы.
ДѢЙСТВІЕ ПЯТОЕ.
[править]Я теряю всѣ предѣлы моего терпѣнія: не знавъ человѣка итти за-мужъ, о которомъ всѣ говорятъ худо! Естьли бы мать моя проснулась, вѣчнымъ сномъ почивающая! естьли милосердой мой отецъ чувствуетъ во гробѣ своемъ, сколько я претерпѣваю!
Эта женщина устремила себя на единое только богатство. О! Боже мой, какъ это не удобно сдѣлать насъ благополучными! Иногда послѣдней хлѣбопахарь спокойнѣе бываетъ господина, за великолѣпнымъ столомъ сидящаго.
Я бы истинно не желала болѣе имущества; а спокойствіе потребно всякому, безъ котораго, кажется, обойтись не возможно. Всякой имѣетъ право себѣ онаго требовать.
Всѣ дѣла подѣлала, все приказала, и думаю я себя не острамлю. Полно вишь въ эдакихъ случаяхъ осужденія не убѣжишь.
Всѣ твои намѣренія тщетны: я тебѣ сказываю, что я послала объявить въ городъ о твоемъ неистовствѣ: съ чего ты это взяла, въ чужомъ домѣ заводить такія кутерьмы, что принужденныя свадьбы дѣлаешь? — - —
Теперь, сударыня, кто-то на почтовыхъ къ намъ пріѣхалъ.
Тебя ли я вижу надежная и вѣрная любовница, вселенную въ себѣ заключающая? Я думалъ, что уже тебя на свѣтѣ нѣтъ; съ тѣхъ поръ, какъ отлученъ былъ я отъ моего отечества, не имѣлъ ни малѣйшаго о тебѣ извѣстія. Боже мой! кто сравняется теперь съ моимъ благополучіемъ? Сія минута моего свиданія стоитъ цѣлаго вѣка моего.
Все теперь погибло: страхъ, строгость и ничто уже не сильно отвлечь меня отъ моего любезнаго предмета: [къ Благоразумовой] это тотъ, о которомъ я тебѣ не однократно говорила. [встаетъ и цѣлуетъ руку у Благоразумовой].
Я съ радостію васъ встрѣчаю, наслышавшись о вашихъ талантахъ.
Она увидѣлась съ нимъ, такъ какъ ни съ кѣмъ, какъ съ родней: я его не знаю.
Я, сударыня, люблю ее больше родни: я ея женихъ, которому нѣсколько лѣтъ она божилась, сдѣлать его щастливымъ.
Ахъ, матушки! что онъ это говоритъ? это нѣкакой нахалъ: я, батюшка, уже ее помолвила.
Да это вы, а не она.
Я, сударыня, объявляю при всѣхъ, что онъ мой нареченной женихъ, и я за него иду. [онъ цѣлуетъ руку.]
Ахъ, мати божья! что теперь дѣлать?
Поздравляю васъ, желаю вамъ жить благополучно.
И я изъ послѣднихъ рабовъ вашихъ, васъ государей проздравляю, и желаю, чтобъ вѣкъ вашъ столь былъ благополученъ, какъ сія минута видится.
Теперь всѣ бѣси въ воду и пузырья въ верьхъ.
Блаженъ тотъ, кто получаетъ свое желаніе въ свое время, что рѣдко съ нами случается: я могу судить, какъ можно быть щастливу; со мною то свершилось.