ЕЭБЕ/Алкоголизм

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Алкоголизм
Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Ажан — Алмемар. Источник: т. 1: А — Алмемар, стлб. 894—900 ( скан ) • Другие источники: ВЭ : МЭСБЕ : ЭСБЕ : ЭСБЕ : OSN


Алкоголизм — отравление спиртными напитками, проявляющееся либо в острой форме (состояние опьянения), либо в хронической — в виде беспрерывного пьянства или периодического запоя. Под этим термином, однако, разумеются обыкновенно хроническая форма алкоголизма и все связанные с нею патологические, экономические и социальные последствия. — Злоупотребление спиртными напитками представляет в настоящее время явление повсеместное и постоянно возрастающее; оно, однако, распределено далеко не равномерно среди различных рас и национальностей. Евреи, по общераспространенному мнению, отличаются трезвостью. Д-р Норман Керр в своей известной монографии о пьянстве, вышедшей в 1888 году, говорит: «Как ни обширна была моя практика среди евреев, ни один из них не советовался со мною по поводу алкоголизма, тогда как среди христиан очень многие обращались ко мне за советом именно по этому поводу». Точно так же д-р Самюельсон (1878) говорит о евреях как о «заведомо трезвой расе». Из такого рода заявлений не следует, однако, делать чересчур широких и поспешных выводов. Некоторые факты, как будет видно из дальнейшего, показывают, что понятие о трезвости евреев нужно принимать с известными ограничениями. Ошибочно утверждать, что евреи строго воздерживаются от употребления спиртных напитков. Д-р Морис Фишберг в своей статье о состоянии здоровья еврейских переселенцев в Нью-Йорке, помещенной в Jüdische Statistik, отмечает, что даже те евреи, которые обыкновенно не пьют, употребляют все-таки алкоголь, по крайней мере по субботам и праздникам, хотя бы в силу ритуальных обычаев (кидуш); вместе с тем показания того же автора и другие новейшие наблюдения свидетельствуют, что в некоторых странах среди известной части еврейского населения начинает распространятся алкоголизм. К сожалению, все существующие общие статистики алкоголизма отличаются тем важным, но неизбежным, недостатком, что они указывают не число пьяниц среди той или иной группы населения, а среднее потребление спиртных напитков в данной стране. Таким образом, нет статистических данных, относящихся непосредственно к алкоголизму среди евреев, и для изучения этого вопроса приходится следовать по иному пути, а именно, рассмотрев предварительно связанные с алкоголизмом патологические и социальные аномалии, проследить, насколько эти аномалии часты у евреев. — Не останавливаясь на всех подробностях клинической картины алкоголизма, достаточно будет заметить, что глубокая дезорганизация, которую влечет за собою продолжительное злоупотребление спиртными напитками, постепенно распространяется на все ткани и органы тела, начиная с пищеварительного канала и кончая нервной системой. Поэтому организм алкоголика с его значительно пониженной способностью сопротивления легко становится жертвою всякого рода заболеваний, в особенности заболеваний нервной системы и инфекционных болезней. По данным анкеты, предпринятой французским министерством внутренних дел (Journal officiel, 3 июля 1907 г.), к 1 января 1907 г. во всех психиатрических заведениях Франции находилось 71.551 больных, причем у 9932 чел. (что составляет 13,88%) психоз развился на почве алкоголизма. Вообще говоря, болезни нервной системы гораздо более распространены между евреями, чем среди окружающего населения, так что, на первый взгляд, можно было бы вывести заключение, говорящее не в пользу трезвости евреев. Но, не касаясь здесь всех причин подобного преобладания нервных болезней среди евреев (см. Нервные болезни), необходимо заметить, что алкоголизм во всяком случае не играет в данном явлении никакой роли. Это видно из того, что, несмотря на большую распространенность нервных болезней, евреи дают самый слабый процент нервно-психических заболеваний на почве собственно алкоголизма. Так, по статистике, приводимой д-ром Руппином, за 1898—1900 годы во всех психиатрических заболеваниях Пруссии содержалось больных delirium potatorum:

Протестантов 2676 или 7,51% всех содерж. протест.
Католиков 736 или 5,15% всех содерж. католик.
Диссидентов 124 или 12,29% всех содерж. диссид.
Евреев 19 или 1,06% всех содерж. евреев

Среди инфекционных болезней, развитию которых особенно благоприятствует алкоголизм, на первом месте стоит бугорчатка. По вычислению д-ра Огля, в Англии смертность от туберкулеза легких достигает самых высоких цифр среди лиц, которые в силу своей профессии обыкновенно предаются злоупотреблению спиртными напитками (кабатчики, содержатели ресторанов, пивных и служащие в этих заведениях); между тем евреи дают относительно весьма низкий процент смертности от этой болезни. Возможно, правда, что, помимо отсутствия алкоголизма, здесь сказывается и влияние иных факторов (см. Бугорчатка). В последнее время (октябрь 1907 г.) нью-йоркский врач, д-р Гетчинсон, пытался даже доказать, что огромная разница, замечаемая в смертности от туберкулеза среди еврейского и нееврейского населения американских городов, не может зависеть от количества потребляемого алкоголя: при всей своей умеренности евреи, однако, ежедневно употребляют вино, пиво и другие спиртные напитки, так что в среднем за целый год еврей поглощает едва ли очень многим меньше алкоголя, чем какой-нибудь ирландец. Если, заключает д-р Гетчинсон, тут можно винить алкоголь, то во всяком случае не количество его играет роль, а скорее то, как и кто его употребляет. — Злоупотребление спиртными напитками не только предрасполагает организм алкоголика ко всякого рода заболеваниям, но отражается также и на самой эволюции болезней, делая их более опасными для пьяниц, чем для непьющих. Вследствие такого двойного влияния алкоголизм значительно увеличивает общую смертность, как это видно хотя бы из следующих цифр: Английское общество «United Kingdom Temperance and General Provident Institution» за 25-летний период времени, от 1866 по 1890 год, насчитывает 3386 смертных случаев на 4926 членов секций воздерживающихся, что составляет 68,7%, тогда как общая секция за то же время дала 7037 смертных случаев на 7276 человек, или 96,6%, т. е. на 27,9% больше, чем среди непьющих. Из предпринятой недавно д-ром Ферне анкеты вытекает, что в парижских общих (не психиатрических) больницах, одна треть (33,81%) всех смертных случаев находится в зависимости от алкоголизма; в 1/10 части (10,20%) всех случаев этот последний является главной, непосредственной или единственной причиной смерти, и в 2 раза чаще (24,61%) он служит по крайней мере вспомогательной причиной смертельного исхода. Что касается специальных отделений для психически больных, то там пагубная роль алкоголизма выступает еще более резко, так как на его долю приходится около половины всех смертных случаев. В частной больнице Ротшильда в Париже, принимающей главным образом евреев, больных можно разделить на две категории: одну, более многочисленную, составляют иммигранты, недавно прибывшие в Париж, преимущественно из России или из славянских стран; другая, менее многочисленная категория обнимает собою евреев, живущих в Париже уже не менее пяти лет. В первой категории, можно сказать, не приходится наблюдать ни одного больного, у которого были бы заметны какие-нибудь следы хотя бы легкого отравления спиртными напитками. У больных второй категории алкоголизм уже успел пробить себе небольшую брешь. Но среди еврейских рабочих он все-таки далеко не свирепствует в тех ужасающих размерах, какие наблюдаются среди рабочего населения в общих больницах. В этом же смысле говорят и сравнительные статистические данные, приводимые в «The Jewish Encyclopedia» д-ром B. C. Готгейлем, консультантом Beth Israel Hospital в Нью-Йорке: в этой больнице с почти исключительно еврейским контингентом (число больных-неевреев не превышает 0,25%) на 3000 больных, допущенных за последние несколько лет, отмечено всего 4 случая алкоголизма, т. е. 0,13%, тогда как в Бостоне, где число евреев не чрезмерно велико, городская больница (Boston City Hospital) со смешанным составом дала в 1899 году на 7104 больных 226 алкоголиков, что составляет 3,18%, т. е. в 24 раза больше, чем среди евреев. Не менее поучителен факт, сообщаемый д-ром Фишбергом: один из служащих в обществе «Chesed schel Emeth», который в течение года с лишним обязан был, между прочим, заботиться о погребении неимущих евреев, только один раз констатировал случай, где алкоголизм был причиной смерти, хотя в нью-йоркский морг еженедельно доставляется в среднем по 5—6 еврейских трупов. Факт этот тем более знаменателен, что в морг поступают почти исключительно трупы лиц, принадлежащих к низшим классам населения, и что среди неевреев числится по крайней мере 75% умерших от прямых или косвенных последствий алкоголизма. Наряду с вредными последствиями для индивида, гибельное действие неумеренного употребления спиртных напитков сказывается также на потомстве алкоголика, проявляясь либо в создании так называемой алкогольной наследственности, в силу которой дети пьяниц отличаются более или менее резко выраженной склонностью к алкоголю, либо в целом ряде болезненных состояний, вроде хилости и замедленного развития организма, врожденного слабоумия, глухонемоты и т. п. органических дефектов, влекущих за собою вырождение населения; об этом свидетельствует, например, доклад французского сенатора Клода, доказывающий, что в областях, наиболее потребляющих спиртные напитки, замечается постоянное уменьшение числа лиц, годных к военной службе. С другой стороны, пагубное влияние алкоголизма на потомство обнаруживается также в чрезвычайной смертности детей и в высоком% мертворожденных. По этому поводу нельзя не отметить, что число мертворожденных у евреев гораздо ниже, чему христиан. В этом отношении евреи уступают только магометанам: в Алжире за 1897—1899 годы на 100 рождений насчитывалось мертворожденных: у христиан 3,65, у евреев 2,74, у магометан 1,59. Майо Смит, отмечая низкий процент мертворожденных среди евреев, говорит, что он «объясняется, вероятно, их лучшим экономическим положением». Это объяснение вряд ли правильно. Вообще говоря, не подлежит, конечно, сомнению, что число мертворожденных зависит не только от причин антропологических и физиологических, но также от экономических и гигиенических условий жизни. Следует, однако, обратить внимание на статистику мертворожденных в связи с национальностью и религиозным исповеданием родителей. В Пруссии за 25-летний период, от 1875 по 1899 год, насчитывалось на 1000 рождений мертворожденных:

В чисто еврейских браках 32,07
В чисто христианских браках 35,88
В браках христиан с еврейками 35,76
В браках евреев с христианками 33,17

Из этой таблицы видно, что смешанные браки дают далеко не одинаковый процент мертворожденных, смотря по тому, идет ли речь о браках между христианами и еврейками или между евреями и христианками. В первом случае процент мертворожденных почти так же высок, как в чисто христианских браках, тогда как в семьях, где муж — еврей, а жена — христианка, процент мертворожденных значительно ниже и приближается скорее к цифре, указанной для чисто еврейских браков. Между тем, если бы число мертворожденных зависело от экономического положения семьи, то оно должно было бы быть менее значительно в браках христиан с еврейками, так как большее приданое евреек лучше обеспечивает семью. Очевидно, следовательно, что тут действуют причины физиологические, и прежде всего (д-р Гоппе) то обстоятельство, что среди мужчин-христиан гораздо более распространены, чем среди евреев (между еврейками и христианками в этом отношении не замечается существенной разницы), две болезни, особенно резко отзывающиеся на числе мертворожденных, а именно сифилис и алкоголизм. Д-р Руппин придает наиболее важное значение алкоголизму и полагает, что именно отсутствием этого последнего фактора объясняется, между прочим, и низкий процент мертворожденных среди магометан.

Алкоголизм играет весьма существенную роль в этиологии преступности: статистические данные, собранные в различных странах, свидетельствуют, что значительный процент преступлений совершается или в состоянии опьянения, или привычными пьяницами. Так, по данным, приводимым д-ром Бером, процент пьяниц среди заключенных в германских тюрьмах достигает 41,7%. Из 13.057 подсудимых по преступным деяниям, учиненным в Петербурге и его губернии с 1883 по 1898 год, совершили преступный акт в состоянии опьянения или под влиянием хронического злоупотребления алкоголем 6181 человек, что составляет 47,3%. Но влияние алкоголизма отражается далеко не одинаково на различных видах преступной деятельности: анализ статистических данных, касающихся Германии, Бельгии, Швеции и России, привел проф. Пионтковского к тому заключению, что в этиологии преступлений против личности и преступлений, вообще носящих агрессивный характер, роль алкоголизма заметнее, чем в этиологии преступлений против имущества. Между тем преступность евреев, как известно, отличается именно тем, что они совершают мало преступлений, соединенных с насилием (покушение на жизнь, нанесение побоев, разбой, грабеж и пр.). Не останавливаясь подробно на распределении преступных действий по вероисповедным группам (см. Преступность), заметим, что в России, по данным Статистического отделения Министерства юстиции, из 100 осужденных каждого вероисповедания были осуждены за:

Право-
славные
Расколь-
ники
Като-
лики
Проте-
станты
Иудеи Маго-
метане
Преступления против жизни 7,8 7,0 6,0 8,1 2,0 4,5
Преступления против телесной неприкосновенности и против личности вообще 11,2 8,7 14,7 10,8 2,3 5,2
Насильственное похищение имущества 3,9 4,4 3,4 4,6 1,8 4,1

По данным, собранным гг. Кролем и Григорьевым, роль алкоголизма обнаруживается также при религиозных преступлениях (богохульство и святотатство), по отношению к которым евреи опять-таки дают более низкий процент (0,5), чем православные (1,1), протестанты (1,5) и магометане (1,2). Если обратить внимание, что большинство ученых считает алкоголизм одним из важных факторов не только преступности, но и самоубийства, то станет понятным чрезвычайно слабое распространение самоубийства среди евреев. Известный французский социолог Дюркейм дал, правда, этому явлению объяснение, не имеющее ничего общего с отсутствием алкоголизма; но нет сомнения, что, если алкоголизм и не играет той решающей роли в росте самоубийства, какую ему склонны приписывать, он все-таки создает благоприятную почву для самоубийства, так что в этом отношении слабый процент самоубийств среди евреев далеко не лишен известного значения. Подтверждением этому могут служить и некоторые статистические данные, указывающие на понижение душевого потребления алкоголя в тех местностях, где преобладает еврейское население; так, напр., душевое потребление водки значительно ниже в 9 западных губерниях России и в Царстве Польском, где евреи составляют значительный процент жителей (A. И. Воейков, «Соотношение алкоголя с пищей и другими напитками», Труды Комиссии по вопросу об алкоголизме при Русском обществе охранения народного здравия, вып. IX).

Совокупность всех указанных данных приводит к заключению, что в общем алкоголизм встречается среди евреев очень редко. Как замечает д-р Гоппе, не может быть никакого сомнения в том, что удивительная живучесть еврейского народа, позволившая ему победоносно пережить вековые преследования и угнетения, прежде всего должна быть приписана его умеренности. Еврейская раса уже давно исчезла бы с лица земли, если бы к бедственным условиям жизни и долголетним гонениям прибавились еще неумеренные наклонности. Две тысячи лет страданий не прошли, конечно, бесследно для евреев, но если у них и констатируются признаки вырождения, то нельзя, с другой стороны, не заметить, что там, где евреи поставлены в нормальные условия жизни, нескольких поколений достаточно, чтобы вырождение уступило место «возрождению», а это доказывает, что дело здесь идет скорее о функциональном вырождении, чем о вырождении органическом и постоянном, какое возникает на почве алкоголизма. Редкость алкоголизма среди евреев, по мнению Керра, объясняется влиянием расы гораздо больше, чем религии: евреи обладают своего рода наследственным иммунитетом по отношению ко всяким наркотическим ядам и, в частности, к спиртным напиткам, так что эти последние вызывают у них только легкое возбуждение, а не глубокое отравление организма; к этому нужно прибавить и влияние гигиенического образа жизни. Не отрицая значения этой второй причины, можно думать, что в малой распространенности алкоголизма среди евреев играет главную роль не столько расовый фактор, сколько социальный. Еще в 1878 году Самюельсон высказал мнение, что это явление зависит от двух причин: во-первых, евреи образуют обыкновенно небольшую сплоченную общину и именно в силу своей сплоченности и изолированности отличаются особенной строгостью нравов; во-вторых, они не предаются занятиям, требующим значительных физических усилий. Тот же автор заметил, что в средних классах, представители которых держатся менее изолированно от христиан и обнаруживают тенденцию к освобождению от традиций, не замечается того строгого воздержания от спиртных напитков, какое господствует среди низших классов. Это замечание нужно признать тем более ценным, что оно вполне согласуется с новейшими наблюдениями в данной области. Так, д-р Фишберг говорит, что в Нью-Йорке молодое поколение евреев, которое легче усваивает привычки окружающей среды, все более и более поддается алкоголизму. С другой же стороны, заслуживает внимания та разница в употреблении алкоголя, которая отмечена в парижской больнице Ротшильда (см. выше) между евреями, недавно переселившимися из России в Париж, и старыми парижскими жителями. Все эти факты доказывают, что слабая распространенность алкоголизма среди евреев зависит, главным образом, от их тесной сплоченности, скрепленной вековыми гонениями, и от характера национально-общественной организации, который до сих пор присущ еврейству, несмотря на ослабление религиозной связи во многих кругах современного еврейского общества. — Ср.: Norman Kerr, Inebriety, its etiology, pathology, treatment and jurisprudence, Лондон, 1888. — James Samuelson, A History of Drink, Лондон, 1878. — Maurice Fishberg, Die Gesundheitszustände der eingewanderten jüdisch en Bevölkerung New-Yorks, в «Jüdische Statistik», Берлин, 1903. — Arthur Ruppin, Die Juden der Gegenwart, Берлин, 1904. — A. Jaquet, L’Alcoholisme, Париж, 1897. — Woods Hutchinson, Varieties of tuberculosis according to race and social condition (New York Med. Journ., 12 окт. 1907). — Ch. Fernet, De la mortalité par alcoolisme et par syphilis dans les hôpitaux et hospices de Paris (Bull. et Mém. de la Soc. méd. des hôpit, de. Paris, séance du 18 octobre 1907). — William S. Gottheil, «Alcoholism», в «The Jewish Encyclopedia», I том, стр. 333—4, Нью-Йорк, 1901. — Claude, Rapport au Sénat sur la consommation de l’alcool en France. — Майо Смит, «Статистика и социология», Москва, 1900. — Hoppe, Hat der Vater oder die Mutter auf die Vitalität des Kindes den grösseren Einfluss? (Deutsche Med. Wochensch., 22 авг. 1901). — Baer, Die Trunksucht und ihre Abwehr, Берлин, 1090. — Григорьев, «Алкоголизм и преступления в г. С.-Петербурге», Петерб., 1900. — А. А. Пионтковский, «Роль алкоголизма в этиологии преступлений» (Журн. Минист. юстиции, апрель 1903). — Hugo Hoppe, Die Tatsachen über den Alkohol, 3-е изд., Берлин, 1904. — Труды комиссии по вопросу об алкоголизме и мерах борьбы с ним, при Обществе охран. нар. здрав. вып. I—IX.

Л. Шейнис.6.