Монолог короля Ричарда II перед его смертью в темнице (Шекспир; Мин)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Монолог короля Ричарда II перед его смертью в темнице
автор Уильям Шекспир (1564—1616), пер. Дмитрий Егорович Мин (1818—1885)
Оригинал: англ. The Tragedy of King Richard the Second. — Источник: «Русский вестник», 1864, т. L, апрель, с. 753—754[1]. Монолог короля Ричарда II перед его смертью в темнице (Шекспир; Мин) в дореформенной орфографии

Монолог короля Ричарда II перед его смертью в темнице[2]


(Из V сцены 5-го акта Шекспировой драмы Ричард II.)


Я долго думал, как бы мне сравнить
Весь Божий мир с темницей, где живу я —
Напрасный труд! Мир Божий полон жизни,
А здесь душа живая я один.
Но я добьюсь, я выкую сравненье
Из дум моих. Мой разум, будь отцом!
Будь матерью, моя душа! И оба
Родите длинный, длинный ряд всё новых
Всё возрождающихся дум! Пусть ими
Наполнится весь этот малый мир,
Где, как и людям в мире, не найти им
Себе покоя. Мысль о божестве,
Святая мысль, теряется в сомненьях
И поставляет слово против слова:
«Придите, говорит,
Ко мне, все дети!» — а потом: «Взойдти
Ко мне труднее, чем пройдти верблюду
В ушко иголки.» Гордая мечта
Работает над тем, что было б чудом,
Мечтает, как бы этими ногтями,
Бессильными прорвать дорогу в мир
Меж ребр кремнистых этих стен темницы
И, немощная, гибнет средь гордыни.
Стремясь к покою, мысль себя ласкает,
Что ведь не первой ей и не последней
Рабою быть фортуны: жалкий раб,
С колодкой на ногах, не так ли тешит
Себя той думой, что сидели жь прежде,
Что и потом сидеть в ней будут люди?
И этой думой тешится бедняк!
Он свой позор несет плечами тех,
Кто до него тащил такое жь бремя!
Так я один разыгрываю роль
Здесь многих лиц, и кто жь из них довольный?
То я король; но, окружен изменой,
Желаю нищим стать, и вот я нищий!
То, сокрушенный гнетом страшных зол,
Я говорю: Нет! буду королем!
И вот я вновь король; но тут же вижу,
Что я развенчан гордым Болингброком,
Что я — ничто! Но всё же, кто бы ни был,
Ни я, ни кто иной из земнородных
Не мыслит быть ничем, не перейдя
На век в ничто!
Что̀ слышу? Звук музы́ки!
О соблюдайте такт! И сладость звуков
Становится пронзительна ушам,
Где такт нарушен, где нет должной меры.
Не то же ль и в музы́ке нашей жизни?
О как же чуток слух мой! Как он быстро
Разладицу почуял струн нестройных,
А не имел чутья разлад подметить
Меж духом века и моим правленьемь!..
Но ум слабеет! Смолкни же, музы́ка!
Ты сумасшедшим возвращала ум,
Меня жь твой гром способен обезумить!
А всё-таки благословляю сердце,
Пославшее мне звук твой! Это знак
Любви к Ричарду, а любовь ко мне —
Что̀ перл короны, потерявший ценность
В толпе людей, где ненавидят всё.




Примечания

  1. Дозволено цензурой в Москве, 12 Марта 1864 года. (Прим. ред.)
  2. Этот перевод, приготовленный автором для Шекспировского праздника, был прочитан в университетском собрании 23 апреля. (Прим. перев.)