НЭС/Нейтралитет

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к: навигация, поиск

Нейтралитет
Новый энциклопедический словарь
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Нарушевич — Ньютон. Источник: т. 28: Нарушевич — Ньютон (1916), стлб. 248—260 • Другие источники: ЭСБЕ 
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


Нейтралитет — в обыкновенном словоупотреблении означает пассивное положение, занятое кем-либо третьим относительно двух других (neutralitas, от neuter, ни тот, ни другой). В международном праве Н. имеет техническое значение, определяя положение государства, не принимающего участия в войне между другими державами. Международная практика новейшего времени выработала целую систему норм, регулирующих взаимные отношения воюющих и нейтральных государств и известную под именем права Н. Воюющие государства по возможности щадят интересы мирного государства, боясь соединения его с противником; мирное государство заинтересовано в сохранении прежних дружеских отношений к обеим воюющим сторонам и в недопущении в пределах своей территории военных действий. Простой рассчет заставляет воюющих уважать Н. государства, желающего оставаться в мире, а последнее — устраняться от всякого фактического вмешательства в войну. Н., как факт, возможен везде, где есть на лицо несколько соперничающих между собою государств. Фактический Н. может получить юридическую санкцию путем договорного соглашения. В форме как фактической, так и договорной, Н. был известен уже народам древнего мира. О нем упоминают священные книги древних евреев и индусов. Греческие и римские историки сообщают целый ряд подобных случаев, выражая понятие Н. словами: оставаться в покое, не присоединяться к воюющим, сохранять с ними дружбу, занять среднее положение и т. п. Практика Н. получает особенное развитие в средние века, во время частых войн между городскими республиками Италии. Путем законодательства и международных договоров вырабатываются уже тогда некоторые однообразные нормы, приобретающие силу международного обычая. Неприкосновенность нейтральной собственности во время морской войны санкционирована в известном сборнике морских обычаев (XIV в.): Consolato del mare (см.). Н. перестает быть институтом исключительно договорного права; международный обычай связывает с фактом Н. определенные права и обязанности и дает им санкцию помимо договора. Эпоха тридцатилетней войны была особенно богата примерами Н. Практика этого времени полна противоречий, но она выдвинула вопрос о праве Н., указала на необходимость урегулировать его и возбудила интерес к теоретическому его изучению. К этому времени относится первая монография о Н. — Неймайра из Рамслы (Neumayr von Ramssla). Термин Н. (neutralité, Neutralität) тогда же получает всеобщее распространение, вытесняя из международной практики прежде употреблявшиеся выражения: amici, pacati (в Италии), stillesitzen, geruwet sitzen (в Германии XIV—XV вв.), unparteisch sein, Unpartyschung (XVI в.); у писателей medii in bello, neutrarum partium. В течение XVII и XVIII вв. интересы и права нейтральных подвергаются серьезным нарушениям как на суше, так и на море: особенно страдает морская торговля нейтральных. Нейтральные державы приходят к мысли о соединении своих сил для борьбы с воюющими («вооруженный Н.») и добиваются признания своих прав. К концу XVIII в. начинает вырабатываться понятие о Н., как о полном воздержании от фактического вмешательства в войну («полный или строгий Н.»). В XIX в. получает общее признание так называемый вечный или, точнее, постоянный Н. Вечно-нейтральное государство заранее и раз навсегда отказывается от участия во всех войнах, могущих возникнуть в будущем; оно сохраняет, однако, право самообороны, не лишается средств защиты (войско, крепостей и т. п.) и может заключать оборонительные союзы, но не наступательные. Н. такого государства носит также название принципиального Н. Этому Н. может быть дано формальное признание со стороны других государств. Такой акт установления Н. называется нейтрализацией, а государство, получившее признание своего Н., — нейтрализованным. Нейтрализация может быть совершена не только в интересах нейтрализуемого государства, по желанию последнего (Швейцария), но также и помимо его желания, или даже против его воли, в интересах нейтрализующих держав (Краковская республика). Навязанный Н. непрочен, как искусственное создание дипломатии; время, однако, может укрепить такой Н. и превратить его в принципиальный, если выгоды постоянного Н. будут испытаны и сознаны самим нейтрализованным государством (Бельгия). Сохранение постоянного Н. иногда обеспечивается поручительством (гарантией) других держав; это обеспечение имеет реальное значение, поскольку и пока в сохранении Н. заинтересованы поручители. Поручительство за Н., данное государству взамен отнятых у него средств защиты, ставит его в тяжелое положение зависимости от поручителей (Люксембург). До настоящего времени были нейтрализованы: в 1815 г. — Швейцария и Краковская республика, в 1831 г. — Бельгия, в 1867 г. — Люксембург, в 1885 г. — Конго. Распространение постоянного Н. знаменует эру постепенного замирения Европы; замирение начинается с небольших и слабых государств, не претендующих на руководительство обще-европейской политики. В конце XIX ст. велась усиленная пропаганда относительно нейтрализации скандинавских государств. Постоянный Н. (в смысле замирения или неприкосновенности во время войны) распространен также на некоторые территории (в 1815 г. на часть Савойи, ныне французскую, в 1863 г. — на Ионические острова), водные пути сообщения (Черное м. с 1856 по 1870 г., Магелланов пролив и Суэцский канал — последние два в том смысле, что они не могут быть превращаемы в театр военных действий, будучи исключительно предназначены для мирных сношений между народами; но, вместе с тем, они доступны военным судам всех наций), общеполезные учреждения и служащий в них персонал (см. Женевская конвенция 1864 г., XVII, 764), речные сооружения — в интересах международного судоходства (европейская комиссия и ее работы на нижнем Дунае; сооружения на pp. Конго и Нигере). — Н., как правовой институт, представляет отношение, основанное на явном или подразумеваемом соглашении между державою нейтральной и каждой из воюющих сторон. Соглашение о Н. в настоящее время всегда предполагается, если нет явно выраженного отказа от него; в случае сомнений воюющие в праве потребовать категорического заявления, намерено ли государство оставаться нейтральным или принять участие в войне. Решение относительно Н. принимается обыкновенно при начале войны, по собственному усмотрению каждого государства («добровольный Н.») и выражается в особом акте, известном под именем объявления или декларации о Н.; решение может быть принято и ранее, по договору с другими государствами (Н. «договорный» или «обязательный»; сюда относится и постоянный Н.). Право оставаться нейтральным, прежде оспариваемое, ныне признается за независимым государством как следствие его державности. Положительное международное право определяет условия Н. и связанные с ним права и обязанности; отступления и дополнения требуют специального соглашения между воюющими и нейтральными. Права и обязанности Н. В праве Н. необходимо различать две группы отношений: 1) между государствами нейтральными и воюющими, 2) между нейтральными подданными и воюющими государствами. I. Нейтральное государство нарушает Н. и несет ответственность перед воюющими: А) за враждебные действия, предпринятые от его имени уполномоченными к тому органами его; сюда подходит всякая помощь неприятелю войском, оружием, военными судами, даже деньгами. Современное международное право знает и допускает только абсолютный и полный Н., заключающийся в безусловном воздержании от фактического участия в войне. До конца XVIII в. практика не считала нарушением Н. помощь в исполнение обязательств, принятых до начала войны. С своей стороны, воюющие не были обязаны безусловно уважать нейтральную территорию; на ней могли быть продолжаемы стычки, начатые на неприятельской земле; особенно распространено было право прохода неприятельских войск через нейтральную территорию, что объясняется чересполосностью государственных владений прежнего времени. Кроме фактического участия в войне, государство отвечает Б) за все враждебные акты, предпринятые в пределах его территориальной юрисдикции со стороны кого бы то ни было. Воюющий обязывается уважать нейтральную территорию под условием, что она не станет базисом враждебных действий, направленных против него. Если местная власть не желает или не в силах устранить в своих пределах подобные действия, воюющий может сам позаботиться о своей безопасности. Вытекающие из этого положения обязанности нейтрального государства получают юридическую санкцию только в XIX в. Этот важный отдел права Н. находится еще в периоде формации; отдельные нормы только-что намечаются. Этим объясняется неустойчивость практики и разногласие теории. Бесспорными являются право и обязанность нейтральных государств не допускать в пределах своей территориальной юрисдикции вооруженных сил воюющих и не терпеть совершения каких-либо актов войны. Поэтому: a) проход войск не может быть разрешен, и всякая попытка к этому со стороны воюющих должна быть отражена в случае нужды даже вооруженною силою; b) при вступлении на нейтральную территорию неприятельских отрядов последние должны быть разоружены и дать обязательство о невыезде из государства до окончания войны, или же интернируются в нем (убежище, данное в войне 1870—71 гг. Швейцарией армии французского ген. Кленшана); c) военным судам может быть дано разрешение (под условием равенства для обеих воюющих сторон) заходить в нейтральные порты дли починки и для снабжения топливом и съестными припасами; нейтральное государство обязано при этом наблюдать, чтобы при встрече неприятельских судов в его территориальных водах не произошло между ними столкновения; d) призы, взятые в нейтральных водах, незаконны и должны быть освобождены; не может быть допущено в пределах нейтральной территории устройство призовых судов и продажа призов до присуждения их взявшему. Нейтральная территория не может служить базисом для приготовлений к военным операциям; поэтому: a) запрещается вербовка войск для воюющих, столь обычная в прежнее время; но добровольцев местная власть не обязана удерживать, исключая лиц, находящихся на службе в ее войсках (в Англии вопрос о найме солдат из числа иностранцев регулирован законом 1819 и 1870 гг. — так называется Foreign Enlistment act); b) запрещается в нейтральных водах постройка и снаряжение воюющих военных судов и крейсеров; неисполнение этой обязанности со стороны Англии в 1861—64 гг. дало повод С.-А. Шт. искать с нее по окончании войны возмещения убытков (см. Алабамский вопрос, I, 816). Договор, передавший этот иск решению третейского суда, формулировал следующие обязанности нейтрального правительства («Вашингтонские правила о H.»): 1) не допускать в пределах своей юрисдикции снаряжения и вооружения судна, относительно которого существует справедливое подозрение, что оно назначается для крейсерства или для войны против одного из воюющих; не выпускать из пределов своей юрисдикции судов с таким же назначением, хотя бы отчасти приспособленным для военной службы; 2) не допускать, чтобы воюющие обращали порты или воды нейтрального государства в базис военных операций или пользовались ими для увеличения или обновления своих военных припасов или для вербовки людей. Спорным является право допускать заключение займов на нейтральной территории для воюющих; большинство писателей и практика (в войнах 1870—71 и 1877—78 г.) высказываются против стеснений в этом отношении частных лиц. То же самое должно сказать и относительно покупки и продажи на нейтральной территории оружия и других военных снарядов: нейтральное правительство не обязано стеснять свободу торговли в пределах своей юрисдикции. У самих воюющих есть средства помешать доставке контрабандных товаров в руки противника. Нейтральное государство в этом отношении слагает с себя всякую ответственность за действия своих подданных вне пределов его юрисдикции, предоставляя ведаться с ними самим воюющим. II. Из непосредственных отношений воюющих государств к нейтральным подданным наибольший интерес представляют отношения, вытекающие из морской нейтральной торговли. В открытом море, где нет единой власти, а следовательно и единой юрисдикции, ответственность за враждебные действия против воюющих не может быть возложена ни на одно государство в отдельности; каждое должно отвечать за своих подданных. В виду затруднительности контроля над действиями подданных, нейтральное государство предоставляет этот контроль воюющим, избавляя себя тем самым от ответственности за нарушение ими обязанностей Н. Международное право, в интересах воюющих, ограничивает, до известной степени, свободу нейтральной торговли. Эти ограничения обязательны для нейтральных подданных; за исполнением их со стороны последних следят воюющие. Настоящее положение нейтральной торговли является результатом долгой и упорной борьбы между воюющими и нейтральными; история этой борьбы представляет ряд завоеваний в пользу свободы морской торговли. Средневековые торговые республики Италии рано стали направлять свои удары на морскую торговлю противника, как на наиболее чувствительное и уязвимое его место. Большую помощь в этом деле оказывали воюющим каперы (см.). Действуя исключительно с целью наживы, каперы не щадили и друзей (amici), как в то время называли нейтральных. За действия их приходилось отвечать перед нейтральными. Необходимо было установить над действиями каперов известный контроль. Рядом договоров и законов признана неприкосновенность нейтральной собственности, установлена ответственность каперов за нанесенные нейтральным обиды, организованы суды для рассмотрения законности сделанных каперами захватов. Эти нормы перешли, затем, в международный обычай (дальнейший очерк истории нейтральной торговли имеет в виду судьбу нейтрального груза и флага, не касаясь вопросов о каперстве, блокаде, контрабанде, призах и призовом судопроизводстве; о них см. под соответствующими словами). А) Система Consolato del mare. В основание ее положен характер (принадлежность) груза: нейтральный груз всегда неприкосновенен, неприятельский — подлежит захвату. Флаг, под которым плавает судно — неприятельский или нейтральный — никакого влияния на судьбу груза не оказывает. Это простое и ясное правило в течение нескольких веков было руководящим началом нейтральной торговли. Англия отстаивала его еще в XIX в. Оно обременительно для нейтральной торговли тем, что делает необходимой детальную поверку груза, а потому предоставляет воюющим право останавливать и осматривать нейтральные суда. Воюющие, особенно Англия, широко пользовались этим правом и нередко злоупотребляли им. На континенте Европы, начиная с XVI в., вырабатывается новая система, более отвечающая интересам нейтральных держав, — Б) система зависимости груза от флага: нейтральный флаг покрывает неприятельский груз, а неприятельский флаг подвергает захвату и нейтральный груз («Le pavillon couvre la cargaison et la confisque»: «Frei Schiff — frei Gut, unfrei Schiff — unfrei Gut»). Решающим моментом в этой системе является характер флага (национальность судна), тогда как в прежней все зависело от принадлежности груза. Проводником этой системы была Ганза (XVI в.), позднее — Голландия и Франция; но раньше пришлось пережить переходную систему. В XVI и XVII вв., когда те же державы произвольными мерами всячески ограничивали свободу морской торговли, установилась В) смешанная система, направленная против нейтральных: неприятельский характер груза или флага заражает нейтральную собственность и подвергает ее захвату («infection hostile»; «robe d’ennemi confisque la robe d’ami»). В этой системе соединены наиболее тягостные для нейтральной торговли постановления двух предшествующих: неприятельский груз подлежит захвату на нейтральном корабле (из 1-й системы), а равно и нейтральный груз — на неприятельском корабле (из 2-й). Свободен лишь нейтральный груз на нейтральном корабле: нейтральным запрещено связывать свои торговые интересы с интересами воюющих держав. Такая система установлена французскими указами 1543 и 1584 гг. Эдикты 1639, 1645 и 1650 гг. возвращаются к системе Consolato, но морской регламент 1681 г. восстановляет прежнюю практику. Последующие указы (1692, 1704, 1705 гг.) еще более стесняют свободу нейтральной торговли, объявляя подлежащими захвату все произведения неприятельской страны, как сырые, так и фабричные, поощряя каперство и т. п. В то же самое время, в противоречие с своим внутренним законодательством, Франция заключает международные договоры, которыми обязывается к признанию начала: «нейтральный флаг покрывает неприятельский груз» (напр., с Англией — 1655 и 1677 гг., с Испанией — 1659 г.). Голландия держалась той же системы до половины XVII в. (указы 1562, 1584 и 1630 гг.); с 1652 г. она вступает на новый путь защиты прав нейтральной торговли. В ряде договоров Голландия добилась признания выгодной для нее системы флага, получившей, наконец, и обще-европейскую санкцию в утрехтском мирном договоре 1713 г. К этому времени путем международных соглашений успело установиться также и более строгое определение (в смысле ограничительном) понятий военной контрабанды и блокады. В 1693 г. была сделана первая попытка вооруженного Н. со стороны Дании и Швеции, не желавших подчиниться требованию Англии и Голландии (конвенция 1689 г.) — прекратить, на время войны союзных держав с Францией, всякие торговые сношения с последнею (см. Groning, «Tractatus de navigatione libera», 1695). После Утрехтского мира главным и опаснейшим врагом нейтральной торговли становится Англия. Весь XVIII в. проходит в борьбе с нею континентальных держав за права Н. Призовые суды Англии продолжают держаться системы Consolato; они рассматривают начало свободы нейтрального флага как привилегию, устанавливаемую специальным договорным соглашением и подлежащую ограничительному толкованию. Призовая практика Англии установила весьма обременительное для нейтральной торговли толкование прав Н. Наибольшую известность приобрели так назыв. правило войны («Rule of the war», 1756) и учение о единстве пути («continuous voyage»). Правилом 1756 г. нейтральным судам запрещалось вести во время войны торговлю с колониями воюющей державы, если подобная торговля не была разрешена им уже в мирное время. Запрещение имело в виду, главным образом, Голландию, которой Франция на время войны с Англией предоставила право торговли с своими колониями, будучи совершенно отрезана от них английским флотом. Нейтральные суда рассматривались английскими призовыми судьями как утерявшие свою национальность и службою у неприятеля (per adoptionem) ставшие неприятельскими, а потому подлежащие захвату. В связи с этим правилом возникло и учение о единстве пути; автором его был призовый судья William Scott. Если нейтральные суда, занимавшиеся недозволенною торговлею между колониями и метрополией, заезжали по пути в нейтральную гавань, то эта остановка не разрывала «единства пути» от неприятеля к неприятелю, и такие суда подлежали захвату вместе с грузом. При начале каждой войны Англия, вопреки договорным обязательствам, возвращалась вновь к системе Consolato: нейтральный флаг не защищал неприятельского груза от ее каперов. В 1759 г. северные державы вынуждены были заключить против нее оборонительный союз нейтральных; к ним присоединилась и Франция. Парижский мир 1763 г. подтвердил постановления Утрехтского трактата о нейтральной торговле. Во время войны северо-американских колоний за независимость, в 1780 г., против Англии организуется лига нейтральных держав — России, Дании и Швеции («Вооруженный Н.»; см. XI, 623). Целью ее была защита прав морского Н., получивших выражение в декларации Екатерины II от 28 февраля 1780 г.: нейтральные суда могут беспрепятственно плавать между портами и вдоль берегов воюющих держав; неприятельская собственность на нейтральном корабле неприкосновенна, за исключением контрабанды (дальнейшие пункты касаются контрабанды, блокады и призовых судов). К декларации присоединились все морские державы, за исключением Англии. Система свободы нейтрального флага становится с этих пор общепризнанною нормою международного права. В эпоху революционных войн постановления декларации систематически нарушались. Россия, организовав в 1800 г. второй вооруженный Н., подтвердивший правила первого и вводивший, сверх того, требование нотификации блокады и неприкосновенности конвоируемых судов, уже в следующем году не только сама отступила от декларации, примкнув к системе Consolato, но и обязалась склонить к ней других участников бывшего вооруженного Н. (договор с Англией 1801 г.). С 1807 г. Россия возвратилась на старый путь. Наполеоновская континентальная система (см. XXII, 593) была новой попыткой заставить Англию признать установившиеся на континенте начала свободы нейтральной торговли. Произвол с обеих сторон достиг в то время крайних пределов. По окончании наполеоновских войн Англия, не отказываясь от принципа, фактически не применяла более систему Consolato. В крымскую войну, будучи союзницей Франции, она формально отказалась от нее. По окончании войны подписан на парижском конгрессе знаменитый акт 4/16 апреля 1856 г., известный под именем парижской декларации о морском праве. В Англии он сначала вызывал протесты, как отказ от «естественных и неотъемлемых» прав государства. Г) Система парижской декларации представляет ныне действующее право. Система эта тоже смешанная, но из начал, благоприятных для нейтральной торговли. Из практики Consolato сохранено начало неприкосновенности нейтрального груза на неприятельском корабле, из позднейшей практики континентальных держав усвоено правило: «нейтральный флаг покрывает неприятельский груз»; захвату подлежит только неприятельский груз на неприятельском же корабле («Le pavillon couvre la cargaison et ne la confisque pas»; «Frei Schiff — frei Gut, unfrei Schiff — frei Gut»). Ближайшая реформа должна имеет целью признание неприкосновенности частной собственности в морской войне, как это уже имеет место в войне сухопутной (см. Война в межд. праве, XI, 355). Свобода нейтральной торговли ограничена в настоящее время в интересах воюющих держав лишь запрещением доставлять неприятелю товары, составляющие военную контрабанду (см. XI, 175) и недопущением нейтральных судов в неприятельские порты, находящиеся в блокаде (см. VI, 891). Воюющим предоставлено право контролировать торговлю нейтральных путем опроса, осмотра и обыска судов. В случае нарушения установленных для нейтральной торговли норм судно, или груз, или то и другое вместе подвергаются захвату (см. Приз) и конфискации, но не иначе, как по решению специальных судов, учреждаемых с этою целью воюющими (см. Призовые суды, Призовое судопроизводство). — Ср. Bulmerincq, «Neutralitätsgesetz» (в «Holtzendorff’s Rechtslexicon»); Galiani, «De’Doveri de’principi neutrali verso i principi guerregianti e di questi verso i neutrali» (Неаполь, 1782); Esperson, «Dei Rapporti Giuridici fra i Belligeranti ed i Neutrali» (Турин, 1865); Sidney Schopfer, «Le principe juridique de la Neutralité et son évolution dans l’histoire du droit de la guerre» (Лозанна, 1894); P. Schweizer, «Geschichte der schweizerischen Neutralität» (Фрауенфельд, 1895); Коркунов, «Юридическое положение нейтральных» («Журн. Гражд. и Угол. Права», 1877); Hall, «The rights and duties of neutrals» (Л., 1874); Kleen, «Neutralitetens Lagar» (Стокгольм, 1889—91); Heilborn, «Rechte u. Pflichten der neutralen Staaten in Bezug auf die während des Krieges auf ihr Gebiet übertretenden Angehörigen einer Armee» (Б., 1888). О постоянном H.: Piccioni, «Essai sur la neutralité perpétuelle» (П., 1891); Filitis, «Essai sur la neutralité territoriale» (П., 1885); Tr. Twiss, «On international conventions for the neutralisation of territory» (Л., 1887). Особенно богата литература морского Н.: G. Fr. Martens, «Essai concernant les armateurs, les prises et surtout les reprises» (Геттинг., 1795); Каченовский, «О каперах и призовом судопроизводстве» (М., 1855); Даневский, «Исторический очерк Н. и критика парижской морской декларации» (М., 1879); Лешков, «О морском торговом Н.» (М., 1841); Спасович, «О правах нейтрального флага и груза» («Собр. Соч.», т. III, СПБ., 1890); L. B. Hautefeuille, «Des droits et des devoirs des nations neutres en temps de guerre maritime» (3-е изд., П., 1868); Hübner, «De la saisie des bâtiments neutres» (Гаага, 1759); Gessner, «Le droit des neutres sur mer» (2-е изд., Б., 1876); его же, «Kriegführende und neutrale Mächte» (Б., 1877); Schiattarella, «Il diritto della neutralità nelle guerre marittime» (2-е изд., 1881); Di Marco, «La neutralità nelle guerre marittime secondo il diritto pubblico italiano» (1882); Ward, «A treatise on the relative rights and duties of belligerent and neutral powers in maritime affairs» (Л., 1875); Johnstone, «Handbook of maritime laws and the declaration of Paris considered» (1877); Deppisch, «Das Recht des neutralen Seehandels» (Юрьев, 1855); Drouyn de Lhuys, «Les neutres pendant la guerre d’Orient» (П., 1868); Bernard, «Historical account of the neutrality of Great Britain during the American civil war», (Л., 1870); «Report of Neutrality Law Commissioners» (Л., 1868); Tr. Twiss, «La théorie de la continuité du voyage» (П., 1877). — См. также литературу в ст. Алабамский вопрос, Военная контрабанда, Вооруженный Н., Каперы. Сверх того: о блокаде: Deane, «The law of bloccade» (Л., 1870); Fauchille, «Le blocus maritime» (П., 1889); о контрабанде: Pratt, «Law of contraband of war» (Л., 1856); Lehmann, «Die Zufuhr von Kriegscontrabande-Waaren nach kriegführenden Ländern seitens Neutraler» (Киль, 1877); Kleen, «On Krigskontraband» (Стокг., 1886); Marquardsen, «Trentfall» (Эрланген, 1862); о положении частной собственности на море: L. B. Hautefeuille, «Propriétés privées des sujets belligérants sur mer» (П., 1860); Cauchy, «Du respect de la propriété privée dans la guerre maritime» (П., 1866); «Frei Schiff unter Feindes Flagge» (1866); Léveillé, «De l’inviolabilité de la propriété privée des belligérants sur mer» (П., 1863); Vidari, «Del rispetto della proprietà privata fra glistati in guerra» (Павия, 1867); Laveleye, «Du respect de la propriété privée en temps de guerre» (Брюссель, 1875); de Вoeck, «De la propriété privée ennemie sous pavillon ennemi» (П., 1882); Maртeнс, «О неприкосновенности частной собственности во время войны» (СПБ., 1869).

Вл. Грабарь.

Нейтралитет в новейших договорах и практике. — Правила, определяющие Н., сделались предметом общей кодификации в конце XIX и начале XX вв. На первой конференции мира (1899) некоторые из них вошли в конвенцию о законах и обычаях сухопутной войны. На второй конференции мира (1907) были выработаны две специальных конвенции по вопросам Н., а именно о правах и обязанностях нейтральных держав и лиц в случае сухопутной войны и о правах и обязанностях нейтральных держав в случае морской войны; сверх того, в других принятых конференцией договорах были помещены некоторые дополнительные правила Н. Наконец, на Лондонской морской конференции 1908—1909 гг. была составлена декларация, в которой содержалось подробное изложение начал морского Н., определяющих положение нейтрального мореплавания. Судьба этих актов была неодинакова: Гаагские конвенции 1907 г. о Н. были ратификованы большинством государств. Лондонская декларация 1909 г. ратификована не была и в течение войны 1914—1916 гг. была введена в действие автономными актами воюющих, с весьма существенными видоизменениями. — С точки зрения перечисленных актов система Н. представляется в следующем виде. Н. одновременно дает нейтральным государствам известные права и возлагает на них известные обязанности. Моментом возникновения этих прав и обязанностей признается получение нейтральным государством извещения воюющего о начавшейся войне или, если такого извещения не последовало, фактическая их осведомленность о начале войны (ст. 2 Гаагск. конв. 1907 г. об открытии военн. действий). Права, которые получает нейтральный, возлагают соответствующие обязанности на воюющих, а обязанностям нейтрального соответствуют права воюющих. Права и обязанности сторон взаимно обусловлены в том смысле, что воюющий, отказываясь от свободы действий в отношении к нейтральному, получает в этом основание рассчитывать на то, что нейтральный не будет пользоваться своей свободой действий для прямой или косвенной помощи противнику воюющего. — Основное право нейтрального — неприкосновенность его территории. Это значит, что на границе нейтрального кончаются военные действия. В конвенциях это коренное начало выражено в ряде постановлений. «Территория нейтральных держав неприкосновенна», сказано в ст. I конв. о сухоп. Н. То же в иных словах выражено в конв. о морск. Н. (ст. 1): «Воюющие обязаны уважать верховные права нейтральных держав и воздерживаться на нейтральной территории или в нейтральных водах от всяких действий, которые составили бы со стороны держав, их допускающих, несоблюдение их нейтралитета». Провозглашенное в этих основных статьях право нейтрального требовать, чтобы на его границе кончались военные действия, вызывает необходимость некоторых пояснений, ибо с первого взгляда не всегда ясно, какие именно действия противоречат Н. Спрашивается, напр., противоречит ли Н. покупка воюющими на нейтральной территории предметов военного снабжения или отправка ими чрез такую территорию отрядов войск, и т. д. Конвенции делают попытку ближайшего определения, что может и чего не может предпринимать воюющий на нейтральной территории. Через сухопутную территорию нейтрального запрещено проводить войска или обозы с военными или съестными припасами (ст. 2 о сухоп. Н.); если простой проход военных судов и призов воюющих через нейтральные территориальные воды, с правом даже пользоваться местными коронными лоцманами, и дозволен (ст. 10 и 11 конв. о морск. Н.), то такой проход должен носить мирный характер, и всякие военные действия в нейтральных водах запрещены так же, как на территории сухопутной: «всякие военные действия, гласит ст. 2 конв. о морск. Н., включая захват и осуществление права осмотра, совершенные военными судами воюющих в территориальных водах нейтральной державы, составляют нарушение нейтралитета и строго воспрещаются». На нейтральной территории нельзя не только непосредственно производить военные действия, но и делать из нее для них базу. В ст. 5 конв. о морск. Н. сказано: «Воспрещается воюющим создавать из нейтральных портов и вод базу морских операций против своих неприятелей, в частности устраивать там станции радио-телеграфа и всякие приспособления, предназначенные служить средством сообщения с воюющими силами на суше или на море». Для сухопутной территории тоже начало выражается в запрете устраивать станции беспроволочного телеграфа и приспособлений, предназначенных служить средством сообщения с силами воюющих, и пользоваться такими приспособлениями, устроенными до войны и не открытыми для общего пользования (ст. 3 конв. о сухоп. Н.). К пользованию нейтральной территорией, как базою, приравнивается учреждение на ней призовых судов (ст. 4 конв. о морск. Н.). В нейтральном государстве в пользу воюющих не должны быть формируемы военные отряды и открываемы учреждения для вербовки (ст. 4 конв. о сухоп. Н.) и не должны быть снаряжаемы суда, предназначенные для крейсерства и для других военных операций (ст. 8 конв. о морск. Н.). — Право нейтрального государства требовать признания неприкосновенности его территории, со всеми указанными выше последствиями этой неприкосновенности — право, налагающее ряд существенных ограничений на свободу действий воюющих, компенсируется возложенными Н. на нейтральное государство обязанностями. Эти обязанности сводятся к двум основным: во-первых, к обязанности его не допускать нарушения воюющим неприкосновенности его территории в вышеуказанном смысле этого понятия, и, во-вторых, к полному равенству отношения нейтрального к обоим воюющим. Первая обязанность определена в конв. о сухоп. Н. так: «Нейтральная держава не должна допускать на своей территории ни одного из действий, предусмотренных в ст.ст. 2—4 (там указаны отдельные обязанности воюющих, вытекающие из признания неприкосновенности территории нейтрального). Она обязана карать действия, противные нейтралитету, только в том случае, если эти действия совершены на ее собственной территории». Начало беспристрастного и равного отношения к воюющим в этой конвенции выражено казуистически (ср. ст. 9). В конв. о морск. Н. сказано: «Нейтральная держава обязана, по мере средств, коими она располагает, озабочиваться предупреждением нарушений в ее портах или рейдах и в ее водах предшествующих постановлений» (ст. 25); «Нейтральная держава должна применять одинаково к обоим воюющим условия, ограничения и воспрещения, установленные ею относительно допущения в ее порты, рейды или территориальные воды военных судов воюющих или их призов» (ст. 9, ч. 1). Обязанность не допускать нарушения своей неприкосновенности, падающая на нейтральную державу, должна осуществляться всеми средствами, включая фактические. По ст. 10 конв. о сухоп. Н. «не может рассматриваться, как враждебное действие, отражение нейтральной державой, даже силою, покушений на ее Н.» (ср. ст. 26 конв. о морск. Н.) [1]. Это постановление о недопущении нейтральным нарушения воюющими его Н. развивается и дополняется в одном направлении, а именно по вопросу, издавна служившему предметом споров — об обязательном задержании (интернировании) военных сил воюющих, попавших на нейтральную территорию. В сухопутной войне исполнение этой обязанности сравнительно несложно: войска воюющих, перешедшие границу нейтрального, водворяются по возможности далеко от театра войны и могут содержаться в лагерях или других местах заключения (ст. 11 конв. о сухоп. Н.); они довольствуются нейтральным государством, и расходы на то возмещаются в конце войны (ст. 12); бежавшие на нейтральную территорию военнопленные получают свободу (ст. 13); нейтральное государство может пропускать поезда с больными и ранеными, при чем не допускается их дальнейшее участие в военных действиях (ст. 14). В войне морской положение несколько более запутано, ибо, как выше указано, простой проход через нейтральные территориальные воды военных судов воюющих не считается нарушением Н. В соответствии с этим военным судам воюющих дозволено пребывание в нейтральных водах, портах и рейдах, но не долее определенного срока и при соблюдении определенных условий. Относительно срока в конв. о морск. Н. (ст. 12) сказано: «При отсутствии иных особых постановлений в законодательстве нейтральной державы, воспрещается военным судам воюющих оставаться в портах и рейдах или в территориальных водах этой державы долее 24 часов, за исключением случаев, предусмотренных настоящей конвенцией»; эти случаи — авария судна, дурное состояние моря, необходимый 24-часовой промежуток между выходом судов разных воюющих (ст. 14 и 16). Правом изменять актами внутреннего законодательства конвенционный 24-часовой срок дозволенного пребывания в нейтральных водах уже воспользовались некоторые страны. Так, в России (ук. 1911 г.) был принят срок в семь суток, во Франции (декр. 1912 г.) — в трое суток, в Германии (прав. 1913 г.) — в четырнадцать суток, а в портах, находящихся в непосредственной близости от театра войны, — в 24 часа. Другие условия законного пребывания военных судов воюющих в нейтральных водах: нахождение их в числе (по общему правилу) не более трех сразу в одном порте (ст. 15), запрет увеличивать в нейтральных водах свою боевую силу починками аварий, пополнением военных запасов, вооружения и экипажа, снабжением другими припасами и углем свыше нормальных запасов (ст. 17—20). Как только эти правила о сроке и об условиях пребывания в нейтральных водах нарушены, военное судно должно быть интернировано нейтральной державой до конца войны, вместе с экипажем (ст. 24). — За пределами указанных обязанностей воюющих в отношении нейтральных и обязанностей нейтральных в отношении воюющих, обе стороны сохраняют взаимную свободу сношений, коей они пользовались в мирное время. В особенности должна быть отмечена свобода торговли, хотя бы даже предметами военного снабжения. Обе конвенции о Н. высказывают это с полной определенностью в тождественной ст. 7: «Нейтральная держава не обязана препятствовать вывозу или транзиту, за счет того или другого из воюющих, оружия, военных припасов и вообще всего, что может быть полезно армии или флоту». Свобода торговых сношений на суше ничем не ограничена. На море она сталкивается с принадлежащим воюющим призовым правом — правом захватывать суда или грузы, принадлежащие как неприятелю, так, в определенных случаях, и нейтральным. Нейтральный, как таковой, действию призового права не подлежит: его суда и грузы, по общему правилу, воюющим захвачены быть не могут. Однако, если нейтральные грузы являются военной контрабандой, если нейтральные суда нарушают блокаду, оказывают услуги неприятелю и т. п., то они подлежат захвату воюющим. Призовое право служило в последние годы предметом весьма оживленных кодификационных стремлений. На второй конференции мира 1907 г. была выработана конвенция об учреждении международной призовой палаты, которая должна была охранять правильность осуществления воюющими призового права, прежде всего в отношении нейтральных. Отсутствие общепризнанного материального права, которое могла бы применять проектировавшаяся палата, побудило английское правительство созвать Лондонскую морскую конференцию (1908—1909), которой удалось, путем компромисса, добиться выработки уже упомянутой декларации, заключавшей в себе это материальное призовое право. Но ратификация этой декларации, а по связи с ней и гаагской конвенции об учреждении международной призовой палаты, встретила затруднения, и переговоры между державами по этому предмету не были доведены до конца, когда в 1914 г. вспыхнула великая война. В этой войне права нейтральных испытали заметное умаление. Начавшись с открытого посягательства Германии на два постоянно нейтральных государства — Люксембург и Бельгию, великая война не могла не отразиться (хотя бы уже вследствие относительной политической слабости оставшихся нейтральными государств) и на определении условий торговли нейтральных на море, свобода которой была существенно ограничена по сравнению с тем, что было задумано на Лондонской морской конференции. См. Приз, Призовые суды, Призовое судопроизводство. — Равным образом не выдержали испытания войны и вышеизложенные договорные правила, определяющие общие права и обязанности Н. на суше. В этом отношении совершенно своеобразно сложился Н. Греции; с фактического ее согласия англо-французские войска высадились осенью 1915 г. в Салониках, направились через греческую территорию в Сербию и после ряда сражений с болгарской армией возвратились в Салоники, где и укрепились. — Литература: Einicke, «Rechte und Pflichten der neutralen Mächte im Seekrieg» (Тюб., 1912); Mandelstam et Nolde, «Guerre maritime et neutralité» (СПБ., 1907); Ozanam, «La juridiction internationale des prises maritimes» (П., 1910); Bentwich, «The Declaration of London» (Л., 1911); Cahen, «The Declaration of London» (Л., 1911); Pohl, «Deutsche Prisengerichtsbarkeit» (Тюб., 1911); Schramm, «Das Prisenrecht in seiner neuesten Gestalt» (Б., 1913); Нольде, «Лондонская декларация о праве морской войны» («Изв. СПБ. Пол. Инст.», 1910); Соболев, «Очерки призового права» (Пгр., 1915); его же, «О праве войны на море и морском нейтралитете» (Пгр., 1915).

Б. Н.

Примечания[править]

  1. К числу дозволенных нейтральным мер обороны принадлежит пользование минами. Но, по силе конв. 1907 г. о постановке подводных, автоматически взрывающихся от соприкосновения мин, при этом ими должны быть соблюдаемы те же правила, что и воюющими.