ПБЭ/ВТ/Австрия

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
< ПБЭ
Перейти к навигации Перейти к поиску

Австрия
Православная богословская энциклопедия
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: А — Архелая. Источник: т. 1: А — Архелая, стлб. 227—237 ( скан · индекс ) • Другие источники: ЕЭБЕ : МЭСБЕ : ЭСБЕПБЭ/ВТ/Австрия в дореформенной орфографии
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия Wikidata-logo.svg Данные


[227-228] АВСТРИЯ или Австро-Венгрия (Цислейтания и Транслейтания — две половины империи) — средне-европейское большое государство, имеющее до 45 мил. жителей, из которых две трети принадлежат к римско-католической церкви, четыре миллиона к греко-католической или униатской, более 3 милл. к православной церкви, 11/2 мил. к лютеранскому вероисповеданию, 21/2 милл. к кальвинской общине, до 60 т. унитариан, более 10 т. армян и до 11/2 м. евреев. Римско-католическая церковь, включая греческих и армянских католиков (униатов), имеет 16 архиепископов, 47 суффраганов, 2 викарных епископа, 1 военного епископа и 950 монастырей, в которых до 9 т. мон. и 6 т. монахинь, — всего около 40 т. духовных лиц. Православные имеют архиепископа-митрополита-патриарха в Сремских Карловцах, архиепископов-митрополитов в Сибиньи или Германштадте (в Трансильвании) и Черновцах (в Буковине), 11 епископов (в карловецкой митрополии-патриархии: епархий — будимской, вершецкой, бачской, горне-карловецкой, пакрацкой и темешварской в сибиньской или германштадтсткой митрополии: арадской и карансебешской; в черновецкой или буковинско-далматинской: черновецкой архиепископии и епископий — далматинско-истрийской и боко-которской), около 4,000 тысяч священников, и до 40 монастырей, с 300 монахов. Протестантские церковные общины имеют 18 супер-интенденций. О введении христианства и истории христианской церкви в различных частях империи будет сказано в отдельных статьях, как Галиция, Далмация, Моравия, Польша, Угрия или Венгрия, Чехия и др. провинций нынешней Австро-Угорской империи. Здесь скажем только о церковной истории собственно Австрии, и об общей церковной политике монархии.

Эрцгерцогство Австрия, населенное кельтским племенем таурисков, частью принадлежало Паннонии, частью Норику, которые со времени импер. Августа были римскими провинциями. Отсюда христианство распространено было римскими солдатами и гражданами, — с Востока св. Викторином (ум. во время гонения Диоклитиана), и с Запада — св. Северином (ум. 482). Древнейшая епископская кафедра находилась в Лорхе. Впоследствии страна была наводняема различными варварскими племенами — готами,гуннами, лангобардами, и др.; в VI в. авары заняли нын. Венгрию, а во время Карла Великого они подвинуты были к востоку от Энжи (Энса), а баварцы поселились к западу. Авары обращены были в христианство миссионерами франкской церкви, и основанное там Карлом Великим графство, составляющее политический узел эрцгерцогства Австрии, в церковном отношении отдано было под власть архиепископа зальцбургского. Однако, во всей Моравии сильно чувствовалось влияние Восточной церкви, которая особенно в век св. Кирилла и Мефодия утвердилась не только в пределах Моравии и соседних с нею славянских [229-230] землях, но даже и в тех частях Паннонии, которые, будучи германизованы, вошли впоследствии в состав эрцгерцогства Австрии. В течение всего периода средних веков австрийская церковь, по-видимому, сохраняла довольно свободное положение по отношению к Риму. В конце этого периода, Турциан проповедовал против индульгенций, монах Иаков — против мощей; Теобальд — против греховной жизни духовенства. Сначала имела тут весьма значительный успех и реформация. Павел Сперат открыто проповедовал учение Лютера в Вене; там свободно обращались книги реформаторов; почти три четверти населения приняли новое учение, монастыри опустели, и в 1560 г. император Фердинанд I должен был поставить нищенствующих монахов под покровительство полиции. Но правительство оставалось строго римско-католическим; и несчастные распри между самими протестантами, перешедшие, особенно между филиппистами и флацианами, в неприличные раздоры и фанатическую вражду, давали иезуитам возможность успешно бороться с ними. Император Рудольф (1576—1612) был их учеником и орудием. Хотя, при своем восшествии на престол, он подтвердил религиозную свободу в стране, тем не менее, вскоре затем, он уволил всех чиновников, державшихся протестантской веры, закрыл протестантское богослужение во всех городах и деревнях, принадлежащих к владениям монархии, запретил религиозные собрания без особого дозволения, и поручил епископу Клеслю принять меры к полному искоренению протестантства. В 1594 г. произошло восстание крестьян, и это восстание было подавлено лишь в 1597 г.; но затем особо назначенные комитеты были отправлены по всей стране для изгнания протестантских пасторов, причем силою вводились римско-католические священники. Это дело было закончено при Фердинанде III (1637—57). Государственные чины отказались принять ему присягу, если он не гарантирует религиозной свободы; тогда Фердинанд угрозой военного насилия принудил государственные чины к принятию присяги в верноподданстве. Но когда он затем сделал приказ, чтобы всё население сразу возвратилось к римской вере, и все протестантские священники и учители в течение недели оставили страну, то крестьяне массой подняли мятеж и в несколько дней составили войско в 38,000 человек. Однако, они были разбиты, и приказ приводился в исполнение еще с большею суровостью. Вестфальский мир 1648 г. ничего не изменил в положении Австрии, и в 1652 г. десяти иезуитам поручено было пройти по всей стране, почти в качестве инквизиторов. Семьдесят три семейства среди знати всё еще принадлежали к протестантской вере, но они едва осмеливались говорить между собою о религии. Тем не менее, npoтестантский дух, раз пробудившись, не мог исчезнуть совсем: он продолжал жить тайно. Когда, в царствование Карла VI (1711—40), дано было позволение всем протестантам выселиться, то сразу заявили об этом 1,200 человек. Правительство было удивлено, и пыталось отвратить их от выселения; но они были непреклонны, и в 1735 г. выселились в Трансильванию. Результатом этого насильственного подавления движения к религиозной свободе было то, что в Австрии римско-католическая церковь потеряла свое влияние, и во всех классах общества водворились религиозные равнодушие и легкомыслие.

Несмотря, однако, на фанатизм, с которым правительство пыталось подавить реформацию, оно само весьма ревниво оберегало свою собственную свободу и поддерживало вполне независимое положение по отношению как к папе, так и к духовенству. В царствование Марии Терезии (1740—80), особенно после 1765 г., когда Иосиф II наследовал своему отцу, Францу І, мужу Марии Терезии, в качестве императора Германии, влияние духовенства было ограничено во всех отношениях. У него отнято [231-232] было право иметь соборы; народное образование объявлено было делом чисто правительственным; связь между монашескими орденами и их генералами, пребывающими в Риме, была уничтожена, а ордена поставлены были под власть епископов; отменены были многие праздники, и пр. Когда Иосиф II сделался единоличным правителем (1780—90), то реформы проведены были еще дальше: связь между папой и римско-католической церковью в пределах Австрии была совершенно порвана, и влияние самой церкви были низведено до минимума. Многие монастыри были закрыты; латинский язык отменен при совершении таинств; церковные десятины были обращены в государственную казну; священники поставлены в одинаковое положение с другими правительственными чиновниками, и проч. 31 октября 1781 г. был издан знаменитый указ о веротерпимости. Протестанты получили полное право гражданства по всей Австрии, были допущены к высшим должностям, и получили свободу богослужения, даже в эрцгерцогстве Австрии, где в Вене, под главенством евангелической консистории, была организована супер-интенденция, и в самом городе основана семинария для протестантского богословия. Хотя многие из реформ Иосифа были отменены его непосредственными преемниками, и хотя ультрамонтанские тенденции становились более и более заметными в течение первой половины XIX века, римско-католическая церковь в Австрии, тем не менее, всё еще продолжала занимать подчиненное положение по отношению к государству до 1855 г. Опасные политические уступки, которые в 1848 г. заставили Австрийскую монархию трепетать в самом своем основании, выдвинули мысль о необходимости искать поддержки для трона не только в войске и полиции, но также и особенно в римско-католической церкви, и 18 августа 1855 г. Франц Иосиф I подписал конкордат с папой, в силу которого всё церковное законодательство Иосифа II было отменено, римско-католическая церковь установлена в монархии как государство в государстве, и связь её с папой вполне укреплена. Вскоре затем была обещана реорганизация протестантских церковных общин, и в Венгрии эта реорганизация была вскоре выполнена. Но в немецких и славянских частях империи она была надолго отложена, и когда, наконец, была совершена в форме временной конституции (8 апреля 1861 г.), то оказалась неудовлетворительной. Пристрастие, обнаруженное к римско-католической церкви, оказалось слишком резким. Только римско-католический священник может вести законные метрики о числе рождений и смертей. Когда римский католик желает принять протестантство, то он в течение шести месяцев обязан отрешиться от всякого общения с протестантами, и исключительно отдать себя под наставление римско-католического священника; а между тем протестанту, желающему вступить в римскую церковь, нужно только сходить к ближайшему священнику, и отдаться под его руководство. Собственно в Австрии протестантам не позволяется иметь церкви с музыкой и колоколами, а только часовни без входа с улицы, и проч. От многих из этих мелких стеснений, которыми римско-католическая церковь намеревалась подавить протестантство, протестанты теперь с успехом освобождаются; но довольно замечательно, что этого они достигают только личными усилиями и прямым обращением к императору.

Положение православной церкви в Австрии. — Если протестанты-немцы в Австрии только в недавнее сравнительно время с успехом освобождаются от мелких стеснений римско-католических влияний венского двора и Ватикана, путем непосредственного обращения к императору и посредственного, пожалуй интимного — чрез императора германского, то православные, не принадлежащие к немецкой народности, лишены и этих средств помощи, в деле защиты прав своей [233-234] церкви и исповедания, ибо не только обращение, напр. к православной России, но и сочувствие последней со стороны австрийских её единоверцев вменяется им чуть не в государственную измену. Поэтому православные подчиняются всем строгим ограничениям закона и — кроме того — подвержены еще разным случайным влияниям римско-католической и вообще инославной пропаганды, покровительствуемой при венском дворе в ущерб православию, духовно единящему православные австрийские народы с православной Россией. В этом духовном единении православных народов с православной Русью и заключается одна из главных причин подозрительного и недоброжелательного отношения к православной церкви со стороны венского двора и вообще австрийского правительства. Конечно, и общие начала римско-католической церкви, формально утвержденные на ватиканском соборе 1870 г., всегда имели и имеют весьма существенное значение для правовых отношений и фактического положения православной церкви в пределах земель не только австрийской или цислейтанской половины двуединой империи, но и венгерской короны. В данном случае речь будет только об отношении венского правительства к православной церкви в пределах австрийской или цислейтанской половины империи (теперь главным образом — в Буковине с Галичиной и Далмации с Бокой Которской). Что же касается Транслейтании или соб. Венгрии, то о положении православной церкви на этой территории будет сказано в своем месте (под словом Венгрия). Прежде всего нужно заметить, что государственное положение православной церкви в Австрии несколько раз изменялось. До 1781 г. православная церковь была там совершенно бесправною. А в этом году (25 октября) император Иосиф II издал указ о веротерпимости, которым признавалось юридическое существование в государстве и православной церкви, наряду с римско-католической и протестантскою, но о равноправности её с римско-католическою не было и помину. Так продолжалось до половины следующего столетия, когда сначала в 1849 (от 4 марта), а потом в 1851 г. (от 31 декабря) признано было за всеми вероисповеданиями равенство пред законом, право для всех пользования всеми вероисповедными правами — общественного богослужения и самостоятельного управления религиозными, школьными и благотворительными учреждениями. А по закону от 21 декабря 1867 года провозглашена была полная свобода всех законом признанных вероисповеданий в государстве, и след. и православной церкви: „Всякому обеспечивается, говорится в § 14 упомянутого закона, полная свобода веры и совести; пользование гражданскими и политическими правами независимо от вероисповедания, но последнее никого не освобождает от исполнения государственно-гражданских обязанностей; никто не может быть принуждаем к какой-либо религиозной церемонии или к участию в каком-либо церковном торжестве, поскольку он независим от власти некоего третьего лица, которое по закону может его к тому принудить“. А в § 15 того же закона говорится: „Всякая церковь и всякая церковная община, законом признанные, имеют право публично исповедовать свою веру, самостоятельно устраивать и управлять своими внутренними делами, владеть и пользоваться своими учреждениями, денежными капиталами и имуществом, предназначенными для богослужения, школьного обучения и благотворительности; но все эти (церковные общины), как и всякие другие общества, подлежат общим государственным законам“. Таковы общие государственные законоположения, которыми нормируются церковно-государственные отношения в Австрии или Цислейтании. Подробности будут указаны в соответствующих местах, при характеристике положения православной церкви в Буковине и Далмации. По-видимому, законом признанная „полная свобода веры и совести, пользование [235-236] гражданскими и политическими правами независимо от вероисповедания“, должны бы быть обеспечены от всевозможных мелких и частых стеснений также и для православных подданных Австрии. В действительности же прописанная на бумаге „свобода“ всего менее обеспечена для них. Не говоря уже о времени бесправного существования православной церкви в Австрии до издания указа от 25 октября 1781 года, когда православные подвергались всевозможным стеснениям и силою принуждались к переходу или вступать прямо в римско-католичество (фактические подробности будут приведены в соответствующих местах), не говоря уже об этом времени, даже с момента издания законов от 4 марта 1849 и 31 декабря 1851 гг., а также и 21 декабря 1867 года, после введения пресловутой конституционной свободы, фактическое положение православной церкви осталось в значительной зависимости от произвола римско-католических властей, назойливой римско-католической пропаганды и других неблагоприятных влияний местной национальной борьбы, поддерживаемой правительством, во имя принципа „divide et impera“ (разделяй и господствуй), даже в среде соплеменников и единоверцев. Отсюда и проистекают, напр., следующие явления в современной жизни Австрии или точнее — в её отношениях в частности к местной православной церкви. „Свобода“ перехода иноверцев в православие обставлена такими неимоверными затруднениями, что, сравнительно с этим, переход даже в иудейство и мусульманство представляется на деле более легким и осуществимым. Так, когда, напр., в 1881 г. одна униатская деревня Гнилички (в Галичине) проявила было желание воссоединиться с православной церковию, то польско-австрийское правительство с помощию страшного террора не только подавило это движение, но и поспешило привлечь на скамью подсудимых знаменитого народного деятеля о. Иоанна Наумовича (в то время еще униатского священника), заподозренного в прикосновенности к этому делу. Под влиянием этого движения возбужден был даже целый галицко-русский процесс 1882 г., когда вместе с о. И. Наумовичем привлечены были к суду польско-австрийским правительством и другие галицко-русские патриоты по обвинению их якобы в государственной измене против Австрии в пользу России. Но, с другой стороны, явления так называемого „душехватства“, напр, в Галичине и Буковине, когда римско-католическая пропаганда улавливает в свои цепкие сети не только униатов (в Галичине), но и православных (в Буковине), остаются совсем безнаказанными. Примеры здесь излишни, ибо они повторяются довольно часто — конечно — не вследствие слабости или нетвердости в вере самых православных, а вследствие явного покровительства римско-католической пропаганде со стороны центрального венского правительства и местных римско-католических властей. Так, напр., относительно православной Буковины один местный повременный орган сравнительно недавно (в 1898г.) писал между прочим следующее: „Всеми силами, всякими средствами и способами проникают католические миссионеры в самые отдаленные захолустья Буковины, стараются прежде поносить, унижать св. православную веру в глазах темного народа, говорят всевозможные вещи против православных священников и служителей церкви, а после противупоставляют свою веру, свой обряд, преимущества своего вероисповедания, говорят, что их вера — вера панская, ибо она есть вера императора, пана-старосты и окружного судьи и панов—жандармов, а православие — вера хлопская“ и т. п. Плоды этой пропагандной деятельности римско-католических миссионеров, при негласной, а иногда и очевидной поддержке правительства, сопровождаются конечно „душехватством“ православных, которых не имеет полной свободы вырвать из духовного плена пропагандистов запуганная [237-238] террором местная православная иерархия. Такие случаи, как бывший в 1895 г. в епархии далматинско-истрийского епископа (во Врлике), когда совращенные было в унию православные сербы были возвращены в православие ревностью местного православного епископа (Никодима), могут считаться только счастливым исключением из общего, фактически нестесненного законными ограничениями, отношения римско-католической пропаганды в Австрии к православной церкви. А там, где правительство не рассчитывает на успех религиозной пропаганды своих союзников, оно пользуется излюбленным своим принципом — „divide et impera“ и спешит при его помощи ссорить между собою единоверцев (как в Буковине — православных русских и румын), извлекая и отсюда выгоды не только для политического существования разношерстной своей державы, но и для успеха римско-католической пропаганды. Сказанное выше о государственном положении православной церкви в Австрии или Цислейтании, — имеет в известной степени отношение и к соб. Венгрии или Транслейтании, хотя там, в землях венгерской короны, как в юридическом, так и в фактическом положении православной церкви есть свои специальные особенности, о которых будет сказано в статье о „Венгрии“.

По вопросу о положении православных церквей в Австрии см.: «Восточная церковь в Австрии» (Православное Обозрение 1864: № 12); «Церковный вопрос в Австрии», А. Кудрявцев, (Христ. Чтение 1870 № 4 и 11; 1871 № 1 4); «Православная Церковь в Австрии», Воскресенский, Сергиев Посад 1896 г., а также в ежегодных „Обзорах Правосл. Востока» проф. И. С. Пальмова (в „Церк. Вестнике“ с 1894 г. и сл. и в отдельных оттисках).

Австрийское священство см. под сл. „Белокриницкая иерархия“.