Дорога до Караул-Хана проходила по той же однообразно мертвой пустыне без всяких признаков жилья, но через несколько часов езды начали проявляться слабые признаки растительности в виде чахлых зарослей тамариса, росшего около впадин, в которых весною скопляется стекающая с возвышенности вода. Над берегом реки Мургаба возвышалась скалисто-песчаная гряда, которая тянется почти по всему течению реки. Поднявшись на хребет, достигающий в этом месте высоты около пятидесяти сажень, мы увидели наконец воды Мургаба, сверкавшие ослепительным блеском под прямыми лучами полуденного солнца. Сквозь зеленую рамку камышей, густо росших по берегу, виднелись извилины реки, являющейся главною жизненною артерией всего Мервского, Иолотанского и Пендинского оазисов. Внизу виднелись постройки офицерского дома и пограничного поста Караул-Хана, а далее темными точками из окружающей зелени выглядывали кибитки туркмен. Вокруг вся береговая полоса на четверть версты с каждой стороны реки была обработана и покрыта посевами. Поля пшеницы, джугары, проса чередовались с баштанами, покрытыми огромными арбузами, дынями и тыквами. Магистральный арык, отведенный от реки, проходил по подошве гор, а уже от него перпендикулярно по скатам расходилась целая сеть мелких арыков, питающих поля водою.
Зной южного палящего солнца и недостаток воды в Средней Азия с самых отдаленных времен поставили вопрос об орошении на первенствующее место, в силу чего искусство пользоваться водою доведено у местных жителей до совершенства. В каждом пункте, где есть вода, устраивается целая ирригационная система, чтобы сравнительно небольшим количеством воды оросить возможно большую площадь земли, годной для обработки.
Ввиду особых условий, в которых находится земледелие, с давних времен выработалось также совершенно особое право, по которому собственностью является не земля, а и вода, таким образом, предметом купли и продажи служит количество воды, могущей оросить известную площадь земли.
Шариат так формулирует права владения землею: «Кто оживил землю водою, тот и владеет ею».
Этот закон вошел также и в русское законодательство. Таким же образом каждый, кто устроил новый или же расчистил старый колодезь, владеет им и его водою, хотя бы он находился на земле, составляющей государственную собственность. В этом случае, принимая во внимание огромные пространства неорошенных земель, государство всегда готово отдать их каждому, чтобы взамен бесплодной пустыни иметь большее количество культивируемой земли. Устройство системы орошения по реке Мургабу относится к глубокой древности и, судя по некоторым данным, приводимым историками, работы по ирригации края производились еще во время Зороастра, причем Александр Македонский, совершая свой поход, нашел долину реки Мургаба в цветущем состоянии. Но особенное развитие долина эта получила начиная с VI века по Р. Х., когда вся эта местность была завоевана арабами, которые внесли сюда свою культуру. В X веке, в царствование султана Араслана, на Мургабе около Мерва была устроена колоссальная каменная плотина, которая водами Мургаба снабжала огромный район земель нынешнего Мервского уезда. Плотина эта, называвшаяся Султан-Бент, являлась в своем роде замечательным произведением строительного искусства. Ее остатки и ныне возбуждают своими грандиозными размерами удивление инженеров. В XIII веке гроза в лице Чингис-хана, пронесшаяся через всю Среднюю Азию, коснулась и Мургабской долины. Благодаря взятию города Мерва и истреблению войсками Чингис-хана его жителей, Султан-Бентскую долину некому было поддерживать и она была размыта весенними разливами вод Мургаба; хотя впоследствии ее и восстановил внук Тамерлана Шахрух, но она просуществовала очень недолго и окончательно была разрушена бухарским эмиром Хейдаром. В более позднейшее время выше старой плотины Султан-Бент, в семидесяти пяти верстах от нее, была устроена плотина Кызыклы-Бент для орошения Иолотанского оазиса и независимо этого ниже старой плотины существовала плотина Каушут-Хан-Бент.
Местный пограничный офицер, служивший ранее по военно-народному управлению области, видимо, интересовался всем, что касается истории края и потому, гостеприимно предложив нам помещение, еще более охотно сообщил нам все, что известно ему по вопросу об ирригации.
— Жаль, что вы не увидите при проезде развалин Султан-Бента, — оживленно заговорил он, видимо, желая после долгого молчания, возможно больше поговорить со свежими людьми. — Очень интересная постройка… Наши инженеры теперь руками разводят и изумляются, как возможно было построить такое огромное сооружение. Пожалуй, с нею теперь может лишь конкурировать Ассуанская плотина, которая построена инженером Джоном Эрдом недавно в Египте на Ниле. Наши работы в этом отношении далеко хуже…
В 1887 году по Мургабу в Байрам-Али, по воле в бозе почившего императора Александра III было создано Мургабское государево имение, причем, тотчас же были начаты работы по восстановлению старой плотины Султан-Бент. Колоссальные работы были начаты, но что можно было устроить несколько веков тому назад, оказалось крайне трудно выполнить в наше время. Плотину хотя и восстановили, заперев огромное количество воды, но первая же прибыль воды Мургаба переполнила запруды и сделала несколько прорывов, причем вода разлилась по окрестностям и создала в этом году огромное болото около Мерва, которое загнив под палящими лучами солнца, стало медленно испаряться, заражая все окрестности. Результатом этого наводнения была огромная смертность от малярии, во время которой в течение лета в Мервском уезде погибло более шестнадцати тысяч человек. Затем, уже после этого неудачного опыта, мысль о восстановлении Султан-Бента была оставлена и начаты работы в другом месте. Вообще приходится констатировать, что ирригационное дело у нас в общем сильно хромает. Туземцы являются лучшими специалистами по этой части. У них знания переходят от поколения к поколению преемственно, и благодаря этому все работы идут удачно.
— Неужели же вы отрицаете значение науки наших инженеров?.. — заговорил доктор.
— Вовсе нет. Но не упускайте из вида, что ирригация для нас дело новое, а здесь оно вековое. А кроме того у нас выходят теоретики, которые не в состоянии приложить свои познания на практике, когда приходится производить работы. Приходится лишь пожалеть, что наших инженеров, которые назначаются для службы по ирригации, не командируют для службы в Алжир, Египет или даже Америку, где ирригационное дело стоит на высокой степени развития. Такие гениальные инженеры как строитель Ассуанской плотины могли бы быть хорошими руководителями нашей инженерной молодежи, которая практиковалась бы на их работах…
В настоящее время река Мургаб орошает Мервский, Иолотанский и Пендинский оазисы, причем для этой надобности существуют особые водяные системы. Выше города Мерва в тридцати верстах устроена плотина Каушут-Хан-Бент, построенная местными туркменами и запирающая совершенно русло Мургаба. Плотина эта направляет воду по двум магистральным арыкам Отомышу и Тохтамышу. Каушут-Хан-Бентская плотина построена в виде дамбы из хвороста, длиною около ста тридцати сажень и шириною до двадцати сажень, причем она дает напор воды до четырех сажень, а образуемая ею запруда имеет до двадцати верст длинны. В некотором расстоянии от главной плотины магистральные каналы разделяются на меньшие, по числу текинских колен[1], из последних, в свою очередь, отводится вода уже в самые маленькие канавы. Кроме этих двух главных магистралей, из Каушут-Хан-Бентской запруды выведены также большие арыки Эрсари, Меджеур, Маман-Хан, Бабаднаш и Каши. Ниже по течению, на Мургабе построены еще три плотины Енгри-Гусар-Бент-Кизиль-Бай и Кули. В районе Пендинского приставства устроены две водоподпорных и водораздельных системы: Кизиль-Бентская и Гиндукушская, снабжающая водою Мургабское государево имение.
Выше плотины Каушут-Хан-Бента в семидесяти пяти верстах находится запруда Казыклы-Бент, построенная в виде фашинной плотины с двумя водосливами и фашинным же флютбетом; при ней устроен обводный канал с укрепленными берегами, отводящий излишек воды из запертой плотиною части реки в русло последней, но гораздо ниже запруды. Гиндукушская ирригационная система устроена для того, чтобы скопить в обоих водохранилищах зимние и весенние воды Мургаба, которые в настоящее время не расходуются населением на орошение земель, и затем собранную воду направить по особому каналу к Байрам-Али. Для этой цели ниже урочища Иолотан русло реки Мургаба перегорожено плотиною, посередине которой устроен щитовой водослив по системе Нуаре, могущий пропускать до шестидесяти четырех кубических сажень воды в секунду. Благодаря этой плотине воды реки могут быть подняты на 3,37 сажени выше ординара и все нужное для орошения количество воды направляется через щиты водоспускающей части. Из этой запруды вода выпускается через щитовую плотину по каналу, прорытому по берегу на пространстве версты, в особое водохранилище, образуемое старым руслом Мургаба, замкнутое земляною дамбою и соединяющееся с оврагом Гиндукуш, по которому в очень отдаленное время протекал Мургаб. Вода, выведенная из мургабской подпруды в гиндукушский овраг, превращенный в водохранилище, регулируется двумя щитовыми плотинами, которые разделяют водохранилище на две части, вместимостью каждая около полутора миллиона кубических сажень воды.
Из этого водохранилища вода выпускается в магистральный арык, имеющий длину около двадцати пяти верст и направляющий в Байрам-Али для орошения земель Мургабского государева имения.
Гораздо выше по течению Мургаба существует плотина Бендер-и-Нарыр, которая устроена с целью заградить водам Мургаба вход в старое русло, имеющее в настоящее время вид огромного, до двадцати верст длиною, болота.
На остальном протяжении течения реки Мургаба плотин не существует. Вода же, необходимая для орошения, выведена особыми арыками прямо из реки, благодаря низким берегам и огромному падению воды.
Примечания
[править]- ↑ Или вернее родов.