Сборник боевых документов/33/77

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Содержание

Доклад командира 37-й танковой дивизии начальнику Автобронетанкового управления Юго-Западного фронта о боевых действиях дивизии в период с 22 июня по 10 июля 1941 г. и ее состоянии на 15 июля 1941 г.
См. Выпуск 33. Опубл.: 1957. Источник: Генеральный Штаб. Военно-научное управление. Сборник боевых документов Великой Отечественной войны. — М.: Воениздат, 1957. — Т. 33.


Доклад командира 37-й танковой дивизии начальнику Автобронетанкового управления Юго-Западного фронта о боевых действиях дивизии в период с 22 июня по 10 июля 1941 г. и ее состоянии на 15 июля 1941 г.

Доклад
командира 37-й танковой дивизии
начальнику Автобронетанкового управления
Юго-Западного фронта
о боевых действиях дивизии
в период с 22 июня по 10 июля 1941 г.
и ее состоянии на 15 июля 1941 г.


СОВ. СЕКРЕТНО
.

НАЧАЛЬНИКУ АВТОБРОНЕТАНКОВОГО
УПРАВЛЕНИЯ ЮГО-ЗАПАДНОГО ФРОНТА
генерал-майору МОРГУНОВУ

КРАТКИЙ ДОКЛАД
О ХОДЕ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ 37-й ТАНКОВОЙ ДИВИЗИИ
ЗА ПЕРИОД с 22.6 по 10.7.41 г. И
СОСТОЯНИЕ ЕЕ НА 15.7.41 г.

I. СОСТОЯНИЕ БОЕВОГО И ЧИСЛЕННОГО СОСТАВА ДИВИЗИИ К НАЧАЛУ ВОЙНЫ,
ТО ЕСТЬ К 22.6.41 г.
[править]

На основании директивы Народного Комиссара Обороны СССР № ОРГ/1/521114[1] 37-я танковая дивизия 15-го механизированного корпуса должна была быть полностью сформирована к 1.7.41 г. (укомплектована личным составом, материальной частью, вооружением и всеми видами имущества).

Укомплектованность дивизии к концу июня месяца, т. е. к 22.6.41 г. была следующая:


1. Личным составом:

Командно-начальствующим составом 41.2%
Младшим командно-начальствующим составом 48.3%
Рядовым составом 111%

2. Штатной материальной частью:

Танками «КВ» 1 (1.6%)
«-» «Т-34» 34 (11.4%)
«-» «БТ-7» 258 (нештатная материальная часть)
«-» «Т-26» 22
«-» «Т-26» огнеметными 1

3. Артиллерийским вооружением:

37-мм зенитными пушками 33.3%
122-мм гаубицами 56.0%
152-мм гаубицами 33.3%

4. Личный состав (бойцы) на 60% представлял из себя новобранцев[2] призыва мая 1941 г., совершенно не обученный, не прошедший даже полного курса подготовки молодого бойца. 600 человек из них в мотострелковом полку были совершенно не вооружены ввиду отсутствия оружия.

5. Мотострелковый полк был совершенно не укомплектован автомашинами, кроме того, последний дислоцировался в 150 км от дивизии, поэтому действовать совместно с дивизией в начале не мог.

6. Артиллерийский полк также не был полностью укомплектован материальной частью артиллерии и из района дислокации (Кременец) выступил, имея в своем составе всего лишь одну батарею 152-мм гаубиц и одну – 122-мм гаубиц.

7. Отдельный зенитный артиллерийский дивизион из [положенных по штату] 12 орудий (3 батареи) имел в своем составе всего 4 орудия (одну батарею).

8. Понтонно-мостовой батальон к 22.6.41 г. находился в лагерном сборе на р. Днестр, вследствие чего выступить в составе дивизии в исходный район для боевых действий не мог.


Выводы

1. Из района дислокации (Кременец) дивизия выступила в составе около 70% штатной численности личного состава. Остальной личный состав был оставлен в Кременец, где впоследствии совместно с частями 14-й кавалерийской дивизии вел оборонительный бой в районе Кременец.

2. Танков имелось 315 (около 90% штатной численности) и из них – 258 танков «БТ-7», являющихся нештатной материальной частью, что отрицательно сказалось в последующем на ударной и огневой мощи дивизии.

3. Маневренность мотострелкового полка, выступившего пешим порядком вследствие отсутствия автомашин, была чрезвычайно низкой для дивизии, что не дало возможности мотострелковому полку действовать в составе дивизии до 25.6.41 г. Это положение вынуждало танковые полки выделять большое количество танков на обеспечивающие действия вместо применения их как ударной силы.

4. Отсутствие полностью укомплектованного артиллерийского полка в будущем отрицательно сказалось на боевых действиях дивизии, не имеющей в своем составе мощной огневой единицы.

5. Несмотря на все вышеперечисленное, 37-я танковая дивизии представляла из себя стойкую боевую единицу и, как в дальнейшем будет указано, успешно решала все возложенные на нее задачи.


II. КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ ХОДА БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЯ с 22 по 27.6.41 г.

22 июня на основании шифротелеграммы, полученной из штаба 15-го механизированного корпуса, дивизия была поднята по боевой тревоге.

Выполняя частный боевой приказ Военного совета Киевского особого военного округа № 0015[3] от 31.5.41 г., дивизия через 3 часа после объявления боевой тревоги выступила из Кременец и к исходу дня 22.6.41г. сосредоточилась в исходном районе для боевых действий: Гае Смоленьске, Суходолы, Кадлубиска, Пониква.

Штаб дивизии – Суходолы.

В исходном районе сосредоточения части дивизии впервые подверглись бомбардировке авиации противника. Особенно сильно бомбили район сосредоточения 73-го танкового полка, так как последний был сосредоточен вблизи Бродского аэродрома, однако потерь машин не было. Пулеметным обстрелом с воздуха было убито 2 человека.

37-й мотострелковый полк получил отдельно боевую задачу от начальника штаба 15-го механизированного корпуса генерал-майора Ноздрунова и действовал в районе Бережаны. Выполнив боевую задачу в районе Бережаны, мотострелковый полк пешим порядком двигался на соединение с дивизией, но 23.6.41 г. командиром 15-го механизированного корпуса вновь был задержан в районе м. Подгорце с задачей организации круговой обороны м. Подгорце.

23 июня. В исходном районе дивизия находилась до 12.00 23.6.41 г. В 12.00 23.6.41 г. на основании боевого приказа командира 15-го механизированного корпуса № 01 дивизия должна была к 19.00 23.6.41 г. сосредоточиться в районе Оплучко, Охладув, Грабина.

Сведения о противнике были весьма скудные. По данным, которыми располагал штаб дивизии, было известно, что танковые и мотоколонны немцев неустановленной численности в ночь на 23.6.41 г. выдвигались в район Радзехув из направлений Сокаль и м. Крыстынополь.

По этим данным можно было предположить, что противник силою до одной танковой и одной мотодивизии из района Радзехув будет развивать удар в двух возможных направлениях:

1. Радзехув, Буск – для удара по нашей львовской группировке с северо-востока и востока.

2. Радзехув, Броды – с целью глубокого выхода в тылы наших частей, действовавших на Львовском направлении.

К этому же времени в штабе дивизии имелись непроверенные данные о занятии немцами Дубно и о движении танков и мотопехоты противника в направлении Кременец.

Обстановка требовала решительных действий.

37-я танковая дивизия имела задачу к 19.00 23.6.41 г. сосредоточиться в районе Оплуцко, Охладув, Грабина, имея в виду в дальнейшем уничтожение танков противника, выдвигающихся в район Радзехув из Сокаль и м. Крыстынополь.

В указанный район дивизия совершала марш двумя маршрутами: правый (73-й танковый полк) Пониковица, Соколувка, Турзе, Ольники, Пустельники, Грабина; левый (74-й танковый полк и остальные части дивизии) – Суходолы, м. Подгорце, Олеско, Баймаки, Пшевлочна, Топорув, Потопники, Охладув.

Штаб дивизии – в голове левой колонны.

В 14.00 23.6.41 г. дивизия главными силами достигла рубежа Соколувка, Баймаки.

Оперативная группа штаба дивизии находилась ур. Донброва<a name="04"></a><a href="#4">4</a>.

Прибывший командир 15-го механизированного корпуса генерал-майор Карпезо сообщил командиру дивизии о том, что в районе Адамы сосредоточено до 100 танков противника, и поставил задачу: «37-й танковой дивизии уничтожить танки противника в районе Адамы».

На Адамы была выслана разведка, а танковые полки со своих маршрутов были повернуты под углом 90° и выведены на исходный рубеж для атаки Леня, Кутики, Юлянка.

Впоследствии сказалось, что танков противника в районе Адамы не было. Танковые полки дивизии после задержки на 5-6 часов в районе Адамы продолжали выполнять ранее поставленную задачу. Это положение привело к тому, что 37-я танковая дивизия не смогла своевременно выйти в указанный район сосредоточения.

24 июня. К 2.00 24.6.41 г. дивизии достигла рубежа южного берега р. Радоставка, где дополнительным распоряжением командира 15-го механизированного корпуса получила задачу перейти к обороне по южному берегу р. Радоставка на рубеже (иск.) Манастырек, Труйца, Леткув в готовности с 13.00 25.6.41 г. перейти в наступление в направлении Охладув, Радзехув. Но уже к 15.00 24.6.41 г. был получен приказ командира 15-го механизированного корпуса, в котором дивизии ставилась новая задача: с целью прикрытия перегруппировки и сосредоточения частей 15-го механизированного корпуса дивизии до 20.00 24.6.41 г. занять и оборонять рубеж Шишковице, Потопники, Топорув, Чаныз, Адамы.

В дальнейшем в целях окружения и уничтожения мотомеханизированных частей противника, действовавших с севера в направлении Броды, дивизия получила задачу к 2.00 25.6.41 г. сосредоточиться в районе Лясове, Мамчуры, Колпин, Новоставце с целью нанесения удара в направлении Лешнюв.

В 23.00 24.6.41 г., когда дивизия, выполняя поставленную задачу, головой главных сил достигла рубежа переправ через канал восточнее Турзе, был получен приказ командире 15-го механизированного корпуса генерал-майора Карпезо, подписанный им в 21.00 24.6.41 г., в котором дивизии ставилась задача оставаться на месте и продолжать удержание занимаемого рубежа по р. Радоставка, подготовив удар на м. Холоюв из района Грабина, если танки противника будут прорываться на Буск от м. Холоюв.

Выполняя этот приказ, дивизия вновь сделала поворот на 180° и к 6.00 25.6.41 г. заняла оборону на ранее занимаемом рубеже по южному берегу р. Радоставка, подготавливая атаку в направлении Охладув, м. Холоюв.

25 июня. В течение 25.6.41 г. танковые полки из подручного материала силами уже уставших экипажей подготавливали переправы через Радоставка под огнем мелких разведывательных групп противника. К 9.00 26.6.41 г., встречая незначительное сопротивление мелких разведывательных групп, полки форсировали р. Радоставка и заняли исходное положение для атаки на рубеже Колесьники, лес восточнее Манастырек Охладовски.

Высланная разведка в направлениях: Станиславчик, Лопатин, Оплуцко, также имела столкновение с мелкими разведывательными группами противника в указанных районах, что дало возможность предположить о том, что крупные силы противника к этому времени находились в районе Радзехув и что противник медлил с активными действиями и производил разведку для перехода в наступление к югу и юго-востоку от Радзехув.

Это положение подтверждалось еще и тем, что противник по достижении Радзехув подготавливал с 23.6.41 г. сильный оборонительный рубеж по линии Радзехув, м. Холоюв, выбрасывая мелкие группы по западному берегу р. Стырь.

В свою очередь 15-й механизированный корпус медлил с атакой, и для дивизии не было достаточно ясно о дальнейших намерениях и действиях корпуса.

Несмотря на это, командиром дивизии танковым и мотострелковому полкам были поставлены задачи на захват переправ через р. Острувка в направлении Лопатин, что позволило бы в случае атаки в направлении Кщиве, западная окраина Радзехув обеспечить правый фланг дивизии от контратак противника со стороны Лопатин или же воспользоваться уже захваченными переправами, в случае если бы атака проводилась в направлении Лопатин, восточная окраина Радзехув.

В 8.00 26.6.41 г. на командный пункт (отметка 220.0 ур. Топоровски Ляс) прибыл начальник штаба 15-го механизированного корпуса, [который], основываясь на распоряжении командующего Юго-Западным фронтом, поставил задачу: «отходить на восточный берег р. Серет к востоку от Заложцы–Нове». На основании поставленной задачи части 37-й танковой дивизии в 10.00 26.6.41 г. начали отход с исходного рубежа для атаки Колесьники, лес восточнее Манастырек Охладовски, организовав сильное прикрытие с тыла.

В 12.00 26.6.41 г. на командном пункте дивизии севернее леса у Каштеляны было получено приказание командира 15-го механизированного корпуса, в котором указывалось:

«1. Немедленно дивизию повернуть обратно.

2. Занять рубеж Бордуляки, Станиславчик и быть готовым к наступлению в направлении Берестечко».

На основании приказания 37-я танковая дивизия совершила поворот на 180° и вновь вышла к рубежу р. Радоставка.

Такое маневрирование частей дивизии привело к крайнему напряжению сил личного состава, так как последний, начиная с 23 по 27.6.41 г., не имел возможности получить нормального отдыха хотя бы в течение 5-6 часов подряд, а вследствие отсутствия мотострелкового полка и понтонно-мостового батальона вся работа по подготовке переправ и организации боевого обеспечения ложилась также на экипажи танковых полков.


III. БОИ 37-й ТАНКОВОЙ ДИВИЗИИ У м. СТАНИСЛАВЧИК С 28 ПО 30.6.41 г.

Вызывавшиеся сложной обстановкой решения, переходящие от наступления с рубежа р. Радоставка в северном направлении к обороне по ее южному берегу, [затем] отход или перегруппировка в направлении Броды и затем снова неоднократные возвращения к рубежу р. Радоставка, дали возможность противнику понять, что по условиям местности нам невыгодно производить атаку в огневом коридоре, ограниченном справа болотистой р. Острувка и слева реками Потонецки и Березовка.

К тому же, если противник и не знал нашего состава, то для него [было] совершенно ясно, что у нас нет пехоты, а господство в воздухе на этом участке принадлежит ему. Однако противник с развитием наступления к югу и юго-востоку от Радзехув не спешил. Организованный противником сильный оборонительный рубеж Радзехув, м. Холоюв подсказывал, что противник преднамеренно выжидал нашей атаки о направлении Радзехув.

Наша наземная разведка не стремилась проникнуть глубоко в расположение противника, а средства авиационной разведки отсутствовали, поэтому о противнике, действовавшем непосредственно против 37-й танковой дивизии, были весьма скудные сведения.

Общую радзехувскую группировку противника штаб корпуса определял в две-три танковые дивизии и одну мотодивизию.

Разгром радзехувской группировки предполагалось осуществить силами 15-го механизированного корпуса во взаимодействии с 8-м механизированным корпусом, который должен был действовать из района Броды в северном направлении. Однако, как оказалось впоследствии, 8-й механизированный корпус к началу атаки не успел занять исходное положение и в наступлении участия не принял.

Обстановка на правом фланге дивизии те больше усложнилась тем, что действовавшая здесь 212-я мотострелковая дивизия 15-го механизированного корпуса была отведена в район Броды. Таким образом, правый фланг 37-й танковой дивизии оказался совершенно открытым.

К 28.6.41 г. противник, обеспечив свои фланги занятием рубежей: справа – м. Холоюв, Нестанице, где оборонительный рубеж занимали до двух батальонов противника с артиллерией и средствами противотанковой обороны; слева – занятием небольшими силами переправ у Шуровице и Лешнюв, вплотную подошел к рубежам р. Стырь и р. Радоставка на участке Грыцоволя, Бордуляки, Станиславчик, Манастырек, Охладув и, как можно предположить, занял исходное положение для наступления.

Боевой и численный состав 37-й танковой дивизии к 28.6.41 г. был следующий:


Личный состав

Командно-начальствующего состава 459 человек
Младшего командно-начальствующего состава 553 человека
Рядового состава 4055 человек

Материальная часть

Танков «Т-34» 26
«-» «БТ-7» 177
«-» «Т-26» 8
Бронемашин «БА-10» 11
«-» «БА-20» 5

Вооружение

152-мм гаубиц 4
122-мм «-» 3
76-мм танковых пушек 26
76-мм пушек полковой артиллерии 4
45-мм пушек 201
37-мм зенитных орудий 4
Пулеметов «ДТ» 412
Зенитных пулеметов 13
Ручных пулеметов 11
Винтовок 1669
Револьверов 1202

Беспрерывные марши и частая смена направлений для действий дивизии отрицательно сказались на боевом и численном составе дивизии в сторону его уменьшения, особенно в боевой материальной части. Это положение приводило к тому, что экипажи не имели возможности своевременно произвести восстановление материальной части, а тыловые подразделения не имели возможности своевременно обеспечивать подвоз, особенно горюче-смазочных материалов.

В 8.00 28.6.41 г. дивизия получила приказ командира корпуса № 07/ОП<a name="05"></a><a href="#5">5</a>, в котором дивизии ставилась задача: «Наступать в общем направлении Манастырек, Грыцоволя, Шуровице, Пяски и к исходу дня выйти в район лесов северо-западнее Берестечко.

Граница слева – Ляс Бачно, Буркаче».

Начало атаки определялось особым дополнительным распоряжением.

Так как начало атаки было назначено на 28.6.41 г., дивизия не имела достаточно времени для подготовки решительной атаки по разгрому радзехувской группировки противника, ибо не было возможности организовать соответствующую разведку противника в лесисто-болотистой местности, а также хорошо организовать взаимодействие частей дивизии и взаимодействие с соседом слева (10-я танковая дивизия), наступающим в направлении Лопатин.

Боевым приказом командира дивизии № 8 от 28.6.41 г., отданным устно в 10.00, частям дивизии ставились следующие задачи [...]<a name="06"></a><a href="#6">6</a>

37-й мотострелковый полк исходное положение для атаки занял к 13.00 28.6.41 г. 73-й и 74-й танковые полки в 11.30 28.6.41 г. для занятия исходного положения выдвигались через переправу у Манастырек. В голове шел 73-й танковый полк.

По достижении 73-м танковым полком северной окраины Станиславчик разведкой было установлено, что переправа через р. Стырь у Бордуляки взорвана, вследствие чего 73-й танковый полк был также направлен на захват переправы у Станиславчик, с тем чтобы в дальнейшем выйти на свое первоначальное направление для атаки. В результате поворота 73-го танкового полка на переправу у Станиславчик последний к переправе вышел раньше, чем 74-й танковый полк, пропустив лишь впереди себя головной 3-й танковый батальон 74-го танкового полка.

К 14.00 28.6.41 г. мотострелковый полк с 3-м батальоном 74-го танкового полка начал атаку переправ у Станиславчик.

Развернувшиеся на восточном берегу р. Стырь у переправ Станиславчик головные батальоны 73-го танкового полка с небольшим запозданием организовали огневую поддержку мотострелкового полка, который к этому времени занял переправы, понеся значительные потери.

Форсировав р. Стырь, 6-8 танков 3-го батальона 74-го танкового полка, действовавшие совместно с мотострелковым полком по захвату высоты 202.0, оказались под сильным огнем артиллерии противника со стороны ур. Ляс Денбник и были подбиты.

Понеся значительные потери и не имея достаточной танковой поддержки, мотострелковый полк вынужден был приостановить наступление и перейти к обороне на западном берегу р. Стырь непосредственно у переправ Станиславчик.

В свою очередь противник, прикрывавший силой до батальона переправы на западном берегу р. Стырь, понеся большие потери, начал поспешный отход в направлении высоты 202.0, ур. Ляс Денбник.

73-й танковый полк, продолжавший вести огонь по отходящему противнику, вследствие временной потери управления с большим трудом удалось переправить на западный берег р. Стырь с тем, чтобы продолжать атаку на плечах отходящего противника. Однако время было упущено. Подразделения 73-го танкового полка начали форсировать р. Стырь около часа спустя после атаки мотострелкового полка. Это дало возможность остаткам батальона противника, оборонявшего переправы у Станиславчик, отойти в ур. Ляс Денбник.

К 18.00 28.6.41 г. 2-й батальон 73-го танкового полка занял северные скаты [высоты] 202.0, где был встречен сильным противотанковым огнем из района южная опушка ур. Ляс Денбник и кр. Ляс Багно.

Попытка переправиться по мостам через р. Острувка севернее высоты 202/0 была безуспешной, так как головные 2-3 танка, подошедшие к мосту, были моментально подбиты и загорелись.

Несколько танков пыталось обойти мост справа и слева, но это оказалось невозможным; танки застряли в болоте и были подбиты артиллерийским огнем противника.

Стало совершенно очевидным, что без мощного артиллерийского огня и пехоты наступление продолжать нельзя. Но артиллерия в дивизии отсутствовала, свою авиацию мы давно не видели, а мотострелковый полк до приведения себя в порядок продолжать наступление не мог.

Атака 10-й танковой дивизии (сосед слева) была остановлена на рубеже (приблизительно ): Вырки, Колесьники. Передовые подразделения 10-й танковой дивизии (по словам делегата связи) по достижении р. Острувка южнее Ксаверувка были остановлены огнем противника из Ксаверувка и рощи восточнее Ксаверувка. Переправа через р. Острувка на Ксаверувка держалась под сильным артиллерийским огнем противника, обход переправы справа и слева при наличии болотистой местности был невозможен. Сосед справа отсутствовал. На подходе к Станиславчик была 141-я стрелковая дивизия, но к рубежу р. Стырь она могла подойти одним полком только к 9.00 29.6.41 г., что существенного изменения в соотношении сил к данному времени не вносило.

Из такой обстановки было ясно, что продолжать атаки без артиллерии, пехоты и авиации было бы бессмысленно, в свою очередь оставаться на достигнутом рубеже на южном берегу р. Острувка было также рискованным, так как не была ясна обстановка на направлении Лешнюв и дивизия, оставаясь на указанном рубеже, могла быть отрезанной от переправы у Станиславчик и вести бой в окружении.

В 23.00 28.6.41 г. ввиду угрозы окружения командир 15-го механизированного корпуса приказал отвести части дивизии на южный берег р. Радоставка и занять оборону на рубеже (иск.) Манастырек, Леткув.


АРЬЕРГАРДНЫЕ БОИ 37-й ТАНКОВОЙ ДИВИЗИИ С 30.6 ПО 15.7.41 г.

На основании приказа командира 15-го механизированного корпуса, полученного в 18.00 29.6.41 г., корпус в ночь с 29 на 30.6.41 г. сменялся частями 37-го стрелкового корпуса и переходил во фронтовой резерв в район Золочев.

37-я танковая дивизия имела задачу сосредоточиться в районе Сасов, ур. Городыловски Ляс<a name="07"></a><a href="#7">7</a>, Елеховице, Дембина. Движение колонны с занимаемого рубежа приказывалось начать с 22.00 29.6.41 г. С этого момента начался планомерный организованный отход частей дивизии, продолжавших вести бой с наседавшим противником.

74-й танковый полк контратакой ударной группы в 21.30 29.6.41 г. уничтожил до роты мотоциклистов, прорвавшихся к району Потопники, и отбросил остатки противника на северный берег р. Радоставка. Под прикрытием огня батареи 152-мм гаубиц и сильного прикрытия с тыла [полк] с 22 часов начал организованно отходить с рубежа Шишковице, Потопники в направлении Турзе.

73-й танковый полк с мотострелковым полком, сдерживая наступление до двух полков противника, с 22.00 29.6.41 г. с рубежа (иск.) Манастырек, (иск.) Дубове отходил через Марцины на Ражнюв, взаимодействуя с частями 141-й стрелковой дивизии.

По достижении 73-м танковым и 37-м мотострелковым полками района Руда Бродзка, Ражнюв последние распоряжением командира 141-й стрелковой дивизии были остановлены и получили задачу обеспечить отход 141-й стрелковой дивизии в южном направлении. К вечеру 30.6.41 г., ведя на своем левом фланге к северу от Руда сдерживающие бои с противником силой до двух пехотных полков с артиллерией и танками, [дивизия] оказалась обойденной противником силою до батальона, который занял Руда Бродзка.

Атакой 37-го мотострелкового полка из района Сракула в направлении западной окраины Руда Бродзка противник, занимавший Руда Бродзка силою около батальона, с большими потерями был отброшен к северу. 37-й мотострелковый полк занял оборону к западу от Руда Бродзка, обеспечивая отход левофланговых частей 141-й стрелковой дивизии.

К 14.00 30.6.41 г. до батальона пехоты противника, поддержанного огнем до дивизиона артиллерии, выходило на рубеж Велин, Бабин, угрожая правому флангу и тылу 141-й стрелковой дивизии.

73-й танковый полк получил задачу от командира 141-й стрелковой дивизии уничтожить обходящего противника и обеспечить отход двух правофланговых полков дивизии в южном направлении.

Атакой 73-го танкового полка до батальона пехоты и до дивизиона артиллерии противника были уничтожены, что дало возможность частям 141-й стрелковой дивизии планомерно отходить в южном направлении, без угрозы окружения<a name="08"></a><a href="#8">8</a>.

К 19.00 30.6.41 г. 73-й танковый полк после атаки вышел в район Ражнюв, где посадил на танки два батальона 37-го мотострелкового полка и к 2.00 1.7.41 г. вышел в район сосредоточения дивизии ур. Городыловски Ляс.

74-й танковый полк при отходе с рубежа р. Радоставка отбивал контратаки мелких преследующих частей противника. В район Сосьнинка, 4 км севернее Золочев, полк сосредоточился к 6.00 30.6.41 г.

Из района сосредоточения Сасов, ур. Городыловски Ляс, Елеховице, Дембина 37-я танковая дивизия, отбивая атаки передовых наступающих частей противника и находясь под сильным воздействием авиации противника, с утра 1.7.41 г. продолжал отходить на восток в направлении Заложцы-Нове и далее через Збараж, Ожиговцы, м. Красилов, Старо-Константинов, Проскуров, Летичев, Хмельник, Белая Церковь, Канев и Пирятин.

73-й танковый полк при отходе из района ур. Городыловски Ляс севернее Золочев в 10.00 1.7.41 г. начал движение по маршруту Сасов, Колтув, Кругув, Копане, Гнидава, Ратыще, лес севернее и западнее высоты 376.0.

При подходе головой колонны к переправам через р. Серег западнее Колтув хвост колонны полка был атакован четырьмя танками и мотоциклистами противника, которые открыли пулеметный огонь. Одновременно с этим до двух батальонов мотопехоты, при поддержке артиллерийского огня до двух батарей из района Дембина, подходили к району Калинка. В это же время голова колонны 74-го танкового полка из Хмельова вытягивалась к северу на шоссе Сасов, Колтув, что вызвало некоторую задержку в движении 73-го танкового полка и замешательство его подразделений, следовавших в хвосте колонны полка.

Командир 73-г танкового полка майор Громагин лично повел в контратаку 10 танков против наседавшего противника. Вслед за танками командир 10-го мотострелкового полка полковник Пшеницын собрал группу бойцов в 150 человек и также лично повел их в контратаку.

Бой с переменным успехом продолжался более четырех часов. В результате боя противник, потеряв несколько танков и до батальона пехоты, отошел к Сасов.

В дальнейшем 73-й танковый полк, понеся значительные потери, под прикрытием огня 74-го танкового полка, занявшего рубеж в районе безымянной высоты северо-восточнее Хмельова, продолжал движение по своему маршруту и к 23.00 2.7.41 г. сосредоточился в районе высоты 376.0.

В результате проведенных боев в районах Станиславчик, Манастырек, ур. Турзиньски Ляс, Ражнюв и в районе Сасов, Колтув в район сосредоточения (высота 376.0) 73-й танковый полк вышел, не имея в своем составе тыловых подразделений, с небольшим количеством боевых машин.

74-й танковый полк, прикрыв отход тыловых подразделений и остатки 73-го танкового полка, продолжал движение по маршруту Колтув, Гарбузув, Олейюв, Заложцы-Старе, Гайе Розтоцке. При подходе головы колонны полка к Тросьцянец полк был встречен артиллерийским и пулеметным огнем противника из района Тросьцянец. К этому времени командир 74-го танкового полка получил от разведки данные о том, что переправа через р. Серет у Заложцы-Нове взорвана противником.

Оставив прикрытие со стороны Тросьцянец, командир 74-го танкового полка повел полк через Гнидава на переправу через р. Серет у Ратыще.

При подходе 74-го танкового полка к западной окраине Гайе Розтоцке полк был атакован танками противника при поддержке артиллерийского огня из района Гайе Розтоцке.

Атака была отбита, и противник с большими потерями отошел в юго-восточном направлении. По непроверенным данным, в этом бою пропал без вести командир 74-го танкового полка полковник Коюнтин.

В дальнейшем оставшиеся подразделения 74-го танкового полка возглавил начальник штаба полка майор Гамбург, который с 15.00 2.7.41 г. продолжал с боями отходить на восток в направлении Мильно, Иванчаны. По имеющимся сведениям, майору Гамбург с остатками 74-го танкового полка командиром 212-й мотострелковой дивизии было приказано прикрыть отход дивизии, которая к этому времени, ведя бои, с большими потерями отходила в восточном направлении из полуокружения. Дальнейшая судьба оставшихся подразделений 74-го танкового полка во главе с майором Гамбург неизвестна.

Можно предположить, что майор Гамбург с оставшимися подразделениями полка, выполняя задачу по обеспечению выхода из полуокружения частей 212-й мотострелковой дивизии, оказался в окружении.

В результате боев, проведенных 74-м танковым полком, в район сосредоточения дивизии лес южнее Хмельник из боевой материальной части прибыло 8 танков 1-го батальона во главе с капитаном Солодовинковым, который прикрывал отход тылов полка и участия в боях при отступательном марше на восточный берег р. Серет не принимал.

При отходе из района Золочев в район ур. Ляс Остра Гура, восточное Заложцы-Нове, второй эшелон штаба дивизии 1.7.41 г. при подходе к Олейюв был отрезан от переправ через р. Серет у Заложцы-Нове. Горючее в баках машин было на исходе, а высланные к нему бензоцистерны не могли пробиться, так как на всем протяжении маршрут были созданы пробки тылами отходивших частей.

Решением начальника второго эшелона штаба дивизии капитана Дорохина оставшийся в баках машин бензин был слит в несколько машин, на которые был посажен командный состав второго эшелона и погружены ценные секретные документы.

С этим составом второго эшелона штаба дивизии и остатками ремонтно-восстановительного батальона капитан Дорохин вышел из окружения и присоединился к дивизии в Старо-Константинов. Из состава второго эшелона штаба дивизии из окружения не вышли: начальник военно-химической службы подполковник Якушев, начальник санитарной службы дивизии военврач 2-го ранга Малый, начальник вещевого снабжения интендант 3 ранга Юдин, помощники начальника артиллерийского снабжения дивизии воентехники Крейвольд и Павлов, помощник начальника 6-го отделения штаба дивизии младший лейтенант Миронов, лекарский помощник Шнайдман, заведующий делопроизводством хозяйственной части техник-интендант 2-го ранга Кокин и несколько человек шоферов и писарей.

При отходе из района леса южнее Хмельник в 11.50 8.7.41 г. остатки вышли на северо-восточную окраину Турбов. Из боевой материальной части к этому времени дивизия имела всего одну танковую роту в составе танков «Т-34» – 2 и танков «БТ-7» – 12.

В 14.00 8.7.41 г. эта рота была направлена в распоряжение командующего 6-й армией в состав бердичевской группы, ведущей оборонительные бои с противником на подступах к Бердичев.

С этого момента, то есть с 14.00 8.7.41 г., в составе 37-й танковой дивизии не оказалось ни одной боевой единицы и из района Турбов в район Пирятин отходили лишь тылы дивизии и тыловые подразделения частей.

К 18.00 10.7.41 г. остатки дивизии перешли р. Днепр по железнодорожному мосту у Канев и к 11.00 11.7.41 г, сосредоточились в районе Пирятин.

С 15.7.41 г. с оставшимся личным составом части дивизии начали проводить планомерную боевую и политическую подготовку.

Боевой и численный состав к этому времени был следующий:

Личный состав

Старшего командно-начальствующего состава 42 человека
Командно-начальствующего состава 211 человек
Политсостава 70 «-»
Технического состава 81 «-»
Административного состава 39 «-»
Медицинского состава 23 человека
Юридического состава 1 человек
Младшего начальствующего состава 423 человека
Рядового состава 1533 «-»
Всего 2423 «-»

Материальная часть танков и машин

Танков «Т-34» 1
«-» «БТ-7» 5
Бронемашин «БА-10» 11
Колесных машин (грузовых и специальных) 173

Вооружение

122-мм гаубиц 2
76-мм танковых пушек 1
45-мм танковых пушек 16
Пулеметов «ДТ» 119
Зенитных пулеметов 1
Ручных пулеметов 20
Винтовок 1318
Револьверов 1146

Несмотря на большие потери, понесенные дивизией в боях с немецкими фашистами в период с 22.6 по 10.7.41 г., части дивизии нанесли большой урон противнику [...]<a name="09"></a><a href="#9">9</a>.

Итого за период с 22.6 по 10.7.41 г. частями дивизии уничтожено: до 4 батальонов пехоты, 3 офицера, 24 танка, 8 танкеток, 16 противотанковых орудий, 4 76-мм пушки, 44 транспортные машины, 19 мотоциклов, 20 самолетов, 1 бронемашина, 1 цистерна, 2 легковые машины, до дивизиона артиллерии, 6 пулеметов, 1 автомат и 3 миномета. Кроме того, 73-м танковым полком не допущено окружение противником полков 141-й стрелковой дивизии.

Учитывая перечисленный урон, нанесенный противнику частями дивизии, и неуточненный (ввиду отсутствия командования полка и его подразделений) урон, нанесенный противнику 74-м танковым полком, можно предположить, что в общей сложности дивизией уничтожено за период боев с 22.0 по 10.7.41 г. до моторизованной дивизии противника.


БОЙ КРЕМЕНЕЦКОЙ ГРУППЫ 37-й ТАНКОВОЙ ДИВИЗИИ

22.6.41 г. после ухода основной части дивизии из Кременец в район боевых действий в военном городке Кременец была оставлена группа около 30% состава дивизии (под командой заместителя командира 74-го танкового полка майора Бочманова).

Такое количество оставшихся было вызвано тем, что дивизия, будучи неукомплектованной штатной материальной частью, не могла взять с собой весь личный состав экипажей. Кроме того, необходимо было часть личного состава оставить для охраны оставшегося имущества, боеприпасов и казарменных помещений.

Боевой и численный состав группы был следующий


Личный состав

Командно-начальствующего состава 98 человек
Младшего командно-начальствующего состава 460 «-»
Рядового состава 3013 «-»
Всего 3571 «-»

Материальная часть

Танков «КВ» 1
«-» «БТ-7»
(из них 8 находилось в среднем ремонте)
15
«-» «Т-26» 9
«-» «Т-26» огнеметных 1
Танкеток «Т-27» 20
Грузовых и специальных машин 30
Химических прицепов «ХП-2» 10

Вооружение

122-мм гаубиц 21
45-мм пушек 24
Пулеметов «ДТ» 45
«-» ручных 5
Винтовок и карабинов 730
Револьверов 71

23.6.41 г. к району Кременец подошли мелкие передовые части наступающего противника.

Распоряжением майора Бочманова все имеющиеся силы и средства были использованы на организацию круговой обороны военного городка.

Из исправных танков в количестве 7 штук была создана подвижная группа под командой командира 1-го батальона 73-го танкового полка капитана Романова.

К 13.00 24.6.41 г. к району Денбины, Козин подошла небольшая группа мотоциклистов и мотопехоты противника.

В этом же районе был сброшен небольшой авиационный десант.

Подвижная группа получила задачу уничтожить противника в районе Денбины и Козин. В результате атаки было уничтожено 20 машин с мотопехотой противника, одно противотанковое орудие, одна цистерна с горючим, 3 автомашины с грузом и 4 мотоцикла.

С нашей стороны подвижная группа потеряла один танк.

В последующем кременецкая группа 37-й танковой дивизии продолжала вести бой в районе Кременец совместно с частями 14-й кавалерийской и 140-й стрелковой дивизий.

В 17.00 28.6.41 г. взвод танков в составе «БТ-7» – 3 и «Т-26» – 2 под командой капитана Романова получил задачу уничтожить противника в районе Судобиче, действуя совместно с 512-м стрелковым полком 140-й стрелковой дивизии.

В результате атаки был занят населенный пункт Бирки и уничтожено до роты пехоты противника, подбито 4 танка, которые загорелись, уничтожено 2 противотанковых орудия и взято в плен 3 мотоциклиста вместе с мотоциклами.

В 18.00 29.6.41 г. 3 танка («БТ-7» – 1 и «Т-26» – 2) под командой лейтенанта Кошкина действовали совместно с 512-м стрелковым полком по уничтожению противника в районе Птыча. В результате атаки было уничтожено до роты пехоты противника, 2 противотанковых орудия и 2 грузовые машины. Потери с нашей стороны – танк «БТ-7» и танк «Т-26».

В 18.00 30.6.41 г. кременецкая группа 37-й танковой дивизии получила задачу от [командира] 146-й стрелковой дивизии отходить на Тарнополь и поступить в распоряжение штаба фронта.

1.7.41 г. на основании распоряжения начальника Автобронетанкового управления Юго-Западного фронта генерал-майора Моргунова, переданного по телеграфу, кременецкая группа получила задачу – форсированным маршем отходить на Златин. В последующем кременецкая группа отдельными командами постепенно вливалась в состав 37-й танковой дивизии.

Вывод. Несмотря на слабо подготовленный в военном отношении личный состав кременецкой группы, отсутствие достаточного количества исправной боевой материальной части и недостаточное количество оружия, кременецкая группа сумела выполнить возлагаемые на нее задачи и большую часть личного состава вывести из окружения в районе Кременец.


Выводы

1. Не имея в своем составе полностью сформированных и укомплектованных людским составом и материальной частью частей, 37-я танковая дивизия по своему составу не представляла полноценного танкового соединения по своей огневой мощи и по ударной силе. Однако, несмотря на это, дивизии успешно решала все поставленные перед ней задачи.

37-я танковая дивизия в составе 15-го механизированного корпуса в течение 5-6 дней вела бой и сдерживала наступление до одной танковой и одной моторизованной дивизий противника, действовавших из района Радзехув в южном и юго-восточном направлениях. Общая же группировка противника, действовавшая против 15-го механизированного корпуса, состояла из двух-трех танковых и одной мотодивизий.

2. В течение всего периода боев части дивизии вели упорные бои с наседавшим противником и, несмотря на угрозы окружения, не было ни одного случая, чтобы дивизия отходила без приказа командира корпуса, а части дивизии – без приказа командира дивизии.

В процессе же самого отхода танковые и мотострелковый полки дивизии наносили противнику большой урон, обеспечивая выход из боя и полуокружения частей 80-й стрелковой и 212-й мотострелковой дивизий.

3. В силу сложившейся обстановки, выполняя приказы 6-й армии и Военного совета Юго-Западного фронта, дивизия в составе 15-го механизированного корпуса за период боевых действий прошла около 1500 км без остановки, по времени обеспечивающих производство технического осмотра и восстановление материальной части боевых и транспортных машин<a name="010"></a><a href="#10">10</a>. В условиях большой подвижности имеющиеся неукомплектованные ремонтно-восстановительные роты полков и ремонтно-восстановительный батальон дивизии с ремонтом и эвакуацией машин не справились.

Это положение привело к количественному уменьшению боевой материальной части, вышедшей из строя по причинам технической неисправности.

4. Продолжительные марши на большие расстояния в условиях малоблагоприятной местности со слабо развитой сетью дорог и плохой пропускной способностью имеющихся дорог чрезвычайно затрудняли тылам дивизии осуществлять своевременный подвоз, особенно горючего.

Вместе с этим отсутствие указаний по работе тыла и снабжению со стороны вышестоящих штабов отрицательно сказалось и на работе тылов дивизии. Бензосклады взрывались задолго до того, как части начинали отход (ст. Золочев, ст. Войтовцы), и в результате части оставались необеспеченными горючим.

Отсутствие твердого порядка и организации службы регулировании на путях подвоза в армейском тылу приводило к срыву своевременного подвоза, создавало на путях движения транспортов пробки, что поставило под угрозу работу тыла дивизии.

5. Район боевых действий дивизии представлял лесисто-болотистую местность с большим изобилием рек с болотистыми поймами, что резко снижало маневренность частей дивизии, лишало их необходимого обзора и чрезвычайно затрудняло ведение хорошо организованного прицельного огня.

Обстановка для боевых действий дивизии в указанном районе крайне усложнялась отсутствием пехоты, саперов и понтонно-мостового батальона дивизии.

В этих же условиях противнику было сравнительно легко и малыми силами организовывать противотанковую оборону, особенно против танков «БТ-7», которые в основном имелись на вооружении в частях дивизии. Вместе с этим и огневая мощь танков «БТ-7» в этих условиях была малоэффективной.

6. Отсутствие полнокровного разведывательного батальона дивизии не давало возможности производить глубокую наземную разведку в интересах дивизии, а данных авиационной разведки дивизия совершенно не имела.

7. За весь период боевых действий дивизия ни в одном случае не имела достаточного времени на подготовку наступления. Это зачастую вызывалось сложной, быстро меняющейся обстановкой в условиях маневренной войны. Это положение приводило к тому, что дивизия не имела возможности своевременно и полно организовать взаимодействие как между частями дивизии, так и с соседями.

8. На всем протяжении боевых действий дивизия находилась в условиях постоянного и активного воздействия бомбардировочной и штурмовой авиации противника, в то время как наша авиация слабо осуществляла прикрытие дивизии на марше, совершенно отсутствовала в период наступательных боев к северу от р. Радоставка.

9. В процессе боевых действий командование дивизии и в целом оперативная группа штаба дивизии были недостаточно информированы об обстановке в полосе действий корпуса.

10. В практике боевых действии выявилось (в звене взвод, рота, батальон) слабая подготовка командного состава в умении организовать связь и управление своими подразделениями, особенно во время атак. Особенно неблагополучно с этим вопросом было в мотострелковом полку дивизии.

11. В результате проведенных боев в дивизии выявились десятки и сотни бойцов и командиров, проявивших отвагу и мужество в борьбе за Родину с фашистской сворой захватчиков.


Предложения

1. В будущих боях необходимо максимально стремиться к тому, чтобы такие танковые соединения, как корпус и дивизия, использовать в условиях местности, благоприятной для нанесения одновременного и массового удара танков, что нельзя осуществить в условиях лесисто-болотистой местности.

2. Для организации наступления необходимо, чтобы части дивизии имели достаточно времени для постановки задач и проведении рекогносцировок вплоть до командира танковой роты.

Практика боев показала, что для постановки задач и производства рекогносцировок, для организации взаимодействия внутри дивизии и с соседями, для организации доразведки противника дивизии необходимо предоставлять время не менее двух суток.

3. При организации наступления необходимо, чтобы для танковой дивизии выделялись средства усиления (артиллерия и авиация). Вместе с этим боевые действия дивизии должны быть прикрыты истребительной авиацией и обеспечены данными авиационной разведки.

4. В боевой практике выявилось, что маршевая скорость механической тяги артиллерийского полка дивизии не обеспечивает своевременный выход артиллерии в район боевых действий.

В будущем необходимо снабдить артиллерийский полк тракторами с большей маршевой скоростью («СТЗ-5», «Коминтерн», «Ворошиловец»). В крайнем случае, и зависимости от обстановки, желательно артиллерийский полк буксировать танками, выделив для этого одну танковую роту.

5. Необходимо части дивизии полностью доукомплектовать ремонтно-эвакуационными средствами, а в полосе наступления танкового корпуса иметь армейский сборный пункт аварийных машин или его отделение дли приема от частей машин, [требующих] длительного ремонта.

6. Для организации подвоза и эвакуации необходимо для дивизии представлять отдельную дорогу. Для своевременного и бесперебойного подвоза боеприпасов, горючего и продовольствия необходимо тыловые подразделения перевести с колесного транспорта на гусеничный, что даст возможность осуществлять подвоз по любой местности, на которой действуют сами танки.

7. В условиях предстоящих боевых действий необходимо в составе автомобильного батальона дивизии иметь роту в составе двух танков и одного стрелкового взвода для охраны и обороны автомобильного батальона.

8. Для более целеустремленных действий необходимо, чтобы командир дивизии, начальник штаба и начальник оперативного отделения штаба были постоянно в курсе обстановки перед фронтом армии, в полосе которой действует дивизия.

9. Опыт боев показал, что такое танковое соединение, как танковый корпус, является очень громоздким.

В будущем наиболее целесообразно иметь отдельные танковые дивизии, непосредственно подчиненные Военному совету армии.

10. В целях обеспечения лучшего управления и связи необходимо включить организационно или придавать звено – отряд самолетов связи и наведения.

Командир 37-й танковой дивизии
полковник АНИКУШКИН

Временно исполняющий обязанности
военного комиссара 37-й танковой дивизии
старший батальонный комиссар ЩЕРБАК

Начальник штаба дивизии
подполковник СЕМЧУК

[5.8.41 г.<a name="011"></a><a href="#11">11</a>]
Ф. 229, оп. 3780сс, д. 6, лл. 174-194. Машинописная копия.

<a name="4"></a><a href="#04">4</a> 1 км севернее Леня.

<a name="5"></a><a href="#05">5</a> См. стр. 163. [На стр. 163 "Сборника..." находится "Боевой приказ командира 15-го механизированного корпуса № 07/оп от 27 июня 1941 г. на наступление корпуса в направлении Берестечко" - В.Т.]

<a name="6"></a><a href="#06">6</a> Боевой приказ № 8 публикуется полностью, см. стр. 172. [На стр. 172 "Сборника..." находится "Боевой приказ командира 37-й танковой дивизии № 8 от 28 июня 1941 г. на наступление в направлении Берестечко" - В.Т.]

<a name="7"></a><a href="#07">7</a> 2 км севернее Елеховице.

<a name="8"></a><a href="#08">8</a> Так в документе.

<a name="9"></a><a href="#09">9</a> Опущены данные об уроне, нанесенном противнику по дням каждой частью дивизии в отдельности.

<a name="10"></a><a href="#010">10</a> Так в документе.

<a name="11"></a><a href="#011">11</a> Дата установлена на основании входящего номера Автобронетанкового управления Юго-Западного фронта на препроводительном отношении.


Сборник боевых документов Великой Отечественной войны. Выпуск 33.

Примечания

  1. Директива в настоящем выпуске Сборника не публикуется.
  2. В документе – «молодняк».
  3. Боевой приказ № 0015 в настоящем выпуске Сборника не публикуется.